Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Нарушения уголовно-процессуального законодательства при осуществлении судебного контроля на досудебном производстве и пути их устранения. Учебное посо
.pdf
Обвиняемым М. была подана апелляционная жалоба на данное ре-
1
шение, в которой он указал на то, что в данном решении вывод суда об
обоснованности причастности к совершенному преступлению необоснован
конкретным доказательствами.
Судебная коллегия по уголовным делам Ямало-Ненецкого автономного округа согласилась с доводами жалобы и отменила вышеуказанное
постановление и принял новое решение по делу. Обосновывая свое решение суд апелляционной инстанции указал следующее.
Судебное постановление должно быть законным, обоснованным и
мотивированным (ч. 4 ст. 7 УПК РФ). В соответствии со ст. 108 УПК РФ, в
постановлении об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, суд обязан дать оценку обоснованности выдвинутого против лица подозрения.
Вместе с тем, вопреки требованиям уголовно-процессуального закона суд в постановлении не указал, на основании конкретно каких материалов находит выдвинутое в отношении М. подозрение обоснованным, в связи с чем решение суда нельзя признать обоснованным и соответствующим
требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.
При решении вопроса об избрании меры пресечения суд апелляционной инстанции находит, что материалы судебного дела содержат достаточно сведений, указывающие на обоснованность предъявленного М. обвинения.
Так, обоснованность подозрением М. в причастности к инкриминируемым ему преступлениям подтверждается:
- по ч. 1 ст. 166 УК РФ тем, что обвиняемый был застигнут непо-
средственно на месте преступления (п. 1 ч. 1 ст. 91 УПК РФ);
- по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ показаниями не только обвиняемого, но
свидетеля Ш., которая прямо указала на М. как на лицо, сдавшее в ломбард
принадлежащие потерпевшему золотые украшения.
Учитывая данные о личности М., нарушение им ранее избранной меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и
объявление его в розыск, наличие непогашенной судимости суд апелляционной инстанции принял новое решение об избрании в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу1.
При оценке в судебном решении оснований и условий избрания заключения под стражу суд не вправе делать выводы по вопросам, которые
подлежат разрешению в судебном разбирательстве при рассмотрении уголовного дела по существу, в том числе делать выводы о виновности или
невиновности обвиняемого, подозреваемого. Нарушение данного требова-
Апелляционное постановление Судебной коллегии по уголовным делам Суда Ямало-Ненецкого автоном-
ного округа от 02.02.2017 г. по делу № 22к-96/2017 // Обзор практики применения судами Ямало-Ненецкого автономного округа меры пресечения в виде заключения под стражу за 12 месяцев 2017 года // СПС Гарант. URL:
https://internet.garant.ru/ (дата обращения: 01.03.2023).
41
ния влечет за собой отмену или изменение судебного решения, как это
1
произошло, например, по уголовному делу в отношении М.
Апелляционным постановлением Судебной коллегии по уголовным
делам Суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 26 сентября 2017 года было отменено постановление Ямальского районного суда от 19 октября 2017 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу
в отношении М., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, ввиду предрешения судом вопроса о виновности обвиняемого.
Как указал суд апелляционной инстанции, проверяя обоснованность
подозрения в причастности лица к инкриминируемому преступлению, суд
не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности лица, поскольку согласно ч. 2 ст. 8 УПК РФ никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по
приговору суда.
В то же время, суд, мотивируя свои выводы о необходимости избрания М. меры пресечения в виде заключения под стражу, допустил формулировку о совершении М. тяжкого преступления после избрания ему меры
пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, тем самым суд фактически констатировал виновность обвиняемого, в совершении преступления, в нарушение принципа презумпции невиновности.
Оценив обоснованность подозрения М. в причастности к преступлению, отрицательные характеристики его личности, нарушение им меры
пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении путем
совершения, по версии следствия, нового противоправного деяния, суд
апелляционной инстанции принял новое решение об избрании М. меры
пресечения в виде заключения под стражу1.
