Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Двенадцать стульев
.pdf
Двенадцать стульев
И, перевернувшись на жердочке вниз головой, подмигнула глазом застывшей у двери вдове, как бы говоря:
«Ну,как вам это понравится, вдовица?»
— Мать моя!— простонала вдовица.
— В каком полку служили?— спросил попугай голосом
Бендера.— Кр-р-р-р-рах!.. Европа нам поможет.
После бегства вдовы попугай оправил на себе манишку
исказал те слова, которые унего безуспешно пытались вырвать люди втечение тридцати лет:
— Попка дурак.
Вдова бежала по улице иголосила. Адома ее ждал вертлявый старичок. Это был Варфоломеич, похудевший после
смерти бабушки.
— По объявлению,— сказал Варфоломеич,— два часа
жду, барышня.
Тяжелое копыто предчувствия ударило Грицацуеву
всердце.
— Ох!— запела вдова.— Истомилась душенька.
— От вас, кажется, ушел гражданин Бендер? Выобъявление давали?
Вдова упала на мешки смукой.
— Какие увас организмы слабые,— сладко сказал Варфоломеич,— ябы хотел спервоначалу насчет вознаграждения уяснить себе...
— Ох!.. Все берите! Ничего мне теперь не жалко! —
причитала чувствительная вдова.
— Так вот-с. Мне известно пребывание сыночка вашего
О.Бендера. Какое же вознаграждение будет?
— Все берите!— повторила вдова.
— Двадцать рублей,— сухо сказал Варфоломеич.
Вдова поднялась с мешков. Она была замарана мукой.
Запорошенные ресницы усиленно моргали.
— Сколько?— переспросила она.
— Пятнадцать рублей,— спустил цену Варфоломеич.
291
Илья Ильф и Евгений Петров
Он чуял, что итри рубля вырвать унесчастной женщи-
ны будет трудно.
Попирая ногами кули, вдова наступала на старичка,
призывала всвидетели небесную силу исее помощью добилась твердой цены.
— Ну что ж, бог свами, пусть пять рублей будет. Только
деньги попрошу вперед. Уменя такое правило.
Варфоломеич достал из записной книжечки две газетных вырезки и, не выпуская их из рук, стал читать:
— Вот, извольте посмотреть, по порядку. Вы писали,
значит: «Умоляю... ушел из дому товарищ Бендер... зеленый
костюм, желтые ботинки, голубой жилет»... Правильно
ведь? Это «Старгородская правда», значит. Авот что пишут про сыночка вашего встоличных газетах. Вот... «Попал
под лошадь»... Давы не убивайтесь, мадамочка, дальше слушайте... «Попал под лошадь»... Дажив, жив! Говорю вам,
жив. Нешто б я за покойника деньги брал бы?.. Так вот.
«Попал под лошадь. Вчера на площади Свердлова попал
под лошадь извозчика № 8974 гражданин О. Бендер. Пострадавший отделался легким испугом»... Так вот, эти документики явам предоставлю, авы мне денежки вперед. Уменя уж такое правило.
Вдова сплачем отдала деньги. Муж, ее милый муж вжелтых ботинках лежал на далекой московской земле, иогнедышащая извозчичья лошадь била копытом вего голубую
гарусную грудь.
Чуткая душа Варфоломеича удовлетворилась приличным
вознаграждением. Он ушел, объяснив вдове, что дополнительные следы ее мужа безусловно найдутся вредакции газеты «Станок», где уж, конечно, все на свете известно.
После ошеломительного удара, который нанес ему бесславный конец его бабушки, Варфоломеич стал промышлять собачками. Онкомбинировал объявления в«Старгородской правде». Прочтя объявление:
292
Двенадцать стульев
Проп. пойнтер нем. коричнев.
масти, грудь, лапы, ошейн. серые.
Утайку преслед. Дост. ул.
Кооперативную 17, 2.
а рядом сним замаскированное:
Прист. сука неизв. породы
темно-желт. Через три дня счит. своей.
Перелеш. пер. 6.
Варфоломеич обходил объявителей и, убедившись, что
сука одна ита же, еще до истечения трехдневного срока доносил владельцу оместопребывании пропавшей собаки. Это
приносило нерегулярный иневерный доход, но после крушения грандиозных планов могла пригодиться иверевочка.
Письмо отца Федора,
писанное им вРостове, вводогрейне «Млечный путь»,
жене своей вуездный город N.
