Реабилитация и возмещение вреда пострадавшим от действий должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства. Проблемы теории, права и правоприменения.

рон с противоположными интересами, а само исковое производство при этом носит состязательный характер1.

Одной стороной при этом является реабилитированный, который должен доказывать свое право и состязаться с другой стороной — государством, добровольно взявшим на себя обязательства по возмещению вреда, причиненного реабилитированному действиями должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства. С таким положением трудно согласиться.

Вместе с тем, когда реабилитированный добровольно изъявляет желание отстаивать свои интересы в порядке гражданского судопроизводства или когда его предпочтение объективно обусловлено (например, целесообразностью единовременного рассмотрения вопроса о несогласии с принятыми судебными решениями и возмещением морального вреда), основания говорить об ущемлении его прав отсутствуют.

Однако, как было отмечено в настоящей работе, при возмещении морального вреда реабилитированному в связи с отказом частного обвинителя от обвинения постановка вопроса о его возмещении в порядке гражданского судопроизводства вполне обоснована.

Заслуживает внимания положение, содержащееся в ч. 3 ст. 136 УПК РФ, предусматривающей возможность опровержения распространенных в средствах массовой информации сведений, пороча- щих реабилитированного. Из содержания данной нормы невозможно сделать вывод, в какой форме судопроизводства подлежат разрешению данные вопросы.

В гражданском законодательстве подобные действия именуются защитой чести, достоинства и деловой репутации (ст. 152 ГК РФ), а гражданин, в отношении которого распространены порочащие сведения, затрагивающие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением (ч. 5 ст. 152 ГК РФ).

По содержанию положений ч. 3 ст. 136 УПК РФ в юридической литературе представлена точка зрения, согласно которой государство ответственно перед невиновным в совершении преступления гражданина лишь за то, что является непосредственным негативным последствием его уголовного преследования и осуждения. Применительно к вопросам чести оно ответственно за тот вред, причиненный репутации, доброму имени гражданина, который является непосредственным последствием, вытекающим из факта его

1 Юридический энциклопедический словарь / Под ред. М.Н. Марченко. М.: Проспект, 2009. С. 255.

131

уголовного преследования и осуждения, что опровергается от имени государства путем объявления лица невиновным, а уголовного преследования — ошибкой.

Если же порочащие лицо сведения стали достоянием гласности, а впоследствии стало известно, что лицо реабилитировано, то государство здесь ни при чем. Распространение сведений не может иметь уголовно-процессуальный характер, никаких процессуальных отношений, субъектом которых был орган массовой информации, быть не может, никаких процессуальных действий с участием этих органов УПК РФ не предусмотрено1.

В принципе с данной позицией можно согласиться. Однако наличие в УПК РФ такого способа возмещения вреда, как опровержение порочащей информации, связано, по нашему мнению, с предпринятой законодателем попыткой предоставить возможность решения подобных вопросов в рамках уголовного судопроизводства, что позволило бы (при более удачной правовой регламентации) оптимизировать защиту прав заинтересованных лиц.

Показательно, что в УПК ФРГ содержится норма, согласно которой в случае оправдания лица и вынесения решения об отмене приговора по предложению заявителя сообщается в федеральном издании, а суд вправе по своему усмотрению сделать публикацию и в других газетах (§ 371)2. Выражаясь иначе, подобные вопросы могут разрешаться судьей в рамках уголовного судопроизводства.

Анализ положений уголовно-процессуального и гражданского законодательства свидетельствует о том, что в ч. 3 ст. 136 УПК РФ, как и в Гражданском кодексе, говорится об опубликовании и возможности опровержения сведений, затрагивающих честь, достоинство и деловую репутацию граждан. Вместе с тем перечень подлежащих опровержению сведений конкретизируется применительно к действиям, осуществляемым в рамках уголовного судопроизводства.

Из содержания ст. 152 ГК РФ усматривается, что опровержение порочащих сведений осуществляется по решению суда. Кроме того, закон предусматривает реальные механизмы реализации его требования: «Если решение суда не выполнено, суд вправе наложить на нарушителя штраф, взыскиваемый в размере и в порядке, предусмотренных процессуальным законодательством, в доход Российской Федерации. Уплата штрафа не освобождает нарушителя от обязанности выполнить предусмотренное решением суда действие».

1 Орлова М.В. Указ. соч. С. 121, 122.

2 Федеративная Республика Германия. Уголовно-процессуальный кодекс. М.: Манускрипт, 1994.

