Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Злоупотребление гражданскими правами. Проблемы теории и практики. Монография
.pdf
экономическая необходимость отбора наиболее важных, существенных, общественно
значимых интересов и последующую трансляцию их в гражданские права. Субъективное
гражданское право – это более высокий уровень и более совершенная форма правового
опосредования интересов
264
. Субъективное гражданское право – это интерес возведенный в
закон, где интерес – цель, а субъективное право – средство. Субъективное право служит
охране и средством реализации интереса, а интерес, охраняемый субъективным правом, и
есть охраняемый законом интерес
265
. Соотношение субъективного права и законных
интересов заключается в том, что субъективное право является юридическим служебным
средством реализации социально-экономических интересов
266
.
Господствующее мнение о "перетекании" законных интересов в более совершенную
форму – субъективные права – разделяют не все. С.В. Михайлов считает, что невозможно
отождествлять средства реализации (субъективное право) и само явление (интерес),
нуждающееся в инструменте его реализации. При этом он отмечает, что понятие законных
интересов в широком смысле совпадает по объему с социально-экономическими
(фактическими) интересами, не противоречащими нормам права, основам правопорядка и
нравственности. Такое понимание законных интересов через отрицательное определение,
считает автор, наиболее соответствует основным началам гражданского права, основанного
на диспозитивном регулировании отношений юридически равных субъектов. И отсюда он
делает вывод, что юриспруденция, и гражданское право в частности, может располагать в
понятийном аппарате «своей» категорией интереса, которая по существенным признакам
отличается от общенаучной категории интереса
267
.
В научных исследованиях уже отмечалось, что охрана и защита субъективного права
или охраняемого законом интереса – не одно и то же: охраняются они постоянно, а
защищаются только тогда, когда нарушаются. Защита есть момент охраны, одна из еѐ форм,
но понятия эти не совпадают
268
.
Субъективное гражданское право является одним из инструментов для реализации
субъектами своих интересов. Именно поэтому интерес не входит в структуру субъективного
права, а является, по словам С.Н. Братуся, его предпосылкой и целью
264
Малько А.В. Субъективное право и законный интерес. С. 68; Алексеев С.С. Общая теория права. В 2 т.
Т. II. М., 1982. с. 116 – 117; Шайкенов Н.А. Категория интереса в советском праве: Автореф. дисс. … канд.
юрид. наук. Свердловск, 1980. С. 13 – 17.
265
См.: Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970.
С. 17 – 18; Завьялов Ю.С. Личность, интересы, право // Советская юстиция. 1967. № 15. С. 6.
266
См.: Пугинский Б.И. Гражданско-правовые средства в хозяйственных отношениях. М., 1984. С. 85 – 87.
267
Михайлов С.В. Категория интереса в российском гражданском праве. – М.: "Статут", 2002. С.47 – 52.
268
Матузов Н.И. Правовая система и личность. С. 130 – 131; Иоффе О.С. Гражданско-правовая охрана
интересов личности. М., 1969. С. 4.
269
Братусь С.Н. О соотношении гражданской правоспособности и субъективных гражданских прав. С.
34.
269
. Является ли такая
101
предпосылка-цель, в свою очередь, обязательным причинно-следственным условием для
признания за управомоченным лицом законного субъективного гражданского права?
Насколько категории "интерес" и "субъективное право" являются неразрывными и могут ли
взаимодействовать?
Гражданский кодекс РФ формулировку "законные интересы" как правило через союз
"и" ставит вслед за гражданскими правами. Сами по себе законные интересы отдельно от
прав практически не употребляются. И это неслучайно: и гражданские права, и законные
интересы являются объектами правовой защиты. С этой точки зрения представляется
понятной (но неразделяемая нами) позиция Н.С. Малеина о том, что "непосредственное
упоминание в нормах права интересов как объекта правовой защиты фактически
приравнивает их к субъективным правам"
270
. Другой крайностью является точка зрения о
том, что законные интересы – это "внеправовая" или "доправовая" категория, поскольку
интерес предшествует правам и обязанностям, а значит, интерес воплощается не только в
конкретных правовых предписаниях, но и в общих принципах права
271
.
Интерес, пусть даже большой, еще не означает наличия у лица субъективного права.
