Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:СМИ и журналисты в условиях терактов. Учебное пособие
.pdf
ГЛАВА 3. МАСС-МЕДИА И ФЕНОМЕН ТЕРРОРИЗМ...
Например, «Новая газета» в первом номере, вышедшем после
терактов 29 марта 2010 г., поместила материал «После трагедий
в России обычно лишают не должностей, а гражданских свобод».
Автор публикации Андрей Липский фактически обвиняет властные структуры в использовании терактов для проведения мероприятий, направленных на обеспечение безопасности самой власти и
сохранение контроля над страной. В частности он проводит такие
параллели между терактами и их последствиями:
«Взрывы домов в 1999 году стали прелюдией ко второй чеченской войне (которая, судя по взрывам в московском метро, продолжается и поныне).
Трагедия «Норд-Оста» на Дубровке в 2002 году привела к окончательному добиванию «проштрафившегося» НТВ, да и всей оперативной журналистики, через введение очень жестких и очень спорных «антитеррористических» поправок в закон о СМИ.
Взрыв в феврале 2004 года на перегоне между «Павелецкой» и
«Автозаводской» повлек за собой нелепое, с точки зрения борьбы
с терроризмом, но очень болезненное для СМИ изгнание из метро
и с прилегающих к нему территорий (50 м) лотков и отдельных распространителей с газетами и журналами.
В этом же году летние подрывы самолетов и взрыв у метро
«Рижская» в Москве возвестили о старте бешеной карьеры Рамзана
Кадырова как кремлевского наместника в Чечне и фактически одного из хозяев России.
И наконец, хрестоматийный, с точки зрения политической
макротехнологии, Беслан, после которого произошла масштабная
ломка политической системы России – с отменой выборов губернаторов, упразднением в Госдуме одномандатников, с антидемократическими изменениями избирательной системы в целом»42.
В материале «Красная линия проведена» автор – президент
фонда ИНДЕМ Г. Сатаров обвинил властные структуры в подавлении свободы телевидения, заявляя:
«Это пять с лишком лет назад мы видели по нашему телевидению, как наша власть губит наших детей в Беслане. С тех пор она,
42
Липский А. После трагедий в России обычно лишают не должностей,
а гражданских свобод // Новая газета. 2010, 31 марта. Доступно: http://
www.novayagazeta.ru/data/2010/033/07.html.
61
СМИ и журналисты в условиях терракта
власть, научилась многому. Она не даст нам расстроиться и никогда
43
не покажет по телевидению, как и кого из нас она губит»
.
Официальная журналистика при освещении терактов избегает
настолько резких обвинений действующей власти, ограничиваясь
представлением данных о теракте, жертвах, ходе расследования и
наказании осужденных за терроризм преступников.
Задания для контроля владения компетенциями
1. Дайте историко-типологическую характеристику формам
взаимодействия терроризма и масс-медиа.
2. Проанализируйте содержание понятия «кибертерроризм».
3. Выявите особенности освещения в современных западных
СМИ акций террористов на территории России и Западной Европы.
4. Охарактеризуйте особенности освещения проблемы терро-
ризма российскими официальными и оппозиционными масс-медиа.
62
43
Сатаров Г. Красная линия проведена // Новая газета, 2010, 31 марта.
Доступно: http://www.novayagazeta.ru/data/2010/033/09.html.
ГЛАВА 4.ТЕМА ТЕРРОРИЗМА В РЕЧЕВОЙ ПРАКТИКЕ МАСС-МЕДИА
ГЛАВА 4. ТЕМА ТЕРРОРИЗМА
В РЕЧЕВОЙ ПРАКТИКЕ МАСС-МЕДИА
Медиатексты о терроризме – явление, безусловно, не новое для
журналистики. Однако внимание к ним обостряется после крупных терактов. Так, масштабный теракт 11 сентября 2001 года в США
стал причиной формирования объемного корпуса публикаций и
выступлений, посвященных разным аспектам этого трагического
события. Американские исследователи говорят даже о появлении
«дискурса 9/11». Такие медиатексты уже в силу того, что появляются
в период экстремальной ситуации и адресованы массовой аудитории, приобретают иной статус. Они могут сплотить население и,
напротив, способны вызвать чувства страха и незащищенности.
