Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe. Монография
.pdf
Глава 1. Испанские Габсбурги и Великая Порта
Брэнди, «единственным решающим аргументом были большие
деньги»89. Oн был членом последней императорской династии
и внуком чрезвычайно популярного короля Максимилиана.
В конце концов избиратели во Франкфурте решили передать императорскую корону молодому Габсбургу. Теперь он был «царем
римлян, избранным императором римлян, всегда августом»90.
Избрание императором Карла были важны для империи91.
Его всегда считали вторым Карлом Великим, и он появлялся как
желанная фигура императора Священной Римской империи после смерти Фридриха II в 1250 году. На самом деле всегда была
идея, что однажды восстанет другой Фридриха, что даст толчок
к развитию империи92.
Карл с его огромными ресурсами был бы единственным, и во
время религиозных разногласий Империи нужен был сильный
Император, чтобы разрешить спор. Титул «Император», несомненно, придавал Карлу огромный престиж, которым он обычно гордился; но принесла не столько могущество сколько и проблем. На момент его вступления Священная Римская империя
была децентрализованным политическим образованием с символической короной, авторитет которой полагался на его личные
возможности и ресурсы больше, чем на юридические гарантии.
paid by others. Ramón Carande, Carlos V y sus banqueros, I (Madrid, 1957), pp. 42–
49. Cf. Henry J. Cohn, “Did Bribes Induce the German Electors to Choose Charles V
as Emperor in 1519”, German History, 19/1 (2001), pp. 1–27.
89
Brandi, p. 89.
90
Brandi, p. 101.
91
Карл V Габсбург (1500—1558) — император Священной Римской импе-
рии (1519—1556), король Испании (1516—1556) под именем Карл I.
92
Belenguer, El Imperio de Carlos V, p. 42. По существующим легендам Фридрих не умер в 1250 году, он должен в будущем вернуться, чтобы реформировать церковь, установить царство всеобщего мира и благоденствия. Во второй
половине XIII века в Италии и Германии появлялись самозванцы, выдававшие
себя за императора Фридриха II. Среди современников Фридрих получил прозвище «Чудо мира» (лат. Stupor mundi). В 1229 году Фридрих II принял участие
в Шестом крестовом походе и договорился с египетским султаном аль-Камилем
из династии Айюбидов о передаче под опеку христиан Вифлеема, Назарета
и Иеру салима. В храме Гроба Господня Фридрих возложил на свою голову корону короля Иерусалимского.
51
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
В то же время Священная Римская империя также страдалa
от серьезного социального кризиса, который привел к религиозному инакомыслию, и поэтому Карл, а затем и австрийская ветвь
Габсбургов не только унаследовали проблемы децентрализованной империи, которая страдала от угрозы возможной османской экспансии, но также оказались в эпицентре богословских
споров. Однако правление Карла в других местах также не было
таким консолидированным. По словам Камена, империя Карла
представляла собой «объединение различных территорий под
одной глaвой»93, а значит, не имелa единства.
Как указано, они были приобретены династическими правами, и это повлияло на степень авторитета Карла. Только в Кастилии его авторитет был абсолютным благодаря бабушке, которая
успешно приручила кастильскую аристократию.
В других королевствах власть короны ограничивалась традиционными институтами, и поэтому власть делилась с местными
кликами. В некастильских королевствах король должен был
уважать законы этих королевств (fueros). Нельзя было игнорировать и важность местных парламентов (кортесов), поскольку
император должен был получить их разрешение на освобождение самого ценного для него — налогов. Таким образом, в империи Карла каждая единица сумела сохранить свою автономию
и традиционные законы. Kарл также был склонен рассматривать каждое его родовое наследство как независимую сущность.
1.3. Османо-габсбургское соперничество
Халил Иналджик в небольшой статье проанализировал место Османской империи в европейской политике XVI века94. Когда Карл надел императорскую корону в 1519 году, Османская
империя была самым важным фактором в расчетах. И Франсуа,
93
Henry Kamen, Golden Age Spain (New Jersey, 1988), p. 38.
94
Halil İnalcık, “The Turkish impact on the development of modern Europe”
in The Ottoman State and its Place in World History, ed. Kemal H. Karpat (Wisconsin,
1974), pp. 51–60; Halil İnalcık, “Avrupa Devlet Sistemi, Fransa ve Osmanlı: Avrupa’da “Geleneksel Dostumuz” Fransa Tarihine Ait Bir Olay”, Doğu Batı, XIV (2001),
pp. 122–142.
