Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Политико-правовые аспекты развития современного общества и правосудия. Монография
.pdf
151
Права личности, исторически родственные периоду подготовки и осуществления буржуазных революций, ставили целью борьбу против сословных
ограничений, за установление равноправия и справедливости внутри страны.
По мере развития они вышли за пределы отдельных стран, под воздействием
глобальных мировых процессов приобрели универсальную значимость для судеб всего человечества, что нашло отражение в важнейших международноправовых документах и, прежде всего, во Всеобщей декларации прав человека,
которая подчеркнула, что признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, равных и неотъемлемых прав их является основой свободы,
справедливости и всеобщего мира, что пренебрежение и презрение к правам
человека привели к варварским актам, которые возмущают совесть человечества, что права человека должны охраняться властью закона, чтобы человек не
был вынужден прибегать в качестве последнего средства к восстанию против
тирании и угнетения. Поэтому Всеобщая декларация определила права человека как задачу, к выполнению которой должны стремиться все народы и государства, с тем, чтобы обеспечить эти права и свободы, добиться их всеобщего и
эффективного признания и осуществления. Тем самым права личности из внутригосударственной проблемы стали задачей международной значимости, приобрели глобальный, универсальный характер. Во многом благодаря именно
этой Декларации права личности стали проникать в массовое сознание как важнейший и конечный элемент правовой сферы.
Глобализация прав личности отражает возрастание и углубление всеобщей
зависимости, которая объективно определяется новыми вызовами цивилизации,
требующими совместной деятельности людей, преодолевающей государственные, социокультурные, конфессиональные, национальные и иные барьеры. Поэтому глобализация прав личности — это отражение более общей закономер-
ности — процесса мировой глобализации, которая неизбежно ведет к созданию единого правового пространства, где взаимодействие людей, групп и
общностей должно осуществляться на основе свободы и прав человека. Коор-
динируя взаимодействие людей, права личности обладают незаменимым свойством: они не только ограничивают власть государства, но и делают ее подзаконной.
Комитет по правам человека при ООН, в свою очередь, призван ограничивать и удерживать в правовом поле все международные и региональные органы
и союзы, с тем, чтобы их действия не противоречили правам человека, способствовали осуществлению правового миропорядка.
152
Требование осуществления прав человека вытекает из самой природы взаимоотношений людей и государств и является непременным условием политического, правового и социального прогресса.
Новые научные открытия, возникновение массовых коммуникаций, интеграция экономических, социальных, культурных отношений должны опираться
на гуманитарные начала, ориентироваться на неотъемлемые права человека,
которые будут неизбежно расширяться.
Глобализация мировых процессов вносит много нового в подходы к правам человека, однако она не меняет их общих отправных принципов, которые
определили высшую ценность этого явления, подтвержденную столетиями развития. Вместе с тем неизбежны коррективы в некоторых подходах к правам и
свободам человека, связанные с новыми ситуациями.
Прежде всего, следует отметить, что наряду с процессом глобализации к
концу XX в. вырастает значимость различных цивилизаций современного мира
с их культурой, традициями, стремлением сохранить самобытность и специфику своего образа жизни. Мы в основном обращаем внимание на универсализацию процессов мирового развития. Однако цивилизационная дифференциация
далеко не всегда учитывается, несмотря на то, что она набирает силу и нередко
опрокидывает европоцентристские концепции.
М. Вебер анализирует то сцепление обстоятельств, которое привело к тому, что «именно на Западе, и только здесь, возникли такие явления культуры,
которые развивались, по крайней мере, как мы склонны предположить, в
направлении, получившем универсальное значение»1. И далее он приводит аргументы, связанные с развитием науки, искусства, сословного государства, капитализма как «самого могучего фактора нашей жизни», рациональной капиталистической организации свободного труда, которая определила универсальное
значение западной культуры. В основе объяснений этого феномена — фундаментальное значение экономических условий. По мнению М. Вебера, экономический рационализм зависит от способности и предрасположенности людей к
определенным видам практически рационального жизненного поведения. А это
в значительной мере зависит от «хозяйственной этики мировых религий». Признавая значимость различных религий мира для организации хозяйства, образа
жизни, поведения и т.д., М. Вебер тем не менее считает европейские мерки
универсальными.
Международно-правовые документы по правам человека, а также конституции европейских демократических государств теперь принято современным
1
Вебер М. Избранные произведения. М., 1990. С. 44.