Поэтому с течением времени назревает необходимость объяснения
«уникальности» данной тематической группы текстов. Характеристика медиатекстов о терроризме с дискурсивной точки зрения
позволяет увидеть процесс порождения самого текста, который начинается с поиска темы, выбора имени событию или герою и заканчивается созданием конструкта действительности; с коммуникативной позиции – представить, как ведет себя получатель медиатекста и
реагирует на журналистские сообщения, с семиотической – увидеть
текст как систему определенных знаков.
4.1. Журналистский субдискурс: к определению понятия
Понятие «дискурс» является одним из ключевых в лингвистике,
поэтому уточним его отличительные признаки. П. Б. Паршин предлагает следующую иллюстрацию для уяснения феномена дискурса:
«<…> дискурс ответственности – это не столько то, как говорят
об ответственности, сколько то, как социальная категория «ответственность» проявляет себя в коммуникативных формах («то, как
говорит ответственность»); политический дискурс – это, грубо говоря, «то, как говорит политика» (если угодно, «политики», «в политике»), научный дискурс ХIХ века – это «то, как говорила наука ХIХ
века» и т. п.1 Соответственно, журналистский дискурс – это «то, как
1
Паршин П. Б. Понятие идиополитического дискурса и методологические основания политической лингвистики. Доступно: www.elections.ru.
Архив 23 марта 1999.
63
СМИ и журналисты в условиях терракта
говорит журналистика». Уточняющее слово «терроризм» конкретизирует тематическую линию: «то, как говорит журналистика о терроризме». Журналистика призвана «говорить» на актуальные и при
этом разнообразные темы (чтобы это увидеть, достаточно открыть
любую газету или интернет-издание), поэтому терроризм будет одной из многих тем, которыми интересуются средства массовой информации. Эта тема носит временный характер и возобновляется
в связи с освещением трагических событий. Вот, к примеру, количественный показатель обращения периодических изданий к двойному теракту в г. Осло и на о. Утойя (Норвегия, 2011 г.) и судебному
процессу над террористом Андерсом Брейвиком.
Газета «Известия» с 22 июля 2011 г. (день произошедшей трагедии) по декабрь 2012 г. опубликовала 125 текстов, в которых присутствует имя террориста. За аналогичный период в интернет-версии
«Московского комсомольца» вышло 284 материала. Отметим, что
на указанной временной оси публикации расположены неравномерно.
Наибольший «всплеск» приходится на июль-август 2011 г. (в Изв. –
47 материалов, в МК – 81), апрель 2012 г. (Изв. – 18, МК – 41), август (Изв. – 11, МК – 22), ноябрь этого же года (Изв. – 12, МК – 30).
В остальные месяцы публикации выходят равномерно: в Изв. – от 1
до 6 в месяц, в МК от 2 до 8. Такое распределение текстов связано
с информационными поводами: в июле-августе – произошедший теракт и его последствия, в апреле, августе, ноябре 2012 г. – судебный
процесс и вынесение приговора.
Таким образом, тематическое начало – одно из важных оснований дискурса. Однако тематический дискурс носит подчиненный
характер. Актуальная тема заставляет высказываться не только
журналистов, но представителей других социальных институтов –
политиков, юристов, ученых, экспертов, врачей и др. С этой точки
зрения, тематический дискурс только одна из линий «говорения»
или субдискурс в границах универсальных дискурсов.
Суммируя выводы исследователей, под дискурсом мы будем
понимать «коммуникативное событие, заключающееся во взаи-
модействии участников коммуникации посредством вербальных
и/или других знаковых комплексов в определенной ситуации и
определенных социокультурных условиях общения»2.
2
Культура русской речи: учебник для вузов.– М., 2001. С. 238.
64
ГЛАВА 4.ТЕМА ТЕРРОРИЗМА В РЕЧЕВОЙ ПРАКТИКЕ МАСС-МЕДИА
Приведенное определение вызывает возражение лишь в одном:
коммуникативное событие противоречит такому критерию дискурса, как процессуальность. Дискурс не имеет временных границ
начала и конца. Когда закончился один дискурс и начался другой
определить невозможно. Коммуникативное событие же, коммуникативный ход и другие, более мелкие единицы (реплики) позволяют
его раскладывать, инвентаризировать. Континуальность дискурса
отражена и в определении И. В. Силантьева: «Тело дискурса – это
открытое множество высказываний, как осуществленных в практике коммуникации, так и возможных, предосуществленных, однако
высказываний не любых, а построенных в системе силовых линий
социокультурного поля данного дискурса»3.
