Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Армянский вопрос в международных отношениях (1895–1923)
.pdf
ления ожидаемого большевистского мятежа. Тем не менее впоследствии
армянский генерал стал главным соратником большевика № 1 на Кавказе
С. Шаумяна и АРФД.
Не вызывает сомнения тот факт, что программа ликвидации Комис-
сариата и установления советской власти в Закавказье путем союза между армянами-большевиками Баку и национальными армянскими деятелями носила национальный характер, так как была направлена на решение общенациональных задач:
а) подавление совместными силами татаро-мусульманских антирос-
сийских и антиармянских мятежей в Восточном Закавказье;
б) подавление мусульманских мятежей, которые разжигались по
всей линии железной дороги Баку – Тифлис с целью обеспечения подготовки турецкого вторжения;
в) армянские национальные формирования АРФД, вооруженные ча-
сти Бакинского совета и находившиеся в Баку армянские воинские части
(до 40 000 солдат) направить в Ереванскую губернию с целью подавления местных мусульманских мятежей;
г) защита Западной Армении с помощью этих сил и оставшихся
большевизированных частей Кавказской армии.
Такое сотрудничество вначале дало результаты։ в марте 1918 года в
Баку был подавлен мусаватистский мятеж, инициированный Османской
Турцией и антибольшевистскими частями Северного Кавказа. Организация спланированного мятежа была нацелена на ликвидацию советской
власти в Баку, устранение советского влияния, а также окончательное
устранение влияния армянского экономического, финансового фактора в
Баку и в Бакинской губернии, что началось ещё в 1905–1906 гг. Ещё одной задачей стало придание Баку после его захвата статуса столицы будущего Азербайджана с преобладающим татарским населением.
К сожалению, это плодотворное сотрудничество не продолжилось
во многом из-за преобладания партийного антагонизма с обеих сторон и
своевременных действий Комиссариата и Сейма. Грузинские меньшевики и их союзники татары-мусаватисты на правительственном уровне объявили войну большевику С. Шаумяну. По их мнению, он стремился воссоздать «Армению от моря до моря», а также ликвидировать «демократическую» власть, которая, однако, на данном этапе была нацелена на
проведение антиармянской политики.
Также важно обратить внимание на то, что С. Шаумяну, Г. Корганя-
ну и их соратникам не оказали содействия грузинские большевики в Тифлисе во главе с председателем краевого комитета большевиков Ф. Ма-
101
харадзе, который должен был поддерживать программу захвата Тифлиса,
ликвидацию Комиссариата и советизацию Закавказья. На самом деле грузинские большевики превратились в национальных деятелей и встали на
сторону антибольшевистской власти, не допустив осуществления проармянской программы. На данном историческом этапе созданию независимой армянской республики препятствовали несколько процессов международного уровня.
Первым следует назвать дипломатическую деятельность Закавказ-
ского комиссариата. Дипломатические инициативы правительства преобладали над проблемами социально-экономической и общественной жизни, и, несмотря на обилие принятых Комиссариатом решений и законов в
этих сферах, важнейшими задачами в Закавказье оставались оборона на
Кавказском фронте, выбор политической ориентации, поиск новых военно-политических союзников и другие вопросы.
В начале формирования Комиссариата грузино-татарский тандем
посчитал целесообразным поручить руководство внешнеполитическим
ведомством председателю Комиссариата, не выделяя его как самостоятельный комиссариат. Это решение нельзя считать случайным. Вопервых, все ключевые стратегические портфели, в том числе Комиссариаты по делам внешних, внутренних отношений, путей сообщений, почты
и телеграфа, торговли и т. д., находились в руках грузинских меньшевиков и татар-мусаватистов. Во-вторых, учитывая особое значение правомочий данного ведомства, грузинские меньшевики без промедления решили вопросы заключения перемирия на Кавказском фронте и германотурецкой ориентации в свою пользу.
