Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Религия и искусство. Монография
.pdf
§ 2. Характеристика отношений искусства и христианства
рения. Слово представлено как богодуховенные Предание и Писание. И вот здесь вырисовывается категория времени,философски
представленная во временном искусстве — литературе. Библия
в составе Ветхого и Нового заветов — священная книга христиан, христианская библиотека, пережила и продолжает переживать
чреду переводов на известные языки народов мира. Первоначально
это были переводы Ветхого завета с древнееврейского и частично
арамейского, а затем переводы Нового завета с древнегреческого.
Канонические переводы для западного христианства — вульга-
та,перевод на латынь, а для восточного христианства — септуагинта, перевод на греческий язык. В корпус христианской библи-
отеки также входит Предание, устное и письменное, тексты песнопений, агиография, архивирующая содержание жизни святых.
Литература как искусство слова имеет религиозные основы.
Она укоренена в религии. Мифологический нарратив является основанием художественного литературного творчества.
Художественные произведения западной и русской литературы,
определившие корпус текстов мировой литературы, так или иначе
в своих архетипических основаниях восходят к античному мифу
и библейским историям. Нарративность эпических жанров, архетипические ситуации (отцы и дети, братья, любовь, долг, месть, прощение, война, страдание, спасение), архетипические основания характеров — всё это можно найти в библейском и греческом мифе.
Особо следует отметить поэтическое искусство христианских
стран, которое отличается чрезвычайным разнообразием в идейнотематическом, жанровом и стилевом отношении. Античная традиция с развернутой системой лирических и лиро-эпических жанров,
позволявших изобразить повседневность трудов и дней, раскрыть
силу рока, героизм и готовность к подвигу и следованию чувству
долга, обогащена в поэзии христианского региона выражением
изменчивости эмоциональных состояний, вызванных глубиной
духовного созерцания, а также философским конструированием
понимания бытия.
Христианская составляющая в развитии европейской поэзии взаимодействовала с пластами героического эпоса этносов,
11

Глава IV. Диалектика сосуществования религии и искусства в культуре стран христианского региона
принявших христианство, находящихся в процессе формирования
государственности и культурного самоопределения. Единая анти
чная греко-латинская поэтическая традиция в процессе исторического развития поэзии размыкалась в инноватике, инициируемой
возможностями бурно развивавшихся европейских языков. Каждая
историческая эпоха вносила свой вклад в развитие ее содержания
и формы. Сегодня новация в европейской поэзии доминирует над
традицией, в то время как поэзия мусульманских и буддистских
стран отчетливо традиционна.
В поэзии христианских стран форма и содержание представляют собой не предписания, но развернутые концепты, в основе
которых лежит идея времени. Время представлено в оппозиции
с вечностью, раскрывается как время внутреннее и внешнее, субъективное и объективное. Античность с ее циклическим временем,
вполне адекватным для передачи смысла мифологического нарратива, уступила место христианскому миросозерцанию с линеарным
временем, развернутым в вечность. Европейская поэзия впитала
лиризм Ветхого и Нового заветов, в ней просвечивают сюжеты
и настроения наиболее лирических книг Библии: «Книги Песни
Песней Соломона», «Книги Экклезиаста или Проповедника», «Книги Плача Иеремии».
В целом можно говорить об историзме и даже хронологизме
искусства слова в христианской традиции, а также о внутреннем
переживании, психологизме вербального искусства в целом как
рефлексии внутреннего и внешнего времени, свойственной христианскому миросозерцанию.
Литература стран христианского региона развивалась в активном взаимодействии с другими видами искусства, в частности,
с театром, полновесно определяя развитие форм драматического
театра и во многом коррелируя с музыкальным театром, включающим хореографию. Заметим, что литература явилась и формой
первоначального критического осмысления других видов искусства
через их репрезентации, раскрывающие понимание места человека
в пространстве и времени. Образы всех видов искусства представлены в литературе, актуализирующей их значимость в духовной
-
12