153
обществом также считать универсальными образцами, приемлемыми и необходимыми для всех регионов мира. И действительно, стандарты Всеобщей декларации прав человека совершили триумфальное шествие по странам и континентам. Была принята Американская конвенция о правах человека (1969 г.), Африканская хартия прав человека и народов (1981 г.); Декларация прав человека в
исламе (1990 г.), Арабская хартия прав человека, принятая Советом Лиги арабских государств 15 сентября 1994 г.
Как показывают исследования, не менее 90 национальных конституций,
принятых после 1948 г., содержат перечень фундаментальных прав, которые
или воспроизводят положения Всеобщей декларации, или включены в них под
ее влиянием. Однако практика свидетельствует о том, что традиционное право
очень часто оказывает сопротивление новшествам современности и что так
называемая передача права в силу специфичности традиционных культур нередко бывает иллюзорной1.
М. Супатаев, исследуя проблемы развития права на материалах Тропической Африки, показывает противоречивость и напряженность этого процесса.
По его мнению, глубинная проблема состоит в том, пойдет ли эволюция права в
развивающихся странах в обход того, что стало системообразующим каркасом
правовых систем западноевропейских государств, или же институты развивающегося общества разовьются на новых исторических путях диалектического
взаимодействия и активного усвоения юридической традиции и достижений
Запада2.
Оценивая новые тенденции в развитии прав личности, которые выявляются к концу XX в., следует взвешенно подходить к соотношению европейских
«универсальных» стандартов и традиционализма, культуры, религии иных цивилизаций, поскольку прямолинейного пути к утверждению европейских норм
и принципов в различных культурах и цивилизациях просто не существует.
По нашему мнению, вполне резонно звучит мысль академика Н. Н. Моисеева. Он резко возражает против теории «универсализации» прав личности, якобы одинаково пригодных для населения всей планеты. Это, по его мнению, такая же иллюзия, как и представление о возможности однозначной интерпретации представлений о «добре», что еще более верно. Попытка унифицировать
понятие прав человека говорит лишь о незрелости нашей планетарной цивилизации или, лучше сказать, цивилизаций, непонимании того общего процесса
самоорганизации, которым определяется развитие общества3.
1
Рулан Н. Юридическая антропология. М., 1999. С. 185.
2
Супатаев М. Культурология и право. М., 1988. С. 140.
3
Моисеев Н. Н. Судьба цивилизации. Путь разума. М., 1998. С. 104–109.
154
8.3. Права человека и революционные изменения в мире
Появление понятий прав и свобод человека непосредственно связано с теми революционными процессами, которые имели место быть в эпоху Нового
времени и XX столетия. Речь идет о Великих буржуазных революциях XVII–
XVIII вв., широкомасштабных революционных изменениях, охвативших мир в
XIX в., демократических революциях первой и второй половины XX в.
Именно утверждение и развитие прав и свобод человека и гражданина стали главными критериями определения степени революционности тех или иных
событий. И в условиях современных широкомасштабных политических потрясений данный критерий приобретает особое теоретическое и практическое значение. Особенно если учесть появившиеся новые трактовки понимания революции, в которых на первое место выдвигается изменение формы правления,
являющиеся следствием проведения определенных силовых акций. В этом случае можно говорить не только о «цветных» революциях (подробнее о них речь
пойдет ниже), но и о фашистских, нацистских революциях. В конечном итоге с
этих позиций революция — это любой политический переворот.
С нашей точки зрения, подлинная революция всегда социальна. Она является следствием того развития, которое претерпевает гражданское общество.
Революция всегда приводит либо к утверждению, либо к значительному расширению прав и свобод человека. В этом плане целесообразно обратиться к
истории революций. Она начинается в XVII–XVIII вв. и открывается буржуазной революцией в Нидерландах, Великой английской революцией, войной за
независимость североамериканских колоний Англии и Великой французской
революцией. Эти революции выражали интересы не только и не столько тех
стран, в которых они совершались, сколько потребности всего человечества в
целом. Они не были и не могли быть чисто буржуазными (как, впрочем, и все
последовавшие за ними). Они всегда включали разные, иногда параллельные,
иногда сливающиеся революционные потоки — борьбу крестьянства против
гнета сеньоров или против обезземеливания, против совмещения старых феодальных форм эксплуатации с новыми буржуазными, против налогового ограбления абсолютистским государством. Разнообразные антиправительственные
выступления плебса могли принимать форму религиозных ересей или, напротив, насилия над религиозными меньшинствами, национальноосвободительной борьбы или участия в мятежах сепаратистски настроенных
магнатов, отстаивания привилегий различных городских корпораций, гильдий и
цехов и, наоборот, бунтов против этих привилегий и т.п.