Примечательно, что вопрос кандидатуры Е. Гегечкори не обсуждался, особенно со стороны фракции «Дашнакцутюн». Причина заключалась
в «светлой перспективе» совместных действий в единой закавказской
«солидарной» семье. Этот поступок объясняли также временным характером Комиссариата, исходя из того, что Закавказье как составная часть
Российского государства не имело самостоятельной внешней политики.
В этом вопросе слова Комиссариата расходились с действиями, что открыто проявилось в процессе заключения перемирия между командованием Кавказской армии и Османской империей.
В период с 15 ноября 1917 г. по 15 января 1918 г. деятельность Комиссариата по делам иностранных сношений была сфокусирована на
двух направлениях: установления связей с Персией и отношений с антисоветскими правительственными образованиями России.
102
Дипломатическая миссия России в Персии оказалась в полнейшей
изоляции из-за непризнания большевистской власти. Подписание нового
соглашения с миссией рассматривалось как важное предусловие в контексте антисоветской борьбы, в частности, исходя из позиции укрепления
антисоветского демократического Закавказья. Комиссариат не признал
назначенного Совнаркомом консула Н. З. Бравина. Его не признала также
русская община Персии. Закавказское правительство беспокоила также
группа вопросов, связанных с выводом русских частей Кавказской армии
из Атрпатакана.
В отчете Комиссариата не было ни одного слова о странах Антанты,
что свидетельствовало об ориентации Комиссариата на Турцию в качестве главного союзника.
С ноября 1917 г. Комиссариат был вовлечен в сферу переговоров с
Юго-Восточным союзом. Инициатива в установлении взаимоотношений
с сентября 1917 года принадлежала государственному объединению Кубани, которое рассматривало Закавказский комиссариат как своего непосредственного соседа, не признавшего советскую власть. По мнению
А. Деникина, в перспективе этот союз охватил бы более обширную территорию, в частности, горцев Северного Кавказа, армии Урала, Астрахани и Закавказье.
Важнейшими целями Юго-Восточного союза были:
а) скорейшее образование Российской демократической федеративной республики;
б) сохранение целостности российского государства;
в) отрицание сепаратистских идей;
г) борьба с внешним врагом и заключение почетного мира.
В конечном счете заседание Комиссариата от 30 ноября 1917 г. отклонило вопрос союза Закавказья с Юго-Восточным союзом. Несмотря
на то, что позиция грузинского меньшевизма, в частности А. Чхенкели, в
борьбе против общего врага – большевизма – предполагала создание
мощного антисоветского объединения. Более важная проблема национально-территориального размежевания края обусловила то самое противоречие в вопросе объединения в общероссийском государстве, тем более в условиях антирусских настроений грузинской политической элиты.
Создание устойчивого союза с российскими антибольшевистскими
военно-политическими силами в большей степени было в интересах армянской стороны. Во-первых, проблема непризнания национальных суверенитетов переставала быть объектом многочисленных спекуляций, а
во-вторых, присутствие оставшихся в Западной Армении частей Кавказ-
103
ской армии и офицеров в некотором смысле гарантировало благоприятное решение Армянского вопроса при содействии центростремительных
сил России. Иначе говоря, армянам было выгодно русское присутствие в
Закавказье и в завоеванной Западной Армении. В то же время для грузино-татарского тандема это присутствие, независимо от того, было ли оно
представлено большевиками или антибольшевистскими правительственными союзами, становилось главным препятствием на пути обретения
независимости от России, а также приобретения чужих, в том числе армянских, территорий с помощью новых союзников.
Вторым знаковым процессом является военно-политическая деятельность Комиссариата. 17 ноября 1917 г. турецкое командование Кавказского фронта выступило с предложением о перемирии.
Турция нуждалась в перемирии, так как армия Османской империи в
Иранском Атропатене, Месопотамии и Палестине потерпела сокрушительное поражение от Антанты. Кроме того, турецкая армия не имела
достаточных ресурсов для осуществления похода против Кавказа, поэтому для пополнения новых сил она выигрывала время.