§ 2. Характеристика отношений искусства и христианства
жизни человека, в его отношении к пространству и времени через
формы художественной деятельности и художественного созерцания. Так, в центре внимания в литературном художественном произведении может быть образ храма: Собор Парижской богоматери
у В. Гюго или Казанский собор у О. Мандельштама. Литература
воспроизводит образ народной песни «Эх, не одна во поле дороженька пролегала» у И. С. Тургенева, восприятие фортепьянной
сонаты в «Крейцеровой сонате» Бетховена у Л. Н. Толстого. Слово
живописует образ танца
127
, скульптуры, оперы, цирка. Литература передает и молитвенное созерцание, и мучение утраты веры,
и одержимость искушением.
Образы всех видов искусства, выписанные, словом, раскрывают глубину своих философско-антропологических смыслов. Так
танец, наиболее очевидно объективирующий категории пространства и времени, в искусстве стран христианского региона обретает
теоретическое основание, выраженное словом. Заметим, что у всех
мировых религий отношения с танцем достаточно сложные, так
как танец передает экстатическое состояние, а мировые религии
спасения актуализируют предписание, требующее неукоснительное
следование норме, имеющей рациональное основание.
Экстатичность, свойственная народному танцу, не могла быть
поддержана и христианством, но парадокс христианского миропонимания и мирочувствования, состоявший в том, что оно принимало пространственный порядок в его временной изменчивости,
привел к тому, что искусство танца в культуре стран христианского
региона получило необыкновенное развитие. Здесь обнаруживается
интересная диалектика. На основе сращения традиций народнобытового танца европейских этносов создается кодифицированная хореографическая лексика, освоение которой требует особых
способностей, одаренности, таланта. Так рождается европейский
балет — профессиональный классический танец, язык которого
127
Танцы в произведениях художественной литературы // Умный
форум : [сайт]. URL: https://umnyiforum.ucoz.ru/forum/60-699-1 (дата обращения: 30.01.2022).
1

Глава IV. Диалектика сосуществования религии и искусства в культуре стран христианского региона
способен передать богатство чувств и переживаний, их глубину,
красоту человеческой души и устремленность его духа к возвышенному.
Устремленность к возвышенному — это устремленность
к внеположенности, к трансцендентному объекту, Абсолюту,
Богу, который принципиально недостижим. Такое стремление —
это то, что отличает человека от иных живых существ, а также то,
что делает человека единством противоположностей: человеческого и животного, духовного и телесного, души и плоти. Такое
амбивалентное понимание человека характерно для христианства.
С одной стороны, человек понимается как соборный индивидуум,
с другой стороны, в христианстве более, чем в других религиях, акцентировано личностное начало человека, в единстве тела,
души, духа.
Развитие личностного начала обусловлено, прежде всего, утверждением идеи равенства всех людей перед богом, новой по отношению к иудаизму, где пророки от имени бога гневно обличали
и грехи отдельных грешников, и грехи этноса в целом. Субъект
религии в иудаизме — народ, двенадцать колен жестоковыйных
сынов Израилевых. Патриарх, пророк являлся приложением к народу своему: «И скончался Авраам, и умер в старости доброй, престарелый и насыщенный жизнию, и приложился к народу своему»
(Быт. 25:8). Жизнь патриархов, пророков, царей рассматривалась
в иудаизме достаточно подробно, в то время как отдельный человек
был частью противопоставленного им множества. В христианстве
в народном множестве появлялся уже отдельный человек: мытарь,
рыбак, самаритянка. У обычного ничем не примечательного человека появлялось имя: Лазарь, Марфа, Мария, Петр, Андрей. Человек
становился личностью с пусть небольшой, но личной историей.
Каждый, примкнувший к Христу, имел личную историю. Так формировалась идея личного спасения, что способствовало и развитию
индивидуализма, столь свойственного западной культуре, сакральным ядром которой был католицизм, а затем и протестантизм.
Актуализация личности в христианстве привела к актуализации
индивидуализма. Если в иудаизме договор народа с трансцендент-
1

§ 2. Характеристика отношений искусства и христианства
ным безличным гневным и карающим богом осуществлялся через
патриарха и пророка, транслирующих необходимость неукоснительного выполнения предписаний, то в христианстве появляется единичная уникальная исторически реальная личность Иисуса Христа, заявившего о возможности иных, личных отношений
с богом. Христос представлен не книгой, как великие иудейские
пророки (Исайя, Иеремия), не мифом, как древние пророки (Ной,
Авраам), но через евангелический рассказ очевидцев, каждый из
которых укладывает свой кирпичик в общее предание, имеет свой
взгляд на события, фиксирует свои подробности.
Христос не просто обличитель грехов народа Израиля, транслирующий гнев Бога, пугающий неминуемой гибелью за пренебрежение заповедями, но учитель, раскрывающий в каждом ученике
возможности личностного роста, прозрения, ведущего к спасению.
У Иисуса, в отличие от ветхозаветных пророков, есть ученики,
каждый из которых дал пример небывалого личностного роста
и духовной трансформации. Так, апостол Пётр прошел путь от отречения от Иисуса из привычного страха перед властями до принятия
казни на кресте вниз головой, став действительным краеугольным
камнем в духовном основании католицизма. Матфей от мытарства,
взимания налогов приходит к святости и первый делает смелый
шаг, обращаясь с благой вестью не только к еврейской общине,
но и ко всему миру, тем самым размыкая границы иудаизма в сторону нового христианского вероучения. Апостол Павел, самый
ярый гонитель учения Иисуса, уже после его смерти становится
самым убедительным апологетом христианской любви. Ученики
Христа, первоапостолы, воспитали своих учеников, оставивших
след в европейской апологетике, патристике, схоластике. История христианства, таким образом, становится авторской историей,
в которой личностный индивидуализм является идеологической
и психологической доминантой вероучения
128
.
128
Основание личностному индивидуализму можно усмотреть уже
в Ветхом завете: в каждом предании есть деятель, лучше прочих понимающий волю Бога, стремящийся донести это понимание до всего народа.
1

