Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Уголовно правовое реагирование. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

1 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 1718 / 2118 19 20 21 > Следующая >>>

2.3. Уголовно-правовое реагирование на преступления коррупционной направленности

числом 3532. Между тем количество лиц, осуждаемых за такое пре ступление невелико (по ч. 1 ст. 303 медианное значение за 2011– 2020 гг. составило 55 человек). Это указывает на искаженное вос приятие общественной опасности фальсификации доказательств самими судебными инстанциями в сторону ее занижения.

Часть 2 ст. 303 УК РФ не только применяется сравнительно ред ко: обращает на себя внимание практическое отсутствие каратель ного элемента в реализуемой судебной практике. Бросается в глаза,

из 22 осужденных 12 были освобождены от наказания по не

что реабилитирующим основаниям. Это преступление, на наш взгляд, должно быть отнесено к тяжким, для чего санкцию в виде лишения свободы следует увеличить до семи лет.

Аналогичные соображения сформулированы Г. Г. Радионовым, который предлагает повысить верхний предел санкций ч. 1 и 2 ст. 303 УК РФ (до четырех и шести лет лишения свободы соответ ственно), сохранив при этом их нижнюю границу, что подтвержда

ет обоснованность высказанных суждений

В судебной практике общественная опасность такого преступле ния недооценивается.

Так, Омским областным судом был оправдан дознаватель Д-в, обвинявшийся в фальсификации доказательств по уголовному делу (ч. 2 ст. 303 УК). Возражая против оправдания Д-ва, гособвинитель в представлении указывал, что инкриминируемое Д-ву деяние ни при каких условиях не может быть признано малозначительным, поскольку по своей конструкции является формальным и

опасно уже в силу самого факта представления фальсифицированного доказательства безотносительно от последствий. Отвергая доводы гособвинения при пересмотре дела в кассационном порядке, Судебная коллегия Верховного Суда РФ согласилась с выводами суда первой инстанции о том, что подделка Д-вым протокола допроса свидетеля Б. не повлияла на результаты рассмотрения дела, не

повлекла вынесение неправосудного приговора, не представляла угрозы его принятия судом и нарушения прав и свобод граждан

. Приводя это реше-

См.: Радионов Г. Г. Уголовная ответственность за фальсификацию доказа тельств и результатов опреративноразыскной деятельности: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2015. С. 8.

Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верхов ного Суда РФ от 05.04.2006 г. по делу N 50О06–1.

171

Глава 2. Горизонтальное уголовно-правовое реагирование

ние, профессор Л. В. Лобанова и доцент А. П. Рожнов его не опровергают, замечая только, что сам по себе факт отнесения инкриминируемого преступления к формальным составам не исключает возможности признания совершенного Д-вым деяния малозначительным»

С нашей точки зрения, здесь прав гособвинитель, а Судебная

коллегия приняла ошибочное решение, дискредитирующее идею справедливости правосудия. Иными словами, здесь просматрива ется профессиональная деформация: «внутренняя оценка» фаль сификации доказательств оказывается гораздо мягче «внешней оценки». Поэтому права М. Шклярук, указывая, что при сущест вующей организации уголовного преследования и системе оценок деятельности участников риски, связанные с должностными пре ступлениями, оказываются ниже рисков, связанных с выявлением

и расследованием таких преступлений

Тяжким является преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 303

УК РФ. Тем не менее только трое из 15 осужденных были при говорены к реальному лишению свободы (один — до одного года, один — от двух до трех лет, один — от трех до пяти лет). Полага ем, что общественная опасность такого деяния недооценивается ни в судебной практике, ни в санкции нормы, строгость которую целесообразно увеличить, предусмотрев наказание в виде лишения свободы от пяти до 10 лет.