Милая моя Катя!
Новое огорчение постигло меня, но об этом после. Деньги получил вполне своевременно, за что тебя сердечно благодарю. По приезде вРостов сейчас
же побежал по адресу. «Новоросцемент»— весьма
большое учреждение, никто там инженера Брунса
ине знал. Яуже было совсем отчаялся, но меня надоумили. Идите, говорят, вличный стол, пусть в списках посмотрят. Пошел я вличный стол. Попросил.
Да, сказали мне, служил унас такой, ответственную
работу исполнял, только, говорят, впрошлом году он
от нас ушел. Переманили его вБаку, на службу вАзнефть, по делу техники безопасности.
293
Илья Ильф и Евгений Петров
Ну, голубушка моя, не так кратко мое путешествие, как мы думали. Тыпишешь, что деньги на исходе. Ничего не поделаешь, Катерина Александровна. Конца ждать недолго. Вооружись терпением и,
помолясь Богу, продай мой диагоналевый студенческий мундир. Ине такие еще придется нести расходы. Будь готова ко всему.
Дороговизна в Ростове ужасная. За нумер в гостинице уплатил 2р. 25 коп. До Баку денег хватит.
Оттуда, вслучае удачи, телеграфирую.
Погоды здесь жаркие. Пальто ношу на руке. Вномере боюсь оставить— того игляди украдут. Народ
здесь бедовый.
Не нравится мне город Ростов. По количеству
народонаселения и по своему географическому положению он значительно уступает Харькову. Ноничего, матушка. Бог даст, ивМоскву вместе съездим.
Посмотришь тогда — совсем западно-европейский
город. Апотом заживем вСамаре— возле своего заводика.
Не приехал ли назад Воробьянинов? Где-то он теперь рыщет? Столуется ли еще Евстигнеев? Как моя
ряса после чистки? Вовсех знакомых поддерживай
уверенность, будто янахожусь вВоронеже уодра тетеньки. Гуленьке напиши то же.
Да! Совсем было позабыл рассказать тебе про
страшный случай, происшедший со мной сегодня.
Любуясь тихим Доном, стоял яумоста ивозмечтал о нашем будущем достатке. Тут поднялся ветер
иунес вреку картузик брата твоего, булочника. Только я его и видел. Пришлось пойти на новый расход— купить английский кепи за 2 руб. 30 коп. Брату твоему, булочнику, ничего о случившемся не
рассказывай. Убеди его, что явВоронеже.
294
Двенадцать стульев
Плохо вот сбельем приходится. Вечером стираю,
аесли не высыхает, утром надеваю влажное. При теперешней жаре это даже приятно.
Целую тебя иобнимаю.
Твой вечно муж Федя.
Глава XXX
Курочка итихоокеанский петушок
Репортер Персицкий деятельно готовился кдвухсотлет-
нему юбилею великого математика Исаака Ньютона.
— Ньютона яберу на себя. Дайте только место,— зая-
вил он.
— Так вы, Персицкий, смотрите,— предостерегал се-
кретарь,— обслужите Ньютона по-человечески.
— Не беспокойтесь. Все будет впорядке.
— Чтоб не случилось, как сЛомоносовым. В«Красном
лекаре» была помещена ломоносовская праправнучка-пионерка, аунас...
— Я тут ни при чем. Надо было вам поручать такое от-
ветственное дело рыжему Иванову! Пеняйте сами на себя.
— Что же вы принесете?
— Как что? Статья из Главнауки, уменя там связи не та-
кие, как у Иванова. Биографию возьмем из Брокгауза.
Нопортрет будет замечательный. Все кинутся за портретом
в тот же Брокгауз, а у меня будет нечто пооригинальнее.
В«Международной книге» явысмотрел такую гравюрку!..
Только нужен аванс!.. Ну, иду за Ньютоном!
— А снимать Ньютона не будем?— спросил фотограф,
появившийся кконцу разговора.
Персицкий сделал знак предостережения, означавший:
спокойствие, смотрите все, что ясейчас сделаю. Весь секретариат насторожился.
295
Илья Ильф и Евгений Петров
— Как? Выдо сих пор еще не сняли Ньютона?!— наки-
нулся Персицкий на фотографа.
Фотограф на всякий случай стал отбрехиваться.
— Попробуйте вы его поймать,— гордо сказал он.
— Хороший фотограф поймал бы! — закричал Пер-
сицкий.
