Французский научно-фантастический роман XX—XXI веков полижанровость и интертекстуальность. Монография

2.5. Нонконформистский фантастический роман Б. Виана «Пена дней»

псевдонимам. Он — автор романов «Пена дней» (L’écume des jours, 1946), «Осень в Пекине» (L’automne à Pékin, 1947), «Красная трава» (Herbe rouge, 1950) и «Сердцедер» (L’arrache-cœur, 1953); еще шесть романов были опубликованы под различными псевдонимами.

Борис Виан был лириком, музыкальным критиком, художественным руководителем и музыкантом. Борис Виан превосходно играл на трубе, а джаз был его любимым музыкальным жанром. Следует отметить, что музыка сопровождала Бориса Виана на протяжении всей его жизни. С 23 лет и до самой смерти он не переставал писать песни для себя, для Джека Дьеваля и для Анри Сальвадора. Это было успешным сотрудничеством, поскольку некоторые песни, такие как Blouse du dentiste или Faut rigoler, стали настоящими хитами.

Его писательская карьера была не менее насыщенной. Он опубликовал большое количество стихов и пьес, но известность ему принесли в основном романы. Его слава началась с «черного романа» «Я приду плюнуть на ваши могилы», опубликованного в 1946 году под его самым известным псевдонимом — Вернон Салливан. Это антирасистское произведение с очень грубым языком, не стесняясь, затрагивало проблему сексуальности, что привело к его осуждению за непристойность в 1949 году. Он также написал другие романы — к упомянутым выше надо добавить «Сколопендр и планктон» (Vercoquin et le plancton, 1946) и ставший для него последним «Сердцедер».

Обращаясь непосредственно к произведению «Пена дней», стоит отметить, что это роман, который Борис Виан опубликовал в 1947 году и выход которого в то время остался совершенно незамеченным. Однако после переиздания в 1963 году в издательстве «10/18» и экранизации в 1968 году интерес к роману возрастает и автор находит большое количество почитателей его творчества.

Для французского писателя-сюрреалиста Раймона Кено «Пена дней» — «самый пронзительный из современных лю-

81

Глава 2. Состояние жанра научной фантастики во Франции в XX веке

бовных романов» (Queneau, 1972: 31). А Симона де Бовуар нашла его одновременно удивительно чувствительным, чувственным, поэтичным, жестоким, подлинным — особенно в своей нежности. Отрывки из романа были опубликованы в журнале Les Temps modernes, основанном Сартром, до того, как книга была опубликована издательством Gallimard в марте 1947 года. Сюжет этого романа, в центре которого — любовь, жизнь и смерть, был бы не очень оригинальным без новаторской манеры письма Бориса Виана.

Пронзительный ритм этой прозы, в которой смешиваются сюрреализм и повседневность, постепенно вовлекает читателя

впоэтическую и обескураживающую вселенную. Роман никого не оставляет равнодушным. Это выдающееся произведение, которое не обходится без напоминания о личной жизни автора. В основе сюжета — история болезни, от которой страдает жена Колена Хлоя, — водянки в правом легком. Это образ, в котором прослеживается связь с болезнью легких самого Бориса Виана. Как и персонаж Хлои, он долгое время находился под властью близких ему людей, которые очень беспокоились о его хрупком здоровье.

Входе развития сюжета сталкивается с игрой инверсий, которая лежит в основе всего подхода. Рассказчик представляет 22-летнего Колена, особенно банального и неопределенного персонажа; «он почти всегда был в хорошем настроении, в остальное время он спал» (Виан, 2022: 40), в очень странной авторской вселенной. Некоторые аналитики считают это произведение одним из ярчайших французских фантастических романов.