Но у лица вполне может быть субъективное право, к которому оно не имеет никакого
интереса, считает Е.Н. Трубецкой и замечает, что прекращение интереса непременно влекло
бы за собой уничтожение права. В действительности, пишет он, мы этого не видим. Как бы
муж ни желал прекращения своих супружеских прав, если ему не удается добиться развода,
они продолжают существовать вопреки его интересу
272
.
Стоит по этому поводу заметить, что субъективные гражданские права сами по себе в
отличие от норм права не существуют, а обретают жизнь, как мы говорили ранее, только при
условии их осуществления управомоченным лицом. Поэтому в приведенном примере
супружеские права закреплены в законе, но субъективными они становятся только в связи с
их реализацией конкретным лицом. Мотивом же для волевого поведения субъекта, в
процессе реализации своего субъективного права, всегда является определенный осознанный
интерес (если он только сам не является предметом права (например, страхование). Причем
если этот интерес признаваем и охраняем законом, то и субъективное право легитимно, а
если интересы субъекта нарушают или затрагивают другие охраняемые законом интересы, то
и для субъективного гражданского права наступает юридическая смерть.
Наличие субъективного гражданского права (а значит, и управомоченности лица)
напрямую зависит от признания законным конкретного интереса, т.е. цели, для достижения
270
Обзор и критику мнений о законных интересах см.: Малеин Н.С. Охраняемый законом интерес. С. 28 –
29.
271
Теория права и государства / Под ред. Г.Н. Манова. М., 1995. С. 234.
272
Трубецкой Е.Н. Энциклопедия права. СПб., 1999. С. 156.
102
которой предполагается использовать конкретное субъективное право. Как пишет Е.П.
Губин, обязательство не может возникнуть, если у субъектов нет интересов, которые могут
быть опосредованы данным правовым средством
273
.
Так, например, действия субъекта в некоторых случаях подлежат оценке на
соответствие его интересам. При совершении сделок малолетними, не достигшими 14 лет, по
общему правилу, установленному в пункте 1 статьи 172 ГК РФ, такие сделки ничтожны, но в
интересах малолетнего совершенная им сделка может быть по требованию его родителей,
усыновителей или опекуна признана судом действительной, если она совершена к выгоде
малолетнего. Для суда в этом случае не важны субъективные мотивы, психические
переживания малолетнего, но важно то, что суд должен оценить действия малолетнего по
использованию юридического средства реализации своих интересов. Суд должен оценить
содержание сделки (юридического средства) на соответствие его объективным интересам
(выгоде малолетнего)
274
.
Выводы.
Центральными правовыми конструктами в системе гражданского права являются
гражданские права, т.е. установленные законодателем юридические возможности для
действий носителей права в определенных границах. Носителями права могут быть только
праводееспособные лица, которые в юридической теории принято называть субъектами
права.
Право становится действительно "субъективным" и обретает жизнь только тогда,
когда становится разумно сбалансированным инструментом для реализации интересов
каждого участника гражданских правоотношений.
Развивая юридический аспект теории воли, сегодня большинство ученых
предоставленную законом возможность действовать называют неотъемлемым свойством
субъективного гражданского права. При этом субъективное право доктринально
характеризуют как вид и меру возможного поведения управомоченного лица, где вид – само
допустимое поведение, а мера – эта установленная законом граница возможного поведения
управомоченного лица. При этом следует помнить, что структуру субъективного
гражданского права образуют не только возможности (права), но и единственная, но
существенная обязанность – действовать разумно и добросовестно, не нарушать права
других лиц, в том числе формальным осуществлением своего права.
Как незаконная цель-благо, так и незаконные средства для достижения такой цели
делают любой интерес субъекта неохраняемым, т.е. неюридическим. В контексте проблемы
273
Губин Е.П. Обеспечение интересов в гражданско-правовых обязательствах: Дисс. … канд. юрид. наук.
М., 1980. С. 7.
274
Михайлов С.В. Категория интереса в российском гражданском праве. – М.: "Статут", 2002. С. 100.