— Так что же, надо снимать или не надо?
— Конечно, надо! Поспешите! Там, наверное, сидят уже
из всех редакций!
Фотограф взвалил на плечи аппарат игремящий штатив.
— Он сейчас в«Госшвеймашине». Незабудьте— Ньютон, Исаак, отчества не помню. Снимите к юбилею. Ипожалуйста— не за работой. Все увас сидят за столом ичитают бумажки. Находу снимайте. Или вкругу семьи.
— Когда мне дадут заграничные пластинки, тогда ина
ходу буду снимать. Ну, япошел.
— Спешите! Уже шестой час!
Фотограф ушел снимать великого математика кего двухсотлетнему юбилею, асотрудники стали заливаться на разные голоса.
В разгар веселья вошел Степа из «Науки и жизни».
Заним плелась тучная гражданка.
— Слушайте, Персицкий!— сказал Степа.— Квам вот
гражданка по делу пришла. Идите сюда, гражданка, этот товарищ вам все объяснит.
Степа, посмеиваясь, убежал.
— Ну?— спросил Персицкий.— Что скажете?
Мадам Грицацуева возвела на репортера томные глаза
имолча сунула ему бумажку.
— Так,— сказал Персицкий,— ... попал под лошадь...
отделался легким испугом... Вчем же дело?
— Адрес,— просительно молвила вдова, — нельзя ли
адрес узнать?
— Чей адрес?
296
Двенадцать стульев
— О. Бендера.
— Откуда же язнаю?
— А вот товарищ говорил, что вы знаете.
— Ничего яне знаю. Обратитесь вадресный стол.
— А может, вы вспомните, товарищ? Вжелтых ботинках.
— Я сам вжелтых ботинках. ВМоскве еще двести тысяч
человек вжелтых ботинках ходят. Может быть, вам нужно
узнать их адреса? Тогда пожалуйста. Яброшу всякую работу
и займусь этим делом. Через полгода вы будете знать все
адреса. Язанят, гражданка.
Но вдова, которая почувствовала к Персицкому большое уважение, шла за ним по коридору и, стуча накрахмаленной нижней юбкой, повторяла свои просьбы.
«Сволочь Степа,— подумал Персицкий,— ну ничего,
яна него напущу изобретателя вечного движения, он уменя
попрыгает».
— Ну что ямогу сделать?— раздраженно спросил Персицкий, останавливаясь перед вдовой. — Откуда я могу
знать адрес гражданина О. Бендера? Что я, лошадь, которая
на него наехала? Или извозчик, которого он на моих глазах
ударил по спине?..
Вдова отвечала смутным рокотом, вкотором можно было разобрать только «товарищ» и«очень вас».
Занятия в Доме Народов уже кончились. Канцелярии
икоридоры опустели. Где-то только дошлепывала страницу
пишущая машинка.
— Пардон, мадам, вы видите, что язанят!
С этими словами Персицкий скрылся вуборной. Погуляв там десять минут, он весело вышел. Грицацуева терпеливо трясла юбками на углу двух коридоров. При приближении Персицкого она снова заговорила.
Репортер осатанел.
— Вот что, тетка,— сказал он,— так ибыть, явам скажу, где ваш О. Бендер. Идите прямо по коридору, потом по-
297
Илья Ильф и Евгений Петров
верните направо и идите опять прямо. Там будет дверь.
Спросите Черепенникова. Ондолжен знать.
И Персицкий так быстро исчез, что дополнительных
сведений крахмальная вдовушка получить не успела.
Расправив юбки, мадам Грицацуева пошла по кори-
дору.
Коридоры Дома Народов были так длинны иузки, что
идущие по ним невольно ускоряли ход. Полюбому прохожему можно было узнать, сколько он прошел. Если он шел
чуть убыстренным шагом, это значило, что поход его только
начат. Прошедшие два или три коридора развивали среднюю рысь. Аиногда можно было увидеть человека, бегущего во весь дух,— он находился встадии пятого коридора.
Гражданин же, отмахавший восемь коридоров, легко мог соперничать вбыстроте сптицей, беговой лошадью ичемпионом мира, бегуном Нурми.
Повернув направо, мадам Грицацуева побежала. Трещал
паркет.
Навстречу ей быстро шел брюнет в голубом жилете
ималиновых башмачках. Полицу Остапа было видно, что
посещение Дома Народов в столь поздний час вызвано
чрезвычайными делами концессии. Очевидно, в планы
технического руководителя не входила встреча слюбимой.