При разрешении ходатайства об избрании заключении под стражу
суд обязан обсудить в судебном заседании вопрос о возможности избрания
более мягкой меры пресечения, выяснив позиции сторон по данному вопросу. Соответственно, в судебном решении об избрании меры пресечения
в виде заключения под стражу суд первой инстанции обязан привести убедительные мотивы невозможности обеспечения интересов правосудия при
избрании иных мер пресечения.
Нарушение данного требования было допущено в постановлении
Увинского районного суда Удмуртской Республики от 25 января 2020 года
об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении
К. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской
Республики данное постановление было изменено, в отношении К. избрана
Апелляционное постановление Судебной коллегии по уголовным делам Суда Ямало-Ненецкого автоном-
ного округа от 26.09.2017 г. по делу № 22к-891/2017 // Обзор практики применения судами Ямало-Ненецкого автономного округа меры пресечения в виде заключения под стражу за 12 месяцев 2017 года // СПС Гарант. URL:
https://internet.garant.ru/ (дата обращения: 01.03.2023).
42
мера пресечения в виде домашнего ареста по месту его проживания, с
1
установлением запретов определенных действий.
Принимая указанное решение, апелляционная инстанция указала
следующее. К. ранее не судим, имеет постоянное жительство на территории Российской Федерации, характеризуется положительно, имеет устойчивые социальные связи, занимается воспитанием и содержанием двоих
малолетних детей.
Согласно материалам дела К. обвиняется в совершении преступления средней тяжести, за которое может быть назначено наказание на срок,
не превышающий 4 лет лишения свободы. Обвинение по ч. 1 ст. 291.2 УК
РФ в силу ч. 1 ст. 108 УПК РФ не предусматривает возможность избрания
меры пресечения в виде заключения под стражу. В материалах дела, а также в ходатайстве следователя отсутствуют сведения о том, что К. скрывался от органа следствия либо нарушал ранее избранную в отношении него
меру пресечения.
В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в
той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного
строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц,
обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении от 22 марта 2005 г. № 4-П, ограничения, связанные с
применением в отношении лица заключения под стражу в качестве меры
пресечения, должны быть соразмерны тяжести инкриминируемого ему
преступления, его личности, поведению в период производства по уголовному делу, а также наказанию, которое в случае признания его виновным в
совершении преступления может быть назначено и может подлежать реальному отбытию с учетом уголовно-правовых институтов освобождения
от наказания и смягчения наказания1.
С учетом вышеуказанных обстоятельств достаточных данных для
удовлетворения ходатайства органа предварительного следствия об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу не имеется. В рамках
настоящего уголовного дела указанная мера пресечения не отвечает требованиям справедливости, не является пропорциональной, соразмерной и необходимой для целей защиты конституционно значимых ценностей.
Согласно ч. 7.1. ст. 108 УПК РФ при отказе в удовлетворении ходатайства об избрании в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу судья по собственной инициативе вправе при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 УПК РФ, и с учетом обстоя-
По делу о проверке конституционности ряда положений Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации, регламентирующих порядок и сроки применения в качестве меры пресечения заключения под стражу на
стадиях уголовного судопроизводства, следующих за окончанием предварительного расследования и направлением
уголовного дела в суд, в связи с жалобами ряда граждан: Постановление Конституционного Суда РФ от 22 марта
2005 г. № 4-П // СЗ РФ. 2005. № 14. Ст. 1271.
43
тельств, указанных в статье 99 УПК РФ, избрать в отношении обвиняемого
1
меру пресечения в виде домашнего ареста. В отношении К. может быть
избрана мера пресечения в виде домашнего ареста по месту регистрации и
фактического проживания с установлением запретов, предусмотренных п.
3-5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ. Домашний арест будет являться надлежащей гарантией пресечения возможности совершения обвиняемым вышеуказанных действий, а также его явки в орган предварительного следствия. Оснований для избрания в отношении К. более мягкой меры пресечения, в том
числе в виде запрета определенных действий, не имеется1.
Наряду с общими основаниями и условиями избрания заключения
под стражей, ст. 108 УПК РФ устанавливает особенности принятия такого
решения в отношении следующих категорий лиц:
– лица, обвиняемые в совершении преступлений небольшой тяжести;
– лица, указанные в ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, совершившее преступления в связи с предпринимательской деятельностью;
– несовершеннолетние.
