Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe. Монография
.pdf
Глава 4. На службе султана (1529–1535)
землях; они также не приняли бы морисков из Испании. Также
Мухаммад аль-Хасан (или Мулай Хасан) заплатил императору
12000 золотых дукатов двумя платежами. После этого крестового похода христиане в городе получили выгоду. Все христианские рабы в городе
200
должны быть освобождены и обеспечены
свободным проходом, чтобы облегчить их возвращение в Европу.
В будущем ни Мухаммад аль-Хасан (или Мулай Хасан),
ни его преемники не согласились бы на захват рабов из земель,
подвластных императору и его брату Фердинанду. Было бы разрешено существование церквей, и христиане могли исповедовать
свою религию мирным путем. Были и другие второстепенные
статьи, регулирующие положение христиан в Тунисе и их права на торговлю
201
. Отступление Хайреддина подверглось дальнейшему преследованию со стороны местных бандитов, которые
знали о том, что корсары везут в своей повозке ценные вещи
202
.
Им удалось ограбить «добрую часть» оставшейся повозки,
убив 400 корсаров. Кроме того, при отступлении скончался известный корсар Айдын Реис, получивший ранение в ногу
203
Наконец, корсарам удалось добраться до Боны, где остался небольшой флот из 14 галер
204
. Хотя имперский флот из 15 галер
последовал за ними и достиг корсаров, их командиры Адан Центурион и Джоанин Дориа не решались атаковать и отступили
205
Андреа Дориа был послан за ним позже; все же он не мог поймать
Барбароссу. Вместо этого он сдал Бона и разместил гарнизон
из 600 испанских солдат
206
. Затем имперцы решили вернуться
в Европу. Барбаросса сбежал, но преследовать его было невозможно. Kарл также настаивал что это наиболее подходящее
время, имея репутацию победителя. Tакая экспедиция должна
быть предпринята против побежденного и убегающего врага.
.
.
200
Их было 16 тысяч. Sandoval, II, p. 555.
201
Sandoval, II, 559–561.
202
По словам Газавата, Хайреддин нес 1 000 000 акче, когда бежал из Туниса.
Gazavât, p. 211, fol. 328b.
203
Sandoval, II, p. 553. “Cachidiablo” в тексте относится к Айдыну Реису.
204
Ibidem, p. 502.
205
Ibidem, p. 559.
206
Ibidem, II, p. 563.
191
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
Однако были препятствия, о которых император писал маркизу
де Каньете
207
.
Лето подходило к концу, и предвыборный сезон подходил
к концу. Кроме того, навигация между Тунисом и Алжиром
была долгой, и поэтому риски были высокими. Карл был более
расчетливым, чем он был бы в 1541 году
208
.
Более того, солдаты устали, и их число уменьшилось в результате смертей и ранений. Жара была невыносимой, и проблема с припасами усугублялась присутствием только что освобожденных христианских рабов.
С другой стороны, Барбаросса был обречен, и в его руках
было подсчитано не более 28 галер
209
. Он считаeт, что ему потребуется некоторое время, чтобы нанести новый удар; это не обязательно правильный расчет. В другом письме, адресованном
совету и регидору Убеды
210
, император приводит аналогичные
причины отступления: недостаток припасов, усталость войск,
лихорадка, тяжелая задача прокормить большое количество освобожденных христианских пленников и необходимости ремонта на флоте
211
.
Тунисская экспедиция подтвердила намерения и планы императора в этом регионе. Уже было продемонстрировано, как его
отвлекали европейские дела: непрекращающаяся война с Францией, угроза османской агрессии, религиозные споры в самом
центре его империи. Однако не следует делать вывод, что он не
интересовался североафриканской политикой.
207
Sandoval, II, p. 562, ”Letter of Charles V to Marquis de Cañete dated 16 Au-
gust 1535”.
208
Kарл действительно рискнул отправиться в экспедицию после того,
как сезон кампании закончился, что привело к полной катастрофе для имперских сил. По иронии судьбы, именно против корсаров: алжирская экспедиция
1541 года.
209
Согласно этому у Барбаросса было всего 15 галер, которые он привез
из Боны: 11 в Алжире и 2 в Джербе. Sandoval, II, p. 563.
210
Член городского совета.
211
María Josefa Parejo Delgado, “La Política Mediterránea de Carlos I y Felipe II
en la Documentación Municipal Ubetense”, in El Mediterráneo: Hechos de Relevancia
Histórico-Militar y sus repercussiones en España, V Jornadas Nacionales de Historia
Militar (Sevilla, 9–12 de Mayo 1995), dir. Alberto Díaz Tejera (Sevilla, 1997), p. 530.