Главный герой романа «Пена дней» — Колен, обеспеченный молодой человек 22 лет, у которого в начале романа достаточно денег, чтобы не работать. Как и Борис Виан, он является поклонником джаза. Он также любит комфорт, любовь и, как автор, ненавидит насилие. Он находит настоящую любовь

влице Хлои, на которой женится. К сожалению, все его усилия сохранить ей жизнь окажутся тщетными, а также погубят

82

2.5. Нонконформистский фантастический роман Б. Виана «Пена дней»

его с материальной точки зрения. Под стать протагонисту и другие герои. Хлоя — идеальная женщина для Колена, молодая, красивая, улыбчивая, милая и привлекательная. Шик — лучший друг Колена. Он инженер и бедный человек, но у него есть настоящая страсть к философии Жан-Соля Партра, даже если он ее не понимает. Страсть, которая доведет его до безумия, потому что она станет настолько навязчивой, что разрушит его и заставит бросить Ализе, свою девушку. Ализе — молодая женщина 18 лет, страстно влюбленная в Шика, полная сострадания к Хлое. В конце романа она совершит непоправимое — убийство Жан-Соля Партра в надежде помочь Шику. Николя — повар Колена. Он не принадлежит к тому же социальному классу, что и другие персонажи. В то же время он верный друг Колена и любовник Изиды. Изида — представительница высшего класса, гедонистка и красавица, влюблена в повара Колена — Николя. Примечательно, что она — единственный персонаж с фамилией: «Понтезанн», остальные обладают только именем.

Свадьба Хлои и Колена проходит успешно, но во время медового месяца Хлоя серьезно заболевает. Профессор Мангеманш обнаруживает водяную лилию в правом легком. Чтобы предотвратить его распространение, она должна вдыхать аромат множества цветов, которыми она должна быть постоянно окружена. Колен пытается сделать это и использует все свои оставшиеся деньги, чтобы купить ей цветы. Но второе легкое Хлои также поражено. В то же время квартира Колена таинственным образом уменьшается и становится все темнее и темнее, несмотря на усилия маленького мышонка сохранить в ней свет. Вдобавок ко всему повар Николя преждевременно стареет. Колен вынужден устроиться на работу по выращиванию стволов для оружия, но его увольняют, потому что на созданном им оружии расцветает белая стальная роза.

Роман «Пена дней» наполнен глубинными смыслами символики цветов во французской культуре. Так, лилии всегда

83

Глава 2. Состояние жанра научной фантастики во Франции в XX веке

покоряли своей красотой и совершенством многих, а об их потрясающем аромате упоминается даже в Библии. В Европе они изначально являлись олицетворением Непорочной Девы, а также знаком чистоты, счастья. Впоследствии лилии стали символом французской монархии. В то время как белые розы стали символом чистой и непорочной любви матери к ребенку, их приносят на кладбище к любимым, они, так же как и белые лилии, являются символом чистоты и непорочности.

Далее, в ходе романа, Ализе и Шик сталкиваются с проблемами в отношениях. Шик одержим идеями философа Жа- на-Соля Партра и даже бросает Ализе. Именно любовь Ализе к Шику побуждает ее убить Жана-Соля Партра с помощью «серцедера» (слово, которое Борис Виан использовал для названия другого своего романа). Действительно, Шик губит себя из-за одержимости этим философом. Затем она продолжает убивать книготорговцев и сжигать все их произведения. Но драма продолжается: Шик убит полицейскими, Ализе тоже погибает; именно Николя обнаруживает ее тело перед одним из горящих книжных магазинов. Колен находит новую работу, еще более печальную, чем предыдущая, он становится диктором плохих новостей. Когда его собственное имя появляется в списке, он понимает, что смерть Хлои неизбежна. Разоренный, Колен вынужден похоронить ее в нищете. Страдания вновь усиливаются с обрушением квартиры Колена, которую вынуждена покинуть даже маленькая серая мышка. По дороге на кладбище она видит Колена, глубоко убитого горем. Она убеждена, что он собирается покончить жизнь самоубийством, и в отчаянии решает умереть сама. Для этого она просит кота помочь ей. Роман заканчивается, когда она засовывает голову

врот кошке.

Вромане «Пена дней» затронуты различные темы.

1.Любовь. Все формы любви действительно присутствуют

вэтой книге. Безумная любовь между Коленом и Хлоей. Невозможная любовь между Шиком и Ализе, и, наконец, физическая любовь между Николя и Изидой.

