Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Итальянское путешествие
.pdf
Второе пребывание вРиме сиюня 1787г. до апреля 1788г.
взаимная дерзость и свобода обращения уравновешиваются всеобщим благодушием.
В эти дни римлянин, еще и в наше время, радуется, что рождество Христово хоть и отодвинуло на несколько недель праздник Сатурналий, но не вовсе
уничтожило его.
Мы попытаемся вызвать в воображении наших
читателей все утехи и все упоение этих дней. Мы также льстим себя надеждой оказать услугу как тем, кому
однажды уже довелось присутствовать на римском
карнавале и кого теперь порадует живое воспоминание о той поре, так и тем, кому еще предстоит поездка в Рим и кому эти немногие страницы помогут
обозреть и ощутить суматошную и быстротечную
радость карнавала.
Корсо
Римский карнавал сосредоточивается на Корсо.
Корсо— улица, которая ограничивает и определяет
всенародное торжество этих дней. В любом другом
месте это был бы уже другой праздник; и посему мы
прежде всего должны описать Корсо.
Название свое, как и многие длинные улицы итальянских городов, она получила от конских ристаний,
которыми в Риме заканчивается каждый карнавальный вечер, а в иных местах и прочие празднества—
день местного патрона, престольные праздники.
351
Иоганн Вольфганг Гёте
Улица эта, прямая, как стрела, ведет от Пьацца-
дель-Пополо к Венецианскому дворцу. Длиною примерно в три тысячи пятьсот шагов, она застроена высокими, по большей части роскошными зданиями.
Ширина несоразмерна с длиною и высотой домов.
Панели по обеим сторонам отнимают у нее еще футов шесть— восемь ширины. Для экипажей посередине остается пространство шагов в двенадцать—
четырнадцать, из чего легко усмотреть, что двигаться
в ряд здесь может не больше трех карет.
Обелиск на Пьацца-дель-Пополо во время карна-
вала служит нижней границей этой улицы, Венецианский дворец— верхней.
Катанье на Корсо
В течение всего года, в воскресные и праздничные
дни, на римском Корсо царит оживление. Знатные и
богатые римляне приезжают сюда кататься за час или
полтора до наступления ночи; длинные вереницы
экипажей, показываясь из-за Венецианского дворца,
движутся по левой стороне улицы, при хорошей погоде проезжают мимо обелиска к городским воротам
и продолжают свой путь по Фламиниевой дороге,
иногда до самого Понте-Молле.
Кареты, раньше или позже повернувшие назад,
придерживаются другой стороны; таким образом
обе вереницы в полном порядке тянутся рядом.
352
Второе пребывание вРиме сиюня 1787г. до апреля 1788г.
Посланники имеют право разъезжать взад и вперед между обоими рядами экипажей; претенденту,
проживавшему в Риме под именем герцога Албанского, была присвоена та же привилегия.
Едва только бой часов возвестит ночь, порядок
этот нарушается; каждый сворачивает куда ему угодно, отыскивая кратчайший путь и нередко задерживая этим движение других экипажей, которые не могут разъехаться и застревают на узкой дороге.
Это вечернее катанье, блестящее во всех крупных
итальянских городах и которому подражают во всех
маленьких, хотя бы в нем участвовало всего несколько экипажей, привлекает на Корсо множество пешеходов; каждый приходит, чтобы и людей посмотреть,
и себя показать.
Карнавал, мы это скоро увидим, в сущности, только продолжение или, вернее, вершина этих воскресных и праздничных увеселений, в нем нет ничего нового, ничего необычного, ничего исключительного,
он естественно сливается с римским образом жизни.
Климат, одежды духовенства
Поэтому нас не удивят и толпы масок, которые
мы в скором времени увидим на улице; здесь круглый
год смотришь на самые разнообразные сцены, разыгрывающиеся под ясными, веселыми небесами.
В любой праздник вывешенные наружу ковры,
рассыпанные цветы, растянутые шали как бы преобразуют улицы в огромные залы и галереи.
353
Иоганн Вольфганг Гёте
Каждого покойника провожает на кладбище про-
цессия с ног до головы закутанных в свои облаченья
братьев различных орденов; всевозможные монашеские одежды приучают глаз к необычным, странным
образам, словно весь год длится карнавал, и аббаты в
черных мантиях кажутся благородными домино среди других церковных масок.