155
Часть из этих движений вела к осуществлению плебейскими методами задач буржуазной революции и обеспечению прочности ее результатов. Ведь для
этого необходимо было довести революцию значительно дальше исторически
достижимых целей.
В интересующем нас аспекте следует особо отметить, что все эти революции вошли в историю как Великие и не в последнюю очередь — благодаря
принятию исторических документов, устанавливающих на государственном
уровне институт прав человека и гражданина. В частности, результатом Великой английской революции стал Билль прав 1689 г.; Война за независимость североамериканских колоний, приведшая к образованию США, ознаменовалась
принятием Декларации независимости от 4 июля 1776 г., в которой содержалось обоснование права меньшинств на отделение от Англии и свободу выбора
парадигм формы правления. В 1787 г. в США была принята первая в мире конституция и, поскольку в ней не было конституционного признания и гарантий
защиты некоторого минимума основных гражданских прав и свобод, в 1791 г. к
ней были приняты первые десять поправок, вошедшие в историю как американский Билль прав. Великая французская революция фактически началась не
только со взятия Бастилии 14 июля 1789 г., но и с принятия 2 августа того же
года Декларации прав человека и гражданина.
Если права человека были фактически эквивалентны его естественным
правам, то права гражданина включали перечень гражданских свобод с их значимыми предпосылками и законными гарантиями, а также перечень гарантий
участия в управлении государством.
Эпоха Великих революций — это эпоха утверждения классового гражданского общества, которое шло на смену сословному корпоративному
обществу, и главным его манифестом стал юридический документ, который подвел итог Великой французской революции. Им стал Гражданский
кодекс французов (Кодекс Наполеона) 1804 г. Значение его было колоссально.
Сам Наполеон оценил его следующим образом: «Моя истинная слава не в сорока сражениях, выигранных мною, Ватерлоо их все зачеркнуло. Но не будет и не
может быть забыт Гражданский кодекс».
Гражданский кодекс упорядочил отношения гражданского оборота и широко использовался для разработки гражданского права в странах Европы и Латинской Америки. Со временем он был возведен в ранг своего рода юридического евангелия, которое можно было комментировать или объяснять, но отнюдь не критиковать.
Если великие революции XVII–XVIII вв. определяли развитие буржуазного, гражданского общества вглубь, то революции XIX в. в Латинской Америке,
156
Западной Европе и Японии — вширь. В ходе революций XIX в. часто происходила передача власти из рук «старых» привилегированных слоев буржуазии,
интересы которых вступают в конфликт с интересами развития крупного капиталистического фабричного производства, в руки буржуазии в целом. Типичным примером здесь может служить революция 1848 г. во Франции, свергнувшая июльскую монархию и тем самым власть финансовой аристократии.
Представляет интерес также и опыт предшествующей Июльской револю-
ции во Франции 1830 г. Тогда французской буржуазии удалось твердо удерживать руководство силами, низвергнувшими монархию Бурбонов, сведя к минимуму самостоятельную активность народных масс, блокировав выдвижение
эгалитаристских требований, угрожающих не только феодальной, но и крупнобуржуазной собственности.
Европейские революции XIX в. поставили на повестку дня социальные
права и свободы. И вместе с ними возник вопрос о соотношении революции и
реформы, который в XX столетии преобразуется в проблему вооруженных и
мирных путей демократических революций.
Давно стала привычной ассоциация революции со взятием крепости, королевского дворца, правительственной резиденции. Более того, революция ассоциируется с гражданской войной. В этой связи целесообразно посмотреть, как
утверждалась демократия в Швеции.
После гибели Карла XII в ходе Северной войны (1700–1721) шведский
риксдаг, постоянно действующий с XV в. и ведущий свое начало от выборов
старейшин племен и вождей у викингов, ввел новую конституцию, отменившую королевский абсолютизм и передавшую власть в руки парламента. В период с 1719 по 1772 гг., так называемой эры свобод в Швеции, действовало
правительство, формировавшееся доминирующей в риксдаге партией и ответственное перед риксдагом. Однако Густав III, царствовавший в 1771–1792 гг.,
осуществил бескровный государственный переворот и в 1789 г. восстановил
абсолютизм.
Режим абсолютизма действовал до 1809 г., когда в ходе нового переворота
был свергнут король Густав IV Адольф и принята конституция, предусматривающая разделение властей. Королем стал наполеоновский маршал Жан Батист
Бернадот. В его царствование сложилась влиятельная либеральная оппозиция.
При сыне и внуке Бернадота было введено обязательное школьное образование,
ликвидирована цеховая система, введено (точнее, расширено) местное самоуправление. И, наконец, в 1866 г. была проведена парламентская реформа.