Глава IV. Диалектика сосуществования религии и искусства в культуре стран христианского региона
Концепция индивидуализма находит развитие в теологии. Вот
позиции в проблеме соотношения разума и веры:
Тертуллиан: верую, ибо абсурдно.
Аврелий Августин: верую, чтобы понимать.
Пьер Абеляр: понимаю, чтобы верить.
Тертуллиан во II в., разработав концепт Троицы, осознает неизбежность его иррационального восприятия. Августин, впитавший веру
с молоком матери-христианки, ищет подтверждение веры в ее разумном основании. Пьер Абеляр определяет разум как основание веры.
Концепция индивидуализма развивалась и в философии.
Плотин видел высший смысл бытия в личностном созерцании
божественного начала и в личном слиянии с ним через успокоение и отстранение от мира вещей и идей. Отсюда и прекрасное,
находящее свое выражение в искусстве, трактуется как эманация
божественного начала.
Прокл полагал, что в человеке соединяется божественное, идеальное и греховное, демоническое. Отсюда и осмысление человека в искусстве осуществлялось в амбивалентности его животного
и духовного начал.
Августин размышлял о греховности телесного бытия, спасении
в любви к богу и стремлении познать его в текстах, которые в равной степени принадлежат теологии, философии и художественной
литературе. То же можно сказать и о Блез Паскале, чья метафора
«мыслящего тростника» в понимании человека многое определила
как в развитии философской антропологии, так и в психологизме
художественного творчества.
Интеллектуалистичность человека (Фома Аквинский), самоценность и необходимость духовного взросления (Николай Кузанский), дававшие возможность строить жизнь по духу (апостол
Павел), практически не трансформировались в теологии и были
объективированы в искусстве христианских народов, в том числе
и в период расцвета и утверждения социализма.
Отметим, что в конце XIX — начале XX в. христианское богословие полагало, что понятие духа тождественно понятию лич-
1

§ 2. Характеристика отношений искусства и христианства
ности. В середине XX в. церковь признаёт совместимость тварного
Однако возникает тонкость в понимании: актуализация инди
видуального начала через личность как интеллект и дух оборачи
вается в религии не значением реальной личности, а значимостью
сверхличностного начала, которое появляется в процессе растворения индивида в боге. Здесь возникает соединение человека и бога (трансцендентного начала) при полной элиминации личности
человека. Это соединение с результатом элиминации — единый
механизм, зафиксированный в ритуально-обрядовых практиках
религий спасения. Он имеет место в буддизме в растворении дхарм
человека в дхармах мироздания, на пути к нирване. У мусульман
неукоснительное исполнение предписаний хаджа, включающее
телесное изнурение, позволяет испытать религиозный экстаз и очищение около Каабы, ведущий к духовному соединению верующего
с богом. Однако путь христианина более утонченный, поскольку
предполагает интеллектуальную рефлексию, открывающую возможность сомнения, отрицания, неверия и обновляющую рефлексии пережитого опыта, что возвращает на путь богоискания.
Эти процессы богоискания, обретения Бога, получения откровения, трансцендирования, трансформаций личностного роста нашли
отражение в искусстве христианского мира. В сакральных его фор
мах: иконописи, храмовых фресках, храмовом зодчестве, духовной
музыке, прикладном искусстве (облачении, церковной утвари), богодуховенных библейских текстах, — фиксируются традиция и канон.
Однако и в этих формах традиция часто взаимодействует с новацией. Так, храмовое зодчество, несмотря на канонические установки,
представляет собой убедительную историю развития идеи связи
человека с миром и богом, отражая при этом и культурный код того
или иного христианского этноса. Каждая историческая эпоха и каждый культурный регион представили идею связи человека с богом
в своем стиле: римской базилики, византийском, романском, готике,
в вариантах европейского, московского и сибирского барокко.
Пример развития есть и в агиографии, стремящейся в рамках канона индивидуализировать житие каждого святого. Русская
-
-
-
1