Первые дни
Уже с Нового года открываются театры; карнавал
начался. То там, то здесь в ложе показывается наряженная офицером красавица, самодовольно щеголяющая перед народом своими эполетами. На Корсо
увеличивается число экипажей, но все еще только
предвкушают последние дни.
Приготовления кпоследним дням
Какие только хлопоты не возвещают народу о
приближении блаженных часов!
Корсо, одну из немногих римских улиц, весь год
содержащихся в чистоте, метут и скребут еще тщательнее. Красивую мостовую, сложенную из маленьких четырехугольных и более или менее одинаковых
кусков базальта, разбирают везде, где она только хоть
немного расшаталась, и снова вколачивают в нее базальтовые клинья.
Затем появляются и живые предвестники. Каж-
дый карнавальный вечер, как мы уже говорили, за-
354
Второе пребывание вРиме сиюня 1787г. до апреля 1788г.
вершается конским ристанием. Лошади, которых
тренируют для этого финала, по большей части малорослые; лучшие из них ввиду иноземного происхождения называются берберийскими.
Такую лошадку в попоне из белого полотна, тесно
облегающей голову, шею и брюхо и по швам разукрашенной пестрыми лентами, приводят к обелиску, на
то место, откуда она со временем начнет свой бег. Ее
приучают спокойно стоять, глядя на Корсо, затем
медленно проводят вдоль улицы, на верхнем конце
которой, у Венецианского дворца, ей дают овса, чтобы внушить желание поскорей пробежать этот путь.
Поскольку такая проводка совершается неоднократно и с большинством лошадей, — а в беге их
обычно участвуют пятнадцать— двадцать,— да еще
под веселый галдеж целой толпы мальчишек, то эта
церемония уже как бы предваряет еще больший шум
и ликование.
Высокопоставленные римские семьи некогда держали таких лошадей в своих конюшнях; приз, взятый
лошадью, был честью для дома. На лошадь ставились
большие суммы, а победа увенчивалась пиршествами.
За последние годы эта страсть заметно ослабела;
желание стяжать славу своими лошадьми перекочевало в средние и даже в низшие классы общества.
Вероятно, еще с тех времен сохранился обычай,
что отряд всадников, сопровождаемый трубачами,
эти призы развозит напоказ всему Риму, заезжает в
355
Иоганн Вольфганг Гёте
дома знатных граждан и, протрубив положенное
приветствие, собирает щедрые чаевые.
Приз состоит из куска золотой или серебряной
ткани длиною около полутора локтей и шириною
чуть меньше локтя, укрепленного на пестром древке
наподобие флага, на нижнем конце которого вытканы изображения состязающихся лошадей.
Эти призы называются палио, число их равно
числу карнавальных дней, и, покуда длится карнавал,
упомянутая кавалькада неустанно развозит эти квазиштандарты по улицам Рима.
Тем временем и Корсо начинает менять свой вид.
Обелиск становится теперь границей улицы. У его
подножия сооружается амфитеатр с большим количеством скамей, обращенный в сторону Корсо. Перед ним устраиваются загородки, из которых в свое
время будут выпущены лошади.
Кроме того, по обеим сторонам улицы воздвига-
ются еще два больших помоста, примыкающих к
первым домам Корсо и таким образом удлиняющих
улицу за счет площади. А по обеим сторонам загородок высятся маленькие будки для тех, кто будет подавать сигнал к выпуску лошади.
Вдоль всего Корсо здесь и там тоже виднеются по-
мосты. Площадь Сан-Карло и площадь Антониновой колонны отгораживаются от улицы решетками;
все достаточно ясно указует на то, что празднество
должно замкнуться и замкнется в пределах длинного
и узкого Корсо.
356
Второе пребывание вРиме сиюня 1787г. до апреля 1788г.
Под конец улица еще посыпается пуццоланой,
чтобы бегущие лошади не поскользнулись на гладкой мостовой.
Сигнал полной
карнавальной свободы
Так тешат и развлекают себя жители города в пору
ожидания, пока колокол на Капитолии в послеполуденный час не возвестит наконец, что каждому дозволено безумствовать под открытым небом.
В этот миг степенный римлянин, весь год опасавшийся малейшего прегрешения, сбрасывает с себя
всю серьезность и рассудительность.
Каменщики, стучавшие своими молотками до последней минуты, складывают инструменты и, перебрасываясь шутками, заканчивают работу. Все балконы, все окна мало-помалу увешиваются коврами; на
панели по обеим сторонам улицы выносятся стулья;
малоимущие жители и все ребятишки уже высыпали
на улицу, которая отныне перестает быть улицей,—
это скорее огромная праздничная зала, исполинская
разукрашенная галерея.
