Реабилитация и возмещение вреда пострадавшим от действий должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства. Проблемы теории, права и правоприменения.

1.2. Субъекты

правоотношений в сфере реабилитации

Являясь субъектами права, участники правоотношений в сфере реабилитации обладают совокупностью признаков, наличие которых позволяет определить и конкретизировать ту сферу правоотношений, участниками которых они являются.

В теории права к числу таких признаков относятся: внешняя обособленность (конкретный индивид или организация); персонификация (выступление вовне в виде единого лица-персоны); способность вырабатывать, выражать и осуществлять персонифицированную волю, а также приобретение лицом, реально способным участвовать в правоотношениях, свойства субъекта права в силу юридических норм1.

Вместе с тем, в отличие от субъекта права в широком смысле его понимания как лица, потенциально способного быть участником правоотношений2, участник правоотношения выступает как реальный участник конкретных правовых отношений3, который применительно к складывающимся в сфере реабилитации правоотношениям обладает соответствующим процессуальным статусом, определяющим его роль благодаря наличию соответствующих субъективных прав и обязанностей.

Конкретизация круга лиц, участвующих в правоотношениях в сфере реабилитации, позволяет раскрыть их юридическое содержание с точки зрения совокупности реализуемых в их рамках субъективных юридических прав и обязанностей.

Следует различать правообязанных участников правоотношений в сфере реабилитации, каждый из которых в рамках своей компетенции реализует возложенные на него обязанности, связанные с реабилитацией невиновного лица, созданием предпосылок для реализации в дальнейшем порождаемого реабилитацией права на возмещение вреда, и управомоченных, т.е. реабилитированных, граждан, наделенных правом на возмещение вреда.

Возложение обязательств на государство, выступающее в реабилитационных правоотношениях как коллективный субъект, вбирающий в себя государственные институты и образования, связано с тем, что оно обладает большими (по сравнению со всеми другими

Ñ. 33—37.

31

органами) возможностями по восстановлению лица в прежнем его состоянии и в прежних правах. Кроме того, как отмечают ученыепроцессуалисты, в результате тесного переплетения деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, которой может быть причинен вред, бывает трудно определить конкретное причинившее вред должностное лицо или орган в цепи этой деятельности1.

Предпочтение позиции, согласно которой в правоотношениях, связанных с реабилитацией, одним из субъектов выступает государство, по нашему мнению, никоим образом не препятствует необходимости конкретизации и персонификации субъектов обязанной стороны, наделенных государственными полномочиями в каждом конкретном случае расследования преступления или рассмотрения уголовного дела по существу на судебных этапах уголовного судопроизводства.

Правоотношения в сфере реабилитации представляют собой взаимодействие определенной категории лиц, возникающее на основе норм права через их субъективные юридические права и обязанности.

Когда речь идет о государстве как субъекте правоотношений в указанной сфере, становятся очевидными характерные особенности его статуса.

По мнению Б.Т. Безлепкина, отличительной особенностью института реабилитации является субъектный состав правоотношений, в рамках которых вред, причиненный гражданину вследствие уголовного преследования возмещается не должностным лицом (следователем, дознавателем, прокурором, судьей), в причинной связи с действиями которых он образовался, а государством2.

Мы, в свою очередь, полагаем, что отличительной особенностью института реабилитации является субъектный состав правоотношений, в рамках которых специально уполномоченные государством органы и должностные лица реабилитируют лицо при установлении в ходе производства по уголовному делу реабилитирующих оснований для вынесения оправдательного приговора, прекращения уголовного дела (или уголовного преследования лица), создавая предпосылки для гарантированного государством возмещения причиненного ему вреда.

1 Рохлин В.И., Захарцев С.И., Миронов М.А., Стуканов А.П. Институт реабилитации в российском законодательстве / Под общ. ред. В.Т. Рохлина. СПб.: Юридический центр Пресс, 2007. С. 141, 142.

2 Безлепкин Б.Т. Настольная книга следователя и дознавателя. М.: Проспект, 2009. С. 231.

32

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме, независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. А из содержания ч. 1 ст. 1070 ГК РФ следует, что вред, причиненный гражданину данными органами и должностными лицами, возмещается за счет казны Российской Федерации.