Обратимся к следующей цитате из журналистского материала:
Город на Волге вместо предпраздничной суеты объят напряжением и страхом. 15 жителей убиты взрывом в Дзержинском районе;
накануне 17 человек погибли в теракте на вокзале.
В воскресенье, после того, как на волгоградском железнодорожном вокзале произошел теракт, власти и правоохранители были
вынуждены многократно опровергать информацию о новых взрывах, которые якобы произошли в трамваях, маршрутках и торговых центрах в разных частях города. Сведения о том, что в городе
якобы «взорвали и что-то еще», то и дело появлялись в соцсетях
и передавались жителями из уст в уста. Представители администрации призывали граждан не поддаваться панике и не распространять непроверенной информации4.
На небольшом текстовом пространстве соседствуют несколько
разновидностей дискурсов. Вобранные и измененные журналистским
дискурсом, они тесно переплетены между собой. При этом конфликтно совмещены официальный административный дискурс и дискурс
повседневности: «власти и правоохранители были вынуждены мно-
гократно опровергать информацию о новых взрывах» – «сведения…
3
Силантьев И. В. Газета и роман: риторика дискурсных смешений. – М.,
2006. С. 10.
4
Фоменко В. Снова жертвы: через сутки после вокзала в Волгограде
взорвали троллейбус // Труд. 30.12.2013 г. Доступно: http://www.trud.ru/
article/30-12-2013/1305529_snova_zhertvy_cherez_sutki_posle_vokzala_v_
volgograde_vzorvali_trollejbus.html.
65
СМИ и журналисты в условиях терракта
появлялись в соцсетях и передавались жителями из уст в уста».
Тональность тексту задает лидер-пример литературного дискурса:
«город на Волге…объят напряжением и страхом». По словесным
маркерам мы можем классифицировать дискурсы, но увидеть их
«границы» – начало и конец – невозможно. В итоге мы получаем
сложно организованное и напряженное дискурсивное пространство – «тело дискурса».
4.2. Границы журналистского субдискурса терроризма
Каковы критерии отнесения медиатекста к журналистскому
субдискурсу терроризма? Где проходит граница, отделяющая его
от других видов дискурса? Главная, на наш взгляд проблема, находится в плоскости отношения средств массовой информации
к терроризму. В современных исследованиях общим местом стало
указание, что СМИ можно использовать как для погашения конфликта, снятия напряженности экстремальной ситуации, так и напротив его эскалации. Ученые отмечают, что в том числе и на СМИ
лежит доля ответственности за рост числа террористических актов
и насильственных преступлений. Заслуживает внимание идея о медийной природе терроризма. М. Гельман в работе «Русский способ.
Терроризм и масс-медиа в третьем тысячелетии» высказывает предположение, что современный терроризм начинается с развитием
средств массовой коммуникации, так как публичность – непременное условие современного террористического акта. Теракт, о котором никто не узнал (или узнало недостаточно большое количество
людей), не состоялся5. Бывший террорист № 1 У. Бен Ладен в одном
из интервью говорил, что целями теракта 11 сентября «были образы американской военной и экономической мощи». А временной
интервал между взрывами башен позволил телекомпаниям мира
переключиться в режим непрерывного вещания. Террористы, как
затем подчеркивала газета Observer, удерживали всех нас как заложников у телеэкранов, превратив телеканалы новостей в мощную
66
5
Гельман М. Русский способ. Терроризм и масс-медиа в третьем тысячеле-
тии. Доступно: http://www.antiterror.ru/library/broshures/70940213.