Фальсификация результатов оперативноразыскной деятельнос

ти лицом, уполномоченным на проведение оперативноразыскных мероприятий, нарушает логическую иерархию ст. 303 УК РФ. С на шей точки зрения, в этой норме зафиксирована самостоятельная проблема и ее желательно сформулировать в отдельной статье УК РФ (303.1). Вопервых, как справедливо замечает Г. Г. Радионов, «законодательная регламентация целей фальсификации результа тов оперативноразыскной деятельности крайне неудачна. С одной стороны, она порождает очевидный пробел, поскольку не позволя ет применить ч. 4 ст. 303 УК РФ в случаях, когда фальсификация

Лобанова Л. В., Рожнов А. П. Малозначительность деяния: абстрактность зако нодательного регулирования и трудности правоохранительной реализации // За конность. 2016. № 6. С. 46–50.

Шклярук М. Заказ от системы. URL: http://www.enforce.spb.ru. (дата обраще ния:17.06.2021).

172

2.3. Уголовно-правовое реагирование на преступления коррупционной направленности

результатов оперативноразыскной деятельности совершается с це лью освобождения от уголовной ответственности лица, заведомо причастного к совершению преступления. С другой стороны, пред усмотренная в ч. 4 ст. 303 УК РФ альтернативная цель причине ния вреда чести, достоинству н деловой репутации не согласуется с содержанием видового объекта преступлений против правосудия. Исходя из этого, цели указанного преступления предлагается сфор мулировать в диспозиции ч. 4 ст. 303 УК РФ следующим образом: «… в целях привлечения заведомо невиновного к уголовной ответ ственности, а равно заведомо незаконного освобождения от уголов

ной ответственности»

. Вовторых, фальсификация результатов ОРД может сопровождаться тяжкими последствиями и характери зоваться корыстной целью или целью продвижения по службе. Все это целесообразно учесть при определении квалифицированных со ставов проектируемой ст. 303.1 УК РФ. Втретьих, ч. 4 ст. 303 введе на в УК РФ поспешно, под предлогом ослабить «силовое давление» на предпринимателей, что определяет непродуманность и некомпе тентную формулировку данной нормы.

В связи со сказанным уместно привести данные проведенно го нами опроса населения о правосудии. На вопрос «Насколько, на Ваш взгляд, распространена фальсификация доказательств и результатов оперативнорозыскной деятельности в практике полиции?» опрошенные нами респонденты ответили: а) совсем не распространена — 3,9 %;б) скорее не распространена, чем рас пространена — 24,4 %; в) затрудняюсь ответить — 29,3 %; г) скорее распространена, чем не распространена — 34,6 %; д) широко распро странена — 7,8 %.

Как видим, число критических оценок превышает количество позитивных высказываний. В этой связи ясно, что общественное мнение требуется переубедить, а это возможно сделать только при самом строгом отношении к нарушению законности лицами, осуществляющими правосудие.

Статья 306 УК РФ включает три нормы.

1. Заведомо ложный донос о совершении преступления — на

казывается штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей

Там же. С. 10.

173

Глава 2. Горизонтальное уголовно-правовое реагирование

или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо обязательными работами на срок до 480 часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. То же деяние, соединенное с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, — наказывается штра фом в размере от 100 тыс. до 300 тыс. рублей или в размере заработ ной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй на стоящей статьи, соединенные с искусственным созданием доказа тельств обвинения, — наказываются принудительными работами на срок до пяти лет либо лишением свободы на срок до шести лет.

Из табл. 15 видно, что судебная практика реализации этих норм изобилует случаями освобождения виновных от наказания по не реабилитирующим основаниям, что, на наш взгляд, указывает на недооценку общественной опасности соответствующих престу плений. Полагаем, что деяние, предусмотренное ч. 2 ст. 306 УК РФ, должно быть тяжким, для чего в санкции этой нормы наказание в виде лишения свободы следует увеличить до шести лет.