Следовательно, приняв на себя обязательства, связанные с возмещением вреда лицам, пострадавшим в ходе уголовного судопроизводства от действий уполномоченных им органов и должностных лиц, государство выступает гарантом его возмещения. Относить государство к числу субъектов правоотношений в сфере реабилитации можно лишь с определенной долей условности и с указанной точки зрения.

Конкретизация участников реабилитационных правоотношений приобретает особую актуальность при их практической реализации по каждому конкретному уголовному делу, так как в правоотношениях, связанных с реабилитацией, и в правоотношениях, связанных с возмещением вреда лицам, пострадавшим в ходе уголовного судопроизводства, субъекты, представляющие государство, различны.

Круг органов и должностных лиц, которым государство делегирует совокупность прав и обязанностей, связанных с реабилитацией, достаточно широк, а их процессуальные полномочия неоднородны.

Когда речь идет о реальных участниках правоотношений, связанных с реабилитацией, каждый из них нуждается в конкретизации как должностное лицо или организация и персонификации как четко определенный субъект, выступающий в ходе расследования преступления или рассмотрения дела судом, носителем прав и обязанностей.

Действие норм уголовно-процессуального права распространяется на строго определенных лиц, которые в силу адресованных им уголовно-процессуальных норм являются участниками уголовнопроцессуальной деятельности, характер которой определяется процессуальной природой участия соответствующего лица в конкретном уголовном деле.

В связи с этим целесообразно определить границы, в рамках которых мы можем говорить об уголовно-процессуальной деятельности применительно к правоотношениям в сфере реабилитации, что позволит установить, кто в указанных правоотношениях обладает свойствами лица, способного реально в них участвовать, выражая и осуществляя персонифицированную волю.

33

Исходя из юридического содержания рассматриваемых правоотношений, управомоченные участники наделены совокупностью прав. Это право быть реабилитированными при установлении в ходе предварительного расследования или рассмотрения дела судом реабилитирующих оснований для прекращения в отношении них уголовного преследования и возникающее в связи с реабилитацией право на возмещение вреда, причиненного им действиями должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства.

Исключение из общей схемы касается реабилитированных по делам частного обвинения, когда причинение вреда в ходе уголовного судопроизводства обусловлено частным обвинением, не является следствием действий уполномоченных государством должностных лиц и не порождает реализацию государственных обязательств в части возмещения вреда за их действия в случае отказа от обвинения частного обвинителя. Тем не менее, реабилитированный по делам частного обвинения не может быть лишен права на возмещение вреда.

На правообязанных субъектов (при наличии предусмотренных в законе оснований) возложены обязанности, связанные с необходимостью принятия решения о реабилитации лица и признания за ним права на возмещение причиненного вреда.

Границы действия положений института реабилитации можно определить достаточно четко. Это возможно на основе понимания сущности реабилитации как официального признания специально уполномоченными государством органами и должностными лицами факта невиновности лица в инкриминируемом деянии, порождающего право на возмещение вреда при установлении ими реабилитирующих оснований для вынесения оправдательного приговора, прекращения уголовного дела (преследования). Следовательно, правоотношения в сфере реабилитации осуществляются с момента установления реабилитирующих оснований для прекращения уголовного судопроизводства, до момента признания за реабилитированным лицом права на возмещение вреда.

Говоря о персонификации обязанных участников правоотношений в сфере реабилитации, следует подчеркнуть, что каждый специально уполномоченный государством орган или должностное лицо обладает не только должностным статусом, но и фамилией, именем и отчеством, т.е. является конкретным лицом-персоной, подписывающим от своего имени документ, отражающий решение, реабилитирующее подозреваемого, обвиняемого, подсудимого или осужденного.

Эти органы и должностные лица в силу полномочий, предоставленных им уголовно-процессуальным законом, реализуют персонифицированную волю.

34

При вынесении оправдательного приговора, прекращении уголовного дела (преследования) по реабилитирующему основанию уполномоченный субъект соответственно в приговоре, определении, постановлении констатирует факт реабилитации лица, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, прекращено уголовное преследование, и признает за реабилитированным право на возмещение причиненного ему вреда.

