Реабилитация и возмещение вреда пострадавшим от действий должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства. Проблемы теории, права и правоприменения.

тивная сторона) свидетельствует о необходимости исключить в отношении подозреваемого, обвиняемого (подсудимого) все подозрения или обвинения в инкриминируемом ему деянии1.

Определение понятия состав преступления, под которым понимается совокупность установленных уголовным законом объективных и субъективных элементов, характеризующих общественно опасное деяние как преступление, относится в науке уголовного права к наиболее устоявшимся2, а элементом, присущим каждому составу преступления, является субъект — вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, с которого в соответствии с законом может наступать уголовная ответственность.

И.Л. Петрухин отмечает: «При отсутствии субъекта преступления суд должен вынести оправдательный приговор за отсутствием состава преступления в случаях, когда подсудимый на момент совершения деяния не достиг возраста уголовной ответственности (16 лет, а при совершении ряда тяжких преступлений, перечисленных в ч. 2 ст. 20 УК РФ, — 14 лет). В данном случае применяется реабилитирующее основание, влекущее оправдание подсудимого, но оправданный почему-то не имеет право на реабилитацию (ч. 4 ст. 133 УПК РФ). Следовало бы все же признать за подростком, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, право на возмещение вреда, причиненного вследствие применения к нему мер процессуального принуждения (задержание, заключение под стражу и др.)»3.

Однако при фактическом совершении деяния лицом, хотя и не достигшим возраста уголовной ответственности, вопрос о его реабилитации и возмещении вреда противоречит сути реабилитации и, по нашему мнению, возникать не должен.

В ч. 4 ст. 133 УПК РФ законодатель сформулировал положение, согласно которому правила о реабилитации и возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования, не распространяются на случаи, когда «применение в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду … недостижения

1 Следует заметить, что при оправдании лица ввиду отсутствия состава преступления не исключается возможность привлечения его к другим видам ответственности, например, материальной для возмещения вреда в порядке гражданского судопроизводства. Но в подобных случаях отсутствуют какие-либо объективные предпосылки ставить под сомнение реабилитирующий характер решения (оправдательного приговора) в уголовно-процессуальном аспекте.

2 Журавлев М.П. Уголовное право: Учебник. Общая часть / Под ред. Л.Д. Гаухмана, С.В. Максимова. М.: Эксмо, 2004. С. 105, 106.

3 Петрухин И.Л. Оправдательный приговор и право на реабилитацию. Монография. М.: Проспект, 2009. С. 98.

21

возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом»1.

Таким образом, на законодательном уровне предпринята попытка разрешить неурегулированный вопрос о том, что, несмотря на реабилитирующее основание прекращения уголовного преследования, при фактическом совершении деяния недостижение возраста уголовной ответственности объективно не является основанием для наступления в отношении такого лица последствий, предусмотренных в главе 18 УПК РФ.

Однако на основании ч. 4 ст. 133 УПК РФ в существующей редакции не представляется возможным разрешить весь комплекс возникающих в этой связи проблем.

Недостижение возраста уголовной ответственности само по себе не может свидетельствовать о том, что данное лицо фактически не совершило конкретное общественно опасное деяние. Кроме того, в реальной жизни наблюдается тенденция увеличения числа преступлений несовершеннолетних, в том числе и общественно опасных деяний, совершаемых малолетними.

При недостижении человеком возраста уголовной ответственности применительно к его последующей реабилитации и возмещению вреда следует исходить из фактического совершения деяния данным лицом, аргументированной убежденности органов уголовного судопроизводства в его причастности и виновности, но в силу недостижения возраста уголовной ответственности — неподсудности.

В случае, когда лицо, фактически совершившее общественно опасное деяние, не достигло возраста уголовной ответственности, целесообразно говорить не об отсутствии состава преступления как основания прекращения производства по уголовному делу, которое в силу своей юридической природы является реабилитирующим, а о фактическом наличии иного самостоятельного основания, освобождающего его от уголовной ответственности и наказания, — недостижения возраста уголовной ответственности.

Исследование возникающих на практике проблем привело к формированию заслуживающей внимания позиции ученых-процес- суалистов, усматривающих противоречие в необходимости прекращения уголовного дела в отношении лиц, не достигших возраста

1 В последнем случае речь идет о так называемой «возрастной вменяемости».