52
Глава 1. Испанские Габсбурги и Великая Порта
и Шарль заявили о своей готовности предпринять крестовый
поход, чтобы склонить избирателей. Попытка Мехмеда II была
пресечена его смертью; тем не менее угроза не была полностью
устранена. Королевство Венгрия было слабым, и это могло вызвать проблемы в будущем. Однако Италия была центром амбиций католических правителей. Европа была разделена, и единого фронта добиться не удалось.
Сила Карла была беспрецедентной со времен Карла Великого;
однако амбиции его соперника Сулеймана Великолепного (годы
правления 1520–1566) не были более умеренными. Многие авторы обсуждали, вдохновлялся ли Карл идеей универсальной монархии или нет. Для такого монарха было естественно, что его
современники, придворные летописцы приписывали такую идеологию; тем не менее это было преувеличением.
Этот отказ был основан не только на отрицании Карлом универсальных притязаний перед папой Павлом III (годы правления 1534–1549). Его усилия были в основном оборонительными,
поскольку результатом всех этих войн, в которые его втянули,
было не более чем завоевание Миланского герцогства и некоторых мест во Фландрии. Что он хотел сделать, так это сохранить
свое наследие и выполнить свои обязательства, поставленные
перед ним имперской канцелярией.
Таким образом, его идея заключалась в том, чтобы сохранить
мир и целостность Universitas cristiana, и поэтому его главными
врагами были турки, еретики (то есть протестанты) и соседние
князья (то есть Франция). Он защищал Ordinatio totius mundi
от Франции; Concordia hominum против протестантов и выступал в качестве Defensor Fidei против турок95.
Его войны были естественным результатом его желания установить мир в христианском сообществе и, следовательно, вести
священную войну против неверных. Kарлу V пришлось противостоять османской экспансии в качестве защитника католического мира. Интересно отметить, что идея крестового похода сыграла важную роль в имперской пропаганде того времени.
95
Juan Sánchez Montes, Franceses, Protestantes, Turcos. Los Españoles ante la
Política Internaciónal de Carlos V (Granada, 1995), p. 129.
53
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
Согласно Монтесу, мессианские верования в Испании вокруг
личности Kарлa и, следовательно, вера в его непобедимость,
усиленные расширением испаноязычного мира, привели к конкретной идее крестового похода96. Кастро утверждал: «Эмоции
священной войны исчезли во Франции с крестовыми походами, тогда как в Испании в шестнадцатом веке она все еще была
яркой»97. Монтес упомянул о трехэтапной священной войне,
в которой Северная Африка выступила второй
98
.
Эта иллюзия крестового похода была основана на четырех
столпах: имперском достоинстве или теоретическом лидерстве
христианства, его личном рвении к войне против неверных, средневековой испанской традиции99 и президиумах, расположенных в Северной Африке
к этой «самой желанной для нас вещи» — священной войне
100
. Карл V также объяснил свою страсть
101
.
Он был защитником Веры в Священной Римской Империи,
коронованной папой. Первоочередной задачей такого правителя
была бы защита христианства. Он несколько раз подчеркивал
это, хотя и в политических целях. По словам Монтеса, он стремился восстановить Universitas Cristiana и «задумал империю
как временную опору вечной категории», таким образом, он сам
был светским главой католического мира
102
.
Это религиозное рвение к крестовому походу было наиболее
явным в Тунисской экспедиции 1535 года и после нее. Следует
96
Montes, p. 50.
97
Américo Castro, España en su Historia. Cristianos, Moros y Judios (Buenos
Aires, 1948), pp. 191, 202, 223, cited by Montes, p. 84.
98
Montes, p. 98. Первой была Реконкиста, а третьей — завоевание Иеруса-
лима.
99
Не следует забывать, что подобная традиция Священной войны существовала и в истории герцогства Бургундского. Таким образом, это должно подействовать на Карла, поскольку он был воспитан на рассказах о своих бургундских предках во Фландрии своей тетей Маргарет. Следовательно, на мой взгляд,
следует отметить этот ориентированный на испанцев взгляд на автора и упомянуть двойную традицию крестового похода.
100
Montes, p. 101.
101
Francisco de Laiglesia, Estudios Historicos (1515–1555), I (Madrid, 1918),
p. 438, cited by Montes, p. 86.
102
Montes, p. 129.
54
Глава 1. Испанские Габсбурги и Великая Порта
отметить, что эта победа была отмечена помпезно, поскольку
ей приписывалось религиозное значение. Когда Карл вступил
в Италию после завершения Тунисской экспедиции, он был провозглашен «первым борцом Европы против Африки и Азии»,
«Победоносным Карлом, отцом отечества, победителем в Африке, умиротворителем нации»
103
. Османский султан Сулейман I,
с другой стороны, не только заявлял о своем превосходстве
над исламским миром; но также открыто заявлял о своих претензиях на универсальную монархию.
