Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe. Монография
.pdf
Глава 4. На службе султана (1529–1535)
не только пригодились в Поненте. За назначением простого корсара, такого как Хайреддин, на такое важное звание, как грандадмирал, стоял не только сигнал о растущих османских амбициях в отношении Западного Средиземноморья, но и простая
необходимость. Османский флот потерпел неудачу в противостоянии имперскому флоту в Адриатическом море, и по этой причине способный корсар будет вызван в столицу. В 1535 году власть
корсаров в регионе стала серьезной угрозой для Карла V.
Несмотря на сдерживание османского давления и заключение перемирия между султаном и, по крайней мере, братом императора Фердинандом в 1533 году, давление корсаров было неприятным. Османская империя могла бы отвлечь свое внимание
на Восток, но ее лица, принимавшие решения, были достаточно
мудры, чтобы не только доверить имперский флот высококлассному человеку, но и приказать ему продолжать свои операции
в Западном Средиземноморье.
Пока османские армии были заняты делами на Востоке, их
восстановленный флот под командованием Хайреддина одержал
быструю победу над правителем Туниса и захватил город. Это
был один из самых важных моментов для корсаров. Географическое положение Туниса было опаснее любого другого города Северной Африки. Kарл V, чьи руки были относительно свободны
чувствовал себя обязанным отправиться в экспедицию несмотря
на негативное отношение его советников.
Он придавал важность этому событию, потому что лично
руководил своими имперскими войсками. Помимо этого, его
планы на будущее также продемонстрировали его намерения
и долгосрочную политику, которую он имел в виду в отношении
региона; однако европейская политика задержит выполнение
такого плана.
4.2. Завоевание Алжирского Пеньона
(1529 г.)
В 1529 году Хайреддин наконец решил напасть на Пеньон
Алжирский. Осада началась, когда командующий Мартин Варгас отказался сдать плохо снабженную крепость. Ожидалось, что
151
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
помощь будет оказана1. В тот момент Карл был в относительно
лучшем положении в Западной Европе, чем в прошлом году. Его
союз с Андреа Дориа частично снизил давление на море, а мир
с Валуа обеспечил его официальную коронацию.
И все же организация надлежащего сопротивления Османской империи, осаждающей Вену в тот момент, была сложной
задачей. Как следствие, подкрепление не прибыло; ожидаемая
экспедиция Андреа Дориа не была осуществлена даже после падения крепости2. 27 мая крепость уже не могла сопротивляться.
Барбаросса теперь устранил испанское давление на город, обеспечив безопасную гавань для своего флота3. Он также укрепил свои
позиции не только среди своих подданных, но и среди других
турецких корсаров в регионе. Они уже приняли участие в осаде
крепости4; и с этой победой они начнут действовать под эгидой
Барбароссы. Хайреддин был теперь центром пиратства в Западном Средиземноморье.
5
Завоевание Пеньона будет не единственной победой корсаров
в 1529 году. Флот под командованием капитан-генерала испанского флота Родриго де Портундо, возвращавшегося из Генуи,
где высадился Kарл, столкнулся с флотом корсаров из 14 кораблей под командованием Айдына Реиса, конечной точкой которого были Балеарские острова6. Результат конфликта был катастрофическим для имперского флота. Портундо погиб, 6 из его
8 галер были пойманы, включая испанский флагман, а еще одна
1
Sanuto, LI, p. 77.
2
Ibidem, pp. 11–12 указывает на возможность экспедиции Андреа Дориа
после падения крепости.
3
Gaid, p. 32.
4
Ibidem, p. 32.
5
Ibidem, p. 33. Sandoval также фиксирует начало сотрудничества. По его
словам, Барбаросса пригласил Синан и Али Караман, и они прибыли со своим
флотом. Результатом приглашения стало прибытие 70 кораблей. cм. Sandoval, II,
pp. 379–380.
6
Lane-Poole, pp. 57–58. Несмотря на то, что Катип Челеби указывает, что
Хайреддин послал флот после того, как ему сообщили, что Карла перевозят; это
маловероятно. Он мог быть проинформирован, поскольку Карл не покидал полуостров тайно. Однако такая смелая экспедиция не могла быть осуществлена
и не стоила взятого на себя риска. cм. Katip Çelebi, p. 55.
152
Глава 4. На службе султана (1529–1535)
была сожжена7. Испанский флот был сильнее вначале, но 5 его
галер оставались в арьергарде, и это не позволяло им вести равномерную атаку8.