22

уголовной ответственности, но совершивших общественно опасное деяние, по реабилитирующему основанию — за отсутствием состава преступления и предлагающих расширение перечня оснований прекращения уголовных дел1.

Показательно, что и законодатель идет по пути выделения специфических категорий субъектов преступления (ч. 4 ст. 133 УПК РФ), ограничив их права на реабилитацию и возмещения вреда, подчеркнув тем самым нереабилитирующую природу прекращенного в отношении них уголовного преследования. Однако в настоящее время наметившаяся тенденция не нашла своего рационального законодательного закрепления.

Б.А. Спасенков отмечает, что несовершеннолетний может как опережать в своем развитии «паспортный» возраст, соответствовать ему, так и отставать от него2. Следует согласиться с мнением о том, что рубеж разграничения хронологического и морфологического возраста на современном уровне развития науки определяется достаточно условно ввиду отсутствия надежных критериев отграниче- ния «детства» от «социальной зрелости»3. Показателен в этой связи и представленный в исследованиях обобщенный международный опыт. Так, например, в Ирландии, Египте, Ливане, Ираке уголовная ответственность может наступать с 7 лет, в Израиле — с 9, в Иране — с 11, в Узбекистане — с 13 лет4.

Изложенное приводит к выводу о существовании объективных предпосылок для формулирования предложения о внесении в уго- ловно-процессуальный закон изменений, касающихся включения такого основания прекращения уголовного дела (преследования), как недостижение возраста уголовной ответственности, и обоснованности предложения дополнить ч. 1 ст. 27 УПК РФ пунктом 7 следующего содержания: 7) недостижение возраста уголовной ответственности.

При этом содержание ч. 3 ст. 27 УПК РФ целесообразно изложить в следующей редакции:

«Уголовное преследование в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии,

1 Ченцова Л.В. Особенности уголовно-процессуального производства по делам несовершеннолетних, не являющихся субъектами уголовной ответственности: Дисс. … канд. юрид. наук. М., 2002. С. 133, 136.

2 Спасенков Б.А. Принудительные меры медицинского характера (теория, уго- ловно-правовое регулирование, практика): Дисс. … канд. юрид. наук. Архангельск, 2004. С. 204.

3 Денисов Ю.А. Общая теория правонарушения и ответственности. Л., 1983. С. 92.

4 Спасенков Б.А. Указ. соч. С. 208.

23

не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, подлежит прекращению по пункту 7 части 1 данной статьи».

Так называемая «возрастная невменяемость»1, при которой лицо хотя и достигло календарного возраста уголовной ответственности, но в силу отставания в психическом развитии не связанного с психическим расстройством, не могло в полной мере осознавать общественно опасный характер совершаемых действий и руководить ими в момент совершения деяния, свидетельствует о том, что лицо фактически (по своим психофизиологическим особенностям) не достигло возраста уголовной ответственности. Поэтому в предложенной редакции противоречия, на наш взгляд, не усматриваются.

Наличие в уголовно-процессуальном законе таких оснований прекращения уголовного дела (преследования), как отсутствие состава преступления (по своей природе реабилитирующего) и недостижение возраста уголовной ответственности (имеющего иную юридическую природу), позволит в каждом конкретном случае прекращения уголовного дела (преследования) четко определять характер и содержание правоотношений, возникающих между соответствующими участниками, исключив закономерно возникающие в теории уголовного процесса вопросы о правомерности ограничений, предусмотренных в ч. 4 ст. 133 УПК РФ, связанных с реабилитацией и возмещением вреда.

Прекращение уголовного преследования ввиду недостижения возраста уголовной ответственности лица, фактически совершившего общественно опасное деяние, объективно не порождает последствий, связанных с реабилитацией и возмещением вреда.

Изложенное позволяет выйти с предложением об исключении из ч. 4 ст. 133 УПК РФ следующего положения: « … недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руково-

1 Миньковский Г.М. Особенности расследования и судебного разбирательства дел о преступлениях несовершеннолетних. М., 1959. С. 81, 82; Карнеева Л.М., Миньковский Г.М. Особенности пределов доказывания при принятии некоторых процессуальных решений в стадии предварительного следствия. М., 1981. С 105, 106.

