Уголовное правосудие в условиях метамодерна и умеренного консерватизма. Монография

рассмотренных судами первой инстанции в России, мировыми судьями рассмотрено более 30 млн дел. Причем, мировые судьи рассматривают дела в административном, гражданском и уголовном судопроизводстве с высоким качеством, в разумные сроки. Как справедливо отмечал Председатель Совета судей РФ В.В. Момотов: «Из всех решений мировых судей обжалуются не более двух процентов, что свидетельствует о высоком авторитете судебных актов и доверии гражданского общества к мировой юстиции»1.

Динамично развиваясь, институт мировых судей приобрел новые черты, постоянно совершенствуется. Мировые судьи — уже не только механизм разрешения споров, но и чуткий барометр конфликтности в обществе и настроений населения. Этот барометр показывает, что число гражданско-правовых споров, доходящих до обращений к мировым судьям, постоянно растет. Расходы на мировую юстицию значительно ниже, чем на федеральных судей, а отдача от них колоссальная, они приближены к населению и обеспечивают реальную связь народа с государством. Неспроста мировые судьи продолжали осуществлять правосудие в отдельных регионах страны даже после революции 1917 года.

В то же время прослеживается и определенное недовольство россиян существующей ныне в стране судебной системой, результатами осуществляемого судами правосудия, в том числе в порядке уголовного судопроизводства. Все чаще критика в адрес судов и судей выплескивается на страницы газет и журналов, в интернете, содержится

вмногочисленных жалобах граждан в различные судебные инстанции, в государственные органы, обсуждается

входе научных дискуссий, отражается в художественных произведениях. При этом отечественные криминологи отмечают существенное снижение числа раскрываемых

1 Момотов В.В. Мировая юстиция: состояние, проблемы, перспективы // Мировой судья. 2022.№3. С. 3−11.

21

преступлений, указывают на низкое качество работы правоохранительных органов, на рост рецидива преступлений и латентной преступности. Так, например, только за 2020 год в стране было совершено более 15 млн банковских мошенничеств на сумму около 150 млрд рублей, но раскрыта лишь незначительная часть подобных преступлений, не говоря уже о реально привлеченных судами мошенников к уголовной ответственности.

Наряду с положительными результатами реформирования судопроизводства в России произошли значительную изменения, которые получают негативную оценку в обществе и в среде юристов. Как отмечал один из идеологов преобразования отечественной судебной системы В.Ф. Яковлев: «Реального равенства нет: у одного — власть, деньги и адвокаты, другой сражается в одиночку. Исход предугадать несложно. В процесс назначения судей сильно вторгся чиновник»2. Внедрение состязательности в процесс сбора, исследования и оценки доказательств не должно расцениваться как препятствие

кустановлению фактических обстоятельств дела в суде, а наоборот, должно способствовать обеспечению объективности познающего субъекта, решающего дело по существу, т.е. суда. Суд должен исследовать весь фактический материал, а не только сведения одной стороны, подготовившейся к процессу. Ведь нередко именно сторона, злоупотребляющая правом, заранее создает помехи другой стороне. Попытка построить в России уголовный процесс, не ориентированный на истину, означал бы переход

ктому, чего не существует в современном государственноорганизованном мире.

Современным мифом постепенно становится миф, придуманный либералами, об особой роли в достижении справедливости весьма дорогостоящего для налогоплательщиков суда с участием присяжных заседателей,

2 Яковлев В.Ф. Судите и судимы будете// Российская газета. 10 марта 2006 г. № 48 (4014). С. 1, 18.

22

якобы способного противостоять сомнениям в беспристрастности судей, повысить в обществе уровень уважения к современной судебной власти в России. Иллюзий выглядит мнение сторонников суда присяжных о том, что недоверие к суду равных себе исчезает, если представить, что результаты следствия нужно предъявить беспристрастной оценке присяжных. Исчезает и надежда органов следствия на солидарность с ними юристов-судей. Суд присяжных - более объективная инстанция, не подверженная — в отличие от судьи.