Кроме того, Лейн-Пул указывает, что Портундо не использовал свое преимущество огнестрельного оружия. По его словам,
он не стрелял ни из одного орудия, потому что не хотел топить
корабли. Он хотел получить за беглых мавров денежные призы,
которые, как он предполагал, находились на кораблях9. На Пиренейском полуострове царила паника. Императрица предупреждала своего мужа о том, что баланс сил в Северной Африке
меняется, и иберийское побережье, и испанские крепости, такие
как Оран и Бужи, окажутся под угрозой со стороны корсаров,
если не будут приняты серьезные меры предосторожности.
Она добавила, что Барбаросса стал сильнее, чем когда-либо, благодаря кораблям, которые он получил «от нас», и помощи других корсаров, которые теперь сплотились вокруг флага
Барбароссы10. Поражение было поистине катастрофическим; это
была «самая знаменательная и заметная победа, которую Барбаросса одержал над испанцами в битве»11, если не «величайшее поражение, которое когда-либо терпела Испания в войне
на галерах»12.
7
Согласно письму, написанному герцогом Калабрийским императрице, см.
Arıkan and Toledo, pp. 200–201. Хотя Lane-Poole указывает, что жители Алжира
видели семь королевских галер; согласно этому письму, это число должно быть
шесть, поскольку седьмая галера сгорела. Lane-Poole, p. 58.
8
Arıkan and Toledo, pp. 200–1. Sanuto indicates the number of ships that remained in the rearguard as 4 instead of 5. Sanuto, LII, pp. 208–209.
9
Lane-Poole, pp. 57–58.
10
Arıkan and Toledo, p. 2. Также в качестве примера усиления давления
корсаров на владения Габсбургов в 1529–1530 годах см.: Lucilia Tomás Dias, Julio
Luis Quílez Mata, and Ana María Buil, “La Piratería en el Litoral Tarraconense Durante el Siglo XVI” in El Mediterráneo: Hechos de Relevancia HistóricoMilitar y sus
repercussiones en España, V Jornadas Nacionales de Historia Militar (Sevilla, 9–12
de Mayo 1995), dir. Alberto Díaz Tejera (Sevilla, 1997), pp. 562–563.
11
Fisher, p. 59.
12
Henry Kamen, Imperio: La Forja de España como Potencia Mundia, (Madrid,
2003), p. 85, fn. 32 citing Roger Bigelow Merriman, The Rise of the Spanish Empire
in the Old World and in the New, III (New York, 1918), p. 296.
153
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
В следующем году Андреа Дориа получил наиболее ожидаемый ответ. Вместо того, чтобы атаковать Алжир, он спустился
в Шершель, где смог застать врасплох форт и освободить христианских рабов в городе. Дориа высадил 1500 аркебузиров,
и 500 корсаров были вынуждены отступить во внутренний замок, оставив город беззащитным. Он вошел в город, освободив
1000 христианских рабов, и приобрел 9 кораблей корсаров. Однако имперские солдаты не подчинились сигналу о входе на борт
и продолжили обыскивать город, создав подходящую возможность для контратаки корсаров. Когда это случилось, Дориа отказался брать остатки людей на корабли и предоставил их своей
судьбе. 314 из них попадут в руки корсаров, в то время как Дориа с добычей, которую он получил, решил вернуться в Геную13.
Барбаросса, узнав последние новости, ждал имперский флот
на острове Провенца, где, по его расчетам, Дориа должен был
иметь причал, чтобы пополнить запасы своих галер14. Однако
Дориа предпочел вернуться в Геную15.
4.3. Cоперничество Османов и Габсбургов
(1529–1533 гг.)
Соперничество между Франсуа и Карлом закончилось
в 1529 году Камбрейским договором, пункты которого были
аналогичны мадридским, за исключением нереалистичного
пункта о возвращении герцогства Бургундского Габсбургам.
В то же время османские армии, опираясь на союз с претендентом на венгерскую корону Иоанном Заполяeм, снова вторглись
в Венгрию16.
13
Sanuto, LIII, pp. 286, 325.
14
Ibidem, p. 322.
15
Сануто также ожидает, что он спустится в Алжир; однако он не рискнул
совершить такую экспедицию. cм. Sanuto, LIII, p. 286.
16
Здесь следует отметить, что истинное намерение Османской империи состояло не в том, чтобы напрямую завоевать Венгерское королевство, но чтобы
сдержать восхождение Габсбургов на престол. Однако это не должно означать,
что у них нет долгосрочных планов относительно будущего этого королевства;
они, возможно, предпочли править королевством косвенно, снизив его до ста-
154
Глава 4. На службе султана (1529–1535)
Он получил корону Святого Стефана от османского султана
в Буде. Фердинанд не смог оказать серьезного сопротивления.