Если уголовное преследование осуществляется в отношении отдельных категорий лиц, указанных в ст. 447 УПК РФ, суды обязаны также учитывать особенности уголовного судопроизводства по данной категории
уголовных дел, установленные гл. 52 УПК РФ.
Особенность избрания заключения под стражу в отношении лиц, подозреваемых или обвиняемых в преступлении небольшой тяжести заключается в том, что это возможно лишь при наличии хотя бы одного из обстоятельств, перечисленных в пп. 1-4 ст. 108 УПК РФ.
Данное требование было нарушено при вынесении Благовещенским
городским судом Амурской области постановления от 18 августа 2021 года
в отношении К.Д.Ю., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ (преступление небольшой тяжести).
Апелляционным постановлением Амурского областного суда от 31
августа 2021 года данное решение было отменено по следующим основаниям.
Как указал суд, К.Д.Ю. не имеет регистрации на территории Российской Федерации и не имеет постоянного места жительства и устойчивых
социальных и родственных связей на территории Амурской области. Однако отсутствие у лица регистрации на территории Российской Федерации
может являться лишь одним из доказательств отсутствия у него постоянного места жительства, но само по себе не является предусмотренным п. 1
ч. 1 ст. 108 УПК РФ обстоятельством, дающим основание для избрания в
отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу (п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41).
Обзор о результатах работы апелляционной инстанции Верховного Суда Удмуртской Республики по уго-
ловным делам за 3 месяца 2020 года // СПС Гарант. URL: https://internet.garant.ru/ (дата обращения: 01.03.2023).
44
При этом, как следует из вводной части постановления, К.Д.Ю. про-
1
живает в г. Н. (указан конкретный адрес его места жительства), работает
ведущим специалистом по охране труда, промышленной безопасности и
экологии в ООО «Т.». Согласно пояснениям К.Д.Ю. при допросе в качестве подозреваемого и сообщению его матери - Б.Л.М., переданному в суд
апелляционной инстанции посредством телефонограммы, К.Д.Ю. постоянно проживает в г. Н. в одной квартире с Б.Л.М., работает вахтовым методом, последнее место вахты - Амурская область.
Пункт 1 ч. 1 ст. 108 УПК РФ допускает применение меры пресечения
в виде заключения под стражу при отсутствии постоянного места жительства на территории Российской Федерации, а не в тех случаях, когда лицо
не имеет постоянного места жительства на территории конкретного муниципального образования или субъекта Российской Федерации, где ему инкриминируется совершение преступного деяния. Каких-либо обстоятельств, перечисленных в пп. 1-4 ч. 1 ст. 108 УПК РФ, позволяющих избрать
меру пресечения в виде заключения под стражу подозреваемому в совершении преступления небольшой тяжести, в отношении К.Д.Ю. судами
первой, а равно апелляционной инстанций не установлено.
На основании изложенного постановление суда первой инстанции
отменено, в удовлетворении ходатайства дознавателя отказано, К.Д.Ю. изпод стражи освобождён1.
В ходе судебного заседания при избрании меры пресечения подлежат применению общие условия судебного разбирательства о непосредственности, устности, гласности, неизменности состава суда. Суд вправе
класть в основу судебного решения лишь те доказательства, которые были
непосредственно исследованы в судебном заседании. Нарушение данного
требования было допущено Свободненским городским судом Амурской
области при избрании Р.А.А. меры пресечения в виде заключения под
стражу.
В суде апелляционной инстанции было установлено расхождение
между протоколом и аудиозаписью судебного заседания. Так, согласно
протоколу судебного заседания, представленные следователем материалы
дела, на которых основываются выводы суда, в судебном заседании оглашались и исследовались, тогда как из аудиопротокола судебного заседания
следует, что в ходе судебного следствия документы, представленные следователем в обоснование заявленного ходатайства, судом исследованы не
были, что свидетельствует о нарушении ст. 240 УПК РФ, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в
Постановлении от 22 марта 2005 года № 4-П о возможности ограничения
свободы и личной неприкосновенности только по судебному решению,
Апелляционным постановлением Судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от
31.08.2021 г. // Обобщение практики избрания судами меры пресечения в виде заключения под стражу и её продления, применения домашнего ареста, запрета определённых действий и залога в 2021 году (рассмотрено президиумом
Амурского областного суда 24.03.2022 г.) // СПС Гарант. URL: https://internet.garant.ru/ (дата обращения: 01.03.2023).