Риксдаг стал двухпалатным, в стране окончательно установилась парламентарная монархия.
157
Возникает вопрос: как оценивать вышеизложенные события? Как реформы? Никто никогда не говорил о революциях в Швеции. Однако какая разница
между Июльской революцией 1830 г. во Франции и государственным переворотом 1809 г. в Швеции? И там, и там результатом стало установление дуалистической монархии. Более того, свергнутый абсолютизм в Швеции был более
явно выражен, чем французский абсолютизм Карла X. Главное отличие —
имевшие место вооруженные столкновения в Париже, блестяще отраженные
великим французским живописцем Эженом Делакруа в картине «Свобода на
баррикадах». Фактически перед нами две демократические революции — одна
осуществлена вооруженным, а другая — мирным путем.
Конечно, влияние Июльской революции 1830 г. во Франции было намного
более значительным, чем революционные события в Швеции. Именно Июльская революция побудила английскую промышленную и торговую буржуазию
возглавить массовое движение за парламентскую реформу. Причем Великая
парламентская реформа 1832 г. в Великобритании, в ходе которой вышеназванные слои буржуазии получили доступ к управлению государством, еще раз указывает, что грань между такой реформой и революцией очень тонка.
На подобного рода размышления наталкивает и рассмотрение первого десятилетия Великих реформ Александра II. Речь идет о 60-х гг. XIX в.
Смерть Николая I, поражение в Крымской войне (1853–1856) произвели
взрывной эффект. Начались поиски выхода из прежнего тупикового курса. Результатом этих поисков стала серия реформ, основная часть которых при-
шлась на начало второй половины XIX в.
Главной реформой явилась отмена крепостного права. От крепостной зависимости было освобождено 23 млн помещичьих крестьян, 19 млн государственных, 2 млн — удельных. 19 февраля 1861 г. Александр II подписал Манифест и Положения, получившие силу закона и возвещавшие отмену крепостного права в России. Отмена крепостного права покончила с господством
феодальной зависимости, обусловила лишение правящего помещичьего сословия права на личность крестьянина и его труд и явилась исходным моментом
для движения России по пути капитализма и превращения ее из феодальной абсолютной монархии в буржуазную дуалистическую.
Крестьянская реформа поставила в повестку дня необходимость других
изменений, и прежде всего в сфере суда. Дореформенный суд был сословным,
зависевшим от администрации, в нем отсутствовали состязательность, гласность, следствие находилось в руках полиции.
158
В связи с развитием гражданского оборота большая часть населения,
включавшая буржуазные слои и нечиновное дворянство, нуждалось в новых
судебных порядках, создании гарантий от судейского произвола.
Судебная реформа подготавливалась более пяти лет. 20 ноября 1864 г. им-
ператором были утверждены представленные Государственным советом судебные уставы:
1) Учреждение судебных установлений;
2) Устав уголовного судопроизводства;
3) Устав гражданского судопроизводства;
4) Устав наказаний, налагаемых мировыми судьями.
В результате реформы были созданы две самостоятельные судебные системы — коронный и мировые суды.
Отмена крепостного права потребовала и реформирования системы местного самоуправления. 1 января 1864 г. было утверждено Положение о губернских и уездных земских учреждениях. Земства состояли из распорядительных и
исполнительных органов. Распорядительными органами земства были земские
(губернские и уездные) собрания. Члены земских собраний, или гласные, избирались по трем куриям: уездных землевладельцев, городских избирателей и выборных от сельских обществ — их назначали волостные сходы. Исполнительными органами являлись уездные и земские управы, избиравшиеся на земских
собраниях.
Сфера деятельности земских учреждений определялась строго «делами,
относящимися к местным хозяйственным пользам и нуждам каждой губернии и
каждого уезда».
16 июня 1870 г. получило силу закона Городовое положение. Сословное
городское управление было упразднено, и вводились всесословные городские
думы. Городская дума избирала свой рабочий исполнительный орган — городскую управу, возглавляемую городским головой. Он был одновременно и председателем городской думы.
По значительности проведенных реформ десятилетие 60-х гг. вполне сопоставимо с десятилетием Великой французской революции (1789–1799). Причем
логика реформ Александра II поднимала вопрос о конституции. В 1881 г. призванный к власти и слывший либералом генерал М.Т. Лорис-Меликов представил царю проект введения в Государственный совет выборных представителей
от городов и губерний. Император назначил слушание вопроса в Совете министров на 4 марта 1881 г., но 1 марта 1881 г. погиб вследствие теракта. В итоге
реформа формы правления в России не состоялась. Но ведь и во Франции после
159
революции была установлена диктатура Наполеона Бонапарта. К тому же
Франция в дальнейшем вступает в полосу губительных (в том числе и для нее)
завоевательных войн, которые закончились катастрофой.