Тем не менее вскоре выяснилось, что восстановление короны
предпочтительному кандидату было не единственной целью
кампании. Османские армии скоро появятся у ворот столицы
Фердинанда. Карл не мог предложить брату особой помощи. Несмотря на завершение войны Габсбургов и Валуа в 1529 году,
были и другие проблемы.
В 1530 году он обеспечил свою официальную коронацию
в Болонье папой Клементом VII будучи последним императором,
коронованным папой. Затем он попытался разрешить религиозный спор, который более десяти лет разрушал и без того хрупкое единство империи. После Шпильского сейма 1529 года протестантские князья стали более беспокойными, чем когда-либо;
Лига Смалькалды должна была быть подписана в 1531 году. Что
в этих обстоятельствах, теперь ослабленных внешней борьбой,
Карл мог сделать лучше всего, так это укрепить положение своего брата Фердинанда в империи.
В 1531 году он убедил выборщиков избрать его королем римлян и наследним принцем в Империи17. Результат осады Вены
неизвестен. Для османов осада была снята, потому что сезон кампании закончился. Однако, по крайней мере, следует признать,
что в то время была признана необходимость умиротворения
общественного мнения. В следующем году военных кампаний
туса полуавтономного подчиненного государства, как это было в случае с другими османскими провинциями, такими как Валахия и Молдавия. Считалось,
что установить прямой контроль на другом берегу Дуная будет сложно и дорого.
См.: Halil İnalcık, The Ottoman Empire, Classical Age: 1300–1600 (London, 1973),
p. 35. Настоящая инкорпорация будет осуществлена после смерти Заполяя. Халил Иналджик также считает венгерскую политику Сулеймана одним из двух
этапов османского завоевания. Halil İnalcık, “Osmanlı Fetih Yöntemleri”, in Söğütten İstanbula, eds. Oktay Özel and Mehmet Öz (Ankara, 2000), 447. For the original
version of the article, see “Ottoman Methods of Conquest”, Studia Islamica, 2 (1954),
pp. 103–129.
17
У этого титула была еще одна функция. Чтобы обеспечить переход власти
от отца к сыну, почти каждый император пытался организовать выборы римского
короля при своей жизни. Таким образом, титул римского короля часто означал
наследного принца.
155
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
больше не будет; но торжества в столице шли продолжительное
время18.
С другой стороны, христианский мир считал это событие
не облегчением, а победой. Победа или нет, османы были изгнаны, и непосредственная опасность была устранена. Однако
в 1532 году лица, принимающие решения в османской столице,
решили снова противостоять Габсбургам. Целью этой кампании
было не завоевание Вены, а побуждения Карла к открытому полевому сражению19.
Однако армии не столкнулись друг с другом. Османским
вторжениям удалось опустошить Центральную Европу до Лихтенштейна; однако от императора ответа не последовало. Османским армиям пришлось отступить, не одержав решающей
победы. За 6 лет против Венгрии было направлено 3 кампании;
и успех последних двух обсуждался. Если цель состояла в том,
чтобы нанести решительное поражение Габсбургам, она не была
достигнута, поскольку ни Вена не была взята, ни Карл не появлялся на поле битвы и, таким образом, кончилось для османов
унижением20.
В 1533 году посланнику Фердинанда в Константинополе, наконец, удалось добиться перемирия между двумя державами21.
Тупиковая ситуация в Венгрии была удовлетворительной для
османов, поскольку сдерживалась не только экспансия Габсбургов в этом районе, но и большая часть королевства была гарантирована кандидату Османской империи на престол.
Поскольку император не хотел бросать вызов своему сопернику на поле боя, не было особой необходимости в еще одной дорогостоящей, но бесплодной кампании против Венгрии. Был еще
восточный фронт. Таким образом, османские армии будут нарушать границы Сефевидов, в то время как центр соперничества Османской империи и Габсбургов переместится из Центральной Ев-
18
Cemal Kafadar, “The Ottomans and Europe”, in Handbook of European Histo-
ry 1400–1600, eds. Thomas A. Brady Jr., et al. (New York, 1994), p. 611.
19
Hammer, V, p. 98.
20
Cemal Kafadar, “The Ottomans and Europe”, p. 610.
21
Хотя Брэнди утверждает, что это был вечный мир (Brandi, p. 348), это
было перемирие.