103
злоупотребления правом это означает, что выход субъекта за пределы осуществления
субъективных гражданских прав необходимо влечет поражение не только субъективного
гражданского права, но и юридического интереса. Незаконное цель-средство –
злоупотребление правом – поражает и цель-благо – законный интерес. Личный,
эгоистический интерес, несомненно, у лица сохраняется, но правом он не признается,
игнорируется, ограничивается. Отсюда злоупотребление гражданским правом априори есть
действие без законного интереса, с целью, противной смыслу гражданского права и, прежде
всего, принципу разумности и добросовестности при правоосуществлении.
2.2. Соотношение средства, цели и ценности в теоретической проблеме целостности
субъективного гражданского права.
Юридические концепции типа "чистого учения о праве" отживают свой век. Лишь в
единстве и органической связи с закономерностями и тенденциями общественного развития
в целом могут быть поняты и объяснены, развиты и преобразованы правовые системы,
институты и отношения, отвечающие современным потребностям социального прогресса.
Это означает не только их узкоюридическое, но и значительно более широкое видение,
прежде всего философское и социологическое, историческое и экономическое, политическое
и психологическое, этическое и аксеологическое
275
.
Основываясь на этой логике необходимо "погрузиться" в субъективное гражданское
право, создать его правовую теорию, образуя тем самым основание для его дальнейшего
правового познания. Для понимания общей сущности такого социального явления как право
важен вопрос: сводится ли право к сумме отдельных норм, к равнодействующей их
регулирования, или оно представляет собой своеобразную реальность, систему? С точки
зрения крайнего "нормативистского" подхода реально функционируют лишь отдельные
нормы права, в то время как правовая система есть производное от математической суммы
юридических норм и обозначаемая системой лишь для языкового удобства. С точки зрения
крайнего "реализма" система прав в целом первичнее рядовых норм, устанавливающих
конкретные права и обязанности, поскольку она есть целостный организм, органами или
клеточками которого являются нормы.
Несомненно, на наш взгляд, что система права в целом и система гражданского права
в частности не есть мифические явления, существующие вне и независимо от составляющих
еѐ юридических норм. Но и систему права нельзя оценивать как простую сумму
юридических норм уже потому, что о системе можно говорить лишь при условии
275
Керимов Д. А. Методология права (предмет, функции, проблемы философии права). – М.: Аванта+,
2000. С. 74.
104
взаимодействия (функциональной или причинной связи) между нормами. Явление
взаимодействия вводит в право новый неуловимый для механистических методов фактор:
всякое взаимодействие представляет собой некую целостную систему, но при наличии
некого объединяющего начала – общей цели, ценности. При этом вполне естественно, что
общая цель субъектов права совпадает с целью самого права – справедливо, на разумных
началах регулировать те или иные отношения членов общества.
Право, как классическая рациональная система, действующая по выработанным
теоретическим парадигмам и практическим правилам, снизу «подпирается» бытием, а сверху
обусловлено развитием сознания реализовать те или иные цели и ценности. Последняя
определяет мотивацию человеческого поведения и поэтому изначально относится к сфере
этики. Ценностные ориентации образуют фундамент этноса науки гражданского права и
участвуют в формировании методологической установки любого учѐного-цивилиста.
Правовые ценности являются не только предметом сознания, но и серьезным мерилом
поведения. Отношение к миру правовых ценностей есть отношение свободы между
субъектами права.
Круг удовлетворений потребностей человека составляет процесс его жизни. Круг
реализации субъектами их правовых возможностей образует правоотношения, в которых
человек выступает в имманентном единстве двух определений: как "мыслящий" субъект и
как "действующий" объект. Как мыслящий субъект он использует правовые возможности в
качестве средства для достижения своей экономической цели, а как действующий объект он
сам является предметом регулирования и наделяется субъектными (а не субъективными)
правами, поскольку в догматическом праве субъект является, в том числе, одним из объектов
права, подлежащего определенному регулированию. При этом "мыслящий объект", т.е.
субъект, в конце деятельности получает тот результат, который уже содержался в его голове.