24

дить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом…».

Применительно к реабилитации и возмещению вреда лицам, пострадавшим в ходе уголовного судопроизводства, значимым является вопрос о вменяемости субъекта уголовной ответственности как неотъемлемого элемента состава преступления.

Согласно ст. 21 УК РФ лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, не подлежит уголовной ответственности.

В соответствии с ч. 1 ст. 433 УПК РФ производство о применении принудительных мер медицинского характера осуществляется в отношении лица, совершившего запрещенное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости.

Данное производство может быть завершено вынесением следователем постановления: о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным ст. 24 и 27 УПК РФ, а также в случаях, когда характер совершенного деяния и психическое расстройство лица не связаны с опасностью для него или других лиц, либо возможностью причинения им иного существенного вреда (п. 1 ч. 1 ст. 439 УПК РФ); о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера (п. 2 ч. 1 ст. 439 УПК РФ).

Таким образом, уголовное дело (преследование) в отношении лица, совершившего общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, может быть прекращено по любому из оснований, предусмотренных в ст. 24, 27 УПК РФ, в том числе и за отсутствием состава преступления, которое по своей сути является реабилитирующим.

Согласно ч. 2 ст. 439 УПК РФ постановление о прекращении уголовного дела выносят в соответствии со ст. 212 и 213 УПК РФ. Из содержания ч. 2 ст. 212 УПК РФ усматривается, что при прекращении уголовного дела за отсутствием события преступления, за отсутствием в деянии состава преступления и за непричастностью лица к совершению преступления следователь принимает меры, предусмотренные главой 18 УПК РФ, т.е. к реабилитации и возмещению вреда.

Мы полагаем, что при фактическом совершении общественно опасного деяния лицом, находящимся в состоянии невменяемости, что исключает по смыслу закона его уголовную ответственность, отсутствуют объективные основания для его реабилитации и связанного с ней возмещения вреда. Указанное суждение никоим образом не подвергает сомнению общепризнанные категории материального права, где надлежащий субъект является неотъемлемым элементом состава преступления.

25

Освобождая лицо, совершившее общественно опасное деяние, от уголовной ответственности в рамках особого производства, регламентированного главой 51 УПК РФ, прекращая, в частности, уголовное дело за отсутствием состава преступления, следователь тем не менее констатирует как факт обстоятельства совершения деяния, запрещенного уголовным законом; совершение данного деяния данным лицом; характер и размер вреда, причиненного деянием (ч. 2 ст. 434 УПК РФ).

Таким образом, установление невменяемости как основания для прекращения уголовного преследования за отсутствием состава преступления в данном случае предполагает лишь особые процедуры судопроизводства, но не свидетельствует о несостоятельности уголовного преследования в отношении лица, которое фактически совершило общественно опасное деяние.

Мы полагаем, что исключение из общего правила о реабилитирующем характере такого основания прекращения уголовного дела (преследования), как отсутствие состава преступления, применительно к лицам, совершившим общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, должно найти отражение в дополнительных правовых положениях, конкретизирующих случаи, на которые общие правила не распространяются.

Таким образом, по своей сущности такие основания прекращения уголовного дела (преследования), вынесения оправдательного приговора, как отсутствие события преступления, отсутствие в деянии состава преступления, непричастность подозреваемого, обвиняемого, подсудимого к совершению преступления, являются реабилитирующими, что нуждается в надлежащем законодательном закреплении.

Установление в ходе расследования или судебного разбирательства таких оснований обязывает правоприменителя принимать решения, суть которых заключается в исключении всех подозрений и обвинений лица в инкриминированном ему деянии, т.е. в его реабилитации.

Мы полагаем, что конкретизация в законе реабилитирующих оснований прекращения уголовного дела (преследования) позволит четко разграничить «реабилитацию» и «возмещение вреда пострадавшим от действий должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства», упорядочить перечень участников уголовного судопроизводства, пострадавших в ходе его осуществления, создаст предпосылку для единообразного понимания сущности реабилитации, формирования правовых норм, составляющих содержание двух самостоятельных институтов — «Реабилитация» и «Возмещение вреда пострадавшим от действий должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства».