156
Глава 4. На службе султана (1529–1535)
ропы в Западное Средиземноморье, в результате чего Хайреддин
станет высокопоставленным чиновником в Османской империи.
Повышение Хайреддина до важного международного деятеля можно датировать еще 1510-ми годами, когда он отправлял
послов к османскому султану, проводил дипломатические маневры в регионе, нанося поражения испанцам и ущерб репутации Испании. Но важность этого не следует преувеличивать.
После смерти Аруджа в 1518 году корсары в регионе в основном
занимались местными делами.
Хайреддин должен был покинуть Алжир в 1520 году, чтобы
вернуться через пять лет. Корсары продолжали создавать проблемы на море, но в этот период они не играли никакой роли,
о которой мы не смогли найти документацию, ни в высокой политике, собственно говоря, ни в соперничестве Габсбургов-Валуа, ни в соперничестве Османской империи и Габсбургов.
Тем не менее это изменится с завоеванием Пеньон-де-Алжир.
Теперь, когда Хайреддин стал полным хозяином Алжира, его сила
немедленно возросла. Как будет видно ниже, его лейтенанты нанесли поражение тому же флоту, который по возвращении отправил императора в Италию для его коронации. Кроме того, через
несколько лет Барбаросса начнет сотрудничество с французским
королем, за которым последует еще одно между королем и Османской империей. Фактически он был тем, кто спровоцировал переписку между французским королем и османским султаном22.
После завоевания Туниса он отправил еще одну делегацию,
которая также несла письмо Сулеймана Франсуа. Взамен посланник Франсуа Жан де ла Форе достигнет Константинополя
через Алжир.
Все это может доказать промежуточное положение Барбароссы
в этом исключительно важном союзе. Опять же Барбаросса будет
проинформирован о намерениях Карла в 1535 году от французских
агентов23. Карл также знал о ситуации. Франсуа всегда пытался
скрыть тот факт, что, несмотря на то, что он был «Roi Tres Chré-
22
İsmail Soysal, p. 71.
23
Sandoval, II, pp. 488–489. Об этом сообщают французские корабли, встре-
ченные имперским флотом на пути в Тунис. Sandoval, II, pp. 499.
157
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
tien», на самом деле он сотрудничал с неверными. Однако ему это
не удалось. Разве императору не пришлось бы просить папу оказать
давление на Франсуа, чтобы тот не давал убежища ни Барбароссе,
ни его людям в его портах и не снабжал их провизией? Опять же
разве он не просил папу сделать это, чтобы осознать «дурные намерения и зловещие дела» Франсуа, вместо того, чтобы на самом
деле надеяться получить такую помощь, тем самым показывая пессимизм в отношении намерений Франсуа?24 Даже Газават указывает на написанное письмо. Император обратился к французскому
королю с мольбой прекратить сотрудничество с корсаром25.
Французский король мог внести свой вклад в имперский
флот в 1530 году, когда Дориа готовился атаковать Шершель26.
Но на этот раз Франсуа не оставил места для сомнений. Он отказался помочь императору в тунисской экспедиции «из-за договоров, которые у него были с турком и Барбароссой»27.
По словам Брэнди, это сотрудничество между корсаром
и французским королем вынудило Карла пересмотреть свою
средиземноморскую политику28. Сам Карл V признал растущее значение Барбароссы в этот период. Он пишет: «Барбаросса, неприязнь которую он испытывает к нашим королевствам
и побережьям, особенно больше, чем любые другие неверные,
как подданный турка (то есть османского султана), посланный
им с флотом, которым он руководит в качестве своего грандадмирала, с разведкой то, что он имеет с королем Франции было
труднее примирить, поскольку было бы необходимо предложить
и удостоверить его, что мы поможем ему стать хозяином Африки, особенно ее западных частей»29.
Достаточно ли cоглашение с папой о защите итальянских побережий в 1533 г.30, чтобы сдержать такое опасное сотрудничество?
Барбаросса, несомненно, беспокоил Kарлa V более серьезно, чем
24
Sandoval, II, p. 484.
25
Gazavât, p. 177, fol. 259a.
26
Ibidem, p. 1777, fol. 259b.
27
Sandoval, II, p. 488.
28
Brandi, p. 341.
29
Sandoval, II, p. 481.
30
Brandi, p. 339.
158
Глава 4. На службе султана (1529–1535)
когда-либо прежде. Возрастающее значение корсаров и их повышение до уровня международного внимания также можно наблюдать в международных договорах. И в Мадридском и в Камбрейском договорах не было явного указания на корсаров как на общего
врага. Используемый термин — «турки и другие неверные»31.
