Процессуальные функции следователя в состязательном уголовном процессе и особенности их реализации. Монография

91

ступления1 конкретными примерами, которые нам удалось найти в Интернете.

Поясним, что сайт2, с которого взяты материалы для анализа, не является официальным ресурсом правоохранительных органов. По этой причине при рассмотрении конкретных примеров мы не указываем имена и фамилии конкретных подозреваемых, обвиняемых, задержанных, а также номера конкретных уголовных дел, так как мы не можем быть в полной мере уверены в точности и полном соответствии действительности соответствующего материала. Тем не менее, материалы данного сайта интересны нам исключительно для наглядной иллюстрации аналогичных нарушений, которые, к сожалению, иногда имеют место в работе некоторых недостаточно добросовестных работников современной правоохранительной системы.

Так, например, участковый Ю. Б. в Тюменской области пытал электрошокером 15-летнего подростка, добиваясь явки с повинной – признания в краже икон и денег в размере 1500 рублей, которой тот не совершал. Как сообщила пресс - служба Тюменского областного подразделения СКП, следствие также установило, что милиционер, желая повысить показатели своей работы, незаконно привлек 14 жителей двух деревень к административной ответственности. Ю. Б. составлял протоколы за нарушения пешеходом правил дорожного движения, нарушение требований пожарной безопасности и появление в общественном месте в состоянии алкогольного опьянения. Всего он подозревается в 29 эпизодах превышения должностных полномочий и злоупотребления ими3.

Еще одно жестокое преступление, совершенное в подмосковном городе.

Три года лишения свободы в колонии общего режима получил сотрудник УВД по городу Королёв (Московская область) А. Ш., а его коллега М. К. – пять лет лишения свободы условно. Они

1Речь в данном случае идет не только о следователях, но и других работниках правоохранительных органов, заинтересованных в конкретных «количественных» показателях их деятельности.

2URL : http://slon.ru

3Хроники преступлений сотрудников правоохранительных органов. URL: // http://slon.ru.

92

признаны виновными в истязании задержанного. 1 июня 2009 года милиционеры задержали по подозрению в хулиганстве местного жителя, который в дальнейшем был помещен в камеру для задержанных, где повел себя шумно, возмущался по поводу происшедшего, после чего А. Ш. вывел его из камеры, заковав в наручники, и силой перетащил в туалет, в котором задержанного избили резиновой дубинкой и ногами. Всего было нанесено около десятка ударов головой об унитаз, а затем М. К. в другом помещении УВД несколько раз облил кипятком лицо и половые органы задержанного, получившего в итоге ожоги 17 % тела.

Следствием также было установлено, что спустя месяц после первого инцидента М. К. совершил аналогичные действия в отношении другого задержанного. О преступлении никто не заявлял, так как мужчина находился в больнице. В этом случае пострадавший получил термические ожоги 2 степени1.

Похожее преступление было совершено в Самарской области: Три года лишения свободы условно получил сотрудник УВД по городу Тольятти Г.О. и его коллега Р. Я. Следствием и судом установлено, что 12 ноября 2009 г. эти работники правоохранительных органов избили в служебном кабинете обвиняемого по уголовному делу, вынуждая дать признательные показания в

хищении имущества2.

В г. Пензе суд признал виновными пятерых милиционеров в превышении должностных полномочий. Как установил суд, в сентябре 2008 г. они для получения оперативной информации о подозреваемом задержали его знакомого и для придания противоправному действию видимости законных оснований составили фиктивный материал о совершении потерпевшим мелкого хулиганства и оказании неповиновения. После задержания потерпевшего избивали и душили. Женщина-милиционер в туфлях на каблуках в буквальном смысле прыгала на спине скованного наручниками мужчины. Бывшая сотрудница органов внутренних дел получила засовершенное преступление 3 года лишения свободы с отсрочкой на 2 года до совершеннолетия ее сына, а муж-

1 Хроники преступлений сотрудников правоохранительных органов. URL: http://slon.ru/articles/ 282237/?month =5&day=19#ff

2 См.: Там же.

