Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Противоречия по вопросам таможенной политики в торговых кругах Приамурского края в конце XIX – начале ХX в. Монография
.pdf
51
Реакцией на письмо М. Зензинова стал запрос министра
финансов в адрес Приамурского генерал-губернатора А.Н. Корфа, который в своём письме отвечал, что сведения, сообщённые
М. Зензиновым, не соответствуют действительности. В частности, комментируя выбор торгового дома «Кунст и Альберс» в качестве поставщика по казённым подрядам по снабжению острова Сахалин, он отмечал, что русские фирмы запросили за свои
услуги гораздо большую цену. В конце своего письма А.Н. Корф
предупреждал, что последствиями отмены порто-франко будут
удорожание жизни населения, уменьшение численности переселенцев, необходимости повышения денежного содержания
государственных служащих и организации пограничной стражи
на огромной территории. В апреле 1892 г. этот вопрос был рассмотрен на заседании Кабинета министров, где позиция А.Н. Корфа получила поддержку министра финансов, а также члена Госсовета Н.С. Абазы
31
.
Тем не менее, в 1893–1894 гг. с ходатайствами об отмене порто-франко в Приамурском крае обращались Ф. Фейгин,
М. Зензинов, николаевский заводчик М.Д. Бутин, варшавский
предприниматель И.Н. Фрейденсон
32
.
Московские фабриканты искали возможность, пользуясь бурным ростом железнодорожного строительства, расширить рынки
сбыта своей продукции за счёт других районов страны, в частности за счёт окраин
33
.
Дважды, в 1895 г. и 1897 г., об отмене порто-франко ходатайствовал перед министерством финансов Московский Биржевой комитет
34
. При этом выражались желания, прежде всего, текстильных фабрикантов, планировавших расширить свой рынок
за счёт Приамурья.
Довольно точно прогнозируя дальнейшее развитие ситуации,
московская буржуазия предпринимала конкретные шаги к закреплению своих позиций в крае. В 1897 г. при реорганизации
торгового дома «Чурин и К°« в паевое товарищество 280 паев
из 1000 получили московские купцы-мануфактуристы
35
.
52
Судьба приамурского порто-франко была предрешена
уже в 1894 г. С подачи последовательного сторонника протекционизма министра финансов С.Ю. Витте по «Высочайшему соизволению» от 27 мая 1894 г. на Дальний Восток были посланы
две экспедиции под общим руководством члена Совета Министров финансов, тайного советника Н.П. Забугина36. В сентябре
1894 г. экспедиция, возглавлявшаяся непосредственно Н.П. Забугиным, прибыла во Владивосток
37
. Перед экспедицией стояла
задача изучить местные условия и составить проект таможенного тарифа для товаров, которые привозились в Приамурский
край из-за рубежа. В начале апреля 1895 г. Н.П. Забугин провёл
во Владивостоке совещание, на котором присутствовали самые
влиятельные дальневосточные промышленники и купцы, в том
числе: Ю.И. Бринер, М.Г. Шевелёв, А.К. Вальден, Я.Л. Семёнов,
К.Н. Шулынгин и представители крупнейших торговых домов
38
«Чурин и К°», «И. Лангелитье»
.
Совещание давало владивостокским коммерсантам одну
из последних возможностей повлиять на уровень таможенного
обложения импортных товаров в Приамурском крае. По многим
обсуждавшимся позициям мнения расходились даже среди последовательных, казалось бы, приверженцев свободной торговли. Так, в своей записке А. Даттан, представитель торгового дома
«Кунст и Альберс», который отсутствовал на совещании по причине отъезда по делам фирмы в Японию, высказывался за введение пошлины на зерно, картофель и бобы, считая, что это будет
стимулировать местное земледелие39. Однако эти товары ввозились беспошлинно даже по европейской торговле, поэтому совещание не поддержало мнение А. Даттана. Всего же совещание
высказалось за сохранение свободного ввоза товаров по 27 статьям таможенного тарифа, главным образом продовольствия
и изделий из железа, в том числе различной техники и орудий
крестьянского труда
40
.
Одновременно с экспедицией Забугина в Приамурье работала экспедиция, возглавлявшаяся управляющим Иркутской таможни В.П. Дебилем. Задачами этой экспедиции было обследование
53
состояния морской границы в регионе, разработка предложений
об устройстве пограничной охраны и таможенных учреждений,
а также оценка финансовых потребностей для осуществления намеченных мероприятий.