Если рассуждать в терминах причинно-следственных отношений, субъект, создав
посредством мышления цель и используя себя в качестве средства еѐ достижения, приходит
в итоге к запланированному следствию, которое является универсальной формой протекания
все природных, материальных процессов. Деятельность же человека переворачивает эту
логику. "Здесь следствие предшествует причине и порождает еѐ. Следствие выступает как
причина причины. Словом, целе-средственная логика человеческой деятельности
представляет собой перевернутую логику причинно-следственной логики природы"
276
. В
праве человек сконструирован через образ идеального субъекта. При этом идеальный
субъект в праве не тождественен понятию "человек". Не всякий человек может быть
276
Гусейнов А.А. Философия: между знаниями и ценностями. Субъект, познание, деятельность. – М.:
Канон+ ОИ "Реабилитация", 2002. С. 178.
105
субъектом того или иного права, хотя каждый человек есть потенциальный субъект права (по
крайней мере до возникновения правоотношений). Сущность идеального субъекта в праве,
на наш взгляд, составляют следующие характеристики:
1. Обладание не только сознанием, но и самосознанием, заключающимся в
способности возвыситься над самим собой в контексте бескорыстного интереса к самому
себе.
2. Обладание внутренней свободой, где способность субъекта объективировать себя
приводит к возможности противопоставлять себя не только внешнему миру, но и своим
собственным влечениям. В разрезе гражданского права это составляет способность субъекта
быть не только правоспособным, но и дееспособным, при этом сознавать не только свои
права, а признавать и соблюдать права других лиц, то есть таких же, как он, субъектов права.
Именно это состояние в гражданском праве называется свободой воли.
3. Непосредственная направленность субъекта к миру правовых ценностей,
проявляющаяся в разумном, добросовестном, неэгоистическом взаимодействии с другими
участниками правоотношений. В социальном плане коренное отличие личности от
индивидуальности состоит именно в направленности на сверхличные ценности. Без этого
вектора человек лишен внутренней свободы и нравственной вменяемости. Право как
"минимум" нравственности и субъекты права как "минимум" вменяемости также должны
быть подчинены этим устремлениям.
На уровне догматической юриспруденции моральные нормы как бы возвышается над
догмой права (и право в целом подчас вообще трактуется всего лишь как "минимум
морали"). Поэтому при освещении логики права, его собственное развитие
отдифференцируется, "высвобождается" из-под влияния морали и других социальных
регуляторов. Однако в области философии права мораль "возвращается" в качестве высших
моральных принципов и идеалов, которые вновь, но теперь на новом, более высоком витке,
возвышаются над правом, определяют его ценность
277
. В этом смысле право, как мы уже
говорили словами И.А. Покровского, есть не только явление из "мира сущего", но в то же
время и некоторое стремление в "мир должного". Право есть не просто социальная сила,
давящая на индивидуальную психику, а сила стремящаяся, ищущая чего-то вне еѐ лежащего.
Оно есть не самоцель, а лишь средство для достижения некоторой цели; целесообразность
есть существенное свойство права и его животворящее начало
278
. Философы утверждают,
что высшая, последняя цель уже не есть цель в собственном смысле слова. Она есть высшее
277
Алексеев С.С. Восхождение к праву. Поиски и решения. – М.: Издательство Норма, 2001. С. 394 – 395.
278
Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. Изд. 3-е, стереотип. М.: "Статут", 2001. С.
60.
106
благо. Целесообразная деятельность, следовательно, возможна постольку, поскольку она
ведет к благу
279
.
С равной возможностью этот тезис относится и к правообразующей деятельности,
огромное влияние на которое, хотим мы того или нет, имеет нравственность как
представление общества о высших целях, о высшем благе, о высших ценностях.
В рамках теории исторического материализма цель истолковывается как результат
опережающего отражения. Но исторический материализм исходит из деятельности как
формы осуществления, по Гегелю, исторической необходимости. В субъективном плане цель
есть причина, которая находится впереди и подчиняет себе всю деятельность человека.
Отсюда возникает закономерный вопрос – ради чего происходит вся эта организующая
правовая деятельность? Что является конечной целью, смыслом, назначением этого
процесса? Сама логика целесообразной правообразующей деятельности предполагает и
требует найти совершенную и самодостаточную цель, которая не будет средством по
отношению к более общей цели.
Каждый живой организм делает самого себя средством для достижения своей цели,
благодаря чему восстанавливается его целостность и самодостаточность. Субъект, вступая в
правовые отношения, также имеет определенную сформированную в сознании цель,
предметом которой чаще всего выступают те или иные материальные блага, с помощью
которых в определенной мере снимается зависимость субъекта от внешнего мира.
