Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Противоречия по вопросам таможенной политики в торговых кругах Приамурского края в конце XIX – начале ХX в. Монография
.pdf
71
ной политики на Дальнем Востоке. В сентябре 1905 г. биржевое
общество Владивостока было проинформировано своими агентами в центре страны о готовящемся совещании по вопросам таможенного обустройства в Сибири. Эта информация инициировала
отправку 13 сентября телеграммы Владивостокского биржевого
комитета в адрес Министра финансов, в которой, наряду с традиционным набором обвинений в адрес таможни, приморские предприниматели писали: «Введение таможни ничтожно, может быть,
увеличит прибыли московских мануфактуристов, но вне сомнения, убьет край, грузовое движение через него»
85
.
Решив использовать все каналы влияния на центральные власти, владивостокские биржевики оказали нажим и на местную
администрацию, в результате чего 1 октября 1905 г. Приамурский
генерал-губернатор П.Ф. Унтербергер послал в тот же адрес телеграмму почти идентичного содержания86.
Посчитав личное общение более убедительным, председатель Владивостокского биржевого комитета Масленников выехал
в столицу. Там он попытался попасть на приём к С.Ю. Витте. Однако С.Ю. Витте, судя по всему, не испытывал симпатии к людям, которые годом ранее нанесли щелчок по его самолюбию,
добившись восстановления порто-франко, к закрытию которого
в 1901 г. он приложил столько усилий, и не нашёл времени принять представителя владивостокских фритредеров. Расстроенный
Масленников уехал ни с чем.
Вряд ли Витте было приятно в очередной раз знакомиться
с отрицательными последствиями той политики, непосредственным творцом которой он был. Настойчивость же провинциалов,
не желавших покорно следовать в фарватере определяемого
в центре курса, могла вызывать только раздражение у высоких
столичных чинов. Не удивительно, что в своём стремлении добиться нужного решения они использовали и такие меры, которые в современной России называются «административным
ресурсом».
16 августа 1906 г. Министр торговли и промышленности
Д.А. Философов оповестил приамурского генерал-губернатора
72
П.Ф. Унтербергера о создании при его министерстве Особого совещания по вопросу о закрытии порто-франко с предложением
назначить представителя для участия в его работе.
Помимо генерал-губернатора Приамурья телеграммы с приглашением участвовать в совещании были посланы председателю
Владивостокского биржевого комитета, городским головам Хабаровска и Благовещенска. Приглашались также представители
всех заинтересованных ведомств. А 21 августа Владивостокский
биржевой комитет проинформировал «главного начальника края»
о телеграмме, полученной от члена Совета министров Торговли
Н.П. Лангового, с предложением послать представителей для принятия участия в совещании о порто-франко, заседание которого
должно было состояться предположительно 11 сентября
87
.
Поспешность, с которой собиралось совещание и сроки, отведённые дальневосточникам на подготовку к нему, наталкивают
на мысль о преднамеренных действиях чиновников правительства, имевших цель поставить приамурских фритредеров в невыгодные условия, которые не дадут возможности в полной мере
подготовиться к такому важному мероприятию.
П.Ф. Унтербергер в ответной телеграмме информировал Министра торговли и промышленности о том, что представителем
от администрации Приамурья назначен находящийся в Петербурге начальник командорских островов Гребницкий, который также
был оповещён о своей новой обязанности по телеграфу.
В совещании, которое начало работу 11 сентября, Приамурский край представлял Гребницкий, который оказался в столице
в командировке по делам в Департаменте земледелия и не обладал всей необходимой в таких случаях информацией, а также
А.А. Березовский, А.А. Бубнов, В.В. Лукин, М.А. Марголис и доверенный торгового дома «Чурин и К°». Все перечисленные лица,
за исключением последнего, оказались в столице по делам, далёким от обсуждаемого вопроса, и были оповещены об участии
в совещании по телеграфу.
Этот факт, недоумение подобной организацией совещания
и аргументацию в пользу порто-франко дальневосточники вы-
73
разили в докладной записке на имя Председателя Совета министров. Как записка, так и выступления дальневосточников
в ходе работы совещания получились достаточно убедительными. Это вполне понятно, учитывая, что убеждённый фритредер
А.А. Березовский очень хорошо разбирался в ситуации, связанной с порто-франко и таможней. Поэтому можно сделать вывод,
что в сентябре 1906 г. административный ресурс правительственных чиновников не был использован в полной мере.
Следует отдать должное владивостокским фритредерам.
В условиях цейтнота они успели скоординировать свои действия.