45
принимаемому судом в судебном заседании на основе исследования кон-
1
2
кретных обстоятельств уголовного дела1, а также разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19 декабря
2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога».
Выявленное нарушение послужило основанием для отмены постановления суда первой инстанции. Поскольку нарушение могло быть
устранено в апелляционной инстанции, Судебная коллегия по уголовным
делам Амурского областного суда, исследовав представленные следователем материалы, приняла по делу новое решение2.
При избрании меры пресечения суд обязан проверить законность заявленного ходатайства, в том числе, подачу его уполномоченным должностным лицом, наличие согласования с соответствующим руководителем
следственного органа, прокурором. В случае продления срока заключения
под стражу более 6 месяцев ходатайство следователя должно быть согласовано с руководителем следственного органа по субъекту, дознавателем –
с прокурором субъекта РФ, при продлении на срок более 12 месяцев ходатайство подлежит согласованию с руководителем следственного органа
соответствующего органа расследования.
Нарушение данного требования было допущено Благовещенским городским судом Амурской области при вынесении постановления от 15
марта 2021 года в отношении обвиняемого Б.С.С. о продлении срока содержания под стражей до 6 месяцев 10 суток.
При рассмотрении заявленного ходатайства о мере пресечения суд
не учел положения ч. 2 ст. 109 УПК РФ о том, какое именно должностное
лицо уполномочено давать согласие на обращение в суд с ходатайством о
продлении срока содержания лица под стражей свыше 6 месяцев, тогда как
это обстоятельство имеет существенное значение.
Изменяя постановление, Судебная коллегия по уголовным делам
Амурского областного суда указала, что в нарушение ст. 108, 109 УПК РФ
ходатайство следователя о продлении меры пресечения в виде содержания
под стражей Б.С.С. до 6 месяцев 10 суток внесено с согласия руководителя
следственного органа - начальника СО МО МВД России «Благовещенский», который руководителем соответствующего следственного органа по
субъекту РФ не является.
По делу о проверке конституционности ряда положений Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации, регламентирующих порядок и сроки применения в качестве меры пресечения заключения под стражу на
стадиях уголовного судопроизводства, следующих за окончанием предварительного расследования и направлением
уголовного дела в суд, в связи с жалобами ряда граждан: Постановление Конституционного Суда РФ от 22 марта
2005 г. № 4-П // СЗ РФ. 2005. № 14. Ст. 1271.
5.03.2021 г. // Обобщение практики избрания судами меры пресечения в виде заключения под стражу и её продления, применения домашнего ареста, запрета определённых действий и залога в 2021 году (рассмотрено президиумом
Амурского областного суда 24.03.2022 г.) // СПС Гарант. URL: https://internet.garant.ru/ (дата обращения: 01.03.2023).
Апелляционное постановление Судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от
46
На основании изложенного суд апелляционной инстанции принял
1
решение о сокращении срока содержания Б.С.С. под стражей на 20 суток,
всего до 6 месяцев, то есть до 7 апреля 2021 года, и, с учётом того, что
срок действия данной меры пресечения истёк, освободил обвиняемого изпод стражи1.
В случае удовлетворения ходатайства следователя в постановлении
об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу суд обязан указать как продолжительность периода содержания под стражей, так
и дату его окончания. Последняя дата не должна выходить за установленные законом сроки предварительного следствия и дознания, а также сроки,
установленные постановлением об их продлении.
В качестве примера решения, нарушающего данные требования приведем постановление судьи Сегежского городского суда Республики Карелия от 22 января 2020 года, которым в отношении Б. была избрана мера
пресечения в виде заключения под стражу со сроком действия по 19 марта
2020 года включительно.
При проверке данного решения в апелляционной инстанции было
установлено, что суд, избрав меру пресечения в виде заключения под
стражу на 1 месяц 28 дней, ошибочно установил срок ее действия по 19
марта 2020 года включительно.