На заседании Комиссариата от 21 ноября 1917 года было принято
предложение турецкого командования о прекращении военных действий
по всему фронту, хотя военных действий и не было с весны 1917 года.
В качестве условия турецкая сторона не должна была осуществлять никаких стратегических перегруппировок, подвергающих опасности британскую армию в Месопотамии.
Комиссариат воспользовался фактом отсутствия единого центрального легитимного правительства в России, а также тем, что вследствие
гражданской войны штаб Верховного главнокомандующего был ликвидирован.
Во втором документе «Воззвание Комиссариата к армии и к населению Кавказа», принятом Комиссариатом, содержатся противоречивые
положения. Принимая в качестве исходного пункта принцип, согласно
которому в ходе перемирия будет созвано Всероссийское Учредительное
собрание с задачей установить условия перемирия, руководство Комиссариата подчеркивало, что при взятии им власти в свои руки «Кавказская
армия одного лишнего дня не будет воевать и сохранит единство с российским фронтом… Война породила революцию, – говорилось в воззвании, – Великая революция и уничтожит войну».
Противоречие было, во-первых, в том, что демократическое правительство края в данном случае выступало под большевистским лозунгом
«ни дня не воевать», в то время Временное демократическое правитель-
104
ство России рассматривало войну как основное средство и гарантию победы Комиссариата в борьбе против большевиков.
Лидер Тифлисских кадетов Н. Семенов и партийная газета «Народная
свобода» считали, что Закавказский комиссариат осуществлял программу
В. Ленина и Л. Троцкого. Эту точку зрения разделяли единомышленники
русских кадетов «Армянская народная партия» и выражавшая интересы
западных армян беспартийная газета Андраника «Айастан (Армения)».
Во-вторых, руководство Комиссариата не хотело признать, что преобладающая часть Кавказской армии с декабря 1917 года, в частности
после Второго краевого армейского съезда, оказалась большевизирована.
Наряду с принятыми большевистскими резолюциями, авторами которых
являлись С. Шаумян и Г. Корганян, также была принята резолюция
«О Западной Армении», основные тезисы которой легли в основу «Декрета о Турецкой Армении». Возникает вопрос, каким образом солдат,
получивший мир и землю, должен был покончить с войной помимо заключения сепаратного большевистского мира.
В-третьих, необъяснима постановка Комиссариатом вопроса о том,
что Кавказская армия вместе с общероссийским фронтом навсегда сохранит единство. В условиях Гражданской войны о каком фронте или о какой армии шла речь, неужели опять о большевизированных частях Кавказской армии, которые в условиях антибольшевистских и антирусских
действий, учиненных Комиссариатом, фактически бежали на Северный
Кавказ и в Россию? Эти части одновременно имели тайный приказ
В. Ленина и Л. Троцкого от 10 декабря 1917 г. о пополнении рядов Красной армии и сохранении советской власти.
С другой стороны, грузинские меньшевики, большевики, татарымусаватисты поднимали вопрос незамедлительного удаления большевистских частей Кавказской армии из региона, что подразумевало
предотвращение перспективы советизации Закавказья в рамках стратегии
«Кавказа без России».
С этой важнейшей проблемой прямым образом связаны учинённые
Комиссариатом насилие и погромы в отношении Кавказской армии и
безоружных мирных солдат по всей линии Закавказской железной дороги
с ноября 1917 по март 1918 гг. Лидеры Комиссариата обосновывали эти
зверства тем, что оружие и боеприпасы отступающей армии «предателя»
нужны для вооружения национальных воинских формирований, для
борьбы против ожидаемого нашествия Турции. Инициатива вновь исходила от грузинских меньшевиков Н. Жордания, Н. Рамишвили, А. Чхенкели и других.
