Соглашение о задатке в гражданском праве России. Монография

§ 2. Развитие отношений, связанных с задатком, в отечественной истории

воотношения с применением задатка: при запродажной записи, при проведении публичных торгов, при продаже казенного имущества, при продаже движимого имущества, по поводу надлежащего оформления задаточной расписки. Но при этом общего определения о задатке эти постановления не содержали. Законодательное отсутствие определения задатка приводило к частым курьезам в судебных инстанциях, где рассматривались споры, связанные с применением задатка. Изучая судебную практику за период 1867–1877 гг., В.Л. Исаченко отмечал противоречивость выводов, содержащихся в судебных решениях по спорам, связанным с применением задатка: «Из одних решений следовало, что законы о задаточных расписках распространяются как на сделки по имуществам движимым, так и недвижимым. Из других следовало, что поскольку законы эти установлены для сделок на недвижимые имущества, то недопустимо их распространять на сделки с движимым имуществом. В одних случаях было постановлено, что лицо, давшее задаток, теряет его, если им был нарушен договор. Из других решений следовало, что лицо, давшее задаток, не теряет его, даже если договор не состоялся по его вине»1.

С.В. Пахман в своих исследованиях различал несколько разновидностей задатка: в зависимости от того, следует ли в случае отказа от обязательства уплачивать только задаток или еще и платить неустойку, и возмещать убытки. «Среди различных примеров применения задатка в судебных делах есть и такие, когда сторона, отказавшись от договора, не только теряла задаток, но и должна была вознаградить противоположную сторону»2.

Подобная противоречивая судебная практика, конечно же, не могла не быть объектом цивилистических дискуссий. Многие известные российские цивилисты (К.Н. Анненков, К.П. Победоносцев, Г.Ф. Шершеневич, И.М. Тютрюмов и др.) отмечали в своих научных трудах те или иные особенности задатка. В результате и в русском праве, и в судебной практике, и в отечественной доктрине задаток был представлен как многозначная и не вполне определенная категория.

1Исаченко В.Л. О задатке. С. 145.

2Пахман С.В. Обычное гражданское право в России: юридические очерки. Т. 1. С. 88.

19

Глава I. Задаток и соглашение о задатке в историческом аспекте

Так, Г.Ф. Шершеневич считал, что «задатком называется производимая при заключении договора уплата части денежной суммы, следуемой от одного лица другому за исполнение условленного действия». Значение же задатка «заключается в том, что лицо, уплатившее задаток, заинтересовано уже в исполнении обязательства, потому что в противном случае оно рискует задаточной суммой»1.

К.П. Победоносцев писал, что задаток прежде всего «служит признаком заключенной (предложенной) сделки». Кроме того, задаток призван «возбудить в стороне, повинной к исполнению, особого рода страх за неисправность или за умедление в исполнении договора». Его определение задатка выглядит следующим образом: «Одна сторона передает другой стороне вещь (сумму) вперед, как часть предстоящей в исполнение договора передачи»2.

К.П. Победоносцев также указывал на роль задатка в различных договорных обязательствах. Например, в договорах купли-продажи движимого имущества задаток не имеет обеспечительной функции («если товар не надлежащего качества или вещь не соответствует условиям договора или образцам, задаток при этом возвращается»)3. И заметьте: не в двойном размере! Но доказательственная функция задатка проявляется в том, что «продавец, принявший задаток, понуждается судом к отдаче проданных вещей».

Аналогичное по смыслу определение задатка выводит В.Д. Кавелин: «Под задатком разумеется уплата при самом заключении обязательства известной части той суммы, которой полная уплата должна последовать позднее в назначенные обязательством сроки»4.

Свод законов гражданских (СЗГ) представлял собой инкорпорацию многочисленных и разнородных гражданских законов, изданных после Соборного Уложения 1649 г. СЗГ был впервые издан в 1832 г. В дальнейшем, по мере выхода новых законов, СЗГ изда-

1Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. С. 292.

4Кавелин В.Д. Права и обязанности по имуществам и обязательствам в применении к русскому законодательству: Опыт систематического обозрения. СПб., 1879. С. 221.