84

2.5.Нонконформистский фантастический роман Б. Виана «Пена дней»

2.Труд и карьера. Описывая печальную работу, которую выполняет Колен, Виан обличает нечеловеческие условия труда на этой работе. Каждый работающий человек низведен до ранга машины.

3.Музыка. Джаз вездесущ на протяжении всего романа.

Вчастности, он задает ритм свадьбе Хлои и Колена. Также есть много отсылок к творчеству джазовых музыкантов. Самая очевидная из них — само имя Chloé. Виан выбрал его в связи с аранжировкой «Chloé» Дюка Эллингтона, одного из своих кумиров. Интересной авторской находкой является вымышленный танец — биглемои.

4.Религия. Виан критикует религию на примере двух церемоний — свадьбы и похорон. Во время свадьбы персонажи, которые проводят церемонию в церкви, не вызывают особого доверия, например «религиозный мужчина», которого, как ни странно, привлекает платье Хлои: «Время от времени он оборачивался, чтобы взглянуть на Хлою, чье платье ему нравилось» (Там же: 40). Христос в церкви оживает и спрашивает Колена, почему он не дал больше денег на похороны. Таким образом, представители религии в этот момент изображаются как чрезвычайно жадные персоны.

5.Деньги. Финансы лежат в основе обличений Виана в адрес церковников. Колену пришлось заплатить им много денег за проведение церемонии: «пять тысяч дублезонов» (Там же: 29). Похороны в романе — полная противоположность свадьбе, потому что у Колена не осталось денег. Условия плачевные: гроб выбрасывают из окна, двое гробовщиков грязные, водитель поет во весь голос, священнослужители появляются ненадолго, не потрудившись одеться как следует, и гроб сбрасывают в яму. Хотя роман «Пена дней» имеет под собой реальную основу, фантазия автора быстро выходит за рамки традиционного романного повествования. Эта фантазия в основном сфокусирована на персонаже Колена и постепенной потере его богатства. Его дом уменьшается по мере того, как проходят главы, что является образом. Понятие времени также

85

Глава 2. Состояние жанра научной фантастики во Франции в XX веке

изменчиво: например, мы переходим от весны к осени, не замечая лето. Николя стареет преждевременно, без какого-либо рационального объяснения.

6.Болото. Слово «пена» в названии этого романа символизирует мох и сырость. Во второй половине романа есть много упоминаний о болоте. Квартира Колена словно превращается

внастоящее болото (шаги Колена издают мокрые, чавкающие звуки). Здесь царит влажная атмосфера луизианских заливов, колыбели джаза, который любил Борис Виан.

7.Философия. Виан осуждает культ человека с характером Жана-Соля Партра (прямая аллюзия на французского писателя и философа Жана-Поля Сартра). Он критикует поверхностность общества потребления. Дружба между Коленом и Шиком действительно может быть поверхностной, поскольку Шик пользуется Коленом, постоянно прося у него денег на покупку вещей у Партра. Виан также подшучивает над модой, используя в качестве примера феномен Jean Sol Partre. Шик — поклонник своей философии, хотя и не способен ее понять, прославленный и непохожий на других персонаж.

Борис Виан создал свой собственный «параллельный» нонконформистский мир и уникальный язык в литературе. Его произведения представляют собой смесь фантастики, напоминающей Льюиса Кэрролла и романы Уэллса, черного юмора, вдохновленного американскими «черными романами», и абсурда в стиле французского писателя, драматурга, поэта и предшественника абсурдизма Альфреда Жарри.

2.6.Ремифологизация

впостмодернистских фантастических романах М. Турнье

Мишель Турнье, прожил длинную насыщенную творческую жизнь (1924—2016) длиной в 91 год. Он стал одним из ведущих французских романистов последней трети XX века. Турнье стремился возродить мифы и легенды для читателя, потерявшего связь с истиной, которую они представляли. Он

86

2.6. Ремифологизация в постмодернистских фантастических романах М. Турнье

тщательно готовился к своим 10 основным романам, много читая и путешествуя, тратя на каждый из них до пяти лет, превращая старые предания в новые истории, раскрывающие преемственность нашего коллективного опыта.