Участники совещания Березовский, Марголис, Лукин, Бубнов
выслали в адрес Владивостокского биржевого комитета телеграмму, в которой информировали о своих действиях на комиссии и рекомендовали «действовать энергично, солидарно и, снесясь с Владивостоком, Николаевском, Хабаровском, обратиться
к генерал-губернатору с просьбой подать ходатайство отклонения
вопроса о разрешении вопроса порто-франко и созвать местное
совещание»88. Подобные же инструкции передавались телеграммами непосредственно на места. Результатом этой директивы
на места стало обращение Амурского отделения императорского
общества судоходства в адрес Приамурского генерал-губернатора
с ходатайством созвать совещание в г. Хабаровске для обсуждения вопроса о порто-франко в Приамурском крае
89
.
Одновременно дальневосточные участники совещания пытались донести позицию приамурских защитников порто-франко
до правительства путём личного общения с чиновниками различных министерств. Готовили сообщения для печати с целью оказания влияния на столичное общественное мнение.
Несмотря на то, что на совещании присутствовали и выступили представители влиятельнейшего Московского биржевого
комитета П.П. Рябушинский, Н.И. Прохоров, А.И. Коновалов,
Б.А. Швецов, Н.И. Дербенёв, в сентябре 1906 г. фритредерам
Приамурья удалось отбить очередное наступление сторонников
протекционизма. Особое совещание одиннадцатью голосами против восьми приняло решение в пользу сохранения порто-франко
74
на Дальнем Востоке. Принявший участие в работе совещания
Министр иностранных дел А.П. Извольский высказался за отложение рассмотрения вопроса о порто-франко.
Дальнейшие действия Приамурского генерал-губернатора
продемонстрировали, насколько большим влиянием на него
пользовалась местная купеческая элита. Сразу после получения известия от Гребницкого о положительном решении вопроса о порто-франко П.Ф. Унтербергер послал телеграммы в адрес
министра финансов и министра торговли и промышленности,
в которых просил поставить его в известность перед вынесением окончательного решения о судьбе порто-франко, а также выразил своё мнение о необходимости «всестороннего обсуждения
вопроса на местах при участии представителей всех ведомств
и классов»
90
.
Содержание телеграмм почти полностью соответствовало телеграммам, полученным ранее самим П.Ф. Утербергером
от Владивостокского биржевого комитета, в которых излагались
рекомендации о проведении местных совещаний выборных представителей казачества, золотопромышленников, населения, сельскохозяйственных обществ, представителей администрации.
Проведение таких мероприятий, во-первых, вполне соответствовало духу времени, когда власти были вынуждены идти
на демократические уступки, во-вторых, они предусматривались и нормативными документами, на что указывал годом позже П.Ф. Унтербергер. Согласно статье 243 общего губернского
учреждения такой важный вопрос, как порто-франко должен
был рассматриваться высшими центральными учреждениями
только после всестороннего рассмотрения на местах.
В течение года местные совещания по вопросу о портофранко прошли по всему Приамурскому краю. Очевидно, что при
их проведении, особенно, в Амурской области, имела место некоторая заорганизованность. Уж очень похожими по форме и содержанию получались протоколы этих мероприятий.
В послевоенные годы Приамурье превратилось в еще более
привлекательный рынок для буржуазии центра. После строи-
75
тельства КВЖД в руках правительства оказался путь перемещения переселенцев в три раза дешевле морского и более короткий
во времени
91
. В условиях экономической депрессии 1900–1908 гг.
одной из важнейших причин которой доктор экономических наук,
академик РАН В.С. Смирнов считает малую ёмкость внутреннего
92
рынка России,
промышленники центра настойчиво требовали
перераспределения приамурской её части в свою пользу.
Пока в Приамурском крае проводились местные совещания,
борьба вокруг порто-франко продолжалась в столице. Не сумев
достичь положительного результата на заседаниях организованного при своём министерстве Особого совещания, Министр торговли и промышленности Д.А. Философов представил вопрос
на рассмотрение Совета Министров. Обсуждение вопроса началось в ноябре 1906 г., а закончилось в начале января 1907 г. На совещаниях присутствовали 11 человек из числа министров, а возглавлял их председатель Совета Министров П.А. Столыпин.
П.А. Столыпин, министр финансов В.Н. Коковцов и министр
торговли и промышленности Д.А. Философов придерживались
откровенно протекционистских взглядов. Хорошо знавший местные условия бывший генерал-губернатор Приамурья Н.И. Гродеков и министр иностранных дел А.П. Извольский были главной
надеждой фритредеров.
В целом их аргументация выглядит более предметной и конкретной. Они и поддержавшие их три участника совещания приводили в пример мировой опыт развития отдалённых колоний,
которые развивались под влиянием политики свободной торговли. По их мнению, современным и ярким примером малообжитой
территории, быстро развивавшейся после русско-японской войны, была Северная Маньчжурия. Эта территория была открыта
для мировой торговли, туда устремились японские и европейские
капиталы, которые привлекали трудящихся людей, способных
найти поле деятельности для применения своих знаний и труда.