132

По смыслу гражданского законодательства для случаев, когда не исполняется решение суда, предусмотрены соответствующие механизмы защиты прав заинтересованных лиц, в то время как лица, имеющие право на возмещение вреда анализируемым способом в порядке уголовного судопроизводства, лишены в его рамках гарантий реализации заявленных требований.

Уголовно-процессуальный закон не содержит положений, позволяющих применять штрафные санкции при нарушении требований управомоченного лица. Указанное обстоятельство объективно обусловлено, так как все действия и решения в рамках УПК РФ осуществляются и принимаются в отношении участников уголовного судопроизводства, которыми средства массовой информации, опубликовавшие порочащие сведения, не являются.

Содержание ч. 3 ст. 136 УПК РФ сформулировано таким образом, что при ее практической реализации встречаются различные подходы к его толкованию.

Âходе опроса практических работников, анализа судебной практики стало известно о существовании фактов, когда заинтересованные лица, руко-водствуясь положением закона о возможности потребовать опровержения, сами непосредственно обращались к средствам массовой информации.

Кроме того, результаты проведенного исследования свидетельствуют о том, что представленный в ч. 1 ст. 136 УПК РФ перечень сведений о мерах, которые могли бы быть приняты к реабилитированному впоследствии лицу и стать достоянием гласности в средствах массовой информации, далеко не полный и в принципе не подлежит формулированию исчерпывающим образом. Это обусловливает целесообразность представить его в обобщенном виде.

Âсвязи с изложенным полагаем, что ныне существующая редакция ч. 3 ст. 136 УПК РФ нуждается в конкретизации, и предлагаем изложить ее в следующей редакции: «Если сведения о применении мер процессуального принуждения или иные, затрагивающие честь, достоинство и деловую репутацию лица, пострадавшего в ходе уголовного судопроизводства, были опубликованы в печати, распространены по радио, телевидению или в иных средствах массовой информации, лицо, за которым признано право на возмещение вреда, вправе обратиться в суд с требованием об их опровержении. По постановлению суда средства массовой информации, которым оно адресовано, обязаны

âтечение 30 суток сделать сообщение об опровержении ранее опубликованных порочащих сведений».

3. Восстановление иных прав реабилитированного (ст. 138 УПК РФ).

Результатом уголовного преследования могут быть не только причинение имущественного и морального вреда, но и утрата прежней работы, пенсии, ранее занимаемого жилища, а также иных

133

прав, перечень которых по смыслу ч. 1 ст. 138 УПК РФ является открытым.

В случае волеизъявления реабилитированного или иного лица, в отношении которого уголовное дело (преследование) прекращено по основаниям, предусмотренным в ст. 133 УПК РФ, наступившие неблагоприятные последствия подлежат устранению в порядке, предусмотренном ст. 399 УПК РФ.

Утрата работы приводит к целому ряду негативных последствий. Они заключаются не только в неполучении заработной платы (иных выплат), компенсация которых возможна в форме возмещения имущественного вреда, в фактическом причинении морального вреда, но и в утрате социальных связей, возможности заниматься любимым делом. Опасность потери работы заключается и в возможности психологических изменений личности. Человек теряет уверенность в завтрашнем дне, не видит дальнейших перспектив в своей жизни, утрачивает прежние социальные связи, что может привести к его деградации и потери для общества, а возможность восстановления трудовых прав является эффективным механизмом защиты и сохранения человека как личности.

Однако длительное отсутствие лица зачастую приводит на практике к невозможности восстановить его в прежних трудовых правах, вернув прежнюю должность, обеспечить работой на прежнем предприятии, в учреждении, организации.

Согласно п. 10 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации1 одним из общих оснований прекращения трудового договора являются обстоятельства, не зависящие от воли сторон, как, например, согласно ст. 83 ТК РФ, осуждение работника к наказанию, исключающему продолжение прежней работы, в соответствии с приговором суда, вступившим в законную силу.

По постановлению судьи, принятому на основании ходатайства следователя или дознавателя, подозреваемый или обвиняемый может быть временно отстранен от должности, что налагает на работодателя соответствующие обязанности, заключающиеся в необходимости исполнить решение суда (ч. 1 ст. 114 УПК РФ, ст. 76 ТК РФ).

Конституционное право граждан на труд охраняется в данном случае требованиями уголовно-процессуального законодательства, согласно которым на возбуждение перед судом ходатайства о временном отстранении от должности требуется согласие руководителя следственного органа (если об этом ходатайствует следователь) или прокурора, когда его возбуждение инициирует дознаватель (ч. 1 ст. 114 УПК РФ).