Анализируя преддействия, предшествующие реализации конкретного субъективного
права участником гражданских правоотношений, можно выявить четыре этапа их развития:
а) возникновение физиологической или духовной потребности в связи с попаданием в
поле субъекта определенного объекта (или ряда объектов), пригодного снять эту
потребность;
б) постановка цели, еѐ оценка, борьба мотивов, осознание своих стремлений,
формирование интереса;
в) размышление, сопоставление целей и волевой выбор одной цели из нескольких;
г) мысленное планирование действий по исполнению и выбор средств для достижения
цели;
д) появление сформированного намерения – преддействий как предмета действия
воли.
Завершаются все преддействия исполнением действия с самоконтролем и их
корректировкой при необходимости.
279
Гусейнов А.А. Философия: между знаниями и ценностями. Субъект, познание, деятельность. – М.:
"Канон+" ОИ "Реабилитация", 2002. С. 181.
107
Многие юристы, исходя из определения, что право является специфическим
средством для удовлетворения тех или иных потребностей человека либо социальной
группы, объявляют потребности (1-й этап) первичными данными практической
деятельности людей. При этом игнорируется то, что потребности будучи продуктом
цивилизации, в свою очередь, сами детерминированы определенным побудительными
силами.
Действительно, в физиологическом плане потребности есть суть выражения
объективной нужды, обеспечивающей воспроизводство и развитие человека. Но это есть
свойство самого организма человека, объективно зависящего от необходимых благ. Однако
психологическая наука уже давно доказала, что побудительные силы в мотивации поступков,
поведения человека связаны во многом с его социальной сущностью
280
. Потребности,
проходя стадию борьбы мотивов, приобретают "смыслообразующую силу" через интерес.
Под интересом мы понимаем четкую и определенную направленность внимания
индивида к тем или иным благам. Категория интереса входит в состав объектов
гражданского права и классифицируется на законный (охраняемый) и незаконный интерес.
При этом чаще всего юристы под интересом в гражданском праве понимают его
объективную сторону – конкретные материальные или нематериальные блага. (О "классовых
интересах" говорить совсем не актуально).
Таким образом, в свободном осуществлении своих гражданских прав мы должны
осознавать не только ближайшую цель, но и последствия достижения этой цели. Если
возникает конфликт между достижением цели и вытекающими из этого последствиями, то
достижение сомнительной цели, формально использующей средство, по своей сути,
становится незаконным.
Как в любой деятельности, необходимо различать цели-причины и цели-ценности,
точно так же и в гражданском праве необходимо различать цель использования
субъективного права и идеальный смысл – назначение этого же субъективного права. Целиценности отражают идеально-духовное, а цели-причины – идеально-предметное измерение
человеческой деятельности (потребности). В первом случае речь идет о том, ради чего мы
что-то делаем, во втором – что и как делаем.
Средства права (гражданские права) как цели-причины должны соответствовать
высшей цели права – цели-ценности. Соответственно все действия участников гражданского
оборота должны быть подчинены этому высшему смыслу права – самым справедливым
образом каждому отмерять свою свободу. Пройдя по "спирали", таким образом, мы снова
приходим к понятиям "высшего смысла" права или знакомого до боли "социалистического
280
См. напр. Якобсон П.М. Психологические проблемы мотивации поведения человека. М., 1969.
108
назначения права", но "социалистического" относительно задач самого права как
неотъемлемого блага для всего общества, а не его отдельных социальных групп и
политических партий.
В реальной жизни многие люди руководствуются давно известной сентенцией – цель
всегда оправдывает средства. Но в юридическом мире необходимо уйти от бытового
понимания цели права как причины в еѐ предметно-эмпирическом аспекте и подняться до
положения, где и средства должны оправдывать цель.
Кроме того, при наличии и целей, и средств нужна еще деятельность, которая при
помощи средств превращает цели в результат. Следовательно, цель и средства
соотносительно едины. Определенная цель предполагает, требует и определенных средств,
по отношению к которым эта цель выступает первичной, доминирующей, руководящей
281
.
На уровне правовых ценностей расхождение со средствами объективно недопустимо,
поскольку они составляют единую суть бытия, где создание ценностей обусловлено законом
свободного выбора соответствующих по качеству средств. Взаимозависимость цели и
средства образуют неразделимую сущность правовых отношений. В свое время Е.В.