Так, Тиффож, герой его романа «Лесной царь» (Le Roi des Aulnes, 1970), объясняет появление нацистских лагерей смерти, прослеживая враждебное отношение к евреям, цыганам и другим бродячим народам в ненависти, которую испытывал оседлый земледелец Каин к своему кочевнику Авелю. Подобные связи лежат в основе новой интерпретации Турнье народной фигуры людоеда в романе «Лесной царь», библейской истории волхвов в романе 1980 года «Гаспар, Мельхиор и Баль-

тазар» (Gaspard, Melchior et Balthazar) и мифа о Робинзоне Крузо, который, в конце отказывается от своей социальной персоны и достигает удовлетворения в мистическом единении со своим островом в романе «Пятница, или Тихоокеанский лимб» (Vendredi, ou les Limbes du Pacifique, 1967). В романе

«Метеоры» (Les Météores, 1975) исследуются метафизические и сексуальные аспекты взаимоотношений близнецов, в романе «Жиль и Жанна» (Gilles et Jeanne, 1983) — отношения между добром и злом, а в романе «Элеазар» (Eléazar ou la Source et le Buisson, 1996), действие которого происходит в Калифорнии в 1845 году, ставится вопрос, почему Бог отказал Моисею во входе в землю обетованную. Таким образом, к человеческим и мифологическим архетипам кастаньет и людоеда Турнье добавил близнеца, святого, пророка и других, которые появлялись в более коротких произведениях, которые он все чаще писал после 1978 года. Среди сборников «Петух из Брюйера» (Le Coq de Bruyère, 1978) и «Полуночный праздник любви»

(Le Médianoche Amoureux, 1989).

Турнье родился в Париже в семье среднего класса с сильной религиозной традицией и тесными связями с немецкой культурой. От нее он унаследовал глубокое знание Библии и любовь к немецкой философии, музыке и литературе. Его родители, Мари-Мадлен (урожденная Фурнье) и Альфонс Тур-

87

Глава 2. Состояние жанра научной фантастики во Франции в XX веке

нье, как и сам будущий писатель, свободно говорили на немецком языке. Его детство, по собственному признанию, было «жалким». Он был «отвратительным» учеником и посещал дюжину школ, в том числе мрачное католическое заведение для мальчиков, о котором он без умиления вспоминает в нескольких своих книгах.

Во время Второй мировой войны он изучал философию и право в Сорбонне в Париже. После окончания университета в июле 1946 года писатель отправился на три недели учиться в Тюбингенском университете в Германии и остался там на четыре года, откладывая сдачу agrégation, экзамена для аспирантов, который позволял получить лучшие преподавательские должности, до своего возвращения в Париж в 1949 году. Автор потерпел неудачу, к своему большому огорчению, поскольку считал себя «лучшим из своего поколения». Турнье пришел к выводу, что немецкий метод преподавания философии сделал его плохо подготовленным к французской системе, и больше не пересдавал экзамен. Писателя взяли в RTF, французскую национальную службу радио и телевидения, для которой он писал сценарии и готовил различные программы. В свободное время он переводил немецкие романы (в том числе два романа Эриха Марии Ремарка), проходя таким образом своеобразное литературное ученичество. В 1954 году Турнье перешел на популярную радиостанцию «Европа №1», но вскоре покинул ненавистный ему Париж и переехал в старый пресвитерий, который он купил в Шуазеле, недалеко от Версаля. Это место стало его домом до самой смерти.

После 1958 года он стал литературным редактором издательства Plon, а в начале 1960-х годов получил известность как ведущий популярного телевизионного шоу «Темная комната» (La Chambre Noire). В 1967 году он опубликовал свой первый роман «Пятница, или Тихоокеанский лимб», который был удостоен Гран-при Французской академии и в итоге был продан тиражом 3 млн экземпляров. В следующем году Турнье ушел из Plon и стал писателем на полную ставку. Его

88

2.6. Ремифологизация в постмодернистских фантастических романах М. Турнье

успех был подтвержден романом «Лесной царь», который получил Гонкуровскую премию в 1970 году. В 1972 году автор был избран в Гонкуровскую академию.