Он был лидером исламского мира как правитель самого могущественного мусульманского государства того времени. Как утверждает Халил Иналджик, после 1453 года османы уже провозгласили такое превосходство на основании утверждения, что ни
один другой исламский правитель со времен четырех халифов
никогда не добивался такого успеха в защите и продвижении
интересов ислама. Османские султаны имели титулы Хали фе-
йи Ро-йи Земин и Халифе-йи Муслимин. Более того, когда государство мамлюков распалось в результате османской агрессии
в 1516–1515 годах, османы стали «служителями двух святых
святилищ»
104
.
Согласно Халилу Иналджику, эта концепция мировой империи четко выражена в двух надписях, датированных 1538
и 1557 годом: «Этот раб Бога, могущественный с Божьей силой
и его могущественный наместник на Земле, стоящий по повелениям Корана и за исполнение их по всему миру, хозяин всех земель и тень Бога над всеми народами, султан над всеми султанами на землях арабов и персов…»
105
.
«Я раб Бога и хозяин в этом мире. <…> Божья добродетель и чудеса Мухаммеда — мои спутники. Я Сулейман, и мое
имя читают в молитвах священных городов ислама. Я запустил флот в Средиземном море со стороны франков в Магрибе, а также в Индийском океане. Я шах Багдада и Ирака, Це-
103
Brandi, pp. 358–359.
104
Halil İnalcık, “State, Sovereignty and Law during the reign of Süleyman”
in Süleyman the Second and His Time, eds. Halil İnalcık and Cemal Kafadar (İstanbul,
1993), p. 68.
105
İnalcık, “State, Sovereignty and Law”, p. 67.
55
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
зарь римских земель и султан Египта. Я взял землю и корону
у венгерского короля и подарил ее одному из моих скромных
рабов»
106
.
Другие мусульманские державы не могли сравниться с силой
османов. Сунниты и остальной исламский мир считали еретиками шиитское правление Сефевидов в Персии; его экспансия была
остановлена османами в 1514 году. Мусульмане Индии были раздроблены и изо всех сил пытались противостоять португальской
экспансии в регионе. Несмотря на меньшее число, Португалия
смогла контролировать региональную торговлю на всей территории с помощью системы, аналогичной системе президиума испанцев. Не в лучшем положении оказались потомки Чингиз-хана, правители Золотой Орды.
Целостность Золотой Орды была разрушена после поражения 1398 года от войск Тимура. Один из его фрагментов, Крымское ханство, уже признало сюзеренитет Османской империи,
а остальные впоследствии будут присоединены к Московскому царству. Завоевание Иваном Грозным Казани в 1552 году
и Астрахани в 1556 году положил конец существованию обоих
ханства как самостоятельных государств, после этого они вошли
в состав Русского государства.
Османская империя, с другой стороны, благодаря своим военным технологиям была единственным мусульманским государством, бросившим вызов христианскому миру. Те мусульманские правители, которые чувствовали давление со стороны
распространения христианства, призывали к вмешательству Османской империи
107
.
106
İnalcık, “State, Sovereignty and Law”, pp. 67–68.
107
Интересный пример переписки мусульманских правителей в Индийском океане с Константинополем см.: Razaulhak Şah, “Açi Padişahı Sultan
Alâeddin’in Kanunî Sultan Süleyman’a Mektubu”, Tarih Araştırmaları Dergisi,
8–9 (1967), pp. 373–410. Также о политике Османской империи в Индийском
океане см. Halil İnalcık (ed.) with Donald Quataert, An Economic and Social History of the Ottoman Empire: 1300–1600 (Cambridge, 1994), pp. 319–340; Svat
Soucek, “Ottoman Naval Policy in the Indian Ocean”, in X. Türk Tarih Kongresi,
Ankara, 22–26 Eylül 1986, Kongreye Sunulan Bildiriler, IV (Ankara, 1993), pp.