105
Зверства, массовые бойни осуществляли татарские банды под непосредственным руководством Мусавата. Несмотря на то, что АРФД не
выступала против насильственного изъятия оружия, партия не принимала
участия в погромах. Дальнейшие события свидетельствуют, что во время
турецкого нашествия 1918 г. грузинские национальные части не показали
достаточной боеспособности, в частности, в деле защиты Западной Армении (Кавказского фронта). Они были заняты только обороной Батуми.
Татары-мусаватисты по понятным причинам с нетерпением ждали победоносных результатов собратьев-турок. Поэтому не только на участках
железной дороги, но и в Восточном Закавказье, а также в Ереванской
губернии, под непосредственным руководством турецких эмиссаров, организовали погромы русского, немецкого, еврейского, а далее и армянского населения, которые постепенно сконцентрировались против армейских частей. Особо зверскими оказались события в Елизаветполе, ГаджиКабуле, Хачмасе, Акстафе, и в частности в Шамхоре. Только на станции
Шамхор с 9 по 13 января 1918 г. были расстреляны более 2 тыс. безоружных русских солдат.
Фактически Закавказский комиссариат, часть монархистовгенералов и командование фронта (эсер Донской, затем меньшевик Гобечия) вели, подобно большевикам, сепаратные переговоры с германским
блоком, вместе с тем приспосабливая данный процесс к условиям военно-политической ситуации региона и интересам правящих кругов. «Побежденная Россия под именем Совнаркома Петрограда и Закавказского
комиссариата обратилась к воюющим государствам с предложением о
трехмесячном мире», – писала газета «Ван-Тосп»».
Следует отметить, что на заседании Комиссариата от 23 ноября обсуждалась опубликованная жалоба консулов союзных держав. В ходе
заседания открыто говорилось о том, что на Кавказском фронте разрабатываются условия перемирия с турецким командованием без ведома союзных правительств. На заседании было решено принять жалобу.
Получается, что в контексте большевистских сепаратных переговоров
Комиссариат в Закавказье и на Кавказском фронте, унаследовав стратегию
большевистского правительства, шел к еще одному договору с союзником
Германии Турцией, но с той разницей, что Германия давала гарантии
большевикам, а Турция требовала непризнания советской власти.
Таким образом, Закавказский комиссариат вместе с Краевым центром совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов и командованием Кавказской армии, одобрив предложенные Энвером-пашой и Вехибом-пашой условия перемирия и договора, завершили послеоктябрьский
106
этап «неразберихи», а также на деле доказали, сблизившись с Турцией,
что Закавказье больше не является частью России.
5 декабря 1917 г. в Ерзнка было подписано перемирие, приведшее в
условиях Брест-Литовских переговоров к началу турецких военных действий в феврале 1918 г. на территории Западной Армении и Закавказья и
заключению антирусского и антиармянского Брест-Литовского договора.
Спустя месяц после начала военных действий большевики разогнали
Учредительное собрание.
Заключение перемирия, а также разгон Учредительного собрания
ускорили процесс выбора новой политической германо-турецкой ориентации, что для грузинских меньшевиков было испытанной уже идеей
(грузино-турецкое тайное соглашение 1914 г., направленное против России. – Прим. авт.). С этого момента Комиссариат, а также образованный
10 февраля Закавказский сейм унаследовали германо-турецкую политическую ориентацию. В контексте логики Брест-Литовских переговоров
Турция усиливала нажим на закавказские власти, требуя заключить мир.
В этот период страны Антанты и США использовали Кавказ в качестве плацдарма для антисоветской борьбы, пытаясь таким образом оторвать край от России. 23 декабря 1917 г. Великобритания и Франция заключили тайный договор, по которому Кубань, Армения (Восточная и
Западная), Грузия, Восточное Закавказье (Азербайджан), Курдистан и
весь Кавказ должны были оказаться под контролем Великобритании, а
Бессарабия, Украина и Крым – Франции.
Одновременно в январе 1918 г. в Берлине и Вене стало ясно, что турецкая военная элита и татаро-мусульманский национальный комитет
намеревались создать в Восточном Закавказье мусульманское государство.