1 Трудовой кодекс РФ от 30 декабря 2001 г. ¹ 197-ФЗ // http: / www.consultant.ru/

134

В ч. 5 ст. 114 УПК РФ содержатся положения, обеспечивающие охрану трудовых прав лиц, обладающих профессиональным иммунитетом. Так, в случае привлечения в качестве обвиняемого высшего должностного лица субъекта Российской Федерации (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) и предъявления ему обвинения в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления Генеральный прокурор Российской Федерации направляет Президенту Российской Федерации представление о временном отстранении от должности указанного лица, которое должно быть рассмотрено в течение 48 часов с момента его поступления. Именно Президент Российской Федерации в таких случаях принимает решение о временном отстранении указанного лица от должности либо об отказе в этом.

Лицо, временно отстраненное от должности, имеет право на ежемесячное пособие в размере пяти минимальных размеров оплаты труда.

Указанное обстоятельство учитывается при возмещении имущественного вреда в соответствии со ст. 135 УПК РФ, влияя на суммы выплат, подлежащие возмещению, но не связано с разрешением по существу вопросов о восстановлении трудовых прав.

Гражданину, освобожденному от работы (должности) в связи с незаконным осуждением либо отстраненному от должности в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, должна быть предоставлена прежняя работа (должность). В случае ликвидации предприятия, учреждения, организации, сокращения должности, а также при наличии иных оснований, препятствующих восстановлению трудовых прав в прежнем объеме, лицу должна быть предоставлена другая равноценная работа (должность)1.

Для решения данных вопросов предусмотрен срок — не позднее одного месяца со дня обращения в компетентные органы, при условии, что оно последовало в течение трех месяцев с момента вступления в законную силу оправдательного приговора либо вынесения постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям2.

Вместе с тем уголовное дело (преследование) может быть прекращено и по иным основаниям, которые не являются реабилитирующими, но, тем не менее, порождают право на возмещение вреда, в том числе путем восстановления в трудовых правах.

1 Пункт 5 Положения от 18 мая 1981 г. «О порядке возмещения ущерба, причи- ненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда».

2 См. указанное Положение.

135

Мы полагаем, что до приведения в соответствие с действующим законодательством данного Положения его нормы следует толковать расширительно применительно к субъектам, чьи трудовые права подлежат восстановлению.

Вопросы, связанные с непосредственной реализацией предоставленного права, т.е. с предоставлением работы, восстановлением

âдолжности и т.д. на страницах юридической печати освещены достаточно подробно1.

На практике их разрешение представляется сложным, особенно

âслучаях, когда невозможно восстановить лицо в прежней должности, предоставить прежнюю работу в связи с объективно обусловленными причинами (например, ликвидацией предприятия, сокращением штатов).

Указанные вопросы выходят за рамки уголовного процесса. Суд может принять решение в соответствии с заявленными требованиями, но не может устранить причины, препятствующие его реальному исполнению. Поэтому, решая вопросы в соответствии со ст. 399 УПК РФ с учетом собранных для этих целей и изученных материалов, в рамках предлагаемого предварительного слушания с участием, например, работодателя и заявителя можно прийти к оптимальному, реальному и устраивающему стороны решению.

Формально-юридическими основаниями для восстановления трудовых прав лица является сам факт его оправдания или прекращения в отношении него уголовного преследования по основаниям, дающим право на возмещение вреда, зафиксированный соответственно во вступившем в законную силу оправдательном приговоре или постановлении (определении) о прекращении уголовного дела (преследования), а также постановление суда, принимаемое по результатам рассмотрения заявленного пострадавшим лицом требования в порядке ст. 399 УПК РФ.

Âслучаях, когда трудовые права нарушены в связи с уголовным преследованием, прекращение которого не повлекло реабилитацию, но по смыслу положений главы 18 УПК РФ предполагает право на возмещение различного рода вреда, а также когда постановление о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям вынесено на досудебных этапах уголовного судопроизводства, становится актуальным вопрос о том, с какого момента управомоченный субъект вправе инициировать процедуру восстановления в трудовых правах.

1 Татьянин Д.В. Реабилитация в уголовном процессе России (понятие, виды, основания, процессуальный порядок): Дисс. … канд. юрид. наук. Ижевск, 2005. С. 219—221.