Целесообразно обеспечить большую строгость санкции ч. 1 ст. 307 УК РФ «Заведомо ложные показания, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод», по которой осуждается большая часть виновных лиц, включив в нее наказание в виде ли шения свободы на срок до пяти лет, а санкцию по части второй этой статьи увеличить до семи лет лишения свободы. Это позволит оста новить практику подготовки ложных заключений экспертов и спе циалистов, которые даются на основе коррупционных отношений. Особенно велико их число при экспертизе по делам о дорожно транспортных происшествиях. Существующая судебная практика, как усматривается из материалов табл. 15, с задачей общей превен ции таких преступлений не справляется: слишком незначительны ми представляются уголовноправовые риски недобросовестным экспертам и специалистам.

174

2.3. Уголовно-правовое реагирование на преступления коррупционной направленности

В то же время следует учесть, что такие преступления нередко имеют своеобразную юридическую поддержку (в виде юридиче ских консультаций), а отсутствие реагирования на них чаще всего означает должностное правонарушение, в том числе коррупцион ной направленности1.

Статья 309 УК РФ «Подкуп или принуждение к даче показа ний или уклонению от дачи показаний либо к неправильному пе реводу» содержит четыре нормы.

1. Подкуп свидетеля, потерпевшего в целях дачи ими ложных показаний либо эксперта, специалиста в целях дачи ими ложного заключения или ложных показаний, а равно переводчика с целью осуществления им неправильного перевода — наказывается штра фом в размере до 80 тыс. рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до 480 часов, либо исправитель ными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до трех месяцев.

2. Принужде ние свидетеля, потерпевшего к даче ложных пока заний, эксперта, специалиста к даче ложного заключения или пе реводчика к осуществлению неправильного перевода, а равно принуждение указанных лиц к уклонению от дачи показаний, со единенное с шантажом, угрозой убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества этих лиц или их близких, — наказываются штрафом в размере до 200 тыс. рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужден ного за период до 18 месяцев, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет.

3. Деяние, предусмотренное частью второй настоящей статьи, со вершенное с применением насилия, не опасного для жизни или здо ровья указанных лиц, — наказывается принудительными работами на срок до пяти лет либо лишением свободы на тот же срок.

4. Деяния, предусмотренные частями первой или второй насто ящей статьи, совершенные организованной группой либо с при

БарахЧайка М. Не прокаженные, но неприкасаемые // ЭЖЮрист. 2015.

№ 35. С. 1, 3.

175

Глава 2. Горизонтальное уголовно-правовое реагирование

менением насилия, опасного для жизни или здоровья указанных лиц, — наказываются лишением свободы на срок от трех до семи лет.

При сопоставлении диспозиций и санкций этих норм бросается в глаза явное несоответствие общественной опасности и наказуе мости деяний, которое затем подтверждается судебной практикой: 17 из 23 осужденных по ч. 2 ст. 309 УК РФ назначено наказание в виде штрафа. И это при том, что в диспозиции нормы говорит ся о шантаже, угрозой убийством, причинением вреда здоровью, уничтожении или повреждении имущества свидетелей, потерпев ших, экспертов, специалистов, переводчиков или их близких.

С нашей точки зрения, санкции каждой из норм ст. 309 УК РФ следует дополнить:

часть 1 — лишением свободы на срок до пяти лет;

часть 2 — лишением свободы на срок от двух до шести лет;

часть 3– лишением свободы на срок от трех до семи лет;

часть 4 — лишением свободы на срок от пяти до десяти лет.

Следует учитывать, что практика подкупа и запугивания участ ников судопроизводства довольно распространена и требует более радикальных мер уголовноправового реагирования. Это преступ ление по эмпирическим данным обладает 10кратной латентно

. Изучение опубликованных материалов судебной практики

стью показывает, что подкуп, шантаж и угрозы убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества чаще всего исходят со стороны криминалитета — лиц, профессионально

занимающихся преступной деятельностью

. У лиц, дающих пока зания или осуществляющих перевод, есть обоснованные опасения полагать, что неустановленные соучастники преступника могут привести угрозы в исполнение. К тому же такие преступления со вершаются в условиях неочевидности: изобличение преступников

Теоретические основы исследования и анализа латентной преступности /

Под ред. С. М. Иншакова. С. 561–62.