Эта группа чиновников опасалась, что пустынный же и малокультурный Приамурский край будет не в состоянии конкурировать
с Маньчжурией, куда могла устремиться рабочая сила из Уссу-
76
рийского и Приамурского края, где жизненные условия для рабочих и в то время были не особенно благоприятны, а при восстановлении таможенного обложения и вызванной им дороговизне
могли стать ещё более тяжёлыми. Туда же могли уйти и русские
капиталы93.
Группа сторонников порто-франко указывала на отсутствие
какой-либо фискальной перспективы у таможенной системы
на Дальнем Востоке, так как расходы на её содержание могли
превысить сумму всей пошлины на импорт, а при сохранении 50вёрстной полосы беспошлинной торговли с Китаем Приамурский
край был обречён на разгул контрабанды.
По их мнению, опасения о проникновении беспошлинных
иностранных товаров с Дальнего Востока на рынок Сибири
и центра России были беспочвенны, так как правительство могло
оградить страну от этой опасности при помощи «установления
таможенной границы вдоль Байкала или создания специальных
боевых железнодорожных тарифов».
Министр иностранных дел А.П. Извольский указывал на возможность недружественной реакции на восстановление таможни
со стороны иностранных государств, в первую очередь Японии,
которых естественным образом устраивал свободный доступ собственной продукции на приамурский рынок. России же, чей международный авторитет пошатнулся вследствие проигранной
войны, дополнительные осложнения на Дальнем Востоке были
совершенно не нужны.
На взгляд сторонников фритредерского подхода, все перечисленные ими аргументы были гораздо весомее интересов московских, лодзинских и иных фабрикантов европейской России,
которые преследовались в первую очередь при возведении таможенного ограждения в Приамурском крае.
Позиции фритредеров оказались достаточно сильными. В конечном итоге за сохранение порто-франко высказались пятеро
участников совещания. К указанным Н.И. Гродекову и А.П. Извольскому присоединились Н.К. Шауфус, князь Б.А. Васильчиков
и П.Х. Шванебах.
77
Преимущество сторонников таможенного обложения составило всего один голос. Все аргументы строились вокруг главной
позиции – государство потратило огромные деньги на освоение
края и на строительство транссибирской железной дороги, поэтому было необходимо оправдать эти расходы включением Дальнего Востока в единое экономическое пространство. Основной
докладчик Д.А. Философов для более убедительной аргументации использовал и искажённые факты. Уже после окончания совещания недоумение по этому поводу сообщили приамурскому
генерал-губернатору члены Харбинского биржевого комитета,
возмущенные утверждением министра, будто бы в Маньчжуриии
в то время имелись и создавались японские, немецкие и англий-
94
ские фабрики
.
Поражение сторонников фритредерского подхода на совещании в Совете Министров можно объяснить, скорее всего,
не большей убедительностью аргументов их оппонентов, а более
значительным политическим весом их лидеров, среди которых
был председатель Совета Министров П.А. Столыпин и влиятельный В.Н. Коковцов, будущий председатель правительства. Кроме Д.А. Философова, на их стороне оказались морской министр
А.А. Бирилёв, министр образования фон П.М. Кауфман, министр
юстиции И.Г. Щегловитов.
Министр финансов В.Н. Коковцов хотел закрепить успех
протекционистов и предлагал отменить порто-франко в порядке Верховного управления посредством императорского указа,
который попросту восстановил бы действие приостановленного
в 1904 г. закона от 10 июня 1900 г. Однако остальные участники совещания посчитали, что необходимо решать вопрос об отмене порто-франко законодательным путём, через рассмотрение
95
его в Госдуме и Госсовете
.
Император согласился с мнением большинства участников
совещания. По представлению министра торговли и промышленности вопрос о приамурском порто-франко в феврале 1907 г.
был вынесен на рассмотрение Государственной Думы II-го созыва, но так как она была вскоре досрочно распущена, решение
вновь не состоялось.
78
Из-за роспуска Госдумы фритредеры Дальнего Востока получили дополнительное время для консолидации сил. В Приамурье
продолжали проводиться местные совещания различных групп
населения, которые выражали поддержку политике свободной
торговли, так как это самым непосредственным образом влияло
на качество жизни. О массовом характере опроса приамурского
сообщества свидетельствуют документы, хранящиеся в фондах
РГИА Дальнего Востока. В своде заключений различных групп
и классов населения, учреждений и управлений упомянуты: Особая комиссия по избранию Благовещенской городской думы,
заведующий переселенческим делом по Амурской области,
Амурское сельскохозяйственное общество, Амурское общество
судоходства, Войсковое управление Амурского казачьего войска,
Завитинский волостной сход, Песчано-озерный волостной сход,
Восточная часть изысканий Амурской железной дороги, город
Зея-пристань, сельские общества Амурско-Зейской волости96.