93

чины – сроки от 3 лет 10 месяцев до 4,5 лет лишения свободы в колонии общего режима1.

Другое уголовное дело было возбуждено по ст. 303 УК РФ "фальсификация доказательств" в отношении следователя следственного отдела ОВД по г. Волжску (Республика Марий Эл) С.М. В ходе предварительного следствия удалось установить, что С.М. в сентябре – октябре 2009 года сфальсифицировал протокол допроса свидетеля, после чего направил уголовное дело в суд. Однако подлог удалось выявить органам прокуратуры. Расследование продолжается2.

Как видно, все приведенные противозаконные действия, совершенные сотрудниками правоохранительными органов, объединены следующими признаками:

1)наличием правового нигилизма соответствующих должностных лиц, их низким уровнем морально –н равственной устойчивости;

2)наличием у субъектов преступлений реальной мотивации (заинтересованности) к выполнению "нормативов", планов по "раскрытию преступлений", "вынесению обвинительных заключений" с передачей дел в суд.

То есть в "погоне за статистикой" работниками правоохранительных органов были совершенны серьезные преступления.

Интересные сведения мы находим и в исследовании А. Варыгина3. По данным автора, количество противоправных действий, осуществляемых сотрудниками правоохранительных органов, неизменно растет. При этом наибольшая их численность (98 %) приходится на категорию, представленную сотрудниками органов внутренних дел.

А. Варыгиным был проведен опрос среди сотрудников органов внутренних дел, которые отбывали наказание в виде лишения свободы, в ходе которого было установлено:

19,5 % – преступления, условно отнесенные им к группе "профессиональных";

80,5 % – преступления, отнесенные к "общеуголовным".

1Хроники преступлений сотрудников правоохранительных органов. URL: http://slon.ru/articles/ 282237/?month=3&day=22#ff

2См.: Там же.

3См.: Варыгин А. Характеристика преступности среди сотрудников органов внутренних дел // Рос. юстиция. 2002. № 12. С. 22–23.

94

При этом примерно каждое четвертое "общеуголовное" преступление (28,2 %) было совершено сотрудником органов внутренних дел во время исполнения служебных обязанностей либо каким-либо иным образом было связано с его правовым статусом и положением.

Таким образом, приведенная статистика показывает, что практически каждое второе преступление (47,7 %), совершенное опрошенными осужденными, было тем или иным образом связано с их правовым статусом, то есть статусом сотрудника органов внутренних дел.

По результатам анкетирования осужденных, полученным А. Варыгиным, самыми распространенными преступлениями являлись:

преступления против собственности – 39,5 % от общего количества преступлений, совершенных респондентами (в том числе 14,6 % – кражи, 10 % –грабежи, еще 10 % – разбойные нападения, 2,8 % – мошенничество, 2,1 % – вымогательство);

преступлений против личности всего 31,1% (из них 13,6 % – убийство (ст. 105, 108 УК РФ, а также причинение смерти по неосторожности – ст.109 УК РФ), 10,6 % – причинение тяжкого

вреда здоровью различных степеней тяжести, 6,9 % – изнасилование1.

Наиболее распространенные преступления "профессиональной" категории следующие:

превышение должностных полномочий – 12,4 % от всего объема преступлений (напомним, что группа "профессиональных" преступлений в общей совокупности составила 19,5 %, следовательно, превышение должностных полномочий явилось наиболее часто встречаемым преступлением в группе "профессиональных");

получение взятки – 2,7 %;

злоупотребление должностными полномочиями – 2,1 %;

принуждение к даче показаний – 1,9 %;

должностной подлог – 0,4 %2.

1См.: Варыгин А. Характеристика преступности среди сотрудников органов внутренних дел // Российская юстиция. 2002. № 12. С. 22–23.

2См.: Там же. С. 24.

95

Таким образом, перечисленные противозаконные деяния являются наиболее распространенными среди преступлений, совершаемых сотрудникам органов внутренних дел.