20

§ 2. Развитие отношений, связанных с задатком, в отечественной истории

вался в 1842, 1857, 1887, 1900 и 1914 гг.1 Наиболее часто в СЗГ задаток упоминался применительно к договорам купли-продажи и запродажи2, причем подразумевалось, что покупатель уплачивает задаток продавцу. Так, в частности, запродажа недвижимого имущества должна была совершаться в форме запродажной записи (ст. 1680 СЗГ) — своего рода предварительного договора, в котором в качестве меры обеспечения исполнения основного договора — договора запродажи — была предусмотрена уплата задатка (ст. 1681 СЗГ)3. Особенность такого задатка заключалась в том, что его обеспечительная функция имела сугубо односторонний характер. Иначе говоря, при неисполнении договора со стороны продавца задаток возвращался покупателю в однократном размере, а не в двойном, как при классическом arra poenalis.

Несколько иные последствия применительно к договору запродажи имела уплата задатка, применявшаяся для обеспечения исполнения предварительной сделки о продаже, не облеченной в форму запродажной записи. В этом случае в удостоверение уплаты задатка выдавалась так называемая задаточная расписка (ст. 1685 СЗГ). Задаток по задаточной расписке должен был вноситься при заключении соответствующего соглашения одновременно с выдачей расписки. Таким образом, выдача суммы задатка с задачной распиской имела характер реальной сделки. «Обещание внести задаток в будущем (после совершения задаточной расписки) не допускалось, о чем свидетельствуют решения Сената № 176 от 1874 г. и № 1198 от 1871 г.»4.

В дальнейшем на основании разъяснений ст. 1681 СЗГ решения Сената (№ 33 от 1888 г. и № 12 от 1892 г.) по запродаже недвижимого имущества легли в основу применения института задатка и на договоры с движимым имуществом, затем на договоры найма имущества, а впоследствии (№ 40 от 1892 г.) и на все сделки, «при которых

1См.: Шилохвост О.Ю. Отступное в гражданском праве России. С. 66.

2Запродажа — предварительный договор о заключении впоследствии договора купли-продажи. Запродажа широко применялась в сделках с недвижимым имуществом.

3См.: Шилохвост О.Ю. Отступное в гражданском праве России. С. 75–76.

4Там же. С. 77.

21

Глава I. Задаток и соглашение о задатке в историческом аспекте

стороны выставляют условие о задатке, не определяя его значение»1. То есть только к концу XIX в. сформировалось общее правило относительно юридической конструкции задатка.

И.М. Тютрюмов, обобщая законодательную практику XIX в., приводит такое определение задатка: «Задаток есть та сумма, которой стороны обусловились обеспечить договор»2. В своем фундаментальном научном труде И.М. Тютрюмов обобщил и прокомментировал не только законы, но и законодательную практику Сената за весь XIX в. А поскольку общие нормы о задатке отсутствовали, то особое значение приобретали именно решения Сената. Так, И.М. Тютрюмов пишет: «При продаже движимого имущества Сенат пришел к следующим выводам: Задатку придается значение обеспечения исполнения договора; Определение судьбы задатка стоит в прямой зависимости от того, кто из сторон виновен в неисполнении договора, а именно: А) неисполнение без вины — простое возвращение задатка; Б) неисполнение по вине давшего задаток — потеря задатка». Также И.М. Тютрюмов указывает на удостоверительный (доказательственный) характер задатка: «Вручение задатка, особенно в словесных сделках, есть как бы санкция договора, т.е., коль скоро задаток дан и принят, договор считается заключенным, и ни та, ни другая сторона уже не могут произвольно отказаться от него»3.

В то же время ряд исследователей высказывали мнение, что задаток по задаточной расписке в том виде, как он регламентировался законом и понимался сенатской практикой, имел презумпцию отступного4. Как отмечает известный современный исследователь института отступного О.Ю. Шилохвост, все они (И.Н. Трепицин,

1Трепицин И.Н. Гражданское право губерний Царства Польского и русское в связи с Проектом Гражданского уложения общей части обязательственного права. С. 158.