В соответствии со ст. 128 УПК РФ процессуальные сроки исчисляются часами, сутками. месяцами. Срок, исчисляемый месяцами, истекает в
соответствующее число последнего месяца. Согласно ч.ч.1 и 2 ст. 162 УПК
РФ предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий 2 месяцев со дня возбуждения уголовного дела. В срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня направления его прокурору с обвинительным заключением или постановлением о передаче уголовного дела для
рассмотрению вопроса о применении принудительных мер медицинского
характера либо до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу. По смыслу указанных норм срок предварительного следствия исчисляется со дня возбуждения уголовного дела.
Срок содержания под стражей в силу ч. 1 ст. 109, ст. 128 УПК РФ
при расследовании уголовного дела не может превышать 2 месяца и исчисляется с момента фактического задержания лица.
Как видно из материалов дела, уголовное дело возбуждено 19 января
2020 года, 2-х месячный срок предварительного следствия истекает в 24
часа 18 марта 2020 года. Б. задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ 20
января 2020 года, 22 января 2020 года заключен под стражу, 2-х месячный
Апелляционное постановление Судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от
9.04.2021 г. // Обобщение практики избрания судами меры пресечения в виде заключения под стражу и её продления, применения домашнего ареста, запрета определённых действий и залога в 2021 году (рассмотрено президиумом
Амурского областного суда 24 марта 2022 г.) // СПС Гарант. URL: https://internet.garant.ru/ (дата обращения:
01.03.2023).
47
срок его содержания под стражей истекает 19 марта 2020 года в 24 часа.
1
2
Учитывая, что срок содержания под стражей не может превышать срок
следствия, срок действия избранной меры пресечения истекает 18 марта
2020 года в 24 часа. Таким образом, принятое судьей решение о продлении
срока содержания под стражей по 19 марта 2020 года включительно ухудшает положение обвиняемого, в связи с чем подлежит изменению.
Верховный суд Республики Карелия постановление судьи Сегежского районного суда Республики Карелия от 22 января 2020 года об избрании
меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Б. изменил:
постановил считать избранной меру пресечения в виде заключения под
стражу Б. на 1 месяц 28 дней, то есть до 19 марта 2020 года1.
Нарушение уголовно-процессуального закона в виде неполного указания данных о сроке заключения под стражу было допущено в постановлении Шурышкарского районного суда от 22 октября 2017 года в отношении Ш., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.
«б» ч. 4 ст. 132 УК РФ, которым была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком до 18 декабря 2017 года включительно.
Судебная коллегия по уголовным делам Суда Ямало-Ненецкого автономного округа постановление изменила по тем основаниям, что суд не
указал в резолютивной части постановления срок, на который обвиняемому избирается мера пресечения в виде заключения под стражу.
В связи с чем суд апелляционной инстанции постановил считать
срок содержания под стражей Ш. избранным на 1 месяц 27 дней, то есть до
18 декабря 2017 включительно2.
Апелляционное постановление Верховного суда Республики Карелия от 07.02.2020 № 22к-210/2020 //
СПС КонсультантПлюс. URL: http://www.consultant.ru/ (дата обращения: 01.03.2023).
ного округа от 2.11.2017 г. по делу № 22к-938/2017 // Обзор практики применения судами Ямало-Ненецкого автономного округа меры пресечения в виде заключения под стражу за 12 месяцев 2017 года // СПС Гарант. URL:
https://internet.garant.ru/ (дата обращения: 01.03.2023).
Апелляционное постановление Судебной коллегии по уголовным делам Суда Ямало-Ненецкого автоном-
48
2.2. Нарушения уголовно-процессуального закона судом
при применении меры пресечения в виде домашнего ареста
Домашний арест – это самостоятельная мера пресечения, избираемая
только по решению суда. Содержание домашнего ареста заключается в
нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в
жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника,
нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и
осуществлением за ним контроля. Если этого требует состояние здоровья
подозреваемого или обвиняемого, суд вправе установить в качестве места
его содержания под домашним арестом лечебное учреждение.