Васьковский – известный русский правовед, – выявил четыре "целе-средственные" формулы
заключений от условий к следствиям и обратно применительно к юридическим нормам:
1) кто управомочен к известному действию, тот управомочен и к цели, достигаемой
этим действием;
2) кому воспрещена цель, тому воспрещено и действие, ведущее к этой цели;
3) кому воспрещено действие, тому воспрещена и цель, к которой оно ведет, если еѐ
нельзя достигнуть другим действием;
4) кто управомочен к цели, тот управомочен и к действию, ведущему к этой цели,
если она не может быть достигнута другими действиями
282
.
Из этих формул хорошо усматривается единство средства и цели, формы и
содержания, объективного и субъективного, права и обязанности, основания и следствия,
причинности и целесообразности. Отсюда же проистекает суть целостности субъективного
гражданского права, от понимания которой во многом зависит и решение проблемы
злоупотребления гражданскими правами.
Итак, если мы исходим из положения, что средства должны соответствовать целиценности в той степени, в которой ей соответствуют цели-причины, то мы приходим к тому
же выводу и в проблеме злоупотребления правом, где цель-причина носителя гражданского
281
Керимов Д. А. Методология права (предмет, функции, проблемы философии права). – М.: Аванта+,
2000. С. 302.
282
Васьковский Е.В. Цивилистическая методология. Учение о толковании и применении гражданских
законов. – М.: АО "Центр ЮрИнфоР", 2002. С. 304.
109
права, т.е. предметная цель субъективного права, может не соответствовать той целиценности, которую подразумевает правонаделяющая норма.
У каждой нормы закона, по большому счету, есть цель как ближайшая, так и
отдаленная, как непосредственная, так и общеправовая, как конкретная, так и абстрактная.
Ближайшая цель формируется под влиянием конкретных жизненных фактов, побудивших
законодателя создать ту или иную норму. Но создавая конкретную норму, законодатель
сообразует еѐ с другими целями других специальных норм и в целом с общеправовыми
ценностями
283
. Цель законодательства, если говорить в наиболее общей форме, состоит в
реализации требований законности и в установлении режима правопорядка в
жизнедеятельности общества
284
.
Благонравная цель (цель-ценность) в любом субъективном гражданском праве, таким
образом, составляет необходимый элемент в его субстанции. Кто-то возразит, что нельзя
среднему участнику экономических отношений вменять в обязанность сопоставлять свои
цели и выбор средств с какими-то абстрактными целями-ценностями права. Однако
"технология", в частности, злоупотребления правом предполагает постановку и осознание
как минимум двух целей, из которых первая – внешняя, т.е. на виду и оправдывает
действующее средство, а вторая – скрытая, вредная цель, отдаленная по времени и с
усложненной причинно-следственной связью. Отсюда логический вывод: если "средний"
участник гражданского правоотношения в состоянии планировать и сопоставлять как
минимум две цели, из которых первая – открытая – является средством для достижения
второй – скрытой, то этот же "средний" участник способен осознать и сопоставить свою цель
с общей целью (ценностью) права. Следует добавить, что "средний" субъект в гражданском
праве сам редко додумывается до "злоупотребительных" действий. Обычно этим занимаются
юристы-профессионалы, которые имеют представление о целях и задачах гражданского
права, о его функциях и даже о высшем благе права и, по большому счету, вряд ли его
отрицают, но по разным причинам не выбирают. Переложить в такой ситуации груз
ответственности злоупотребляющему субъекту не на кого.
Субъект при наличии множественности средств и различных способов для
удовлетворения своего того или иного интереса (потребности) в результате борьбы мотивов
избирает именно те средства и способы, которые, на его взгляд, наиболее рациональны. Так
вырабатывается стратегия, план действия и определяется цель, достижение которой снимает
283
Васьковский Е.В. Цивилистическая методология. Учение о толковании и применении гражданских
законов. – М.: АО "Центр ЮрИнфоР", 2002. С. 204.
284
Керимов Д. А. Методология права (предмет, функции, проблемы философии права). – М.: Аванта+,
2000. С. 303.
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]