1443–6; Salih Özbaran, “Expansion in the Southern Seas” in Süleymân the Second
56
Глава 1. Испанские Габсбурги и Великая Порта
Несмотря на то что они не смогли эффективно отреагировать
на все эти призывы, османы продолжали «всемирно активную
политику поддержки мусульманских стран, которые были захвачены или находились под угрозой европейской экспансии
в Средиземное море, Индийский океан, Индонезию, Африку
и евразийские степи
108
. Следовательно, претензии Сулеймана
на универсальную монархию также были ощутимы. Он будет
играть активную роль в Западном Средиземноморье, следуя
политике Баязида II
109
, организует экспедицию в Гуджерат
в 1538 году, пообещает техническую помощь султану Суматры
и спланирует нереализованную кампанию по освобождению городов Казань и Астрахань
110
.
Османская сфера влияния не ограничивалась мусульманским миром. Османы претендовали на наследие Римской империи, и это не ограничивалось ее восточной частью. С 1453 года
завоевание Рима зародилось в воображении османских властей. Халил Иналджик считает, что османская поддержка
Франции и протестантов является инструментом долгосрочной политики завоевания Рима и объединения римского мира.
Эти сепаратистские движения против Императора Священной
Римской империи и Папы помешали объединению христианской Европы против османов
111
. Идея универсальной монархии
была основана на римской концепции вечной империи, и поэтому существование двух империй было неприемлемо для османов.
and His Time, eds. Halil İnalcık and Cemal Kafadar (İstanbul, 1993), pp. 211–218;
Salih Özbaran, “The Ottomans in Confrontation with the Portuguese in the Red Sea
after the Conquest of Egypt”, in Studies on Turkish Arab Relations, I, (İstanbul,
1986), pp. 207–214.
108
İnalcık, “State, Sovereignty and Law”, p. 69.
109
For more details on the active policy of Bayezid II in the Western Mediterra-
nean, see H. J. Kissling, “II. Bayezid’in Deniz Politikası Üzerine Düşünceler: (1481–
1512)”, in Türk Denizcilik Tarihi, ed. Bülent Arı (Ankara, 2002), pp. 109–116.
110
İnalcık, “State, Sovereignty and Law”, p. 69.
111
İnalcık, “State, Sovereignty and Law”, p. 69. Also, see Fatma Müge Göçek,
“The Social Construction of an Empire: Ottoman State under Süleyman the Magnificent”, in Süleyman the Second and His Time, eds. Halil İnalcık and Cemal Kafadar
(İstanbul, 1993), pp. 97–98.
57
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
Следовательно, Карл был не императором османов, а королем
Испании. Ибрагим Паша называл его «королем Испании и зависимых земель, который проверяет Испанию»
112
.
В другом документе от 28 июня 1533 года, хранящемся в Национальной библиотеке, подобное название упоминалось: «Siz
ki vilâyet-i İspanye ve ana tâ’bi olan yerlerin kralı Karlo»
113
.
Это соответствует османскому утверждению, что должен существовать один император, поскольку существует один Бог
114
С другой стороны, помимо османской экспедиции 1532 года
Карл и Сулейман не противостояли друг другу напрямую. В этом
соперничестве Европа была разделена на два лагеря, и борьба
в основном велась прокси-силами
115
.
Беленгер отмечает, что соперничество Фердинанд — Заполяй
и Дориа — Хайреддин было фактическим полем для этого противостояния
одним из двух полей в этой борьбе
императора избегали прямой конфронтации
116
. Халил Иналджик также считает Средиземное море
117
. По словам Вейнштейна, оба
118
. Таким образом,
в этот период борьбы корсары выступают в качестве важных элементов в войне, которую ведут прокси-элементы.
Соперничество между этими двумя династиями, сопровождавшееся системой союзов в Европе XVI века, не может быть ограничено временным периодом, охватываемым этим тезисом. Очевидно,
.
112
Jean-Louis Bacqué-Grammont, “Autour d’une Correspondence entre Charles
Quint et İbrahim Paşa”, Turcica, XV (1983), p. 234.
113
La Bibliothèque National. Supplément Turc, No: 816, cited by M. Tayyib Gökbilgin, “Venedik Devlet Arşivindeki Türkçe Belgeler Kolleksiyonu ve Bizimle İlgili
Diğer Belgeler”, Belgeler: Türk Tarih Belgeleri Dergisi, V–VIII (1968–1971), p. 115.
114
Joseph von Hammer-Purgstall, Büyük Osmanlı Tarihi, V, trans. Mümin Çevik
and Erol Kılıç (İstanbul, 1990), p. 93.
115
Подробную политическую оценку этого соперничества в данном контексте см. Özlem Kumrular, Las Relaciones entre el Impero Otomano y la Monarquía
Católica entre los Años 1520–1535 y el Papel de los Estado Satélites (Estambul, 2003).
116
Belenguer, El Imperio de Carlos V, pp. 325–326.