ГЛАВА 4.ТЕМА ТЕРРОРИЗМА В РЕЧЕВОЙ ПРАКТИКЕ МАСС-МЕДИА
психологическую бомбу6. Не менее мощную подачу образов предлагают и печатные издания, хотя читательская аудитория негативно
реагирует на практику печатных СМИ публиковать шокирующие
фотографии. Приведем пример из книги Иана Мэйса «Работа над
ошибками: Опыт омбудсмена газеты “Гардиан”»: «Это была цвет-
ная фотография в четыре колонки шириной, помещённая в центре
страницы и разделённая пополам линией сгиба газеты. Выше линии
сгиба изображён мешок муки из гуманитарной помощи, на котором
стоит штамп «США». При разворачивании газеты, на остальной
части фотографии, ниже линии сгиба, обнаруживается снятая
крупным планом окровавленная голова женщины, убитой, как нам
сказали, при бомбардировке колонны с беженцами на дороге близ
Дьяковицы в Косово»7. Журналисты общенациональной качествен-
ной газеты «Гардиан» (Великобритания) обосновывают необходимость таких фотографий «опасностью «оптимистической гласности
и эвфемизмов» и для участников военного конфликта, и для публики, воспринимающей войну «опосредованно через журналистов».
Другой пример, сходный по сути, но иной по своим последствиям мы взяли из Доклада об освещении российскими СМИ трагедии
в Беслане. Опубликование в общероссийской газете «Известия» на
первой и последней страницах больших, во весь лист фотографий
раненых бесланских детей, переросло в скандал. Редактор издания
был уволен. В интервью «Радио Свобода» Раф Шакиров так пояснил
причины своей отставки: «Мы с руководством «ПрофМедиа» разошлись в формате подачи этого номера. Считается, что он слишком
эмоциональный и плакатный, так газеты в принципе не делают.
<…> Руководство «ПрофМедиа» посчитало, что этот выпуск слишком эмоционален»8. Нельзя не учитывать мнение журналистов, но
следствием такой подачи может быть увеличение количества людей
6
Цит. по: Орлова В. В. Глобальные телесети новостей на информацион-
ном рынке. – М.: Изд-во «РИП-холдинг», 2003. С. 153.
7
Мэйс И. Работа над ошибками: Опыт омбудсмена газеты «Гардиан». –
М.: Ин-т проблем информ. права, 2005. Доступно: http://www.medialaw.ru/
publications/books/cc/10.html.
8
Доклад об освещении российскими СМИ трагедии в Беслане: доступ
к информации и условия работы журналистов. Доступно: http:/www.osce.
org/news/.
67
СМИ и журналисты в условиях терракта
с психологическим состоянием страха, тревоги и пессимизма. Так,
по данным опроса ВЦИОМ, результаты которого были опубликованы в выпуске «Террористическая угроза: вчера, сегодня… завтра?»
от 2 декабря 2013 г., большинство россиян боятся стать жертва-
ми терактов. В ноябре, после первого теракта в Волгограде, такого
мнения придерживались 78 % опрошенных, а ранее, в августе этого
же года – 71 %9.
Медийный характер терроризма является недостаточным основанием для отнесения его к журналистскому дискурсу. В данном
случае соседствуют террористический и журналистский дискурсы,
что обусловлено, с одной стороны, диффузией границ, с другой –
особенностью журналистского дискурса, в котором ярко проявляется его «поглощающая» стратегия по отношению ко всем остальным видам дискурса.
Выявить границы дискурса позволяют: 1) субъект речи (кто
говорит); 2) адресат (кому говорят); 3) содержание или тема сообщения (о чем говорят). Предоставление «трибуны» СМИ террористу, трансляция теракта – это в большей степени примеры террористического дискурса. СМИ в данном случае выступают, прежде
всего, как технические каналы для передачи сообщений. Чем более
опосредована журналистами экстремальная ситуация, «голос» террористов, тем отчетливее проявляется журналистский дискурс.
Следовательно, журналистские жанры обладают разными возможностями «поглощения» террористического дискурса. Это следует
иметь в виду при определении информационной политики масс-медиа и при оценке журналистской практики по освещению терактов.
68
4.3. Освещение теракта масс-медиа:
между информативностью и эмоциональностью
Специфика информативности в журналистском дискурсе
определяется в рамках противопоставления информативность –
экспрессивность или информативность – эмоциональность.
9
Террористическая угроза: вчера, сегодня… завтра? // Пресс-выпуск.
№ 2466. Доступно: http://wciom.ru/index.php?id=459&uid=114624.