В качестве третьего процесса, вписанного в контекст международной ситуации создания независимой армянской республики, следует
назвать провозглашение независимости Закавказья.
С марта 1918 г. в ходе продолжившегося турецкого нашествия и
Брест-Литовских и Трапезундских переговоров в среде политического
руководства Закавказского сейма и армянских влиятельных партий закрепилась идея создания не только независимого Закавказья, но и национальных республик, что объяснялось принятием германо-турецкой политической ориентации.
В ходе Трапезундских переговоров (1 марта – 1 апреля 1918 г.) турецкая сторона вынуждала делегации Сейма признать условия БрестЛитовского мира в отношении Закавказья и Западной Армении. Отметим,
что по условиям Брест-Литовского договора к Османской империи ото-
107
шли Карс, Ардаган и Батуми, т.е. не только вся Западная Армения, но и
часть Восточной (Российской) Армении. Вместе с тем в ходе успешной
молниеносной войны Турция предъявляла новые ультимативные требования, в том числе провозглашение независимого от России Закавказья.
Межнациональные внутрикавказские глубокие противоречия, которые в результате турецкого военного вмешательства и территориальных
захватов еще больше проявились, вначале привели к искусственному и
принужденному объединению, а затем – к стремительному разложению
края и возникновению независимых национальных государств. Самой
острой из этих противоречий являлась проблема защиты фронта, т. е.
Западной Армении. Она впервые возникла в феврале 1918 г. во время
обороны Ерзнка и Эрзерума (Карин) и далее в апреле, когда Карс без сопротивления был сдан туркам.
С 6 по 8 апреля 1918 г. в Александрополе (Гюмри) состоялось чрезвычайное совещание армянских национально-политических организаций,
посвященное вопросам обороны фронта, отчету делегации Сейма о Трапезундских переговорах, независимости Закавказья, ситуации в Ереванской и Карсской областях и другим актуальным проблемам. Большинство
участников совещания выступили против требования Османского правительства и мусаватистов о немедленном провозглашении независимости
Закавказья.
Так или иначе, жребий был брошен. 22 апреля 1918 г. Сейм объявил
об отделении от России и провозглашении независимости. В качестве
практического результата новой политической ориентации и стратегии
Сейм решил возобновить переговоры с Турцией в Батуми. После провозглашения независимости правительство Е. Гегечкори подало в отставку.
13 апреля на заседании Сейма была провозглашена Закавказская демократическая федеративная республика. Новое правительство возглавил
меньшевик А. Чхенкели, который, между прочим, вместе с исполняющим
обязанности военным министром И. Одишелидзе 11 апреля приказал командующему Кавказским фронтом (с 1-го марта) и Армянским корпусом
Т. Назарбекяну оставить Карс.
С 9 апреля по 26 мая 1918 г. развивался процесс распада искусственного, даже враждебного союза – Закавказской республики. В данном случае инициатива также исходила от грузинских меньшевиков, ориентировавшихся на союз с Германией и Турцией. Первый шаг осуществил
Н. Жордания, который после определенной подготовительной работы согласился с руководителем военной миссии Германии О. фон Лоссовым и
принял его предложение о выходе Грузии из состава федеративного Закав-
108
казья и провозглашении независимости. Германия взяла на себя обязательства посредника в турецко-закавказских переговорах. После того как турки
отклонили посреднические услуги германской делегации, немцы инициировали тайные переговоры с грузинскими меньшевиками. Этот процесс
завершился 14 мая 1918 г. принятием Грузинским национальным советом
решения о просьбе принятия протектората Германии.
Теперь уже Германии было выгодно, чтобы вместо единого закавказского государства существовали три «независимые» республики. Эта
задача облегчалась тем, что Турция со своей стороны втайне от Германии
вела переговоры с мусаватистами.
В ходе возобновленных с 11 мая переговоров в Батуми, Турция
преднамеренно ставила такие требования, чтобы их принятие оказалось
равносильно потере суверенитета Закавказской республики. Одновременно, ведя переговоры, турки продолжали продвижение и подобно синдрому Трапезундских переговоров, где турецкая делегация выиграла
время, а турки захватывали в основном армянские территории.
