Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1329 вузов, 5502 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Уголовно правовое реагирование. Монография

.pdf
Скачиваний:
1
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
2.2. Уголовно-правовое реагирование на преступления в сфере экономики
слоев общества. Правда, в отличие от Э. А. Росса, его последователи
1
оставили более существенное наследие
.
Общепризнанный вклад в разработку проблемы экономической преступности с позиций социологии внес Эдвин Х. Сазерленд, которого считают старейшиной американских криминологов. Он был убежден, что многие так называемые респектабельные гражда не — представители высших слоев общества — в действительнос ти весьма часто оказываются преступниками. Изза неодинаковой реакции на преступность высших и низших классов у первых она по большей части остается вне поля зрения общества, но от этого не становится менее опасной. Определяя преступления «белых воротничков» как «противоправные деяния, совершаемые уважа емыми и занимающими высокое социальное положение лицами при исполнении служебных обязанностей», Сазерленд утверждал, что «финансовый ущерб, наносимый ими, оказывается в несколь ко раз большим, чем урон, причиняемый всеми другими видами преступлений». Однако этот финансовый ущерб, несмотря на его порой исключительные размеры, еще не столь серьезен, как прои стекающий от подобных правонарушений вред, наносимый соци альным отношениям. По мнению автора, «преступления «белых воротничков» связаны с обманом доверия и потому ведут к появ лению недоверия, а это снижает моральные ценности в обществе
2
и способствует социальной дезорганизации»
.
Понятие «беловоротничковой» преступности впервые было упо треблено Э. Сазерлендом в обращении к Американскому социоло гическому обществу (президентом которого он являлся) в 1939 г.
3
Он подчеркивал, что данное им определение «беловоротничко вой» преступности не распространяется на те совершаемые пред ставителями высшего класса преступления, которые не относятся к их профессиональным занятиям (убийство, изнасилование, на сильственные действия и пр.). Не распространяется оно и на мо шеннические махинации богатых представителей преступного под
1
Криминология / Под ред. Джозефа Ф. Шелли. СПб., 2003. С. 347.
2
Цит. по: Шур Э. М. Наше преступное общество. Социальные и правовые источ
ники преступности в Америке. М., 1977. С. 143–144.
3
Sutherland E. H. White Collar Crimе // American Sociological Review. 1940.
Vol. 5. P. 4–12.
71
Глава 2. Горизонтальное уголовно-правовое реагирование
полья, ибо они не заслуживают уважения и не занимают высокого
1
общественного положения
. «Это определение, каким бы неточным и неадекватным оно ни было, имело, по меньшей мере, то достоин ство, что разъясняло смысл поставленной Сазерлендом цели, ко торая состояла в том, чтобы привлечь внимание к колоссальной по своим масштабам области преступного поведения, на которую обычно смотрят сквозь пальцы», — писал криминолог Г. Манн
2
хейм в своей работе «Сравнительная криминология»
. Он считал, что этим Сазерленд внес такой вклад в науку, который по значимо сти сопоставим с открытием Н. Коперника.
Последователи и критики Сазерленда пытались скорректиро вать предложенный подход и усовершенствовать сформулирован ное им определение. Так, Дж. Колеман характеризовал «белово ротничковую» преступность как нарушение закона, совершенное лицом или группой лиц в процессе выполнения законной профес
3
сиональной деятельности или финансовой активности
. В свою очередь, С. Шапиро предлагал неформальное, не связанное со ста тусом преступника определение, которое не затрагивало бы ни мо тивов самого преступления, ни степени его выгодности. Он считал ключевым понятие «злоупотребление доверием», которое означает использование положения, основанного на доверии, агентом, от ветственным за надзор за имуществом, информацию или имущест венные права. Такие действия имеют место, когда банкир выдает своим друзьям ссуды под низкий процент при отсутствии надле жащего обеспечения, когда аудиторские фирмы издают оптими стические отчеты о компаниях, находящихся на краю банкротства, когда менеджеры, посвященные в секреты корпорации, советуют брокеру или когда клерки на станциях технического обслуживания
4
похищают и продают номера кредитных карточек клиентов
.