192
Глава 4. На службе султана (1529–1535)
Это может быть доказано тем фактом, что он лично возглавил экспедицию, от которой его советники пытались отговорить.
Тем не менее он настаивал на проведении такой операции, которую Камен считал «самой впечатляющей военной экспедицией,
организованной христианскими державами за долгую историю
Западного Средиземноморья»
212
.
Более того, соглашение между императором и Мухаммад
аль-Хасаном (или Мулай Хасаном) было не единственным доказательством нереализованных намерений императора продолжить испанскую экспансию в регионе. В письме, описав важность африканского города в регионе, император жаловался, что
этим летом будет невозможно начать предприятие. Тем не менее
он четко указывает на свои намерения по городу
213
.
Однако были и другие проблемы. Звонили колокола для следующего раунда соперничества Габсбургов и Валуа после смерти последнего из Сфорца, и император не мог и думать о другом
шаге в регионе до 1541 года. Такое отсутствие преемственности в политике Северной Африки могло поставить под угрозу
безопасность побережья Габсбургов.
214
Корсары были изгнаны
с базы, где они могли очень легко добраться до итальянского побережья. Кроме того, после захвата Ла-Голетты флот Барбароссы также был захвачен имперцами.
Экспедиция стала большим облегчением для Туниса, и ее успех
нельзя было недооценивать. Даже после завоевания Ла-Голетты,
не говоря уже о Тунисе, некоторые считали, что корсарам этого
ущерба хватит. Хотя это могло быть вызвано отсутствием энтузиазма по поводу продолжения экспедиции в такой жаре с проблемами снабжения, все же он отражает правду. Тем не менее,
по большому счету, равновесие в Западном Средиземноморье не
изменилось. Корсары начали свои операции, как только они вернулись в Алжир, и «побережье Средиземного моря снова осталось
уязвимым для их набегов и более чем когда-либо для их мести»
215
.
212
Kamen, Imperio, p. 96.
213
Sandoval, II, “Letter of Charles V to Marquis de Cañete dated the last day
of August 1535”, p. 566.
214
Betrán, pp. 93–94.
215
Brandi, p. 358. Also, see Betrán, p. 95.
193
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
Однако, по крайней мере, корсар в отношении Туниса был успешно сдержан, и статус-кво был установлен.
4.7. Место корсаров в соперничестве
Османской империи и Габсбургов
Hелегко продемонстрировать степень ущерба нанесенного
корсарами и что более важно то, степень их влияния на процесс
принятия решений обеими империями.
В то время, когда европейские державы противостоят друг
другу, каковы могут быть последствия мелкого состояния османских корсаров в Северной Африке? Фернандо Арагонский
не уделял слишком много внимания этому вопросу из-за его участия в европейской политике, в основном основанного на соперничестве за раздробленную Италию.
Вначале Kарл не был бдительным. Хименес уже начал экспедицию против Алжира, когда корсарам удалось взять город.
Хотя обе экспедиции в Алжир в 1516 и 1519 годах потерпели
неудачу; испанским контингентам удалось убить Аруджа после
изгнания корсаров из союзного города Тлемсен. Тем не менее
эти шаги не оказались решающими, и брат Аруджа продолжал
создавать проблемы для владений Габсбургов. Здесь можно задать два вопроса. Какой ущерб был нанесен Габсбургам? И насколько Kарл V и / или его советники считали корсаров реальной угрозой? Итак, какова была средиземноморская политика
императора?
Во-первых, необходимо указать, что Kарл V не смог справиться с повреждением корсара и не смог его сдержать. Это было
в основном из-за отсутствия надлежащих военно-морских сил от
имени Габсбургов. Ни Кастилия, ни Арагон не имели постоянного флота. Это была причина, по которой Реконкиста проводилась
сухопутными войсками вместо того, чтобы пытаться нанести истощение уязвимым берегам. В то время даже разведка велась
с генуэзских кораблей.