Кроме того, очевидно, что многие преступления, приведенные ранее в качестве примеров, и статистика прямым образом связаны с заинтересованностью морально неустойчивых работников правоохранительной системы "выполнить" плановые показатели, "довести дело до суда", "выполнить" свою "обвинительную функцию". Причинение тяжкого вреда здоровью может быть связано с "выбиванием" у подозреваемого "нужных показаний"; то же самое может происходить (в более "мягкой" форме) при превышении должностным лицом своих полномочий; фальсификация доказательств, их "подгонка" под "хорошую" статистику может осуществляться в ситуациях, когда имел место должностной подлог; принуждение к даче показаний само собой свидетельствует о наличие мотивации у соответствующих должностных лиц в определенных результатах расследования.

При этом ситуация на самом деле еще хуже, чем приводится в официальных источниках и официальных статистических сводках по преступности среди работников правоохранительной системы. Проблема заключается в очень высоком уровне латентной преступности среди отмеченных сотрудников.

В том же исследовании А. Варыгина отмечено: "Если в целом по всей преступности, по некоторым оценкам, количество латентных преступлений в 3–5 раз больше официально зарегистрированных деяний, то по рассматриваемым преступлениям этот показатель значительно выше". Большинство опрошенных отметили: около 80 % преступлений, совершаемых сотрудниками органов МВД, не попадают в официальную уголовную статистику1.

Таким образом, мы видим, что погоня за количественными показателями объясняет высокий уровень преступности (и, прежде всего, латентной) среди работников правоохранительной системы.

Однако в действительности существенное распространение имеют и более "мягкие" формы "погони за цифрами". Как спра-

1См.: Варыгин А. Характеристика преступности среди сотрудников органов внутренних дел // Рос. юстиция. 2002. № 12. С. 22–23.

96

ведливо замечают Ю. В. Аврутин, Р. В. Скоморохов, В. Н. Шиханов и многие другие авторы, современная правоохранительная система теряет заинтересованность в показе реальных изменений преступности. В этой ситуации она начинает работать на "нужные" критерии и показатели, что и "является основным детерминирующим фактором таких нарушений законности, как укрытие преступлений от учета, искажения статистической отчетности"1.

Об имеющей место замене целей сотрудников правоохранительных органов, в том числе и следователей, заключающейся в приоритете достижения количественных показателей над качеством произведенной работы, помимо прочих факторов, свидетельствует мнение бывшего начальника ОВД "Крылатское" г. Москвы В. Климчука, высказанное в интервью в 2004 г.: "Ежедневно проводятся селекторные совещания, на которых начальнику округа докладывают о раскрытых преступлениях. Слышишь, что в основном раскрываются преступления по 327-й статье УК – это подделка документов. Речь идет о фальшивых миграционных документах и временных регистрациях. Так вот, если где-то раскрыто серьезное преступление, скажем, разбойное нападение, и больше ничего, то руководство недовольно и считает это плохой работой; если в сводку даешь три-четыре раскрытия по 327 – то всё хорошо. Главное – не качество раскрытых преступлений, а их количество. Поэтому раз в неделю милиционеры отправляются на какую-нибудь стройку и ловят там человек 15–20 с фальшивыми регистрациями, а затем ежедневно выдают это небольшими порциями в сводки. Причем в борьбе за показатели таким способом пользуются все службы – участковые, патрульные, уголовный розыск, отделы по борьбе с экономическими и налоговыми преступлениями, борцы с организованной преступностью... Теперь наша работа оценивается по раскрытым преступлениям в сравнении с предыдущим годом, вот все и стараются давать больше раскрытий"2.

1Аврутин Ю. Е. Полиция и милиция в механизме обеспечения государственной власти в России. СПб., 2003 ; Скоморохов Р. В., Шиханов В. Н. Уголовная статистика : обеспечение достоверности. М., 2006. С. 51.