См.: Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015); Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 27.09.2016 № 127АПУ1613; Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 23.10.2015 № 66АПУ1538; Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 18.05.2015 N 66АПУ156; Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 11.12.2014 № 15АПУ14–8.

176

2.3. Уголовно-правовое реагирование на преступления коррупционной направленности

требует применения оперативнорозыскных мероприятий. Борьба с такими преступлениями требует активизации.

Статья 312 УК РФ «Незаконные действия в отношении иму щества, подвергнутого описи или аресту либо подлежащего кон фискации» сформулирована небрежно, с существенными редакци

онными погрешностями

. Практика ее реализации в определенной мере характеризует общее состояние правопорядка в системе юсти ции. Судя по материалам таблиц 14, 15, оно оставляет желать луч шего и не получает адекватного уголовноправового реагирования, обладающего убедительным превентивным эффектом.

Выводы.

1. Антикоррупционные меры, активно реализуемые, начиная с середины 2008 г., поставили под наиболее жесткий контроль низовые звенья государственного и муниципального управления, правоохранительной системы. Тем самым коррупции задан вектор развития «наверх».

2. Происходит изменение гражданского менталитета в плане воз росшей толерантности ко взяточничеству. Нетерпимость к этому явлению все в большей степени вытесняется равнодушием. Рас пространяется убежденность в неизбежности взяточничества.

3. В общественном мнении наблюдается возросшая уверенность в декларативности и имитационном характере противодействия взяточничеству.

4. По масштабам, способам, формам, отношению к ним корруп ция в целом и взяточничество, в частности, в современной России качественно иное явление, чем в СССР. Так, в СССР не существо вало феномена политической коррупции. Никто даже не помыш лял лоббировать частные коммерческие интересы в законодатель ных органах. Отсутствовала электоральная коррупция. Поэтому представляется ложным вывод о том, что советская модель госу дарственного управления инициировала создание в СССР коррум пированного общества, основные принципы функционирования которого получили преемственность в постсоветской России.

См.: Иванов Н. Г. Критика «чистой воды»: опыт эмпирического анализа норм

Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. М., 2020. С. 156–

157.

177

Глава 2. Горизонтальное уголовно-правовое реагирование

5. Практика чаще сталкивает сотрудника органа внутренних дел (как и сотрудника любого правоохранительного органа) с пробле мой выполнения незаконного приказа, чем с невыполнением закон ного приказа. В этой связи неприменение ст. 286.1 УК РФ следует расценить скорее положительно, чем отрицательно.

6. Центральное место в ряду служебных коррупционных пре ступлений занимает незаконное участие в предпринимательской деятельности. Незаконное участие в предпринимательской дея тельности выступает центральным звеном служебной коррупции потому, что создает генеральную мотивацию поглощения властью предпринимательства. Особо опасной практикой является органи зованный представителями властных структур захват чужого биз неса.

7. Законодательная конструкция ст. 289 УК РФ настолько несо вершенна и несовременна, что ее реализация практически нецеле сообразна ввиду отсутствия судебной перспективы и ничтожности результатов правоприменения. Необходимо увеличить макси мум санкции ст. 289 УК РФ до 5 лет лишения свободы, переведя тем самым это преступление в категорию средней тяжести. Целе сообразно также дополнить ст. 289 УК РФ частью 2 следующего содержания: «Деяние предусмотренной частью первой настоящей статьи, совершенное по предварительному сговору группой лиц либо лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, — наказываются лишением свободы на срок от пяти до десяти лет».

8. Следственносудебная практика выработала схему освобо ждения от наказания лиц с достаточно высоким должностным статусом, которая реализуется в трех шагах. Шаг первый возбужде ние уголовного дела не по признакам фактически совершенного умышленного преступления, а по ст. 293 «Халатность». Шаг вто рой: максимальное затягивание процедуры расследования вплоть до истечения срока давности или принятия акта амнистии. Шаг третий — прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям.