Следует признать, что подобные уточнения в значительной мере
обедняют и примитивизируют главный тезис теории «респекта
1
Sutherland E. H. White Collar Crimе. N. Y., 1949. P. 9.
2
Mannheim Hermann. Comparative Criminology. Boston, 1965. P. 472.
3
Coleman J. The Criminal Elite: The Sociology of White Collar Crimе. N. Y., 1985.
P. 5.
4
Shapiro S. P. Colarring the Crime, not the Criminal: Reconsidering White Collar
Crimе // American Sociological Review. 1990. Vol. 1. P. 347–348.
72
2.2. Уголовно-правовое реагирование на преступления в сфере экономики
бельной» преступности Сазерленда, который Дж. Брэйтвэйт фор мулирует следующим образом: «Сила и влиятельность являются ключом к идентификации, удовлетворительной систематизации, и объяснению основных вопросов, связанных с преступлениями и контролем над ними»1.
Безусловно, определения, данные рассматриваемому феномену в социологии и криминологии, имеют важное значение для по нимания его сути. Однако они не способны (без их включения в уголовный закон) какимлибо образом повлиять на существу ющую практику противодействия преступлениям «белых ворот ничков». В этой связи самым оптимальным путем представляется целеустремленное использование уголовноправовых институтов. При этом именно такой уголовноправовой подход позволяет по нять, борется ли государство с беловоротничковой преступностью или нет.
Поскольку сущность беловоротничкой преступности составля ют экономические преступления, данному феномену в уголовном законе России в основном соответствует гл. 22 «Преступления в сфере экономической деятельности». Именно в этой главе уста новлена ответственность за такие преступления, как отмывание денег, налоговые, банковские преступления. В то же время ряд ста тей, содержащихся в данной главе, не могут быть признаны чисто экономическими. Например, ст. 175 «Приобретение или сбыт иму щества, заведомо добытого преступным путем»
УК РФ является
общеуголовным, а не экономическим преступлением.
Беловоротничковая преступность, согласно устоявшимся с со ветских времен канонам (которые не менялись, поскольку яв ляются классическими), имеет основным объектом преступного
2
посягательства экономические отношения
. При этом она не про сто связана с такими общественными отношениями, но посягает на экономическую безопасность государства, общества и личности. Приведенная последовательность — государство, общество, лич ность — нарушает привычную парадигму уголовноправового ре
1
Braithwaite J. Enforced SelfRegulation: A New Strategy for Corporate Crime
Control // Michigan Law Review. 1983. P. 1466–1468.
2
Никифоров Б. С. Объект преступления. по советскому уголовному праву. М.,
1960.
73
Глава 2. Горизонтальное уголовно-правовое реагирование
гулирования, в котором на первом месте стоит личность, однако для понимания сути беловоротничковой преступности она принци пиально важна. Более того, она является определенным маркером, ведь если преступление наносит ущерб в первую очередь конкретной личности, то оно должно быть отнесено к общеуголовным. Белово ротничковые преступления, напротив, причиняют, прежде всего, ущерб государству и обществу, а уже через это и личности. Напри мер, такие явления, как отмывание денег, вывоз капитала за грани цу, контрабанда, причиняют ущерб государству. Поэтому следует отнести к беловоротничковой преступности и преступления эко номического характера, содержащиеся в других главах уголовного закона, но представляющие угрозу для экономической безопасно сти государства. В частности, такие деяния, как мошенничество в сфере предпринимательской деятельности (ч. 5–7 ст. 159, ранее ст. 159.4), нецелевое расходование бюджетных средств (ст. 285.1), нецелевое расходование средств государственных внебюджетных фондов (285.2), злоупотребление должностными полномочиями при выполнении государственного оборонного заказа (285.4), неза конное участие в предпринимательской деятельности (ст. 289 УК РФ). Отнесение к данной преступности отдельных преступлений, содержащихся в уголовном законе России, образует ее качествен ную сторону.