Б.Т. Безлепкин отмечает, что только с позиции именования реабилитацией самого факта официального признания государством невиновным гражданина, обвиняемого или подозреваемого в совершении преступления, можно ответить на вопрос, кем является тот, кто оправдан по суду, чье доброе имя уже восстановлено приговором, «публично и торжественно провозглашенным именем государства»1.

Несмотря на справедливость данного разделяемого нами суждения, полагаем, что о реабилитации лица свидетельствует не только оправдательный приговор, но и прекращение его уголовного преследования по реабилитирующим основаниям в ходе предварительного расследования.

В правоотношениях, объектом которых является реабилитация как нематериальное благо, удовлетворяющее интересы управомо- ченного лица, субъектами обязанной стороны фактически выступают не только орган дознания, дознаватель, следователь, суд, но и начальник подразделения дознания, руководитель следственного органа, прокурор. Однако не все из них применительно к правоотношениям в сфере реабилитации фигурируют в положениях главы 18 УПК РФ в данном качестве.

Указанное обстоятельство вызывает возражения, так как содержание института реабилитации не может быть раскрыто без конкретизации субъектов обязанной стороны, уполномоченных принимать решение о реабилитации лица, свидетельствующее об официальном от имени государства признании его невиновным в инкриминируемом деянии, влекущее необходимость признания за ним права на возмещение вреда.

Согласно ч. 2 ст. 40.1 УПК РФ начальник подразделения дознания вправе возбудить уголовное дело в порядке, установленном УПК РФ, принять его к своему производству и произвести дознание в полном объеме, обладая при этом полномочиями дознавателя, а в случаях, если для расследования уголовного дела была создана группа дознавателей, — полномочиями руководителя этой группы.

1 Безлепкин Б.Т. Настольная книга следователя и дознавателя. М.: Проспект, 2009. С. 231.

35

Следовательно, при установлении реабилитирующих оснований для прекращения уголовного дела (преследования) он вправе принять решение о его прекращении.

Âсоответствии с п. 9 ч. 1 ст. 39 УПК РФ руководитель следственного органа уполномочен утверждать постановление следователя

îпрекращении производства по уголовному делу, а согласно ч. 2 указанной статьи вправе возбудить уголовное дело, принять его к своему производству и произвести предварительное следствие в полном объеме, обладая при этом полномочиями следователя или руководителя следственной группы. Говоря иначе, указанное должностное лицо наделено совокупностью полномочий, связанных с прекращением уголовного дела, в том числе и по реабилитирующим основаниям.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 226 УПК РФ прокурор, рассматривая уголовное дело, поступившее с обвинительным актом, может принять решение о его прекращении по любому из оснований, перечисленных в ст.ст. 24 и 27 УПК РФ, в числе которых присутствуют и влекущие реабилитацию лица в инкриминируемом деянии.

Âсоответствии с положениями п. 13 ч. 2 ст. 37 УПК РФ в ходе досудебного производства по уголовному делу прокурор уполномо- чен утверждать постановление дознавателя о прекращении производства по уголовному делу.

Однако из общего смысла правовых норм, составляющих содержание главы 18 УПК РФ, усматривается, что прокурор выступает в качестве правообязанного субъекта лишь в сфере возмещения вреда и только в случаях, предусмотренных ст. 136 УПК РФ, т.е. при принесении реабилитированному официальных извинений за причиненный вред.

Указание в законе исчерпывающего перечня субъектов, наделенных совокупностью обязанностей по отношению к управомо- ченным лицам, представляется весомой гарантией надлежащей реализации предоставленных им прав.

Таким образом, фактически обязанными субъектами правоотношений в сфере реабилитации являются орган дознания, дознаватель, начальник подразделения дознания, следователь, руководитель следственного органа, прокурор, суд.

Âсвязи с этим представляется обоснованным предложение о необходимости конкретизации правовых норм, составляющих содержание института реабилитации в части уточнения перечня обязанных субъектов.

Содержание положений главы 18 УПК РФ в совокупности с рядом корреспондирующих норм приводит к выводу о целесообразности разграничения участников правоотношений в сфере реа-

36

билитации и возмещения вреда путем их классификации по ряду оснований.