2Правда о работе столичной милиции : скандальные откровения главы ОВД. URL: http:// www.vokruginfo.ru/ news/news6403.html

97

Итак, чтобы выполнить "норму", "план", следователю выгодней раскрывать "легкие", небольшой тяжести преступления, субъектами которых нередко выступают малообразованные люди, не умеющие защищать свои законные права. При этом многие сложные преступления, субъектами которых являются особо опасные лица, в силу менталитета, денежных средств и других причин, имеющие возможность оказывать "давление" на следствие, так и остаются нераскрытыми.

Как показал анонимный опрос некоторых сотрудников правоохранительных органов Воронежской области, к сожалению, на практике нередко встречаются случаи, когда уголовному преследованию подвергаются жители деревень, поселков, граждане, злоупотребляющие алкоголем, пенсионеры, за такие "серьезные" преступления, как кража "банки огурцов", "драка с соседом" и т.д. В таких случаях план по количеству расследованных и доведенных до суда уголовных дел, количеству обвинительных заключений конкретных следователей официально считается выполненным или даже перевыполненным. Очевидно, что в данных ситуациях деятельность следователя подчинена не "духу закона", а лишь "его букве". Следовательно, нормы обычного права, принятые моральные установки в обществе, должны, на наш взгляд, выходить на передний план и учитываться законотворческими органами при разработке соответствующих положений уголовного права.

По нашему мнению, вообще недопустимо вести речь о привлечении к уголовной ответственности с лишением свободы лица, "в состоянии алкогольного опьянения укравшего банку огурцов у соседа по даче, с которым "преступник" предварительно участвовал в застолье". В этих случаях речь может идти только о штрафах. Однако данные дискуссионные вопросы выходят за рамки настоящей монографии, так как они являются значительно более глобальными и требуют дополнительных научных исследований.

Сегодня положение таково: вместо того, чтобы направить свои силы на изобличение реально опасных для общества преступников, следователь, руководствуясь ныне возложенной на него обвинительной функцией, а также нормами "плана" по раскрытию преступлений и доведению уголовных дел до суда, не-

98

редко становится "преследователем" наименее защищенных и минимально опасных для социума нарушителей закона.

Как справедливо замечает Ю. Е. Аврутин, возникает лаконичный вопрос о том, почему, вопреки позиции правоведов о порочности осуществления оценки деятельности сотрудников ОВД посредством дисциплинарной практики на базе статистических сведений о преступности (без учета самых разнообразных социальных факторов, обусловливающих ее структуру и уровень), зависимость административно - командных мер непосредственно от уголовной статистики сохранилась до сих пор и остается при этом жестко детерминированной1.

Несмотря на то, что Министерство внутренних дел уже изменяло критерии оценки деятельности работников ОВД, новые системы оценки, как и прежде, основываются исключительно на имеющей место в нынешней действительности статистической отчетности2.

В отношении негативного влияния нынешней системы оценки деятельности работников правоохранительной системы целесообразно привести и другие ситуации. Интересный пример в данном отношении мы находим в исследовании Р. В. Скоморохова и В. Н. Шиханова:

"Сотрудники оперативного подразделения задерживают в текущем месяце много подозреваемых в совершении преступлений, передают их в следственное подразделение для расследования совершенных ими преступлений (например, краж и грабежей). Но следственное подразделение имеет план-график окончания уголовных дел на каждый месяц. Внезапно возросшая активность оперативного подразделения грозит возрастанием находящихся в производстве уголовных дел "с лицами", а в перспективе

1См.: Аврутин Ю. Е. Полиция и милиция в механизме обеспечения государственной власти в России. СПб., 2003. С. 427.

2Вопросы оценки деятельности органов внутренних дел Российской Федерации, отдельных подразделений криминальной милиции, милиции общественной безопасности, органов предварительного расследования : приказ МВД РФ от 19 января 2010 г. № 25; Вопросы оценки деятельности территориальных органов Министерства внутренних дел Российской Федерации : приказ МВД РФ № 1310 от 26 декабря 2011 г.; Вопросы оценки деятельности территориальных органов Министерства внутренних дел Российской Федерации: Приказ МВД РФ от 31 декабря 2013 г. N 1040// Справ.- правовая система "КонсультантПлюс".