Домашний арест – это вторая по распространенности мера пресечения после заключения под стражу. В 2022 г. на досудебном производстве в
суд поступило 8,6 тыс. ходатайств о заключении под стражу, из них было
удовлетворено судами 7,4 тыс., т.е. 86 %, отказано в удовлетворении – 0,9
тыс., т.е. 10,5 %. Остальные ходатайства были отозваны, возвращены, переданы по подсудности.
Правовая регламентация оснований и порядка принятия судебного
решения об избрании домашнего ареста осуществляется ст. 107 УПК РФ с
учетом правовых позиций, закрепленных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41. Кроме того, в соответствии с ч. 3 ст. 107 УПК РФ к
домашнему аресту применяются нормы о порядке избрания заключения
под стражей, за исключением положений, противоречащих особенностям,
установленным ст. 107 УПК РФ. Также при избрании домашнего ареста в
качестве меры пресечения судом могут быть установлены запреты, предусмотренные пунктами 3-5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.
Одной из важных особенностей домашнего ареста является то обстоятельство, что данная мера пресечения предусматривает нахождение подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества. В судебной практике
встречаются нарушения, связанные с тем, что суды при избрании домашнего ареста устанавливают определенный период для прогулки обвиняемого. Подобные «льготные» условия содержания под домашним арестом
подлежит исправлению судами вышестоящих инстанция.
В качестве примера такого нарушения приведем постановление
Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 1 декабря 2021 г., которым в отношении А.Б., подозреваемого в совершении преступления,
предусмотренного п. «б» ч. 6 ст. 327.1 УК РФ, была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на срок 2 месяца, то есть по 29 января 2022
года, с нахождением в полной изоляции от общества в жилом помещении,
расположенном по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, с возложением на
него следующих ограничений и запретов, предусмотренных ч. 7 ст. 107
УПК РФ:
49
– запрещен выход за пределы жилого помещения по адресу: СанктПетербург, <адрес> за исключением случаев обращения за экстренной помощью, ежедневных прогулок в пределах муниципального округа по месту
регистрации обвиняемого, а также получения медицинских, бытовых и
иных услуг, необходимых для жизнедеятельности, на срок не более одного
часа в сутки с 12 часов 00 минут до 13 часов 00 минут;
– запрещена отправка почтово-телеграфных сообщений;
– запрещено использование средств стационарной и мобильной связи
и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской
помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийноспасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а
также для общения с контролирующим органом и следователем, с информированием о каждом таком звонке сотрудника контролирующего органа.
В представлении заместитель прокурора г. Санкт-Петербурга Чубыкин А.В. со ссылкой на нормы действующего законодательства, указал на
существенное нарушение уголовно-процессуального закона, выразившееся
в разрешении судом подозреваемому возможности совершения бесконтрольных прогулок, тогда как мера пресечения в виде домашнего ареста
состоит в полной изоляции лица от общества в жилом помещении, в котором он проживает, исключающей публичное взаимодействие с иными
людьми. При этом каких-либо объективных данных, свидетельствующих о
том, что подозреваемый испытывает жизненную необходимость в ежедневных прогулках, в материалах дела не имеется.
Апелляционным постановлением Санкт-Петербургского городского
суда от 19 января 2022 года указанное постановление оставлено без изменения. Лишь Третий кассационный суд общей юрисдикции было выявлено
вышеуказанное нарушение. Судами первой и апелляционной инстанций не
было принято во внимание то, что согласно положений ст. 107 УПК РФ
домашний арест в качестве меры пресечения заключается в нахождении
подсудимого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он
проживает, то есть в полной изоляции, при этом судом по ходатайству
подсудимого, его защитника, могут быть изменены лишь ранее установленные в соответствии с ч. 7 ст. 107 УПК РФ запреты. Разрешение прогулок лицу, находящемуся под домашним арестом, ст. 107 УПК РФ не
предусмотрено.
Согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 22 марта 2018 года № 12-П домашний арест связан с принудительным пребыванием в ограниченном пространстве, с изоляцией от
общества, прекращением выполнения трудовых или служебных обязанностей, невозможностью свободного передвижения и общения с широким
50
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]