26

В этой связи предлагаем дополнить ст. 5 УПК РФ пунктом 35.1 следующего содержания: «Реабилитирующие основания прекращения уголовного дела (преследования) — установленные в предусмотренном законом порядке фактические обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии события преступления, отсутствии в деянии состава преступления, о непричастности подозреваемого, обвиняемого к совершению преступления».

Реабилитированные лица обладают правом на возмещение вреда, причиненного им в ходе уголовного преследования. Реабилитация влечет необходимость признания за реабилитированным данного права и разъяснения порядка его реализации, связанной с волеизъявлением реабилитированного. В случае, когда реабилитированное лицо изъявит желание инициировать процедуру реализации гарантированных государством и предусмотренных в УПК РФ ком- пенсационно-восстановительных мер, осуществление права на возмещение вреда станет логическим последствием реабилитации.

Наряду с основаниями реабилитации следует выделить отдельную группу оснований, порождающих право на возмещение вреда лицам, пострадавшим в ходе уголовного судопроизводства, которые являются основаниями применения такого самостоятельного правового института, как возмещение вреда пострадавшим от действий должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства.

Таким образом, основаниями реабилитации являются: отсутствие события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), отсутствие в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ).

Результаты проведенного исследования позволяют предложить следующую редакцию ч. 1 ст. 133 УПК:

Статья 133. Основания реабилитации и возмещения вреда1 1. Установление в ходе расследования преступления или рассмот-

рения дела судом оснований, предусмотренных в пунктах 1, 2 части 1 статьи 24 и пункте 1 части 1 статьи 27 УПК РФ, влечет вынесение оправдательного приговора, постановления, определения о прекращении уголовного дела (преследования), свидетельствующего о реабилитации лица.

Исследование проблем, связанных с регламентацией оснований реабилитации, приводит к следующим выводам.

1. Разграничение оснований прекращения уголовного дела (преследования) на реабилитирующие и нереабилитирующие с точки зрения характера решений, принимаемых в связи с их установлени-

1 Орлова А.А. Концепция реабилитации в российском уголовном процессе: Монография. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2011. С. 135.

27

ем, позволит конкретизировать перечень участников уголовного судопроизводства, указанных в ст. 133 УПК РФ, выделив в отдельные группы реабилитированных и иных лиц, имеющих право на возмещение вреда, причиненного им в ходе уголовного судопроизводства по конкретному уголовному делу.

2.Правовые последствия оправдательного приговора, связанные

ñпризнанием невиновности лица в инкриминируемом деянии, свидетельствуют о том, что предусмотренные в законе основания его вынесения, такие как отсутствие события преступления, отсутствие в деянии состава преступления, непричастность подсудимого (подозреваемого, обвиняемого) к совершению преступления, по своей природе являются реабилитирующими.

Реабилитирующие основания прекращения уголовного пресле-

дования, т.е. основания реабилитации, следует отличать от оправдательного приговора как реабилитации.

3.То, что «реабилитирующие» основания прекращения уголовного дела (преследования) в законе не конкретизируются, нуждается в переосмыслении, так как подобного рода неопределенность на законодательном уровне непосредственно влияет на реализацию правоотношений в сфере реабилитации.

В целях совершенствования правового регулирования правоотношений, связанных с прекращением уголовного дела (преследования) по реабилитирующим основаниям, целесообразно дополнить ст. 5 УПК РФ пунктом 35.1 следующего содержания: «Реабилитирующие основания прекращения уголовного дела (преследования) — установленные в предусмотренном законом порядке фактические обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии события преступления, отсутствии в деянии состава преступления, о непричастности обвиняемого, подозреваемого к совершению преступления».

4.Исследование вопроса об отказе обвинителя от обвинения как основании прекращения уголовного дела (преследования) привело к выводам о необходимости приведения в соответствие ряда статей УПК РФ, касающихся соотношения понятий «государственный обвинитель», «частный обвинитель», «обвинитель».