4См.: Пахман С.В. Собственность, обязательства и средства судебного охранения. СПб., 1877. С. 145; Синайский В.И. Русское гражданское право. С. 322; Гинкул К.Г. Отступное по русскому праву // Журнал Министерства юстиции. 1916. № 6. С. 159–163; Трепицин И.Н. Гражданское право губерний Царства Польского и русское в связи с Проектом Гражданского уложения общей части обязательственного права. С. 156.

22

§ 2. Развитие отношений, связанных с задатком, в отечественной истории

В.И. Синайский, К.Г. Гинкул) писали, что задаток в этом случае служит не укреплению, а «ослаблению» договора, так как помогает односторонним решением освободиться от него1. Последствия неисполнения сторонами указанных условий по задаточной расписке устанавливались законом. В случае если неисполнение имело место либо по соглашению сторон, либо по вине обеих сторон, либо в результате невозможности исполнения, предварительное соглашение о продаже «уничтожается простым возвращением задатка продавцом покупателю» (ст. 1689 СЗГ). Если от совершения формального акта отказывается продавец, то он «обязан возвратить задаток в двойном количестве», а при отказе покупателя «последний теряет свой задаток в пользу продавца» (ст. 1688 СЗГ)2. Кроме того, в разъяснениях Сената указывалось (решение № 28 от 1904 г.), что «все последствия нарушения задаточной расписки ограничиваются лишь теми, которые указаны в ст. 1688 СЗГ, и сторона, отказавшаяся от исполнения условий задаточной расписки, не обязана кроме потери задатка или возвращения его в двойном размере вознаграждать контрагента за убытки»3.

F Таким образом, приходим к выводу: в случаях использования задаточной расписки с потерей задатка обязательство прекращалось.

Строго говоря, задаток и в этом случае оставался средством, укрепляющем обязательство. Все зависит от того, с чьей стороны (кредитора или должника) рассматривать значение задаточной суммы, а также от соотношения этой суммы с имущественной ценностью исполнения. Все эти соображения заставляют признать обоснованность замечания К.Н. Анненкова, рассматривающего задаток по ст. 1688 СЗГ не как средство ослабления, а как «средство понуждения

кзаключению последующего договора»4.

Внекоторых других нормах СЗГ также использовалась конструкция задатка с презумпцией его использования в качестве отступно-

1См.: Шилохвост О.Ю. Отступное в гражданском праве России. С. 77.

2Свод законов гражданских. Т. X. Ч. 1. Изд. 1900. С. 213–214.

3Синайский В.И. Русское гражданское право. С. 324. На это же указывает и И.М. Тютрюмов. См.: Тютрюмов И.М. Гражданское право. С. 255–258.

4Анненков К. Система русского гражданского права. Т. 3. С. 232–233.

23

Глава I. Задаток и соглашение о задатке в историческом аспекте

го. Например, на публичных торгах по продаже казенного движимого имущества предусматривалось обязательное применение задатка в размере 10% от условленной суммы (ст. 1494, 1495 СЗГ)1. Такой задаток, по мнению И.Н. Трепицина, «играет роль отступного, так как между удержанием казной задатка и возможным убытком прямо порывается всякая связь и зависимость: задаток удерживается и тогда, когда убытка нет, а если бы он и был, то казна наперед определяет возможный его размер — 10% покупной суммы»2.

Статья 1057 Устава гражданского судопроизводства (далее — УГС) предусматривала внесение покупателем на торгах по продаже арестованного имущества «не менее пятой части предложенной им цены в качестве задатка». В ст. 1067 УГС было записано: «Если остальные деньги не уплачены в срок… задаток присовокупляется к общей сумме, вырученной за имущество»3. Что касается характера обеспечительного механизма задатка при проведения публичных торгов (ст. 1495 СЗГ, ст. 1067 УГС), то он имел строго односторонний характер4.

К.Н. Анненков замечал, что удержание кредитором суммы задатка при неисполнении обязательства должником (или возврат этой суммы должнику, если от исполнения уклонялся сам кредитор) не препятствовало взысканию с контрагента соответствующих убытков. Последнее было возможно потому, что с потерей (или возвращением) задатка обеспеченное им обязательство не прекращалось, а продолжало существовать, и только по усмотрению сторон зависело, «удовольствоваться оставлением в свою пользу полученного… задатка или же требовать исполнения обязательства»5.