А вот Россию после смерти Александра II ожидали два мирных десятилетия успешного поступательного развития. В области экономики страна прошла
путь, на который страны Западной Европы потратили 100 лет. Так в чем отличие александровских реформ от Великой французской революции, если и там, и
там в итоге было расширение прав человека при фактическом сохранении авторитарных форм правления: российский неоабсолютизм и французский бонапартизм.
В XIX в. демократические революции шагают в Латинскую Америку и
Японию. И здесь мы сталкиваемся с еще одним противопоставлением: демо-
кратическая революция и государственный переворот.
Во всех странах Латинской Америки (бывших колониях Испании) после
достижения независимости установилась республиканская форма правления.
Однако из-за слабого развития гражданского общества все эти вновь образовавшиеся государства превратились в заповедник диктаторских режимов. Здесь
частым явлением стали политические революции, сопровождавшиеся гражданскими войнами. Как отмечает О. А. Жидков, «в Колумбии в течение 70 первых
лет существования произошло 27 гражданских войн»1, а за 150 лет своего существования Венесуэла сменила 25 конституций. Зачастую все эти так называемые революции никак не сказывались на развитии прав и свобод граждан латиноамериканских государств, представляя собой заурядные государственные
перевороты. Исключением из серии этих переворотов стали революции и гражданская война 1854–1860 гг. в Мексике и падение монархии в Бразилии в 1889–
1891 гг.
В первом случае была принята Конституция Мексики 1857 г., которая запрещала рабство, декларировала свободу слова, печати, собраний, тайну переписки, вводила суд присяжных, провозглашала неприкосновенность частной
собственности.
В Бразилии революционное развитие событий шло по следующему сценарию. К середине 80-х гг. XIX в. движение за отмену рабства охватило всю страну. Клуб офицеров бразильской армии в октябре 1887 г. выпустил манифест,
призывавший к отмене рабства и заявлявший об отказе своих членов участвовать в операциях по поимке беглых рабов. Императорское правительство, опасаясь, что аболиционистское движение примет антимонархическую направлен-
1
Жидков О. А. История государства и прав стран Латинской Америки. М., 1967. С. 108–109.
160
ность, уступило, и на утверждение парламенту был направлен проект закона о
полной и окончательной отмене рабства. Процедура утверждения закона завершилась 13 мая 1888 г.
Условия, сложившиеся в стране после отмены рабства, позволили республиканцам уже через год создать Национальную республиканскую партию. Среди ее членов вскоре возникла идея свержения монархии путем государственного переворота. В пользу такого разрешения политической проблемы высказывались руководящие деятели партии: Бенжамин Констан, Руи Барбоза и маршал
Маноэл Деодору да Фонсека. Последний стал руководителем намечаемого переворота.
15 ноября 1889 г. части бразильской армии, преданные идеалам республики, были выведены на центральную площадь бразильской столицы. Деодору да
Фонсека и Бенжамин Констан, войдя в здание военного министерства, где заседало правительство Бразильской империи, объявили о его роспуске. Вышедший
на улицы народ потребовал немедленной ликвидации монархии. Царившее возбуждение грозило вылиться в мощное народное восстание. Желая предотвратить такую возможность, руководители заговора приняли решение немедленно
провозгласить республику. Таким образом, вслед за крушением рабства рухнула бразильская монархия, которая на нем покоилась и его охраняла.
После свержения монархии временное правительство во главе с Деодору да
Фонсека начало реорганизацию государственного управления. Первый декрет
временного правительства, изданный 15 ноября 1889 г., провозгласил Бразилию
федеративной республикой. В тот же день были отменены телесные наказания в
армии. Согласно декрету от 19 ноября, избирательное право распространялось на
всех грамотных граждан мужского пола, достигших 21 года. 7 января 1890 г. был
издан указ об отделении церкви от государства, 23 января — о введении гражданского брака.
15 сентября состоялись выборы в учредительное собрание. 24 февраля
1891 г. оно приняло конституцию, согласно которой государство стало называться Соединенные Штаты Бразилии и представляло собой федеративную
республику президентского типа.
Конституция провозглашала равенство граждан перед законом, свободу
совести, слова, печати, занятий, собраний, право на подачу петиций и неприкосновенность частной собственности.
Все вышесказанное позволяет нам сделать вывод, что в течение 1888–
1891 гг. в Бразилии произошла самая настоящая демократическая революция,
расчистившая стране дорогу для дальнейшего развития.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]