117
İnalcık, “Avrupa Devletler Sistemi”, p. 129.
118
Gilles Veinstein, “Charles Quint et Soliman le Magnique: le grand dé”,
in Carlos V. Europeísmo y Universalidad. Actas del Congreso Internacional celebrado
en Granada. Sociedad Estatal para la Conmemoración de los Centenarios de Felipe II
y Carlos V (S.E.C.C.F.II y C.V), III (Madrid, 2001), pp. 519–529.
58
Глава 1. Испанские Габсбурги и Великая Порта
что Османская империя будет противостоять Габсбургам и после
1535 года. Союз между королем Франции и Константинополем
даже приведет к совместным военным операциям в 1543 году.
Османская империя будет постоянно вести переговоры с центробежными и антиправительственными элементами Империи
Габсбургов в Европе. Вот почему Монтес назвал свою книгу
«Французы, протестанты и турки» — три препятствия против
амбиций Kарла. Поэтому в этом исследовании мы попытаемся
определить влияние одной из этих прокси-сил на общее соперничество: корсаров.
Природа этой борьбы открыла путь к возвышению корсара
до высокопоставленного государственного чиновника; тем не менее причины этого роста остались незамеченными. А в международном соотношении сил в Европе XVI века особенности этого
корсара показались бы интересными.
В первой главе будет проанализирован период между началом
испанских операций в Северной Африке и созданием независимого корсарского государства в Алжире. Основные характеристики
географического района, политическая карта Северной Африки с
характером и корнями конфликта будут рассмотрены в этой вводной главе. Более того, эта глава охватывает период до османского
соперничества Габсбургов. Тем не менее история испанских королевств после Реконкисты представляет собой важные аспекты по
этому вопросу, поскольку корни конфликта можно было найти до
начала соперничества Османской империи и Габсбургов.
Политическая повестка дня Фернандо Арагона не имеет отношения к нашей теме. Более того, причины отсутствия адекватного ответа на испанскую агрессию со стороны местных сил,
а также неспособность испанцев следить за своими победами достаточно важны, чтобы быть включенными в этот тезис. В этой
главе также описаны первые годы деятельности Барбаросса в регионе; то есть их деятельность под эгидой правителя Туниса.
Во второй главе будет обсуждаться заявка корсаров на Алжир.
Барбароссa получит контроль над Алжиром в 1516 году. Тем
не менее они не могли консолидировать свою власть в городе
до завоевания испанского президио Пеньона Алжирского. Корсары боролись после этого быстрого захвата города.
59
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
Испанские экспедиции в 1516 и 1519 годах, смерть Оруса
Реиса (1518), второе завоевание Хайреддином Алжира (1525),
от которого он ранее отступил (1520), и, наконец, завоевание Пеньона (1529) будут подробно описаны. Тем временем соперничество Габсбургов-Валуа и Османско-Габсбургское соперничество
будет очерчено, чтобы поместить североафриканскую политику в общие рамки более широкой борьбы в Европе. Непрекращающиеся итальянские войны, которые начались в 1494 году,
и оспариваемая территория Бургундии привели к конфликту
между двумя самыми могущественными католическими династиями того времени. Точно так же соперничество Османских
Габсбургов начнется в тот же период из-за поражения Венгрии
в 1526 году.
Хотя Хайреддин был занят укреплением своей власти в ущерб
местным силам, его судьба больше зависела от европейской политики, чем от политики Северной Африки. В последней главе
мы станем свидетелями того, как Хайреддин стал известным
международным деятелем. Он не только укрепил свое правление
в регионе; но также был возведен в высокий чин в османской военной иерархии. Причины его назначения для выполнения такой задачи и влияние изменения приоритетов османской внешней политики на такое решение будут обсуждены в этой главе.
Кроме того, на основе османских источников и иностранной
корреспонденции будет предпринята попытка измерить степень
растущего значения Хайреддина в международной политике,
а также проиллюстрировать, как его воспринимали османские
лица, принимающие решения. Кроме того, будут проанализированы подробности о продвижении Хайреддина. Что еще более важно, в этой главе будет проведено долгое и подробное обсуждение Тунисских кампаний 1534 и 1535 годов. Основываясь
на рассказах Сандовала и Ильескаса и письмах Карла V в Испанию, можно выделить важные детали, касающиеся как военной,
так и политической истории. Наконец, в Заключении будет обсуждаться место Корсаров в соперничестве Османской империи
и Габсбургов. Это приводит исследователя к неизбежному вопросу о том, отводил ли император Средиземное море на второй план
или нет.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]