Именно К.Н. Анненков обобщил все докринальные концепции современных ему цивилистов о задатке и вывел следующее резюме: «Нельзя, конечно, не признать совершенно невозможным установ-

1См.: Свод законов гражданских. Т. X. Ч. 1. С. 209.

2Трепицин И.Н. Гражданское право губерний Царства Польского и русское в связи с Проектом Гражданского уложения общей части обязательственного права. С. 161.

3Свод законов Российской Империи. Т. XVI. Ч. 1. Изд. 1914 г. С. 286.

4См.: Шилохвост О.Ю. Отступное в гражданском праве России. С. 81.

5Анненков К.Н. Система русского гражданского права. Т. 3. С. 240.

24

§ 2. Развитие отношений, связанных с задатком, в отечественной истории

ления одного общего определения его [задатка] у нас, а следовательно, нельзя признать правильным и определения, данное ему Мейером, Кавелиным и Шершеневичем, как неприменимое ко всем случаям дачи его»1.

К.Н. Анненков констатировал: «Вопрос о значении задатка не может не возбуждать у нас сомнения потому, что наш закон не только не содержит в себе общих правил о юридическом значении задатка и его последствиях, но присваивает ему даже различное значение,

иименно — то значение обеспечения договора, как в задаточных расписках и при продаже на публичном торге, все равно движимого или недвижимого, принадлежащего при том как частным лицам, так

иказне, то значение как бы денежного пособия, как, например, при договорах подряда или поставки с казной и при различных специальных договорах найма рабочих, то, наконец, вовсе не определяет его значения, как при договорах купли-продажи движимости и продаже имуществ недвижимых»2.

F Таким образом, задаток в России ХIX в. представлял собой мало определенный, неоднозначный институт, регулируемый в большей степени обычным правом, а не нормами законодательства. Задаток мог быть средством обеспечения исполнения обязательства, причем в отношении только одной обеспеченной стороны — задаткополучателя, но мог рассматриваться и как обычный аванс, и как отступное. При этом соглашение о задатке имело характер реальной сделки.

2.3.Соглашение о задатке в проекте Гражданского уложения Российской Империи

Первое законодательное определение задатка появилось в проекте Гражданского уложения Российской Империи в начале ХХ в. Приводится следующее определение задатка (в редакции проекта ГУ 1905 г.) (ст. 1593):

1Анненков К.Н. Система русского гражданского права. Т. 3. С. 232.

2Там же. С. 231–232.

25

Глава I. Задаток и соглашение о задатке в историческом аспекте

«Денежная сумма, выданная одной из договаривающихся сторон другой стороне в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения, признается задатком»1.

Как видим, это определение почти совпадает с определением, приведенным в современном ГК РФ. Отсутствует лишь упоминание о платежной функции задатка.

Общие последствия неисполнения договора были также определены аналогично действующему ГК РФ (ст. 381). Так, в ст. 1594 проекта ГУ указано:

«Если договор не исполнен по вине лица, давшего задаток, то оно теряет задаток; если же договор не исполнен по вине лица, получившего задаток, то оно должно возвратить задаток вдвойне. Независимо от сего, виновный обязан вознаградить другую сторону за убытки, насколько они превышают задаток».

И далее, ст. 1595 проекта ГУ:

«Задаток возвращается в случае отмены договора по обоюдному согласию сторон или невозможности исполнения, возникшей не по вине какой-либо из сторон»2.

В ст. 1597 предусматривалась возможность каждой из сторон выговорить себе право отступиться впоследствии от договора с уплатой другой стороне определенной денежной суммы в виде отступного. При этом задаток принимал значение отступного.

«Если одна из сторон отступается от договора, то задаток теряется или возвращается в двойном количестве, смотря по тому, отступилась ли от договора сторона, давшая задаток или получившая его»3.

1Гражданское уложение (проект). Т. 2 / под ред. И.М. Тютрюмова. СПб., 1910. С. 196.