136

В настоящем исследовании отмечалось, что постановления о прекращении уголовного дела (преследования), вынесенные в ходе досудебного производства, могут быть обжалованы. Однако сроки такого обжалования законом не определены.

Тем не менее, лицо, потерявшее работу, заинтересовано в скорейшем восстановлении трудовых прав. Поэтому оно может обратиться за реализацией нарушенного права сразу же после вынесения постановления о прекращении уголовного дела (преследования) по основаниям, предполагающим такую возможность.

Вместе с тем результатом обжалования принятого решения может быть постановление судьи о признании его незаконным или необоснованным, что лишает реабилитированного, а также иное лицо, имеющее право на возмещение вреда, причиненного в ходе уголовного судопроизводства, возможности инициировать процедуру восстановления трудовых прав. В ходе проведенного исследования не выявлено случаев фактического возмещения вреда, в том числе и восстановления в правах при последующей отмене первоначального принятого решения, дающего на это право. Тем не менее, гипотетически, с учетом отсутствия по данному поводу выраженной на законодательном уровне позиции, нелишне иметь в виду возможность возникновения подобных ситуаций.

Согласно ч. 1 ст. 138 УПК РФ восстановлению в предусмотренных законом случаях подлежат и пенсионные права.

Восстановление гражданина в пенсионных правах следует отли- чать от такого способа возмещения имущественного вреда, как возмещение пенсии (п. 1 ч. 1 ст. 135 УПК РФ), когда речь идет о суммах, подлежащих компенсации.

Восстановление пенсионных прав осуществляется в соответствии с ранее упоминавшимся Положением, согласно которому время содержания под стражей, время отбывания наказания, а также время, в течение которого гражданин не работал в связи с отстранением его от должности, засчитывается в общий трудовой стаж и стаж работы по специальности. Это время включается в непрерывный трудовой стаж, когда перерыв между вступлением в законную силу оправдательного приговора или вынесением постановления о прекращении уголовного дела (преследования) и днем поступления на работу не превышает трех месяцев.

Вместе с тем, когда лицу не удается восстановить трудовые права в указанные сроки, правила о непрерывном трудовом стаже не работают.

Вопросы, связанные с определением страхового стажа, установления размера пенсий в соответствии с размером заработной платы, которую реабилитированный имел до привлечения к уголовной ответственности, решаются в соответствии с пенсионным законода-

137

тельством. Перерасчеты пенсии осуществляются по судебному решению.

Восстановление в жилищных правах предполагает возврат на основании постановления суда ранее занимаемого им жилого помещения, а при невозможности такого возврата — внеочередное предоставление равноценного благоустроенного жилья.

Судом могут быть признаны недействительными приватизация жилья родственниками без учета интересов лица, подвергнутого уголовному преследованию, договор передачи квартиры в собственность, сделки с квартирой, находящейся в собственности реабилитированного, совершенные без его согласия.

Перечень документов, необходимых для надлежащего разрешения судом вопросов, определяется объемом и содержанием заявленных требований, что, как показали результаты опроса судей, вызывает на практике сложности, требует значительных временных затрат и надлежащей квалификации судей, которые в подобных случаях призваны решать вопросы, выходящие за рамки уголовного судопроизводства.

К восстановлению иных прав реабилитированного следует относить восстановление в учебном заведении, из которого он был отчислен, восстановление в прежних чинах и званиях, возвращение почетных званий, ведомственных наград, знаков отличия и т.д.1

Обращает на себя внимание структура ч. 1 ст. 138 УПК РФ, где законодатель указывает, что если требование о возмещение вреда судом не удовлетворено или реабилитированный не согласен с принятым судебным решением, он вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Однако в данной норме речь идет о восстановлении иных прав реабилитированного. Поэтому не совсем понятно, что подразумевается в этой норме под возмещением вреда. Идет ли здесь речь непосредственно о восстановлении иных (перечисленных в ст. 138 УПК РФ) прав, или же в порядке гражданского судопроизводства в указанных случаях следует решать вопросы о возмещении всех видов вреда?

Мы полагаем, что указанное положение ч. 1 ст. 138 УПК РФ более уместно в содержании ст. 137 УПК РФ, где речь идет об обжаловании решения о производстве выплат, которое с учетом предполагаемых изменений в структуре УПК РФ, предусмотренных в Федеральном законе от 29 декабря 2010 г. ¹ 433-ФЗ, предлагаем изложить в следующей редакции:

1 Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ / Под ред. И.Л. Петрухина. М., 2002. С. 201; Раменская В.С. Институт реабилитации в уголовном процессе: Дисс. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. С. 92, 93.