1.По государственному статусу: а) органы судебной власти; б) органы исполнительной власти; в) иные органы.

2.По содержанию деятельности:

а) органы (должностные лица), осуществляющие уголовнопроцессуальную деятельность;

б) органы (должностные лица), действующие вне уголовного процесса.

3. По характеру правоотношений:

а) органы (должностные лица), участвующие в реабилитации; б) органы (должностные лица), участвующие в возмещении вре-

да пострадавшим от действий должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства;

в) органы (должностные лица), участвующие в восстановлении иных прав реабилитированного.

4. По объему предоставленных государством полномочий:

а) органы (должностные лица), наделенные правом оправдания лица в инкриминируемом деянии (суд);

б) органы (должностные лица), наделенные правом принятия решения о прекращении уголовного дела, преследования по реабилитирующему основанию (дознаватель, начальник подразделения дознания, следователь, руководитель следственного органа, прокурор, суд);

в) органы (должностные лица), наделенные правом принятия решений о прекращении уголовного дела, преследования по основаниям, не связанным с реабилитацией, порождающих право на возмещение вреда (дознаватель, начальник подразделения дознания, следователь, руководитель следственного органа, прокурор, суд);

г) органы (должностные лица), содействующие пострадавшим в ходе уголовного судопроизводства в реализации права на возмещение вреда и восстановлению иных прав (дознаватель, начальник подразделения дознания, следователь, руководитель следственного органа, суд, судья, прокурор);

д) органы (должностные лица), выносящие решения, подлежащие исполнению (судья суда, постановившего приговор, вынесшего постановление, определение о прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования, по месту жительства реабилитированного, по месту нахождения органа, вынесшего постановление о прекращении уголовного дела и

37

(или) уголовного преследования либо об отмене незаконных или необоснованных решений);

е) органы (должностные лица), исполняющие решение (Правовой и Административный департаменты Министерства финансов РФ, государственные органы, присвоившие впоследствии реабилитированному государственные награды, классный чин или звание, предприятия, учреждения, организации, компетентные в восстановлении трудовых, пенсионных или иных нарушенных прав реабилитированного, средства массовой информации, опубликовавшие порочащие сведения);

ж) органы (должностные лица), контролирующие надлежащее исполнение судебных решений (суд, прокурор).

Наряду с правообязанными субъектами в правоотношениях в сфере реабилитации выступают управомоченные лица, которые в зависимости от конкретных обстоятельств дела и этапа уголовного судопроизводства могут быть наделены процессуальным статусом подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, осужденного.

Из содержания уголовно-процессуальных норм, регламентирующих правоотношения в сфере реабилитации и возмещения вреда, усматривается, что, в отличие от последних, правоотношения в сфере реабилитации реализуют индивидуальные субъекты — физи- ческие лица, вовлеченные в сферу уголовного судопроизводства и в силу осуществления в отношении них уголовного преследования приобретшие соответствующий процессуальный статус.

Подозреваемый, обвиняемый, подсудимый, осужденный в слу- чае прекращения в отношении них уголовного дела (преследования) по реабилитирующим основаниям, вынесения оправдательного приговора приобретают право на возмещение причиненного вреда, признаваемое за ними реабилитировавшим органом или должностным лицом.

Решение реабилитирующего характера, сопровождающееся признанием права на возмещение вреда, как правило, принимается непосредственно в отношении указанных лиц.

В случае смерти реабилитированного лица права, связанные с возмещением причиненного ему вреда, приобретают другие лица, круг которых обозначен в ст. 134 УПК РФ, — наследники, близкие родственники, родственники или иждивенцы умершего.

Гражданское законодательство (раздел 5 ГК РФ) регламентирует наследование по завещанию и наследование по закону. При этом наследниками по завещанию могут быть любые лица на усмотрение завещателя (ст. 1119 ГК РФ), а наследниками по закону являются (при определенных условиях) лица, перечисленные в ст. 1142—1148 ГК РФ, которые при сопоставлении с перечнем, содержащимся в

38

п. 4 и 37 ст. 5 УПК РФ, входят в число близких родственников или родственников.