Творческая карьера Турнье состояла из нескольких направлений. Увлеченный фотограф, он выставлял и публиковал свои снимки и давал комментарии к чужим работам. Он также был искусным эссеистом и рассуждал о литературе и процессах творчества в своей интеллектуальной автобиографии «Дух ветра» (Le Vent Paraclet, 1977) и произведениях, собранных в сборнике «Полет вампира» (Le Vol du Vampire, 1981). Он писал рецензии для крупнейших французских газет и в течение пяти лет (1992—1997) вел колонку в газете Le Figaro.

Турнье сочинял рассказы для детей и серьезно относился к реакции юных читателей, поскольку, по его словам, когда они понимали истинный смысл его рассказов, он знал, что достиг идеала краткости и ясности и приблизился к выражению вечных истин. Автор, человек закрытый, даже аутсайдер в некотором роде, был невосприимчив к литературным тенденциям и интеллектуальной моде. Он считал себя «профессиональным ремесленником» со старомодным представлением о том, что долг писателя — развлекать и подвергать сомнению общепринятые ценности. Турнье был членом жюри Гонкуровской премии до выхода в отставку в 2010 году; он также опубликовал ряд коротких произведений, в которых вновь обратился к своим увлечениям.

Мишель Турнье привлекал внимание критиков в России с конца 1960-х годов, но путь его творчества к российской публике был довольно долгим. Очень мало переводившийся в советское время, Турнье в конце XX века стал одним из самых читаемых современных французских писателей благодаря не только издательской деятельности в классическом смысле этого слова, но прежде всего русскому Интернету, где некоторые его произведения распространяются в переводе и где есть даже посвященный ему сайт.

89

Глава 2. Состояние жанра научной фантастики во Франции в XX веке

Одно из первых упоминаний имени Мишеля Турнье в советской прессе появилось в 1969 году: в первом номере информационного бюллетеня «Современная литература за рубежом» Мария Кардо-Сысоева опубликовала рецензию на книгу

Vendredi ou les limbes du Pacifique. Следует отметить, что этот бюллетень с тиражом всего 3,5 тыс. экземпляров (для советского журнала это было ничтожно мало, но сейчас, в контексте новой России, это может показаться грандиозным) имел очень ограниченное распространение. Он был предназначен в основном для специалистов и тех, кто работает в области политической цензуры. Хотя Кардо-Сысоева осознает, что Турнье — не тот писатель, который верит в светлое коммунистическое будущее, как того хотела бы советская идеология, рецензия вполне доброжелательна. Она отметила, что этот первый роман Турнье, уже получивший Grand Prix du roman от Французской академии, был частью целой серии робинзонад и антиробинзонад (по крайней мере, «Робинзон» Даниэля Дефо широко читался в СССР и как аутентичный текст, и как текст, адаптированный для детей). Его интерпретация была скорее социологической, вполне соответствующей времени — по словам Кардо-Сысоевой, речь шла о «колониализме и его последствиях, о взаимоотношениях между личностью и обществом, между трудом и творчеством, между человеком и природой». Она упрекала его в «пессимизме», в отсутствии веры в прогресс в современной буржуазной литературе: «Не Робинзон цивилизует, а Пятница де-цивилизует Робинзона, открывая глубокий смысл созерцательного существования, которое очищает человека» (Кардо-Сысоева, 1969: 11). Тем не менее Кардо-Сысоева заканчивает свою статью на оптимистической ноте, вспоминая мальчика, который присоединяется к Робинзону, но при этом добавляет немного критики: «Историографический метароман Турнье “Лесной царь” привлекает внимание своей тематической оригинальностью, композиционным своеобразием, серьезным и отчасти пародийным использованием мифологии и архетипических образов, напоминающих семантические игры» (Там же: 12).

90