138

«1. Постановление судьи о производстве выплат, возврате имущества, восстановлении иных прав пострадавшего от действий должностных лиц в ходе уголовного судопроизводства может быть обжаловано в порядке, установленном главами 45.1, 47.1 УПК РФ.

2. Если требование о возмещении вреда судом не удовлетворено или пострадавшее лицо не согласно с принятым судебным решением, то оно вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства».

4. Возмещение вреда юридическим лицам.

Из содержания ст. 139 УПК РФ усматривается, что вред, при- чиненный юридическим лицам незаконными действиями (бездействием) и решениями суда, прокурора, следователя, дознавателя, органа дознания (сюда же следовало бы отнести руководителя следственного органа и начальника подразделения дознания), возмещается государством в полном объеме в порядке и сроки, установленные главой 18 данного Кодекса.

Анализ положений, содержащихся в указанной главе, не позволяет ответить на целый ряд закономерно возникающих вопросов, касающихся оснований, содержания, порядка и способов возмещения вреда юридическим лицам.

Применительно к лицам, пострадавшим от действий органов уголовного судопроизводства при расследовании преступления и разрешении по существу конкретного уголовного дела, возмещению и компенсации подлежат соответственно имущественный и моральный вред, восстанавливаются иные утраченные права.

Оправдательный приговор, постановление (определение) о прекращении уголовного дела (преследования), об отмене незаконно примененной меры уголовно-процессуального принуждения, являющиеся основанием для осуществления компенсационновосстановительных мер, адресованы конкретному физическому лицу, за которым и признаются связанные с ними права. Именно данное лицо (его правопреемники) вправе обратиться в суд с требованием о возмещении вреда.

Таким образом, если использовать для реализации положений ст. 139 УПК РФ аналогию с совокупностью иных норм, содержащихся в главе 18 УПК РФ, то напрашивается вывод о том, что юридическая природа правоотношений, возникающих по поводу возмещения вреда юридическим лицам, неотделима от разрешения уголовного дела оправдательным приговором или постановлением о прекращении уголовного дела.

Следовательно, в рамках одного уголовного дела вред был при- чинен не только реабилитированному или иному лицу, имеющему в предусмотренных законом случаях право на его возмещение, но и юридическому лицу.

139

Отсутствие четкой правовой регламентации оснований и порядка возмещения вреда юридическим лицам в соответствии с главой 18 УПК РФ приводит ученых к выводу о том, что в ст. 139 УПК РФ речь не идет о возмещении вреда, причиненного незаконным или необоснованным уголовным преследованием, как это имеет место в случае с физическими лицами. Поскольку юридиче- ские лица не являются субъектами уголовной ответственности, можно говорить о возмещении вреда, наступившего в результате незаконного применения в ходе уголовного судопроизводства мер процессуального принуждения (обыска, выемки, наложения ареста на имущество и т.д.)1.

Нельзя не согласиться с тем, что при производстве по конкретному уголовному делу могут быть затронуты интересы юридического лица. Однако по логике законодательной конструкции главы 18 УПК РФ вопросы о возмещении вреда юридическим лицам находятся в прямой зависимости от реабилитации лица, привлекаемого к уголовной ответственности, либо от прекращения уголовного дела (преследования), дающего такое право, либо от отмены в установленном законом порядке мер процессуального принуждения, к которым, по нашему мнению, следственные действия не относятся.

Поэтому тот факт, что перечень действий органов уголовного судопроизводства, влекущих причинение вреда, не совпадает с порождающими право на возмещение вреда физическим лицам, заслуживает внимания.

Например, отрицательно сказаться на репутации юридического лица, повлечь имущественный вред могут производство обыска, выемки документов, наложение ареста на банковские счета или имущество.

Такое возможно, когда, например, сообщения о производстве обыска или привлечении к уголовной ответственности одного из учредителей отражается на деловой репутации юридического лица, ведет к срыву сделок, потере клиентов, т.е. сочетает в себе последствия в виде имущественного и морального вреда. Наложение ареста на денежные средства, изъятие имущества и вовсе может парализовать работу юридического лица.

Можем ли мы в данном случае говорить о незаконных действиях и решениях, принимаемых по конкретному уголовному делу? Ответ нам видится отрицательным, так как осуществление следственных действий направлено на получение доказательств, что необходимо даже в том случае, когда уголовное дело (преследование) в

1 Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под ред. А.В. Смирнова. СПб.: Питер, 2004. С. 308.

140