Не случайно решения суда присяжных не находили соответствующей поддержки и понимания даже у населения царской России. Достаточно упомянуть литературные произведения наших классиков, а также воспоминания граждан, принимавших непосредственное участие в рассмотрении уголовных дел в качестве присяжных заседателей. Явное безразличие к судьбам подсудимых, потерпевших, непрофессионализм присяжных заседателей ярко продемонстрированы в произведениях: Л.Н. Толстого — «Воскресение», Ф.М. Достоевского — «Бесы», «Братья Карамазовы», В.Я. Шишкова — «Угрюм-река», а также у современных литераторов3. Об отрицательном отношении общества к судам присяжных часто упоминалось не только в СМИ, но и в кинофильмах. Так, по мнению авторов публикаций, суд присяжных — мерзкое судилище толпы. Безграмотные и аморальные обыватели легко оправдают кого угодно, если почувствуют социальное и моральное родство с ним.

Суд присяжных — пережиток прошлого, когда преступления были проще и очевидней. Присяжные оправдают любого, к кому почувствуют духовное сродство. Сегодня это гомофоб, завтра — сексист, послезавтра — религиозный фанатик и или ещё кто-нибудь. Суд присяж-

3 Пилецкий С.Г. Суды присяжных: иллюзия непредвзятости и явь непрофессионализма. С. 74−78. RUL: http://www. ecsoman.hse.ru (дата обращения: 10.11.2021).

23

ных — не триумф народной совести. Это непредсказуемое безумие толпы и профессиональной деформации. К тому же, суд присяжных — очень дорогое для государства удовольствие, особенно при формировании скамьи присяжных заседателей.

Если бы действительно суд присяжных являлся более объективным и справедливым судом, то в первую очередь следовало распространить компетенцию этого суда на споры граждан с государством, в том числе в административном и гражданском судопроизводстве, отстранив от правосудия «профессионально деформированных судей». А почему бы нам сейчас не вспомнить о товарищеских судах и судах офицерской чести, о народных заседателях, которыми избирались, в отличие от присяжных заседателей, лучшие представители населения от адми- нистративно-территориальных единиц, от трудовых коллективов?

Отечественные юристы и обыватели либерального толка, особенно представляющие различные правозащитные организации, а также сторону защиты в уголовном судопроизводстве, всегда приветствовали суд присяжных, видя в нем уникальное явление, которое позволит снять социальную напряженность, возникшую вследствие игнорирования в уголовном судопроизводстве требований справедливости. Для этих лиц суд с участием присяжных заседателей, способный намного чаще выносить оправдательный вердикт, считался гарантом правосудия, учитывающим общественное мнение и моральные принципы при вынесении приговора преступнику. Но, к сожалению, этот суд не стремится к установлению истины, о которой упоминают даже источники международного права. Факт оставления без надлежащей защиты законных прав и интересов потерпевших вследствие необоснованного вердикта присяжных эту публику вообще не интересует. Поэтому потерпевшие, не добившиеся справедливости в суде присяжных, вполне могут стать палачами — и себе, и окружающим.

24

Принципиальная невозможность строгого и точного соблюдения законов, принимаемых в условиях недостаточной проработки законопроектов, неизбежно влечет за собой и выборочность правосудия. Государство в силу значительной распространенности конфликтных ситуаций, правонарушений, сокращения числа оперативных сотрудников и следователей МВД, загруженности судей практически не может расследовать и рассмотреть

всудах все дела, наказывать всех, всегда и по всей строгости закона. Для этого у государства просто нет соответствующих ресурсов. Вследствие таких ножниц наступает определенный коллапс в обществе, и преступники остаются безнаказанными. Безнаказанность в свою очередь порождает новые преступления. Значит, нужно каким-то образом выбирать, кого и за что наказывать. Подобная практика выборочного правосудия приводит к тому, что привлеченный к ответственности человек чувствует несправедливость государства по отношению к себе.