Однако следует сделать ремарку относительно того, что совер шение таких преступлений должно носить системный характер либо причинять существенный ущерб интересам государства, об щества и личности. Если указанные преступления носят эпизоди ческий характер или являются весьма незначительными (с точки зрения причиненного ими ущерба), то их вряд ли можно относить к беловоротничковым. Например, неуплата налогов отдельным ли цом не будет образовывать беловоротничковое преступление, тог да как систематическое уклонение от такой уплаты, совершаемое в размере, причиняющем существенный ущерб общественным от ношениям, напротив, будет свидетельствовать о совершении такого преступления. Соответственно, говоря о конкретных преступлени ях с точки зрения их отнесения к беловоротничковой преступно сти, необходимо учитывать их количественную сторону — ущерб, причиненный ими, а также интенсивность их совершения.
74
2.2. Уголовно-правовое реагирование на преступления в сфере экономики
Представляется, что только следование этим критериям позво лит выявить, какие именно деяния образуют беловоротничковую преступность. Например, если преступления, посягающие на эко номические отношения, осложняются насилием, мы уже не сможем причислять их к беловоротничковым, так как будет нарушен каче ственный критерий. Совершенные преступления, с одной стороны, будут выходить за рамки экономических статей уголовного закона. С другой стороны, мелкие и единичные экономические преступ ления также не образуют беловоротничковой преступности ввиду нарушения количественного критерия.
Кроме того, необходимо также учесть, что субъектом беловорот ничковых преступлений могут быть люди, обладающие соответ ствующим социальным капиталом (статусом), главным образом, должностные лица и бизнесмены.
Соотношение беловоротничковой преступности с организован ной преступностью и коррупцией можно охарактеризовать кругами Эйлера — данные явления не являются идентичными, но частично пересекаются друг с другом. Для эффективного противодействия беловоротничковой преступности необходимо понимать возмож ность такого пересечения и давать ему соответствующую уголов ноправовую оценку.
Проблема заключается в отсутствии четкого понимания всех перечисленных феноменов. Например, в настоящее время в Российской Федерации отсутствует уголовноправовое опре деление организованной преступности. Существует легальное определение преступного сообщества, сформулированное на ос новании определения, содержащегося в Конвенции ООН про тив транснациональной организованной преступности 2000 г. Так, ч. 4 ст. 35 УК РФ устанавливает, что преступление при знается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено структурированной орга низованной группой или объединением организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объе динены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды. Ина че говоря, преступное сообщество понимается здесь как органи
75
Глава 2. Горизонтальное уголовно-правовое реагирование
зация, сформировавшаяся со специальной целью совершения тяжких или особо тяжких преступлений. Данное определение не позволяет говорить о наличии организованной преступной группы в тех случаях, когда группа, совершающая экономиче ские преступления, объединилась не со специальной целью со
вершения преступлений, а сформировалась на основе легального органа. Например, начальник и его подчиненные используют
свое служебное положение в целях совершения экономических преступлений. Правоприменительные органы России в этом случае четко не понимают, можно или нет квалифицировать де ятельность таких групп как организованную преступную. В этой связи практика квалификации соответствующих преступлений в Российской Федерации до последнего времени являлась про тиворечивой: при одинаковых обстоятельствах правопримени тельные органы в одном деле вменяли подозреваемым, помимо экономических преступлений, организованную преступную дея тельность, а в других — нет.
ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 28.1 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации» ст. 210 УК РФ «Организация преступ ного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)» дополнена новым примечанием:
«1. Учредители, участники, руководители, члены органов управления и работники организации, за­регистрированной в качестве юридического лица, и (или) руководите­ли, работники ее структурного подразделения не подлежат уголовной ответственности по настоящей статье только в силу организационно­штатной структуры организации и (или) ее структурного подразделения и совершения какого-либо преступления в связи с
осуществлением ими полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществле­нием организацией предпринимательской или иной экономической де­ятельности, за исключением случая, когда эти организация и (или) ее структурное подразделение были заведомо созданы для совершения одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений».