До 1516 года у династии не было достаточной боевой силы;
а постоянная нехватка финансов отговорит их делать это в будущем. Сам Kарл V не удержался от признания своей слабости:
194
Глава 4. На службе султана (1529–1535)
«Что касается галер, я не верю, что Испания, Неаполь и Сицилия могут избежать сохранения их для обычного бдения своих
государств против турок и морисков, т.e. корсар <…> Таким образом необходимо иметь эти галеры вооруженными, а не только для того, чтобы подавить вторжения корсаров; но также и по
более веской причине, чтобы всегда иметь возможность дать отпор предприятиям французов»
216
. Разве французы не напали на
Неаполь в 1528 году при содействии флота Дориа, рассчитав, что
империалисты не могут представить морскую конфронтацию?
У Карла не было флота даже в 1538–15 годах, когда он заключил
союз с папством и Венецией, чтобы предпринять военно-морскую экспедицию против Османской империи
217
.
Не было и региональных флотов, если не считать флот с asien-
218
to
, контрактом между императором и предпринимателем,
в котором указывались определенные условия в обмен на аренду кораблей Габсбургам. Не только Андреа Дориа, но и капитан генералы испанского флота, такие как Портуондо и Базан,
были скорее морскими кондотьерами, чем простыми военными
чиновниками. Важное изменение произойдет в 1528 году, когда
Андреа Дориа перешел с французской стороны на сторону империалистов. Детали asiento уже были объяснены
219
.
Влияние Андреа Дориа нельзя было недооценивать, поскольку после заключения этого союза военно-морские операции Габсбургов продлятся до Адриатического моря. Карл в своих политических показаниях не забыл затронуть этот вопрос. По его
словам, важность генуэзских кораблей нельзя отрицать. Он написал своему наследнику Фелипе, что не собирался «захватывать Геную ни в настоящее время, ни в будущем». «Вы — т.е. Фелипе II — в то время должны удостовериться, что город остается
216
Jurien de la Gravière, Les Corsaires Barbaresques et la Marine de Soliman
le Grand (Paris, 1887), p. 140.
217
Belenguer, p. 144.
218
Асьенто — предоставлявшееся испанской монархией частным лицам
и компаниям с 1543 по 1834 гг. монопольное право на ввоз в испанские колонии
рабов-негров из Африки. В XVII–XVIII вв. асьенто служило залогом быстрого
обогащения частных лиц.
219
See Chapter 2.
195
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
преданным вам <…> чтобы посоветовать вам ценой ваших денег, чего бы это ни стоило, сохранить галеры Генуи»
220
. Несмотря на то что эффективность имперского ответа возросла после
1528 года, сила корсаров увеличилась. В 1529 году Хайреддин
смог захватить испанский гарнизон президио в Алжире и укрепить свою власть в регионе.
Империи ответят ужасной экспедицией. Дориа был не менее
умен, чем итальянские кондотьеры, и он не хотел рисковать прямой конфронтацией, если только не пришлось. В случае полной
победы в его войсках не было бы необходимости, и от этого пострадали бы дальнейшие asiento.
Таким образом, он отправился в экспедицию в Черчель, где
даже не потрудился захватить внутренний замок и освободить
христианских рабов в городе. Сануто также записал, что Дориа
решил воздержаться от столкновения со своим противником
221
.
Хайреддин находился перед Барселоной в 1532 году. Оборона
побережья Габсбургов все еще была проблематичной. Таким образом, даже несмотря на то, что сотрудничество Дориа служило в некоторой степени противовесом, оно не имело решающего
значения в борьбе. Тем не менее его значение также очевидно,
потому что его дела стали причиной союза между Алжиром
и Константинополем.
В результате возрастающей активности имперского флота
под командованием Андреа Дориа и завоевания Корон, лица,
принимающие решения в Османской империи, чувствовали
себя обязанными вызвать Хайреддина в столицу и продвинуть
простого корсара до значительной известности. Карл в своих
политических показаниях также затронул проблему корсаров,
как упоминалось ранее.
«Обычная бдительность своих государств — т.е. Испании,
Сицилии и Неаполя — против турок и морисков» было нелегкой задачей. Также из его инструкций своему агенту в Тунисе
в 1535 году можно описать его восприятие угрозы. По мнению самой могущественной державы католического мира, могущество
220
Gravière, p. 140.
221
Sanuto, LIV, p. 486.
196
Глава 4. На службе султана (1529–1535)
Хайреддина возросло «как подданный турок», т.е. oсманский
султан, посланный им вместе с флотом, которым он руководит
в качестве своего гросс-адмирала, и из-за «разведывательных
данных, которые он имеет с французским королем»
222
.