ГЛАВА 4.ТЕМА ТЕРРОРИЗМА В РЕЧЕВОЙ ПРАКТИКЕ МАСС-МЕДИА
В теории журналистики в качестве критериев информативности
выделяют небанальность, релевантность и декодируемость инфор-
мации. «Несоблюдение хотя бы одного из названных требований …
лишает текст возможности быть информативным»10, – отмечает
Е. П. Прохоров. Но информативность текста испытывает и давление иного рода. В журналистике наблюдается отказ от нейтральности. Специалисты в этом видят закономерную тенденцию, которую
именуют демократизацией языка. Происходит отказ от языковых
и речевых норм, официоза, шаблонов языка в пользу нового стиля
выражения. Для него характерна свобода выбора языковых средств.
Изменения касаются и типа автора, который главными делает
свои переживания, стремится к самовыражению в тексте. Так происходит закономерная авторизация журналистского дискурса.
В современной российской медийной коммуникации отношения субъекта речи (отправителя сообщения) и адресата (получателя сообщения) перестали строиться только на информационной
основе, так как журналисты больше полагаются на языковые привычки. Следовательно, право на получение объективной информации нарушается. Этот «перекос» проявляется в гипертрофированном представлении авторского я или чрезмерном субъективизме
журналистского дискурса. Авторы, к примеру, вместо объективного описания события предлагают аудитории некое изображение
себя в событии. Личность журналиста выдвигается на первый план,
а событие используется лишь в качестве фона. Информация размывается, а зачастую искажается.
Вполне очевидно, что в экстремальных ситуациях, во время освещения совершаемого теракта журналисту особенно трудно быть
неэмоциональным, беспристрастным, придерживаться сугубой информативности. Субдискурс приобретает черты оценочной акцентированности, пристрастности, наконец, аффективности, передавая
отрицательные эмоции тревожности, страха, печали и т. п. Обратим внимание, что в содержании, тематике и проблематике американских изданий после 11 сентября 2001 г. произошли большие
изменения. Теракты в Нью-Йорке и Вашингтоне повергли Америку
10
Прохоров Е. П. Введение в теорию журналистики: учебное пособие. –
М.: Изд-во «РИП-холдинг», 2002. С. 37.
69
СМИ и журналисты в условиях терракта
в состояние шока. Пресса увидела другую страну, потерявшую ощу-
11
щение безопасности, Америку в состоянии паники
. В этой связи
знаменательно появление рубрик: в «Ньюсуик» – «Война с терроризмом», «Нью-Йорк таймс» – «Стране брошен вызов», «Бизнес уик» –
«Послешоковая экономика». Аффективность обнаруживает себя и
в словесных рядах журналистского дискурса: масштабная охота на
террориста, страшная угроза исламского экстремизма, бросить вызов Америке; лексемы, которыми представлялась ответная реакция
США: вырвать с корнями эту угрозу, право на месть у США, американское возмездие и пр.
Говоря об аффективности, которая проявляется в журналистском дискурсе терроризма, следует подчеркнуть ее биологически
обусловленный характер. Вот пример описания состояния людей,
переживающих новость о теракте:
«Ком в горле, стук в висках, дрожащие пальцы с трудом набирают волгоградский номер телефона. Там два подряд террористических акта. Троллейбус взорвался вблизи академии повышения квалификации учителей»12.
«Настроения, которые испытывают многие жители Волгограда, близки к паническим. Пассажиры выходят из общественного
транспорта и идут пешком. Мобильная связь работает плохо. Об
этом радиостанции «Эхо Москвы» рассказали местные жители»13.
Зададимся вопросом, как люди эмоционально воспримут лексемы «гибель», «смерть», «взрыв», «покушение на жизнь». Можно
предположить, что реакция будет сопровождаться тревожными
психологическими состояниями страха, тревоги, пессимизма. Человек прореагирует на ассоциации, которые существуют в его эмоциональном опыте. Следовательно, использование образов, ключе-
11
Средства массовой информации США, Великобритании, Франции,
Италии, Испании, Индии, ЮАР и других африканских стран в 2001 году //
Вестник Моск. ун-та. Сер.10. Журналистика. 2002. № 5. С. 28.
12
Ямбург Е. Отменим ненависть и новогодний фейерверк // Московский
комсомолец. 30.12.2013 г. Доступно: http://www.mk.ru/specprojects/free-theme/
article/2013/12/30/966641-otmenim-nenavist-i-novogodniy-feyerverk.html.
13
Новый теракт произошел сегодня на юге России и вновь в Волгограде //
Новости «Эхо Москвы». 30.12.2013 г. Доступно: http://www.echo.msk.ru/
news/1228422-echo.html.
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]