26

§ 2. Развитие отношений, связанных с задатком, в отечественной истории

На эту особенность задатка обратил внимание В.И. Синайский: «Что касается, в частности, задатка, то он в современном праве выполняет не только роль обеспечения, или укрепления договора, но и его ослабления, в значении отступного»1.

Кроме того, в проекте ГУ предусматривалось также единое регулирование обеспечения задатком предварительных договоров, которые могли теперь заключаться не только в отношении будущей купли-продажи, но и в отношении других обязательств. Сторона, уклонившаяся от заключения основного договора, теряла задаток. При этом в соответствии со ст. 1600 проекта ГУ в случаях, когда стороны специально оговаривают возможность отступиться от договора с потерей задатка согласно ст. 1597, сторона, которая теряла задаток или возвращала его вдвойне, не обязана была вознаграждать другую сторону за убытки.

Также в проекте ГУ существовало специальное положение, регулирующее так называемую запродажу. Статья 1778 проекта ГУ и здесь упоминает задаток:

«Если к назначенному в договоре запродажи сроку продажа не состоится по вине одной из сторон, то виновная сторона обязана возместить другой стороне понесенные ею убытки. Если же в обеспечение заключения договора продажи дан задаток, то применяются правила статей 1599 и 1600»2.

F Из вышесказанного очевидно, что юридическая конструкция задатка, представленная проектом ГУ, была смоделирована из различных вариантов западноевропейского задатка. Таким образом, можно констатировать, что задаток, предусмотренный в проекте ГУ, — новая модель задатка, совершенно отличающаяся от российского задатка ХIХ в.

Вчастности, Н.Л. Дювернуа считал, что конструкция задатка

впроекте ГУ была следствием «всего-навсего „дрянного“ перевода Германского Уложения»3. В целом конструкция задатка, представ-

3Дювернуа Н.Л. Пособие к лекциям по гражданскому праву. С. 102.

27

Глава I. Задаток и соглашение о задатке в историческом аспекте

ленная в проекте ГУ, схожа с современным российским задатком, однако дает более широкие возможности применять различные варианты задатка в гражданском обороте. Как можно было убедиться, в проекте ГУ существовала прямо предусмотренная возможность использования задатка в предварительном договоре, а также в качестве отступного. Современный ГК РФ не содержит аналогичных норм, хотя и не запрещает использование задатка в подобных ситуациях, что вызывает различного рода дискуссии среди цивилистов.

2.4.Соглашение о задатке в советском гражданском праве

В советский период задаток сохраняет свою юридическую конструкцию, предусмотренную проектом ГУ. Однако с прекращением новой экономической политики (нэпа) задаток практически не применяется в хозяйственном обороте страны. В ст. 143 ГК РСФСР 1922 г. задаток определяется как «денежная сумма или иная имущественная ценность, выданная в счет причитающихся по договору платежей одним контрагентом другому для удостоверения договора и обеспечения его исполнения. Если за неисполнение договора ответственно лицо, давшее задаток, оно теряет таковой. Если за неисполнение договора ответственно лицо, получившее задаток, оно обязано возвратить таковой в двойном размере. Сверх того, сторона, ответственная за неисполнение договора, обязана возместить убытки противной стороне с зачетом суммы задатка, если противное не установлено договором»1. Кроме того, задаток в ГК РСФСР 1922 г. рассматривался как отступное, но лишь когда это прямо установлено сторонами2.

Кредитная реформа СССР 1930 г., в результате которой социалистические организации могли получить кредит только в банке, привела к запрету выдачи авансов и задатков между хозяйствующими субъектами. А так как период нэпа к тому времени был уже завершен, кроме того, началось уничтожение аграрного частного капитала ввиду коллективизации, то хозяйствующими субъектами выступали исключительно социалистические организации. Имелись лишь некоторые изъятия из указанных ограничений относительно применения задатка во внешнеторговых сделках.

1ГК РСФСР 1922 г. (с изм. до 1 июля 1933 г.). М., 1933. С. 45.

2См.: Шилохвост О.Ю. Отступное в гражданском праве России. С. 8.

28