При виде вдовушки Бендер повернулся и, не оглядываясь,
пошел вдоль стены назад.
— Товарищ Бендер!— закричала вдова в восторге. —
Куда же вы?!
Великий комбинатор усилил ход. Наддала ивдова.
— Подождите, что яскажу,— просила она.
Но слова ее не долетали до слуха Остапа. Вего ушах уже
пел исвистел ветер. Онмчался четвертым коридором, проскакивал пролеты внутренних железных лестниц. Своей
любимой он оставил только эхо, которое долго повторяло
ей лестничные шумы.
298
Двенадцать стульев
«Ну, спасибо,— бурчал Остап, сидя на пятом этаже,—
нашла время для рандеву. Кто прислал сюда эту знойную
дамочку? Пора уже ликвидировать московское отделение
концессии, ато еще чего доброго ко мне приедет гусар-одиночка смотором».
В это время мадам Грицацуева, отделенная от Остапа
тремя этажами, тысячью дверей идюжиной коридоров, вытерла подолом нижней юбки разгоряченное лицо иначала
поиски. Сперва она хотела поскорее найти мужа и объясниться сним. Вкоридорах зажглись несветлые лампы. Все
лампы, все коридоры ивсе двери были одинаковы. Вдове
стало страшно. Ей захотелось уйти. Подчиняясь коридорной прогрессии, она неслась со все усиливающейся быстротой. Через полчаса ей невозможно было остановиться. Двери президиумов, секретариатов, месткомов, орготделов
иредакций пролетали по обе стороны ее громоздкого тела.
Находу железными своими юбками она опрокидывала урны для окурков. Скастрюльным шумом урны катились по
ее следам. Вуглах коридоров образовывались вихри иводовороты. Хлопали растворившиеся форточки. Указующие
персты, намалеванные трафаретом на стенах, втыкались
вбедную путницу.
Наконец, Грицацуева попала на площадку внутренней
лестницы. Там было темно, но вдова преодолела страх, сбежала вниз идернула стеклянную дверь. Дверь была заперта.
Вдова бросилась назад. Нодверь, через которую она только
что прошла, была тоже закрыта чьей-то заботливой рукой.
* * * *
В Москве любят запирать двери.
Тысячи парадных подъездов заколочены изнутри досками, исотни тысяч граждан пробираются всвои квартиры
с черного хода. Давно прошел восемнадцатый год, давно
уже стало смутным понятие— «налет на квартиру», сгину-
299
Илья Ильф и Евгений Петров
ла подомовая охрана, организованная жильцами в целях
безопасности, разрешается проблема уличного движения,
строятся огромные электростанции, делаются величайшие
научные открытия, но нет человека, который посвятил бы
свою жизнь разрешению проблемы закрытых дверей.
Кто тот человек, который разрешит загадку кинемато-
графов, театров ицирков?
Три тысячи человек должны за десять минут войти
вцирк через одни-единственные, открытые только водной
своей половине двери. Остальные десять дверей, специально приспособленных для пропуска больших толп народа,—
закрыты. Кто знает, почему они закрыты! Возможно, что лет
двадцать тому назад из цирковой конюшни украли ученого
ослика, истех пор дирекция встрахе замуровывает удобные
входы ивыходы. Аможет быть, когда-то сквозняком прохватило знаменитого короля воздуха, и закрытые двери есть
только отголосок учиненного королем скандала...
В театрах икино публику выпускают небольшими партиями, якобы во избежание затора. Избежать заторов очень
легко— стоит только открыть имеющиеся визобилии выходы. Новместо того администрация действует, применяя
силу. Капельдинеры, сцепившись руками, образуют живой
барьер итаким образом держат публику восаде не меньше
получаса. Адвери, заветные двери, закрытые еще при Павле
Первом, закрыты ипоныне.
Пятнадцать тысяч любителей футбола, возбужденные
молодецкой игрой сборной Москвы, принуждены продираться ктрамваю сквозь щель, такую узкую, что один легко
вооруженный воин мог бы задержать здесь сорок тысяч варваров, подкрепленных двумя осадными башнями.
Спортивный стадион не имеет крыши, но ворот есть несколько. Все они закрыты. Открыта только калиточка. Выйти можно, только проломив ворота. После каждого большого состязания их ломают. Но в заботах об исполнении
300
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]