Ибо не только окна увешаны коврами, но и все
помосты обиты старинными штофными обоями;
множество стульев еще увеличивает сходство с комнатой, а приветливое небо редко напоминает о том,
что ты находишься не под крышей.
357
Иоганн Вольфганг Гёте
Так улица постепенно приобретает все более жилой
вид. Выйдя из дому, чувствуешь себя не на вольном
воздухе, не среди чужих, но в зале, в кругу знакомых.
Стража
В то время, как Корсо все более оживляется и сре-
ди людей, прогуливающихся в своих обычных костюмах, уже нет-нет да и мелькнет Пульчинелла, у
Порта-дель-Пополо выстраиваются войска. Под
предводительством генерала верхом на коне, в новых
мундирах, под звуки музыки они маршируют вверх
по Корсо, немедленно занимают входы и выходы,
ставят караулы в особо важных местах и принимают
руководство порядком всего торжества.
Хозяева, отдающие напрокат стулья и подмостки,
начинают усердно зазывать прохожих:
«Luoghi! Luoghi, Padroni! Luoghi!»
Маски
Вот уже начинает возрастать число масок. Первы-
ми обычно появляются молодые люди в праздничных нарядах простолюдинок, с низко открытой грудью и дерзко-самоуверенным видом. Они заигрывают со встречными мужчинами, бесцеремонно, как со
своими товарками, обходятся с женщинами, позволяя себе все, что подсказывает им веселость, остроумие или озорство.
358
Второе пребывание вРиме сиюня 1787г. до апреля 1788г.
Среди прочих нам запомнился один юноша, великолепно игравший роль страстной, бранчливой и
неугомонной женщины. Всю дорогу он буянил, придирался к каждому встречному; спутники же делали
вид, что из кожи вон лезут, пытаясь угомонить его.
Откуда-то вдруг появляется Пульчинелла с огромным рогом на боку, свисающим с пестрой перевязи.
Болтая с женщинами, он делает один какой-то малозаметный жест и сразу становится похож на древнего
бога садов священного Рима, причем его дерзкая ветреность возбуждает скорей веселье, чем неудовольствие. Вот шествует другой Пульчинелла, более
скромный и самодовольный, он ведет за собой свою
дражайшую половину.
Так как женщины любят рядиться в мужское платье не меньше, чем мужчины в женское, то и они не
упускают случая покрасоваться в излюбленном всеми наряде Пульчинеллы, и нельзя не признать, что
некоторые из них выглядят весьма привлекательно в
этом двуполом образе.
Быстрыми шагами, торжественно декламируя,
словно перед судом, пробирается сквозь толпу адвокат; он что-то кричит в окна домов, останавливает
замаскированных и незамаскированных прохожих,
каждому угрожая судебным процессом; одному излагает длинный перечень будто бы совершенных им комических преступлений, другому подробно исчисляет его долги. Женщин он бранит за чичисбеев, девушек— за возлюбленных; ссылается на книгу, которую
359
Иоганн Вольфганг Гёте
он держит в руках, сочиняет судебные документы,
все это проникновенным голосом и ни на минуту не
умолкая. Всякого он старается пристыдить или вогнать в краску. Кажется, вот он уже замолчал, не тутто было, он еще только начинает; не успеешь подумать: «Наконец-то он уходит», как он уже повернул
обратно. Решительным шагом направившись к одному, он не заговаривает с ним, но останавливает другого, которому казалось, что он уже в безопасности;
если же навстречу адвокату попадается коллега, то
дурачества достигают наивысшей степени.
Но долго внимание публики на них не задержива-
ется: самое сильное впечатление немедленно растворяется в обилии и разнообразии других.
Квакеры хоть и не поднимают такого шума, но об-
ращают на себя внимание не меньше, чем адвокаты.
Костюм квакера, видимо, получил столь большое
распространение потому, что на толкучке легко найти старофранкскую одежду.
Основная претензия этой маски, чтобы костюм,
хотя и старофранкский, был хорошо сохранившимся
и сделанным из добротной ткани. Одетые большей
частью в шелк и бархат, они носят еще парчовые или
вышитые жилеты; от квакера требуется также солидное брюшко.
Лицо его целиком закрыто толстощекой маской с
маленькими прорезями для глаз; парик весь в смешных косичках, шляпа маленькая, но с полями.
360
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]