образом законодатель выразил вполне определенную позицию: если преступная организация сформировалась на основе легаль ного органа, она таковой признана быть не может. Этим самым он категорически игнорирует отечественный опыт регулирова
Таким
76
2.2. Уголовно-правовое реагирование на преступления в сфере экономики
ния общественных отношений во времена кардинальных перемен, когда как раз общественно опасным признавалось использование официальных структур.
По УК РСФСР (1922) расстрелом с конфискацией имущества каралось участие в организации, противодействующей в контр революционных целях нормальной деятельности советских уч реждений или предприятий, или использующей таковые в тех же целях (ст. 63). Отвечая на конспирологический вопрос «Кому вы годно?», можно констатировать активную роль в принятии нового примечания к ст. 210 УК РФ института уполномоченных по защи те прав предпринимателей. Этот институт (вместе с другими субъ ектами) функционирует в парадигме «кошмарят бизнес» и вносит существенный вклад в последовательное нарушение принципа
1
равенства всех перед законом в современной России
. Напомним диспозицию ст. 69 УК РСФСР (1960) «Вредительство»: «Дейст вие или бездействие, направленное к подрыву промышленности, транспорта, сельского хозяйства, денежной системы, торговли или иных отраслей народного хозяйства, а равно деятельности го сударственных органов или общественных организаций с целью ослабления Советского государства, если это деяние совершено
путем использования государственных или общественных уч реждений, предприятий, организаций» (выделено нами. — М. К.,
И. К.). Сейчас более чем уместно включить такую норму в дейст
2
вующий УК РФ
.
Лоббируя новое примечание к ст. 210 УК РФ, уполномочен ные по правам предпринимателей не учли, что оно противоречит ст. 172.2 «Организация деятельности по привлечению денежных средств и (или) иного имущества» и ст. 173.1 УК РФ «Незакон ное образование (создание, реорганизация) юридического лица», в чем можно убедиться, ознакомившись с их диспозициями. Та ким образом, новелла имеет внесистемный, а значит непродуман ный характер. Кроме того, низок ее прогностический потенциал, поскольку угрозы уголовных репрессий для предпринимателей
1
См.: Безверхов А. Г. Современная уголовная политика в сфере экономики: в по
исках адекватной модели // Российская юстиция. 2012. № 10. С. 31–34.
2
Клейменов М. П. Криминологические аспекты конспирологии // Всероссий
ский криминологический журнал. 2020. № 4. С. 533.
77
Глава 2. Горизонтальное уголовно-правовое реагирование
нередко исходят от их конкурентов, которые выступают в каче стве заказчиков. «Ключевые исполнители (не заказчики) — пра воохранительные органы, ФСБ, суд. Жертвы — предпринимате ли — партнеры, которых целесообразно «съесть», конкуренты, политические оппоненты. Чаще всего — успешные собственники
1
высокодоходного бизнеса»
. Иными словами, усилия институ та уполномоченных по правам предпринимателей в данном слу чае можно определить словами: «пилят сук, на котором сидят». Их вмешательство в уголовную политику имеет деконструктив ный характер. «Как известно, уголовная политика — это часть общей политики государства (в том числе экономической) и ес тественно, если экономическая политика контролируется крими нальноолигархическими кланами, то уголовная политика не мо жет быть свободной от такой «экономической политики». Вернее
сказать, уголовная политика во многом направлена на защиту
2
этих же криминальноолигархических кланов»
. За «бортом» та кой политики находятся интересы основной массы предпринима телей, поскольку «места» олигархов давно заняты и мечтать о них не приходится.
В то же время законодатель не отменил ч. 3 ст. 210 УК РФ, уста навливающей ответственность за организацию преступного сооб щества (преступной организации) или участие в нем (ней) с ис пользованием служебного положения. Здесь возникает проблема ее реализации. В некоторых случаях правоприменители путаются, вменяя организованную преступную деятельность одним участ никам преступной организации и не вменяя другим. Однако во прос о таком вменении имеет значение не только с точки зрения назначения справедливого наказания преступникам, но и с целью противодействия уклонению их от уголовной ответственности во обще. Показательным здесь также является дело генерала МВД Виктора С.