Более того экспедиция в Тунис доказывает, насколько Император чувствует угрозу со стороны корсаров. Верно, что, возможно, Император не обращал внимания на этот вопрос в течение
двух десятилетий; однако это было из-за того, что его ресурсы
не могли соответствовать обязанностям, которые давали его титулы. Kарл был втянут в европейскую политику более десяти
лет, и единственное, что он мог сделать, чтобы сдержать угрозу
корсара, — это провести дипломатические маневры и пострадать
от злополучных морских экспедиций в регионе.
Тем не менее в период европейских войн, как только он почувствовал, что у него освободились руки, он настоял на отправлении экспедиции, которую он возглавил лично. По его словам
корсары, которых поддерживал Константинополь, стали более
серьезной угрозой, чем когда-либо, особенно после завоевания
Туниса.
По его словам, все берега Габсбургов в Средиземном море
от Мессины до Гибралтара окажутся под угрозой, если не будут
приняты некоторые меры предосторожности. Если бы Хайреддину было позволено консолидировать свой контроль над городом,
он смог бы продвинуть это завоевание на всю Северную Африку.
В этом случае испанских гарнизонов президиo будет недостаточно, чтобы сдержать такую угрозу
223
. Более бдительный взгляд,
взгляд Императрицы, мог лучше наблюдать за ситуацией, поскольку она отвечала за Иберийские королевства в отсутствие
Императора.
Она умоляла своего мужа «обратить большое внимание
на опасность событий, которые произошли в Африке, королевствах Гранады и Валенсии, андалузских побережьях и островах
Майорка и Ибица, а также на огромные расходы, которые необходимы для менее чем посредственного обеспечения этих земель».
222
Sandoval, II, pp. 480–481
223
Ibidem, p. 487.
197
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
Точно так же она побуждала Императора предпринять наступательную атаку, поскольку это будет стоить меньше, чем создание специального флота для защиты вышеупомянутых земель
224
Ответ Императора должен быть отрицательным, учитывая
как международную ситуацию того времени, так и наличие другого письма Императрицы, касающегося того же вопроса, датированного 5 месяцами позже, 14 апреля 1530 года
225
.
После информирования Карла о приготовлениях Барбароссы в Алжире она настаивала на необходимости принять меры
для защиты президиумов Северной Африки, которые страдали
от «кратковременного обеспечения и укрытия» и оставались
уязвимыми для атак корсаров. Существование морисков
226
в Испании создало еще одну проблему для безопасности этих побережий. Уже было указано, что изгнанные из региона мориски
были движущей силой деятельности корсаров в регионе. Также
те, кто остался на полуострове, не забыли своих единоверцев.
Уровень этого сотрудничества уже обсуждал Эндрю Хесс
227
.
Пятая колонна Османской империи в регионе создала проблемы для Иберийских королевств на протяжении всего XVI века.
Сотрудничество корсаров с местным населением было очевидным, поскольку эти корсары не только опустошали иберийское
побережье, но и перевозили морисков в Северную Африку. В Газавате также есть несколько признаков этого сотрудничества
228
Он подробно описывает условия, в которых мориски жили на полуострове, таким образом изображая задачу их транспортировки
.
.
224
Согласно письму императрицы после смерти капитана генерала Портундо после его поражения против Айдына Реиса от 10 декабря 1529 года. Ernest
Belenguer, Del Oro al Oropel: I. La Hegemonía Hispánica en Europa, (Barcelona,
1997), pp. 65–66.
225
elenguer, Del oro al Oropel, p. 66.
226
Мориски (араб. موريسكيون, в букв. переводе маленькие мавры) в Испании и Португалии — мусульмане Аль-Андалусa, официально принявшие христианство, а также их потомки. Мориски вместе с марранами (крещеными евреями) причислялись к сословию новых христиан (исп. cristiano nuevo [kɾistjano
nueβo] tornadidos [tornaðiðos], порт. cristãos novos).
227
Hess, “The Moriscos”, pp. 1–25.
228
Например, Gazavât, p. 67, fol. 45b; p. 78, fol. 66b . 44b–45a.
198
Глава 4. На службе султана (1529–1535)
как акт покровительства
229
. Обеспокоенность людей, живущих
на этих берегах, может служить хорошим свидетельством того,
как воспринималась угроза корсаров. Например, жители Толедо
предостерегали императора от угрозы корсаров.