Современное уголовное правосудие зачастую воспринимается и оценивается россиянами как гуманное и милосердное лишь по отношению к агрессивным, богатым преступникам, имеющим соответствующие связи

вправоохранительных органах, но далеко не милосердное к робким потерпевшим, которых в преступном мире зачастую обзывают терпилами. Поэтому россияне все чаще сравнивают современное правосудие с тем правосудием, которое осуществлялось в царский и советский периоды развития нашей страны. По многим позициям они критикуют суды, обращая внимание на игнорирование традиционных духовно-нравственных ценностей российского народа и на слепое подражание Западу, присущему ему мировоззрению. В то же время инициаторы и сторонники непрекращающихся уже на протяжении трех десятилетий судебных реформ каждый раз тщетно пытаются оправдать необходимость их дальнейшего проведения, придумывают им все новые направления. А ведь реформы, проводимые без учета традиционных духовно-

25

нравственных ценностей, сразу должны признаваться разрушительными, чуждыми нашему народу. Современные реформаторы часто говорят лишь о положительных моментах этих реформ, но одновременно замалчивают о тех негативных последствиях и конкретной цене, которую придется заплатить россиянам и государству за эти бесконечные опыты над населением.

Для того чтобы разобраться с истинным положением дел в современных российских судах и наметить перспективные направления совершенствования правосудия, в целях повышения его эффективности, не лишне будет обратиться к теоретическим истокам правовых реформ, начавшихся в 1991 году, в основу которых легли многие идеи неолиберализма. Неспроста по мере развития человечества и усложнения форм общественного взаимодействия постоянно усложнялся процесс правового регулирования, который вынужден был каждый раз адаптироваться к текущему уровню развития общества и государства. Именно поэтому многие юристы видели предназначение права в установлении лишь на определенный, конкретный период времени справедливости, утверждая при этом, что право необходимо не столько для того, чтобы человечество находилось в раю, сколько для того, чтобы не оказалось в аду.

Право — как искусство равенства и справедливости всегда признавалось неотъемлемой частью культуры всего общества. Оно неразрывно связано с культурой конкретного общества, и поэтому любые правовые заимствования, путем отнесения определённых правовых категорий одной правовой системы к другой или путем автоматического отнесения категорий международного права к праву национальному следует признать неэффективными, не учитывающими социального фактора. Право, мораль, этические нормы, духовные ценности не только взаимосвязаны, но и основаны на общих принципах, главными из которых всегда признавались соразмерность и справедливость. Для эстетических норм необходимым условием

26

всегда признавалось соблюдение правил гармонии, разумного сочетания противоречивых процессов и явлений.

Все эти нравственные и правовые явления должны учитываться в ходе проведения различных реформ. Одновременно следует обращать внимание на то, что теория может существенно опережать практику, либо практика может опережать теорию. Поэтому достичь точного отражения социально-экономических реалий российского общества и духовно-нравственных ценностей в содержании правосудия, в том числе в рамках уголовного судопроизводства, можно только через призму общественного правосознания. Только такой ракурс рассмотрения позволит точнее судить о справедливости или несправедливости как уголовного и уголовно-процессуального законодательства в целом, так и содержания их категорий, институтов и отдельных норм. Отведенную ему роль

воценке различных категорий общественное правосознание способно выполнять благодаря тому, что само вмещает в себя общечеловеческие идеи разумного устройства права, такие как справедливость и равенство, гуманизм и законность.

Помимо восторженных оценок реформирования

встране судебной системы и судопроизводства все чаще звучат и отрицательные отзывы по поводу принимаемых

вэтой сфере законов. По оценке ряда ученых в ходе реализации Концепции судебной реформы 1991 года в отечественном правотворчестве справедливо отмечались такие негативные тенденции как: «бессистемность, противоречивость, стирание границы между законодательным и подзаконным правовым регулированием, усложнение языка и стиля закона, инфляция правовой материи, дублирование норм права, «темнота» закона, затрудняющая его обыденное толкование, и т. д.»4.

4 Головина А.А. О концепции правотворческой политики Российской Федерации в XXI веке // Журнал Российского права. 2019. № 4. С. 20−32.

27

К негативным последствиям современной эпохи постмодерна, не только разрушившей многие каноны и достижения предыдущих эпох, но и децентрализовавшей различные системы, следует добавить существенный пересмотр классической теории модернизации. В подобных условиях свобода слова и торговли превратились в свободу лжи и недобросовестную конкуренцию, в том числе с использованием различного рода санкций. Дальнейшее сохранение таких негативных явлений в будущем способно привести к тому, что право окажется недостаточно эффективным, невостребованным, а поэтому легко может быть заменено различными внеправовыми социальными регуляторами. Вследствие такой замены презумпция знания закона превратится в правовую фикцию. Поэтому в период бурного развития цифровизации человеческой деятельности потребуется разработка совершенно новых научных концепций.