С другой стороны во время переговоров между Габсбургами
и Османской империей в 1533 году, между Ибрагимом Пашей
и посланником Фердинанда, Корнелиусом де Шеппер32, Алжир
и корсары стали важной проблемой.
Корнелиус предложил Ибрагиму Паше интересный обмен
мнениями.
Город Корони33 может быть возвращен османам, если бы права Фердинанда на Венгрию были признаны и Алжир вернулся
бы его бывшим владельцам34. Ибрагим Паша также признал
важность корсаров. Из его позиции было ясно, что во время переговоров он рассматривал их как полезные инструменты для своих целей. Он утверждал, что может нейтрализовать Барбароссу
в течение 3 месяцев, чтобы убедиться, что Карл может послать
отдельных послов в Константинополь35. Он также утверждал,
что Барбаросе было приказано действовать в послушании французскому королю, таким образом используя его в качестве рычага в переговорах36.
31
Sandoval, II, pp. 149, 339.
32
В 1533 году он Корнелиус де Шеппер присоединился к послу Фердинанда Джеронимо де Зара в мирной миссии в Константинополь, где они встретили
Сулеймана Великолепного и его великого визиря Ибрагима Пашу, а также венецианца Альвизе Гритти, которого в то время очень уважал османский султан.
Джеронимо де Зара и де Шеппер сумели успешно заключить мирный договор
с турками от имени короля Фердинанда.
33
Корони (греч. Κορώνη) — малый город в Греции, на северо-западном побережье залива Месиниакос Ионического моря на юго-западной оконечности
Пелопоннеса к северо-западу от мыса Акритас(Ακρίτας). В 1500 году захвачен
турецким султаном Баязидом II. В 1532 году генуэзский адмирал Андреа Дориа
захватил Корону. В 1533 году началась осада Корона войсками под командованием турецкого адмирала Хайреддина Барбароссы.
34
Hammer, V, p. 110.
35
Ibidem, p. 115.
36
Ibidem.
159
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
4.4. Продвижение Хайреддина
(1533 г.)
Когда османские войска проникали через Центральную Европу в 1532 году, Карл, по крайней мере, попытался отвлечь
военные ресурсы Османской империи. Габсбурги уже ожидали
от своего противника морской границы37; таким образом, Карл
приказал адмиралу Дории
тическом море против османских владений
потерпев неудачу в завоевании Модона, 40 успешно вторгся в Корони, Патры и Лепанто.
Османский султан уже предвидел такую возможность и послал флот к Адриатическому морю
флот не мог препятствовать имперскому флоту, поскольку
им пришлось вернуться в столицу из-за нехватки продовольствия. Османский источник указывает, что адмирал флота был
«завсегдатаем таверны и любителем вина».
Этот комментарий может быть упрощением; тем не менее
его тон доказывает, что османские руководители подсчитали,
что это поражение произошло из-за отсутствия навыков у ос-
37
Sandoval, II, pp. 430–431.
38
Андреа Дориа (итал. Andrea Doria; 1466–1560) — генуэзский адмирал
и государственный деятель. В звании адмирала Дориа командовал несколькими
экспедициями против турок, захватил Корони и Патры (1532), вместе с императором участвовал в захвате Туниса (1535). Карл V нашел в Дориа неоценимого
помощника в своей борьбе с Франциском I, через Дориа он распространил влияние империи на всю Италию. Когда в 1538 году Дориа потерпел поражение в сражении у Превезы от Хайр-ад-Дина Барбароссы, это посчитали непреднамеренным и объясняли его нелюбовью к венецианцам (в 1537–1540 годы Венеция вела
войну с Турцией). В 1541 году Дориа участвовал в неудачной военной кампании
Карла V в Алжире. Он спас от окончательной гибели армию и флот императора,
предпринявшего, вопреки совету Дориа, поход против Алжира. В течение следующих пяти лет продолжал служить у императора, участвовал в нескольких
войнах.
39
Sandoval, II, p. 452.
40
Peçevi, Tarih-i Peçevi (İstanbul, 1283), p. 172.
41
3 “Pâdişâh-ı İslâm Sultân Süleymân dahi sefere gitmeden bunun tedârikin itmiş idi. Ya’ni bir ulu donanma denize göndermiş idi.” Lüt Paşa, p. 343.
38
предпринять экспедицию в Адриа-
41
. Тем не менее османский
39
. Адмирал Дориа,
160
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]