25 мая в Поти между О. фон Лоссовым и посланником Германии в
Грузии графом фон дер Шуленбургом, с одной стороны, и А. Чхенкели, с
другой стороны, начались переговоры. В тот же день из Крыма в Поти
прибыли два германских батальона численностью около 8 тыс. солдат.
28 мая в Поти было подписано предварительное германо-грузинское соглашение. Формально оно базировалось на принципах Брест-Литовска, но
на самом деле превращало Грузию в германскую колонию. И действительно, независимую Грузию в 1918–1919 гг. часто с упреком называли «Грузинской нефтепроводной республикой». Большая часть германского военного контингента вошла в Тифлис, и 13 июня правительство Грузии объявило, что оно само пригласило немцев с целью защиты границ страны.
Провозглашение независимости Азербайджана прямым образом
диктовалось со стороны Османской империи, а военно-политической и
идеологической основой возникновения этого политического образования стал пантюркизм. Что касается мусаватистов, то они в эти дни писали военному министру империи Энверу-паше, что, несмотря на желание
мусульман, населяющих территорию Закавказья слиться с Турцией, они
согласны содействовать политике тюрков и некоторое время быть независимыми и сильными.
«Азербайджан ждет одного, – в сентябре 1918 г. отмечал участник
Бакинского похода, турецкий историк Сурейа Айдемир, – пришла бы
Османская армия, пролила кровь в битвах, освободила бы азербайджанских собратьев. После этого на основе одного языка, одной культуры,
109
одной религии и одной родины государство Азербайджан заняло бы свое
место в истории». Даже национальный совет Азербайджана создавался
поспешно – 27 мая по инициативе турецкого командования, чтобы обеспечить легитимность «национального» образования.
Примечательна позиция Б. Байкова, русского деятеля, члена кадетской партии. Он отмечал: «…если у Армении и Грузии могли существовать те или иные более или менее весомые причины по вопросу отстранения от России и провозглашения независимости, то таковых достойных
уважения причин, чтобы действовать по примеру Грузии и Армении, не
было и не могло быть у азербайджанских татар. В истории не существовало государства, которое объединило бы татарское население той территории, на которой в 1918 году возникла Независимая Республика Азербайджана».
В армянской действительности первые «официальные» высказывания о независимости прозвучали на Александропольском совещании,
когда, помимо вынужденного признания существования независимого
Закавказья, обсуждались предложения выхода из создавшейся тяжелой
ситуации посредством собственных национальных структур и армии.
К слову, именно на этом совещании приняли запоздалое, но важнейшее решение об оказании сопротивления туркам, несмотря на то что
весь ход совещания и логика выступлений свидетельствовали, что армянский народ в целом не готов к самообороне. В этих условиях и состоялись Майские героические сражения 1918 г. в Шираке, Джавахке, Сардарапате, Баш-Апаране, Караклисе.
Член АРФД Х. Карчикян предчувствовал, что будущая независимая
Армения, или единое Закавказье, будут вновь завоеваны Россией: «Россия не сможет смириться с утратой Закавказья и сегодняшнее отделение
воспримет не как осуществление идеи независимости, а как акт насилия,
которому поневоле подверглось Закавказье под нажимом Турции». Подтекстом сказанного является то, что будущая Армения все равно должна
быть возвращена России в ходе советизации. Его главный вывод заключался в том, что для армян он считал пагубным Брестский мир и прекращение боевых действий путем сдачи Карса.
На заседании Александропольского совещания 8 апреля более определенно высказывались мнения за и против обретения независимости.
Совещание раскрыло отсутствие единой позиции среди армянских партий, в особенности АРФД, несогласной с Армянским национальным советом, с обстоятельством радикальных противоречий вокруг проблем
продолжения войны, организации самообороны, независимости и т. д.
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]