Глава IV. Диалектика сосуществования религии и искусства в культуре стран христианского региона
иконопись также дает пример развития традиции, вмещая византийскую икону, творчество Феофана Грека, Андрея Рублёва, Дионисия.
В светских формах искусства, обращенных к религиозной те
матике, новация, поиск доминируют над традицией, как в сфере
содержания, так и формы. При этом в центре всегда остается че
ловек в его отношении к миру, поиске смысла своего существования. Принцип антропоцентризма в искусстве христианского мира
возведен в эстетический принцип искусства в целом. В связи с этим
возникает еще одна доминанта в оппозиции «искусство — христианство». Это проблема авторства.
В христианстве, несмотря на идею безличного служения, известны
имена зодчих, художников, музыкантов, писателей, поэтов. Здесь имеет
место наследование античной традиции, на основе которой фигура ху-
дожника становилась легитимной фигурой автора, сотворца, подобия
демиурга. Авторство имеет место и в буддизме, и в исламе. Однако, как
правило, это либо выход далеко за пределы допускаемой и поощряемой традиции, либо симбиоз с этнической культурой, либо собственно
представленность этнической традиции. Таковы литературные традиции
японской, персидской поэзии, арабской и юго-восточной каллиграфии.
Эти искусства сформировались задолго до принятия буддизма и ислама
и существуют как одна из основ национально-этнического культурного
кода, находясь в противоречивых отношениях с религией.
В культуре стран христианского региона автор художественного произведения не просто зафиксирован номинально, но включен
в полифонический дискурс свободы и творчества
129
. В культуре
стран христианского региона осмысляется сама проблема творчества, творения, включая богословие, философию, науку, искусство.
В богословии и по сей день толкуется идея сотворения мира
богом, символика шести дней творения. Задача современного богословия — познание Бога как Творца мироздания
130
.
-
-
129
БердяевН.А.Смысл творчества: Опыт оправдания человека. Харь-
ков : ФОЛИО ; М. : АСТ, 2002. С. 130.
130
ЛяшевскийС.Библия и наука о сотворении мира // Правмир : [сайт].
URL: https://lib.pravmir.ru/library/book/2425 (дата обращения: 22.09.2022).
1

§ 2. Характеристика отношений искусства и христианства
Философия обращалась к смыслу творчества с позиций антро-
подицеи, видя в творчестве исполнение обязанности человека перед
131
Богом
что творение в мир поставляет и бог, и человек
. Осмыслялись истоки творчества: М. Хайдеггер полагал,
132
. Творчество как
спасение от неподлинного бытия рассматривалось в экзистенциа
лизме и постмодернизме.
Проблема творчества, истока творения, его смысла как смысла
бытия — это проблема смысла жизни человека и человечества,
проблема смысла культуры в целом. В русле этой проблемы развился вполне самостоятельный и, казалось бы, секулярный дискурс
творчества, включающий в свою проблематику архетипы бессознательного, социальный заказ на произведение, художественный
процесс, стиль, образ, картину мира, мировоззрение художника.
Но если сосредоточиться на оппозиции «искусство — христианство», то становится очевидным, что исток творения один, а чувство
творца, как великого непостижимого Бога, так и маленького грешного человека в истоке, — универсально. Это чувство бытийного
обналичивания мироздания и придания ему смысла. Библейский
шестоднев, полный трудов, и седьмой день отдыха просвечивают в рефлексии смысла поэтического творчества в «Памятниках»
Горация, Г. А. Державина, А. С. Пушкина. Рефлексия авторства,
выявляющая различные оттенки смыслов, пронизывает культуру
стран христианского региона в диапазоне от, казалось бы, полного
его отрицания в тезисе Р. Барта «смерть автора» до практики самоопределения авторского Я как универсалии, обеспечивающей
создание соразмерной человеку культурной реальности; от уничижения «мыслящего тростника» Б. Паскаля до лирического героя
Лермонтова, вносящего в мир свое творение, подобно великому
Творцу: «Я — или бог — или никто (М. Ю. Лермонтов).
Таким образом, идея творчества в искусстве имплицитно и явно развивается в русле, определенном библейским пониманием
-
131
БердяевН.А.Смысл творчества. С. 199.
132
ХайдеггерМ.Исток творения. Исток художественного творения.
М. : Академический проект, 2008. 528 с.
1

Глава IV. Диалектика сосуществования религии и искусства в культуре стран христианского региона
творения: художник мыслится как ученик божественного учителя,
соработник Ему.
В целом в христианской парадигме культуры искусство поддерживает и эксплицирует онтологические и гносеологические
категории религии: понимание мира, Бога, человека и его места
в мироздании. В связи с этим искусство христианских народов на
протяжении всей истории христианства можно представить как парадигму богоискания, утверждения божественных истин красоты,
любви, гармонии.
Следует заметить, что отход от традиции, канона и тенденции развития искусства стран буддийского и исламского регионов
осуществляются по образцу развития религиозно-художественной
целостности стран христианского региона через заимствование
литературных, театральных, кинематографических, хореографических, музыкальных форм.
10
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