Обе экспедиции выполнили поставленные перед ними задачи. Но прежде, чем их результаты были доложены правительству, местная администрация высказала своё отношение к отмене порто-франко. Назначенный в 1893 г. на пост Приамурского
генерал-губернатора С.М. Духовской после ознакомления с результатами работы экспедиций писал Н.П. Забугину: «Внимательное рассмотрение сего вопроса с теми условиями, в которых
находится вверенный мне край, приводит меня к убеждению,
что едва ли было бы осторожно торопиться с введением здесь таможенного пограничного надзора, на началах, принятых для Европейской России»
41
.
Понимая, что окончательное решение вопроса будет однозначным, он всё же выдвинул ряд предложений, которые позволяли бы не форсировать ситуацию и оставляли для местной
администрации возможность влиять на проведение тарифной политики. Он предлагал предоставить министру финансов возможность по согласованию с Приамурским генерал-губернатором
вносить изменения в организацию таможенного надзора и «делать изменения в таможенном тарифе для ввозимых в край товаров». По его мнению, полное введение таможенного обложения
нельзя было вводить до окончания строительства Сибирской железной дороги. С.М. Духовской подчеркивал, что планируемые
мероприятия потребуют от казны огромных расходов на создание
и поддержание деятельности таможенных учреждений и ухудшат
без того тяжёлое положение населения42.
Вряд ли мнение второго приамурского генерал-губернатора
серьёзным образом повлияло на сроки введения таможенного
обложения в Приамурье. Некоторая пауза продолжительностью
в пять лет была вызвана скорее неповоротливостью бюрократических механизмов государства и масштабностью мероприятий,
связанных с постройкой КВЖД, которые на время отодвинули во-
54
просы порто-франко на второй план. Тем не менее, если бы не
разрушение значительного участка КВЖД повстанцами в ходе
боксёрского восстания, которое вспыхнуло в Китае в 1900 г.,
время отмены порто-франко в Приамурье полностью совпало
бы с окончанием строительства железной дороги и соответствовало бы пожеланиям С.М. Духовского.
Рекомендации владивостокского совещания предпринимателей 1895 г. были частично учтены при разработке таможенного
тарифа для иностранных товаров, привозимых в Приамурский
край, который был введён в действие с 1 января 1901 г. Целый
ряд пищевых продуктов, сельскохозяйственных и других машин
и запчастей к ним были освобождены от уплаты пошлин. Хорошо
осведомлённые о времени введения пошлин приамурские коммерсанты вполне успешно подготовились к началу 1901 г. и завезли во Владивосток большое количество товаров из-за границы, надеясь хорошо заработать на новом, более высоком после
введения пошлин уровне цен.
* * *
В целом первая волна общественной дискуссии о характере таможенной политики России в Приамурье довольно полно
отражала существовавшие точки зрения. Лидирующая роль
иностранного бизнеса в новом российском регионе не могла
нравиться русскому купечеству и порождала противоречия, результатом которых явились требования защитить приамурский
рынок от иностранных товаров, лишив зарубежных коммерсантов преимуществ свободной торговли и наработанных методов
ведения бизнеса.
Дискуссия протекала в довольно спокойном ключе с участием главным образом деятелей регионального уровня. Особенностью этой дискуссии было то, что выводы оппонентов зачастую
носили умозрительный характер, так как собственного опыта работы в условиях таможенной охраны у местных предпринимателей ещё не было. Тем не менее, эти выводы впоследствии получили практическое подтверждение, что может свидетельствовать
55
о тщательной проработанности вопроса в среде отечественных
предпринимателей Приамурья.
Местная власть в лице генерал-губернаторов Приамурского края конца XIX века А.Н. Корфа и С.М. Духовского занимала
взвешенную позицию, так как была заинтересована, прежде всего, в стабильном развитии подчиненных территорий. Прилагая
значительные усилия для освоения дальневосточных территорий,
генерал-губернаторы, однако, не проявляли активности в вопросе
корректировки таможенной политики.
Введение таможенного обложения расстроило привычный
порядок торговли в Приамурье. Работа таможни оставляла желать лучшего. Извечная русская безалаберность выразилась в недостаточной подготовке к учреждению и началу работы таможен,
в связи с чем досмотр грузов и уплата пошлин осуществлялись
медленно и неорганизованно. Грузы подолгу находились на таможенных площадках, что естественным образом замедляло оборот
торгового капитала и оказывало отрицательное влияние на бизнес. Таможня стала тормозом всей морской торговли, а не только
той ее части, которая ориентировалась на импорт.
Однако центральная власть в лице министра финансов
С.Ю. Витте демонстрировала решимость в достижении поставленной цели. В ходе его поездки на Дальний Восток в 1902 г.