Но прежде, чем определить особенности новой эпохи, на мой взгляд, в первую очередь следует обратиться к рассмотрению процесса развития человечества и права в историческом аспекте. При этом нужно исходить из того, что историю регулирования отношений в человеческом обществе ученые, как правило, делят на несколько периодов.

Первый период (традиционное общество) определен временными рамками от начала цивилизации до промышленной революции, где основными регуляторами общественных отношений были догмы, религия, обычаи.

Второй период (модернизм) начинается с промышленной революцией (примерно 1860-е года) и заканчивается в середине 20 века, когда стало преобладать торжество науки и разума.

Третий период (постмодернизм) — период современного общества, характеризующийся скептицизмом по отношению к любому знанию, нигилизмом, высмеиванием всего и вся, то есть эпоха управляемого хаоса. Поскольку дальше так продолжаться уже не может, в связи с глобальными угрозами всему человеческому

28

обществу, требуется не только философское осмысление социальных явлений, но и разработка новых подходов к праву, как регулятору отношений, которое позволит человечеству в целях своего выживания и дальнейшего существования творить добро и справедливость.

Сейчас мы находимся на пороге нового четвертого периода (метамодернизма). После опубликования в 2010 году первой статьи, посвященной наступающей эпохе метамодерна, в странах Европы резко возросло число статей, диссертаций о метамодренизме, даже появились первые монографии. В России же эта тема остаётся пока недостаточно исследованной, в том числе вследствие весьма настороженного отношения официальных представителей власти к этому новому течению в культуре. Существующий на сегодняшний день анализ феномена метамодернизм уже затронул различные сферы человечной жизни, такие как, искусство, политика, экономика, психология, социология, право, наука, образование. Однако публикаций по поводу особенностей уголовного правосудия в условиях метамодерна, кроме моих, пока не было.

Между тем, из опубликованного «Манифеста метамодерниста» усматривается, что его авторы предлагают рассматривать процессы и явления с разных позиций в движении (ст. 6), стремиться к отысканию истины (ст. 7)5. Для метамодернизма особо важной оказывается идея процесса и движения. При этом метамодернизм не пропагандирует конкретные постулаты и не пытается открыть нечто кардинально новое и революционное, но он направляет нас в сторону искренней переоценки уже существующего.

5 Манифест метамодерниста. URL: http://metamodernism.su (дата обращения: 25.02.2022).

Манифест русского метамодерна // Сайт vk.com. URL: https://vk.com/topic-101177456_32242568 (дата обращения: 06.11.2021).

29

Анализ текстов статей о метамодернизме позволяет выявить наиболее популярные черты этого феномена: новая искренность, синтез, размытие пространственных границ, рост важности самоактуализации человека. Российская специфика рассматриваемого феномена нашла отражение в возникновении такого понятия как «русский метамодерн», который тесно связан с поиском русской идентичности и обращению к теме сакрального. Отрадно, что идеологи метамодерна не пытаются перечеркнуть прошлое и доказать, что сегодня мы столкнулись с никогда ранее не существовавшими феноменами, которые полностью дискредитировали историческое наследие. Ими предпринята удачная попытка ухватить наиболее характерные черты современного общества, понять, что и почему важно человеку, живущему в XXI веке. Эти черты могли быть присущи и иным эпохам, но так получилось, что они с новой силой проявляются именно сегодня.

Как точно подметил И.Л. Честнов, сейчас появилась новая парадигма юридического мышления, в которой право будущего человеческого общества должно отличаться «многогранностью, человекоразмерностью, социологизацией, культурным содержанием»6. В основе же этих ценностей должны лежать многовековые знания

иубеждения, с помощью которых можно регулировать поведение людей и определять их нравственное сознание

инравственную позицию, как отдельной личности, так

иобъединений социума.

Несмотря на продолжающуюся научную дискуссию по поводу наличия достаточной теоретической базы для утверждений о наступлении новой эпохи, именуемой эпохой метамодерна, следует признать ее реальную востребованность в силу причин объективного и субъективного характера. К чести отечественных ученых, они

6 Честнов И.Л. Модернизация права в постсовременном обществе: смена парадигмы // Журнал российского права. 2021. Т. 25. № 6. С. 5−13.

30