Âчисло наследников по закону включены и иждивенцы, если они не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении (ст. 1148 ГК РФ).

Таким образом, мы имеем практически неопределенный круг лиц, к которым в случае смерти реабилитированного формально переходят права, связанные с возмещением вреда, причиненного ему уголовным преследованием, реализация которого возможна только в том случае, когда оно за ними будет признано.

Âсвязи с этим представляется очевидной необходимость конкретизации перечня, предусмотренного в ч. 2 ст. 134 УПК РФ.

Закон не только не содержит четких механизмов признания права на возмещение вреда за правопреемниками умершего реабилитированного, но, напротив, допускает возникновение ситуаций, затрудняющих его реализацию. Это возможно, например, при обращении в компетентный орган единовременно нескольких лиц, входящих в перечень правообладателей. Кроме того, статус наследника приобретается в порядке гражданского законодательства и не может быть подтвержден ранее 6 месяцев после заявления претендентом соответствующих прав.

Âрамках реализации правоотношений, связанных с реабилитацией, не могут, да и не должны решаться спорные вопросы правопреемства, актуальность которых может проявиться непосредственно при реализации правоотношений в сфере возмещения вреда. Однако на момент признания права на возмещение вреда после смерти реабилитированного необходимо предусмотреть в законе, за кем его надлежит признавать.

С учетом широкого круга лиц, обладающих согласно ГК РФ правом наследования, мы разделяем представленную на страницах юридической печати позицию, согласно которой с требованием о возмещении вреда в случае смерти реабилитированного вправе обратиться наследники1, перечень которых предусматривает практи- чески все категории правообладателей, указанных в ч. 2 ст. 134 УПК РФ.

Исходя из международного опыта регулирования вопросов, касающихся признания права на возмещение вреда после смерти реабилитированного лица, можно сделать вывод о том, что наследники фигурируют в качестве правообладателей в уголовно-процессуаль- ном законе, например, таких государств, как Республика Беларусь

(ст. 461 УПК), Республика Казахстан (ст. 40 УПК), Кыргызская

1 Безлепкин Б.Т. Настольная книга следователя и дознавателя. М.: Проспект, 2009. С. 233.

39

Республика (ст. 417 УПК), Туркменистан (ст. 36 УПК), Республика Узбекистан (ст. 304 УПК).

В УПК Франции (ст. 623) применительно к пересмотру обвинительного приговора, результатом которого могут быть прекращение уголовного дела или оправдание, влекущие возмещение вреда осужденному, в случае его смерти в числе субъектов, обладающих правом инициировать процедуру, фигурируют полные или долевые наследники.

По УПК ФРГ в случае смерти осужденного право на ходатайство о возобновлении производства принадлежит супругу, родственникам по восходящей и нисходящей линии, а также братьям и сестрам умершего (§ 361).

Очевидно, что различия в опыте правового регулирования вопросов о правопреемниках продиктованы особенностями национального законодательства и показательны для права России с точ- ки зрения допустимости различных подходов и необходимости выбора оптимального для регулирования правоотношений в сфере реабилитации в рамках УПК РФ.

Практическое разрешение вопроса о признании права на возмещение вреда за правопреемниками умершего реабилитированного видится в необходимости признавать данное право за его наследниками. В рамках реализации правоотношений, непосредственно связанных с его возмещением, все возникающие спорные вопросы могут и должны разрешаться в порядке гражданского судопроизводства.

Прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям в отношении несовершеннолетнего или лица, страдающего психическим заболеванием, означает его реабилитацию, влекущую признание за ним права на возмещение вреда на общих основаниях.

Законный представитель указанной категории лиц может выступать в качестве управомоченного участника в процессе реализации данного права в соответствии с положениями института возмещения вреда пострадавшим от действий должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства.

Изложенное приводит к совокупности следующих выводов.

1. Отличительной особенностью института реабилитации является субъектный состав правоотношений, в рамках которых специально уполномоченные государством органы и должностные лица при установлении в ходе производства по уголовному делу реабилитирующих оснований для вынесения оправдательного приговора или прекращения уголовного преследования реабилитируют лицо, создавая предпосылки для гарантированного государством возмещения причиненного ему вреда.

40