он выразил мнение, что таможенное обложение заграничного
импорта в Приамурском крае вполне достигло своих целей. Следовало лишь внести определенные коррективы для сохранения
Владивостока как крупнейшего порта на Дальнем Востоке. Сохранение на Дальнем Востоке режима свободной торговли, по его
мнению, могло привести к тому, что «эта огромная окраина в промышленном отношении останется оторванной от России и никог-
56
да не разовьет ни своей собственной промышленности, которую
будет убивать дешевый японский и вообще иностранный товар,
ни даже своей сельскохозяйственной культуры, которой трудно
будет конкурировать с дешевыми продуктами земледелия и скотоводства Маньчжурии»43.
По возвращении в Санкт-Петербург он писал, что на Дальнем Востоке, как и во всей стране, ощущается нехватка капиталов: «Капиталы, нажитые сибирскими монополистами, огромны
в глазах местного населения, но ничтожны для масштабов европейских». Возможность привлечь иностранные капиталы могла
быть реализована только в условиях таможенного протекционизма, что в конечном итоге привело бы к экономическому развитию
региона: «По моему глубокому убеждению, развитие промышленности в Сибири может быть достигнуто при одном лишь условии,
…при условии привлечения в край иностранных капиталов»
44
.
Однако сложившаяся после отмены порто-франко в Приамурском крае реальность в значительной степени отличалась
от теоретических представлений сторонников протекционизма. Негативные последствия введения таможенного обложения
не ограничивались повышением цен в течение 1901–1902 гг.
Самые неприятные последствия были вызваны неподготовленностью инфраструктуры к осуществлению таможенных обрядностей. Купечество Владивостока посылало свои жалобы на действия таможни не только военному губернатору Приморской
области и Приамурскому генерал-губернатору, но и в адрес министра финансов. Причём, подписывали эти жалобы не только последовательные фритредеры, но и те, кто совсем недавно ратовал
за введение таможенных пошлин, например представитель торгового дома «Чурин и К°», так как таможенная волокита задела
даже процесс поставки во Владивосток русских товаров.
Одна из причин того, что таможня не справлялась с возложенными на неё обязанностями, заключалась в недостаточном
количестве её работников. Несмотря на то, что в первые годы
XX в. численность таможенных чинов постоянно возрастала,
они не успевали своевременно обрабатывать все товарные пото-
57
ки45. Вина за такое положение дел лежала, конечно, не на малочисленных таможенниках, которые лишь добросовестно исполняли свои обязанности, а очень часто на самих купцах, которые
не уделяли необходимого внимания документальному оформлению своей коммерческой деятельности в новых условиях, а работали по старинке, как это было во времена порто-франко.
Местная пресса активно отражала на своих страницах недовольство коммерсантов и населения. Компании критики организовывал и направлял Владивостокский биржевой комитет. Газета
«Дальний Восток», владельцем которой был председатель Владивостокского биржевого комитета А. Масленников, в № 62 и 63 за
1901 г. опубликовала статью «В сфере покровительства торговли и промышленности», в которой критиковала установившиеся
в таможне порядки. Недоумение журналистов вызывал тот факт,
что учреждение таможни застало Владивосток в неподготовленном состоянии, что в городе не было подходящей пристани,
достаточного количества складочных пакгаузов, таможенного
персонала в необходимом количестве, а отсутствие опыта работы у таможенных служащих приводило «к страшной волоките
и формальностям».
В настроении местных обывателей произошли значительные
ухудшения. Они стали опасаться, что центр торговли края переместится из Владивостока в Порт-Артур или Дальний, в связи
с чем предвидели снижение ценности недвижимого имущества
и стали выставлять на продажу свои дома и участки
46
.
Местной администрации приходилось вплотную заниматься
вопросами организации работы таможни, что, конечно, не могло
нравиться чиновникам, которым приходилось тратить на это массу времени и усилий.
Реакцией рынка на введение пошлин явилось повышение
цен на иностранные товары. Вслед за иностранными подорожали
товары российского и даже местного происхождения, что явилось
не следствием таможенного обложения, а поведением коммерсантов, которые взвинчивали цены, используя общую тревожную атмосферу ожидания неблагоприятных перемен в связи с отменой
58
порто-франко47. Наибольший рост цен отмечался во Владивостоке, городе, где значительную часть рыночной товарной массы составляли импортные товары. Средний рост цен здесь составил
20,8 %. В Хабаровске этот рост составил 8,65 %. А в Чите отмену
порто-франко население почти не почувствовало. Напротив, цены
на некоторые товары понизились в связи с открытием движения
по железной дороге, что уменьшило плату за доставку товаров
по сравнению с гужевой доставкой в значительной степени. Хотя
общий уровень цен в Чите оставался более высоким, чем в районах, географически более близких к морю.
Не удивительно, что наибольшее недовольство отменой
порто-франко выражали население и предприниматели приморских территорий, которые относилось к таможне и таможенникам резко негативно.