99

– незапланированным ростом оконченных производством уголовных дел. В то же время начальник следственного подразделения не может быть уверен в том, что активность оперуполномоченных останется на прежнем уровне. В случае спада этой активности в следующих месяцах (годах) следственное подразделение, превысив запланированные планы-графики, рискует получить отрицательную динамику оконченных уголовных дел в будущем. Это положение базируется на существующих системах оценки: снижение количества расследованных дел в сравнении с аналогичным периодом прошлого года оценивается неудовлетворительно, со всеми вытекающими последствиями"1.

Далее авторы приходят к выводу: описанная ситуация на практике ведет к тому, что "следователи под любым предлогом избирают подозреваемым меру пресечения, не связанную с лишением свободы, позволяющую преступнику скрыться, а милиции – приостановить производство по "лишнему" уголовному делу с целью регулирования количества оконченных дел. В результате получается жесткая дифференциация единого правоохранительного процесса в отчеты различных служб, которая не создает условий для совместного достижения единой цели. Можно констатировать наличие латентной цели у каждой из ведущих служб (достижение заданных показателей статистической отчетности), причем цели различных служб оказываются разнонаправленными"2.

Таким образом, при имеющих место негативных тенденциях, можно предположить, что речь может идти только о "псевдосостязательности" на всех досудебных стадиях уголовного судопроизводства. "Конкуренция" участников уголовного судопроизводства, представителей различных его сторон нередко проявляется только в том, что каждый активно действует исходя из своих интересов и возможностей, невзирая на нормы морали, законности, справедливости и нравственности.

В таких условиях ключевыми целями соответствующих участников процесса могут быть:

1. Для субъектов преступления (при их реальной виновно-

1Скоморохов Р. В., Шиханов В. Н. Указ. соч. С. 14–15.

2Там же. С. 18–22.

100

сти), их представителей и защитников – отстаивание любыми допустимыми методами мнимой невиновности (своей или защищаемого лица), во многих случаях – с дачей ложных показаний на допросах, при том, что их примерный "текст", "версия" нередко заранее согласовываются с адвокатами (учитывая их профессиональные знания в упущениях, "слабых" местах, пробелах законодательства).

2. Для подозреваемых, обвиняемых, реально невиновных, их представителей и защитников – отстаивание всеми допустимыми средствами невиновности, в том числе поиск оправдательных доказательств адвокатом в случаях, разрешенных законом.

Справедливости ради следует заметить, что положение подозреваемых и обвиняемых во многом зависит от порядочности, объективности, активности следователя в поиске доказательств оправдательного характера (но, как уже отмечалось ранее, стимулов для такой "активности" у него далеко не всегда хватает). При этом следует помнить, что адвокат подозреваемого и обвиняемого, обладает значительно меньшими возможностями в сборе доказательств по сравнению со следователем.

Вслучае же, если подозреваемый, обвиняемый реально невиновен, но относится к слабо защищенной прослойке населения, имеет низкий уровень дохода или вообще не имеет такового, он вряд ли сможет пригласить защитника, обладающего высоким профессионализмом и опытом работы и вынужден принять бесплатные услуги адвоката, предоставленного государством.

Вэтой ситуации необоснованно подозреваемому (обвиняемому) придется только надеяться, что ему повезет, и у защитника действительно будет высокий уровень профессионализма. При этом и стимулов к активной защите своего клиента у человека, работающего за официальную зарплату, а не получающего, к примеру, помимо основного высокого гонорара, процент в зависимости от того, будет ли вынесен оправдательный приговор или нет, значительно меньше.

Таким образом, преимущества состязающихся сторон во многом будут определяться не от наличия реальной вины или невиновности человека, а от профессионализма, нередко сопровождаемого соответствующими гонорарами адвокатов-защитников. Малоимущему человеку будет очень сложно "конкурировать"