По их словам, границы в королевстве Гранада имеет недостаточно солдат, которые были плохо вооружены и получали недостаточно заработную плату.Было бы разумно решить эту проблему, поскольку недавнее падение двух крепостей в этом районе
продемонстрировало необходимость этого
230
. Здесь интересно то,
что влияние корсара ощущалось даже в таком городе, как Толедо, удаленном от прибрежных границ. Карла хватило, чтобы
представить нереальное решение. Будет построено 50 галер, которые будут охранять береговую линию. Каждый порт в регионе
построит камбуз за свой счет, и такая мощность обеспечит безопасность.
Уже одно это демонстрирует серьезность задачи береговой
обороны. 50 галер не должны считаться преувеличением со стороны императора, чтобы успокоить беспокойство местного населения. Кроме того, в 1530 году Сануто записал, что джентилуомо
пришел к выводу, что император должен собрать не менее 40 галер, чтобы его подданные были защищены от неверных
231
. Однако такое предприятие было далеко за пределами возможностей
Императора. 13 месяцев спустя Сануто записал, что Синан Реис
решил стать «Хозяином морей», поскольку не было сильного
229
Например, рассмотрим тон следующего повествования. “İspanya yakasında Kırnata nâm mahalle varub bir burun ucında pinhân olub yatdılar. Ol Kırnata
didükleri tağda Endülüsler olurdı. Endülüs didügimüz şol tâ’ifedür ki ashâb-ı Resûlu’llâh varub ol yirleri feth eylediklerinde cânları isteyen ümmet-i Muhammedden
vâr Müslümân kalmış idi. Sonra kârler fürce bulub tekrâr Müslümân ellerinden
almışlar idi. Mescidlerin yıkub yirine kelisalar yapmışlar idi. Müslümânların tâbi’
olanların harâca kesüb olmayanları katl eylediler rahmetü’llâhi ‘aleyhim. Andan yeraltında mescidler yapub gizlice namâz kılub ‘ibâdet iderler idi ve oğlancıklarına Kur’ân
ta’lîm idüb gizlice okudurlar idi ev kızları olsa cebren ve kahren kârleri alurdı, İslâm
çoğalmasın diyü birbirlerine virmezlerdi. Ve namâz kıldıkların ve Kur’ân okudukların
ve oruç tutdukların bilseler amân zemân virmeyüb orda yakarlardı.” Gazavât, p. 67,
fols.
230
Sandoval, II, p. 154.
231
Sanuto, LII, p. 477.
199
Морские сражения Португалии и Испании с Османским флотом в Средиземноморье в XVI векe
флота, который мог бы ему противостоять
232
. Однако иберийское
побережье было не единственной провинцией, пострадавшей
от агрессии корсаров.
Доминионы Габсбургов в Южной Италии также окажутся
под серьезной угрозой со стороны корсаров. Боно также указал
на меры защиты в Южной Италии от этих атак.
233
Кроме того,
было указано, что существование корсаров в Тунисе будет считаться созданием дополнительных проблем для региона. Корсарий тоже нельзя было содержать до 1534 года. По пути в Тунис
Барбаросса, не колеблясь, предпринял корсарий в регионе, как
описано выше
234
.
Наместники Неаполя и Сицилии были не более успешны,
чем их коллеги на Пиренейском полуострове, в сдерживании
угрозы корсаров. Тем не менее пределы угрозы корсаров были
расширены и дальше на север. Ни Тирренское, ни Лигурийское
побережье не были защищены от угроз корсаров. По словам Гульельмотти, «каждый моряк мог собственными глазами увидеть
опустошение иберийского, французского и итальянского побережий от упорных нашествий воров»
235
.
Корабли корсаров в 1534 году не только разорили южные
берега, но и появились в устье Тибра. Теперь они представляли
серьезную угрозу для Рима. Более того, Айдын Реису удалось
победить и убить генерал-капитана испанского флота Родриго
де Портундо в 1529 году в Лигурийском море. Флот недавно высадил императора в Геную, которая должна была быть коронована папой в Болонье.
Этот успех против такого важного флота также доказывает,
что корсары распространили свою деятельность на эту важную
область. Гравьер не более оптимистичен в отношении общей
структуры: «Этот преемник Цезаря — т.е. Карл V — оказывается неспособным защитить свои наследственные государства
232
Sanuto, LV, p. 206.
233
Bono, p. 193–217.
234
Сited by Bono, p. 140, pp. 140–142.
235
A. Guglielmotti, Storia della Marina Ponticia, III (Roma, 1886–1893), p. 191.
For corsary in Tyrrhenian Sea in 1526, see Guglielmotti, p. 277. Both cited by Bono,
p. 140.
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]