Повышение уровня цен в этих районах снизило покупательскую способность населения и сократило скорость торговых оборотов. Это привело к прекращению деятельности ряда торговых
фирм.
Таблица 3
1 Количество ликвидировавшихся
и обанкротившихся
2 Количество открывшихся – 2 5
2 9 8
* Источник: Подсчитано автором на основании: РГИА ДВ. Ф. 702.
Оп. 2. Д. 441. Л. 32.
Если в 1898 г. во Владивостоке было ликвидировано лишь
2 фирмы, то после отмены порто-франко в 1901 г. прекратило существование 9 фирм, а ещё через год – 8. В то же время в 1901 г.
открылось 2 новых компании, а в 1902 г. 5 новых компаний начали свою деятельность. Эти данные свидетельствуют о вынужденной перестройке привычного порядка бизнеса и переориен-
59
тации рынка на торговлю отечественными товарами. В эти годы
в Приамурье появились отделения или представительства крупных фирм центра страны Климовецкого, Терещенко, Стахеева,
Нобеля и др.
48
Обеспокоенное таким положением дел, купечество, нажившее свои капиталы на беспошлинной торговле, объединилось
в конце 1901 г. во Владивостокский биржевой комитет, чтобы активно использовать это объединение для защиты своих интересов
49
и пытаться донести свои проблемы до правительства
. С момента
своего образования Владивостокский биржевой комитет стал самым активным участником дискуссии по вопросу о порто-франко
и, по всей вероятности, являлся координирующим центром большинства мероприятий фритредерского сообщества, так как выступал инициатором ходатайств и обращений во властные инстанции. Активисты комитета имели не только тесные корпоративные,
но и родственные связи. У истоков образования комитета стоя-
50
ли его первый председатель А. Масленников
, его родственник
со стороны жены Ю. Бринер, С. Эпштейн, его тесть В. Бабинцев,
М. Суворов, А. Даттан, А. Вальден, В. Панов.
В среде местных предпринимателей и общественных деятелей сторонников протекционизма было немного. Одним из самых активных был владелец спичечной фабрики С.Д. Меркулов.
Его выступления на совещаниях представителей местного бизнеса и печатные работы были пронизаны глубокой озабоченностью
за судьбу окраины, ее освоением русскими переселенцами, состоянием местной торговли, промышленности и сельского хозяйства.
С.Д. Меркулов не был профессиональным ученымисследователем, но он был предпринимателем – практиком, активно изучавшим положение дел в промышленности и торговле
окраины и излагавшим свои взгляды в печати, последовательным
патриотом русского Приамурья. В работах Меркулова содержатся
очень интересные наблюдения, глубокий анализ, а также точные
оценки и прогноз развития политической и экономической ситуации на Дальнем Востоке, который впоследствии в значительной
степени оправдался.
60
Находясь в оппозиции к значительному большинству,
С.Д. Меркулов противостоял многочисленным сторонникам свободной торговли в Приамурском крае, прямо и открыто высказывал собственное мнение. Полемику с ним, как в очной форме,
так и на страницах печати вели многие сторонники свободной
торговли в Приамурье. Они обвиняли Меркулова в преследовании личных, корыстных интересов, якобы он продался московским фабрикантом, накупил со своими единомышленниками иностранных товаров и хочет продать их после отмены порто-франко
по высоким ценам. Сам же Спиридон Дионисович свою борьбу
против порто-франко объяснял своей глубокой убеждённостью
в том, что оно является важнейшим из целого ряда неблагоприятных для колонизации Приамурского края условий51.
Его основополагающая позиция к вопросу о характере таможенной политики в Приамурском крае сложилась к концу XIX в.
и заключалась в необходимости введения здесь таможенного обложения импортных товаров. «Было бы в высшей степени странным и нелепым желать постоянного порто-франко в Приамурском
крае! К чему же тогда бы свелось наше владение в этой окраине?
Создать хорошо обеспеченное сельское население окраины, которое большую часть своих доходов уступало бы Америке, Германии, Японии, в обмен на ввозимые ими товары?»
52
Однако русское правительство совершило крупнейшие промахи в своей дальневосточной стратегии. Серьёзнейшей ошибкой было проведение южной ветки КВЖД. В своих поздних
работах он нелестно отзывался о С.Ю. Витте и В.Н. Коковцове,
ставя им в вину политическую недальновидность, стремление
подчинить все интересы Приамурья коммерческим интересам
КВЖД53.
Заботой С.Д. Меркулова было полноценное развитие Приамурского края, вопреки мнению многих сторонников портофранко, он не зависел от промышленников Европейской России
и не видел смысла в подчинении дальневосточной политики
их интересам54. Он считал, что в самом начале XX в. ситуацию
ещё можно было взять под контроль при помощи повышения
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]