9. В борьбе с коррупцией наблюдаются и определенные переги бы. К ним с полным основанием можно отнести установление уго

178

2.3. Уголовно-правовое реагирование на преступления коррупционной направленности

ловной ответственности за обещание или предложение посредни чества во взяточничестве (ч. 5 ст. 291.1 УК РФ). Иными словами, российский законодатель нарушает общетеоретический постулат не карать за намерения. При этом в судебной практике обещание или предложение посредничества во взяточничестве карается бо лее сурово, чем само коррупционное посредничество.

10. В стране сложилась парадоксальная ситуация, когда государ ственные функции (от имени Российской Федерации) осуществ ляются частными лицами. При этом представители частного но тариата пытаются очернить систему государственного нотариата и максимально обелить частный нотариат.

11. Обращает на себя внимание отсутствие уголовноправового реагирования на преступление, предусмотренное ст. 304 УК РФ «Провокация взятки или коммерческого подкупа», что никак не со ответствует задаче пресечения провокационноподстрекательских действий со стороны сотрудников правоохранительных органов.

12. Целесообразно дополнить УК РФ новой статьей со следую щей диспозицией: «Статья 286. 1. Провокация преступления

Передача либо попытка передачи лицу без его согласия предме тов (веществ), изъятых из гражданского оборота или оборот ко торых ограничен в целях искусственного создания доказательств совершения преступления либо шантажа, а равно склонение, побу ждение в прямой или косвенной форме к совершению противоправ ных действий в сфере незаконного оборота оружия, наркотических средств и психотропных веществ или их аналогов, сильнодействую щих веществ, совершенные должностным лицом, — наказывается…»

13. Представляется актуальной ратификация Российской Фе дерацией Международной конвенции 2006 г. для защиты всех лиц от насильственных исчезновений. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2019 № 58 «О судебной практике по делам о похищении человека, незаконном лишении свободы и торговле людьми» целесообразно дополнить рекомендациями по квалификации деяний, связанных с незаконным задержанием человека и последующим незаконном лишении его свободы.

14. Преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 294 УК РФ, следу ет признать тяжким, для чего наказание в виде лишения свободы должно быть увеличено до семи лет.

179

Глава 2. Горизонтальное уголовно-правовое реагирование

15. Преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 303 УК РФ, должно быть отнесено к тяжким, для чего санкцию в виде лишения свобо ды следует увеличить до семи лет.

16. Тяжким является преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 303 УК РФ. Однако его общественная опасность недооценивается ни в судебной практике, ни в санкции нормы, строгость которую целесообразно увеличить, предусмотрев наказание в виде лишения свободы от пяти до 10 лет.

17. Фальсификация результатов оперативноразыскной дея тельности лицом, уполномоченным на проведение оперативнора зыскных мероприятий, должна быть запрещена в отдельной статье (303.1 УК РФ), в которой наряду с основным составом следует сформулировать состав с квалифицирующими обстоятельствами (причинение тяжких и особо тяжких последствий, совершение с корыстной целью или с целью продвижения по службе).

18. Целесообразно обеспечить большую строгость санкции ч. 1 ст. 307 УК РФ «Заведомо ложные показании, заключение экспер та, специалиста или неправильный перевод», по которой осужда ется большая часть виновных лиц, включив в нее наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет, а санкцию по части второй этой статьи увеличить до семи лет лишения свободы. Это позволит остановить практику подготовки ложных заключений экспертов и специалистов, которые даются на основе коррупционных отно шений.

19. Необходимо учитывать, что практика подкупа и запугивания участников судопроизводства довольно распространена и требует более радикальных мер уголовноправового реагирования. В этой связи санкции каждой из норм ст. 309 УК РФ следует дополнить:

часть 1 — лишением свободы на срок до пяти лет; часть 2 — лишением свободы на срок от двух до шести лет; часть 3 — лишением свободы на срок от трех до семи лет; часть 4 — лишением свободы на срок от пяти до десяти лет.

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 1718 / 2118 19 20 21 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]