Население Амурской области по своему географическому
положению в гораздо меньшей степени зависело от товаров, доставлявшихся морским путём. К тому же в цене импорта пошлинная составляющая была не столь очевидна, как в Приморской области и особенно в южных её районах, но и здесь большинство
населения было настроено против таможни.
Однако не везде сторонники порто-франко имели безоговорочный перевес. В период работы в условиях таможенного обложения некоторые предприниматели приобрели новый опыт
и находили положительные моменты в таможенном протекционизме. Если в первые два года подавляющее большинство представителей местной промышленности указывали на неблагоприятное влияние таможни на их производство, то «1906 год внёс
в этот согласный хор довольно значительный диссонанс и многие
бывшие сторонники (по принципу) порто-франко превратились
в его противников…»
97
.
В течение года канцелярия генерал-губернатора Приамурья
собирала статистические материалы о порто-франко и координировала проведение местных совещаний на территории края.
79
Сторонник порто-франко П.Ф. Унтербергер готовился провести
съезд краевого уровня и вел по этому вопросу переписку с Владивостокским биржевым комитетом. Владивостокское купечество предлагало провести его во Владивостоке, «так как здесь
больше заинтересованных лиц и резче видно особенности морской торговли»98. Цель главного начальника Приамурского края
была понятной. При помощи демонстрации волеизъявления масс
он рассчитывал повлиять на принятие окончательно решения
о судьбе порто-франко.
Вообще отношение приамурских генерал-губернаторов
к проблемам таможенной политики их региона достаточно показательно. Оно демонстрирует, насколько сильно весь уклад
местной жизни и ее стабильность зависели от привозимых из-за
границы предметов потребления.
Ни один из пребывавших здесь в разное время генералгубернаторов не выступил категорически за проведение в крае
в полной мере протекционистской таможенной политики.
Генерал-адъютант барон А.Н. Корф, генерал-лейтенант С.М. Духовской, генерал-лейтенант Н.И. Гродеков, генерал-лейтенант
Д.И. Суботич, инженер-генерал П.Ф. Унтербергер, а также наместник генерал Е.И. Алексеев высказывались за полное либо частичное сохранение во вверенном им крае свободной торговли.
27 апреля и 2 мая 1907 г. во Владивостоке состоялись заседания по вопросу о порто-франко под председательством заместителя председателя местного биржевого комитета А. Вальдена.
Большинство участников заседания высказалось за сохранение
порто-франко. Они выразили надежду, что общекраевое собрание,
которое должно было состояться в Хабаровске, примет во внимание мнение жителей Владивостока
99
.
14 июня этого же года в Хабаровске состоялось собрание, посвящённое чтению записки о порто-франко, которую подготовил
городской глава И.И. Еремеев. Общее собрание жителей Хабаровска постановило просить И.И. Еремеева представить генераладьютанту Пантелееву, который прибывал в Хабаровск по распоряжению императора, результаты совещаний о порто-франко,
80
которые прошли в Хабаровске, и просить его о ходатайстве перед
правительством о временном сохранении порто-франко впредь
до представления необходимых материалов от общих собраний
всех городов и сельского населения Приамурского края
100
. Однако
Пантелеев, вероятно, не посчитал нужным докладывать по этому
вопросу императору, во всяком случае, в его всеподданейшем докладе об этом ничего не говорится
101
.
Если в Приамурье сторонники порто-франко инициировали
волну народного недовольства предстоящим введением таможенного обложения, то в центре страны нарастало давление на правительство со стороны крупных предпринимателей. Это было
вызвано тем, что в начале первой декады XX в. в русской промышленности появились кризисные явления
102
. Серьезное сокращение
производства произошло в металлургической промышлен ности,
незначительное – в нефтяной, угольной и лёгкой промышленности. Одной из главных причин кризиса, затянувшегося до 1909 г.,
было перепроизводство. Для его преодоления буржуазии требовались новые рынки сбыта.
Недостаточно высокое качество продукции российских
промышленных предприятий ограничивало их возможности
успешной конкуренции на внешних рынках. И в то время, когда отечественные предприниматели были вынуждены искать дополнительные способы реализации своей продукции за рубежом,
в одном из регионов внутри страны доминировали иностранные
товары. Совершенно закономерно, что российская буржуазия
стремилась вытеснить из него иностранцев, оказывая давление
на властные круги с целью закрытия в этот регион свободного
доступа заграничной продукции. Приамурье было ограниченным
рынком, но это был быстро заселяющийся регион, представлявший собой развивающийся рынок, с перспективой увеличения
потребительской ёмкости.
В условиях нарастания в стране демократических тенденций, а также учитывая сопротивление фритредеров в лице значительного количества дальневосточных коммерсантов, которых
поддерживала местная администрация и большая часть населе-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]