В этой связи целесообразно:

1) ч. 3 ст. 246 УПК РФ привести в соответствие с положениями ст. 43, ч. 7 ст. 318, ч. 4 и 5 ст. 321 УПК РФ, изложив ее в следующей редакции: «По уголовным делам частного обвинения обвинение в судебном заседании поддерживает частный обвинитель или его представитель»;

2) исключить ч. 3 из содержания ст. 249 УПК РФ, так как регулируемые в данной норме правоотношения связаны с участием по-

28

терпевшего в судебном заседании как одного из общих условий судебного разбирательства, в то время как, правоотношения, регулируемые в ч. 3 указанной нормы, фактически возникают в связи с отказом частного обвинителя от обвинения. В соответствии с этим из содержания ч. 1 ст. 249 УПК РФ необходимо исключить ссылку на положение ч. 3 данной нормы;

3)дополнить ч. 5 ст. 321 УПК РФ последним предложением следующего содержания: «Неявка частного обвинителя и (или) его представителя в судебное заседание без уважительных причин влечет прекращение уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 настоящего Кодекса».

5. При отказе прокурора от обвинения, когда в ходе судебного заседания он приходит к выводу о том, что не установлено событие преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления, уголовное дело (преследование) подлежит прекращению в соответствии со ст. 254 УПК РФ. В то же время данные основания, согласно

÷.2 ст. 302 УПК РФ, являются основаниями вынесения оправдательного приговора.

6. Постановление о прекращении уголовного дела (преследования) суда в связи с отказом обвинителя от обвинения не содержит никаких указаний на факт оправдания лица в инкриминируемом деянии.

7. В целях урегулирования вопросов, касающихся принятия решения об оправдании лица в случае отказа обвинителя от обвинения по реабилитирующим основаниям, целесообразно внести следующие изменения в УПК РФ:

1)ч. 2 ст. 302 УПК РФ изложить в следующей редакции: «Оправдательный приговор постановляется в случае, если: 1) не установлено событие преступления; 2) подсудимый не причастен к совершению преступлении; 3) в деянии подсудимого отсутствует состав преступления; 4) в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей вынесен оправдательный вердикт; 5) обвинитель отказался от обвинения по основаниям, предусмотренным пунктами 1—3 части 2 настоящей статьи»;

3)ч. 7 ст. 246 УПК РФ изложить в следующей редакции: «Если в ходе судебного разбирательства обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа. Частичный отказ обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства по основаниям, перечисленным в пункте 2 части 1 статьи 27 настоящего Кодекса, влечет прекраще-

29

ние уголовного дела или уголовного преследования в соответствующей части. Полный отказ обвинителя от обвинения по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 24 и пунктом 1 части 1 статьи 27 настоящего Кодекса, влечет постановление оправдательного приговора».

8.При недостижении лицом, совершившим общественно опасное деяние, возраста уголовной ответственности, применительно к его последующей реабилитации и возмещению вреда следует исходить из фактического совершения деяния данным лицом, аргументированной убежденности органов уголовного судопроизводства в его причастности и виновности, но в силу недо-стижения возраста уголовной ответственности — неподсудности.

9.В случае, когда лицо не достигло возраста уголовной ответственности, но фактически совершило общественно опасное деяние, целесообразно говорить не об отсутствии состава преступления как о реабилитирующем его основании прекращения уголовного преследования, а о фактическом наличии иного самостоятельного основания, освобождающего его от уголовной ответственности и наказания, — недостижение возраста уголовной ответственности.

По этой причине предлагается внести в уголовно-процессуаль- ный закон изменения, касающиеся включения дополнительного основания прекращения уголовного преследования, — недостижение возраста уголовной ответственности и дополнить ч. 1 ст. 27 УПК РФ пунктом 7 следующего содержания: «7) недостижение возраста уголовной ответственности».

Это обусловливает предложения, направленные на изменение редакции корреспондирующих норм УПК РФ:

1) ч. 3 ст. 27 УПК РФ изложить в следующей редакции:

«Уголовное преследование в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, подлежит прекращению по пункту 7 части 1 данной статьи».

10.При установлении в ходе предварительного следствия факта совершения общественно опасного деяния лицом, находившимся в состоянии невменяемости, и прекращении в отношении него уголовного преследования за отсутствием в деянии состава преступления постановка вопроса о его реабилитации и возмещении вреда, связанного с уголовным преследованием, представляется лишенной объективных оснований.

30