Следствием установлено, что С. в бытность начальником Азово­Черноморского УВДТ МВД России, вошел в состав организованной
1
Бабаев М. М., Пудовочкин Ю. Е. Российская уголовная политика XXI века. М.,
2020. С. 72.
2
Кондратюк Л. В., Овчинский В. С. Криминологическое измерение. М., 2008.
С. 261.
78
2.2. Уголовно-правовое реагирование на преступления в сфере экономики
группы, которая являлась структурным подразделением преступного сообщества, созданного Ч. и М. Данное сообщество занималось кон­трабандой товаров из Сирийской Арабской Республики, ОАЭ и Турец­кой Республики. Схема преступной деятельности была следующая: из вышеперечисленных стран в аэропорты городов Майкопа и Сочи прибывал самолет с контрабандным товаром, который недостовер­но декларировался (путем внесения
в декларации заведомо ложных сведений о грузе, его получателях, декларантах) должностными ли­цами, участвующими в структурных подразделениях организованной группы. Затем товар перевозился на специальные склады Краснодар­ского края, а уже оттуда направлялся в Москву под прикрытием кор­румпированных сотрудников органов внутренних дел. В Москве этот товар реализовывался. По версии следствия,
С. организовывал об­щее покровительство деятельности организованных групп, пресекал правомерные действия подчиненных ему сотрудников транспортной милиции по выявлению контрабанды, запрещая им проведение соот­ветствующей оперативной работы в этом направлении, обеспечивал отсутствие препятствий для осуществления контрабанды. В общей сложности генерал принял участие в 59 эпизодах контрабанды. Хотя некоторым участникам преступной организации вменялась ст
. 210 УК РФ (поскольку созданное ими преступное сообщество имело посто­янный, устойчивый состав, отличалось тщательным планированием и распределением ролей между его членами, строилось на обширных связях, в том числе в правоохранительных органах, имело специаль­ную цель, направленную на обогащение, отличалось иерархической структурой и т. д.), другим ее членам, в том числе
С., обвинение по этой статье предъявлено не было. По мнению следствия, С. не был в полном объеме осведомлен о всех планах и составе участников преступного сообщества, всех средствах и способах контрабандного перемещения товаров. В результате С. было инкриминировано совершение 59 пре­ступлений, предусмотренных частью четвертой статьи 188 УК Россий­ской Федерации. Однако вследствие
либерализации уголовного зако­на Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ данная статья утратила силу. Уголовное дело в отношении С. было прекращено.
Уголовноправовое реагирование на беловоротничковые пре ступления в целом может быть охарактеризовано как неадекватное (табл. 4).
79
Глава 2. Горизонтальное уголовно-правовое реагирование
Таблица 4. Количество осужденных за преступления в сфере
экономической деятельности за 2013–2020 гг.), абс.
Преступление (статьи
УК РФ)
Мошенничество в сфере предпринимательской деятельности (159.4, 159 ч. 5–7)
Воспрепятствование за конной предприниматель ской или иной деятель ности (169)
Регистрация незаконных сделок с недвижимым имуществом (170)
Фальсификация единого государственного реестра юридических лиц, реестра владельцев ценных бумаг или системы депозитар ного учета (170.1)
Внесение заведомо лож ных сведений в межевой план, технический план, акт обследования, проект межевания земельного участка или земельных участков либо картуплан территории (170.2)
Незаконное предприни мательство (171)
Производство, приобрете ние, хранение, перевозка или сбыт товаров и про дукции без маркировки и (или) нанесения ин формации, предусмотрен ной законодательством Российской Федерации (171.1)
Годы
2013 2014 2015 2016 2017 2018 2019 2020
285 319 265 266 144 108 129 111
02015795
00001000
16 28 29 58 78 51 32 40
 001110
123 165 148 160 146 177 145 107
18 31 69 245 544 750 170 690
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности