Основатели Саратовского исторического краеведения (А.Ф. Леопольдов и Г.С. Саблуков). Монография

исследования «было положено начало изучения внутреннего строя Золотой Орды»490.

Определяя политическое положение Золотой Орды, Г.С. Саблуков указывает, что в первый период существования Золотая Орда являлась составной частью единой Монгольской империи. Исследователь подчеркивает, что зависимость золотоордынских правителей имела место лишь в вопросах внешней политики. «Во внутреннем управлении своим

уделом кипчакский (т.е. золотоордынский – В.З.) хан, - продолжает

Г.С. Саблуков, действуя согласно с общими уставами великого хана, мог по усмотрению раздавать области правителям, избирать чиновников на должности и отрешать их от оных»491.

Зависимость эта постепенно слабела, а после переселения Хубилая в Китай совсем прекратилась. Ханы Золотой Орды становятся самодержцами. «В лице его (т.е. хана Золотой Орды – В.З.), - отмечает историк, -

нераздельно сосредоточились права мира и войны, законодательства и верховного суда, право утверждать правителей подвластных народов,

определять их права, налагать подати, бить монету со своим именем, и со времени введения в Кипчак мухаммеданства право на провозглашение его имени в хутбе (молитве)»492.

Г.С. Саблуков обращает внимание и на то обстоятельство, что в политической жизни Золотой Орды не последнюю роль играли и ханские жены, выступавшие и в роли ходатаев за покровительствуемых, и имевшие право менять размеры податей, подтверждать законность власти вассальных

правителей.

Административное устройство Золотой Орды, по мнению

Г.С. Саблукова, сводилось к следующему. Государство делилось на области или улусы. Главой улуса назначался специальный правитель – баскак. «Баскак, - отмечает историк, - возводимый на сию должность ханом, держал

490Сафаргалиев М.Г. Распад Золотой Орды./М.Г. Сафаргалиев. Саранск, 1960. С. 9.

491Саблуков Г.С. Очерк внутреннего состояния Кипчакского царства./Г.С. Саблуков. Казань, 1895. С.4.

492Там же. С. 5.

131

в подчинении хану вверенную в управление его область, на месте приводил в исполнение распоряжения хана, для сего имел при себе потребное число воинов»493. Улусы, в свою очередь, делились на составные части,

возглавляемые даругами.

При ханах и баскаках существовали специальные советы,

называвшиеся диванами. Г.С. Саблуков придает особое значение писцам диванов. Они фактически готовили проекты всех важнейших решений. В

связи с этим историк некоторых из них называет министрами. Интересы оперативного управления огромным государством требовали обепечения важнейших дорог, на главных их которых делались ямы или станы с необходимым количеством лошадей.

Предложенная Г.С. Саблуковым характеристика административного устройства татарского государства на Волге была поддержана большинством исследователей XIX - начала XX веков и с определенными уточнениями сохранилась до настоящего времени.

Г.С. Саблуков довольно убедительно показывает особую автономность русских земель. «Устройство Кипчакского управления было обще всем улусам, где жили монголы, киргизы, половцы, башкиры и другие племена,

вошедшие в состав кипчакской монгольской державы. Русь, хотя составляла также улусы ее, но монгольское управление не вторгнулось туда полною своею силою»494.

Характеризуя социальное устройство золотоордынского общества,

Г.С. Саблуков отмечает деление монгольских и тюркских племен на высшее

инизшее сословия. Причину этому исследователь усматривает в

«естественном порядке в каждом обществе, где одни, личными достоинствами удержав за собою первенство, передают его своему роду, а

другие остаются на второй степени, признавая достоинство первых»495.

Привилегированное сословие в соответствие с ярлыками ханов могло быть

493Там же. С. 8.

494Там же.. С.10.

495Там же. С. 11.

132

освобождено от налогов, от предоставления почтовых лошадей и платы в хлебные магазины и других государственных повинностей. Вне поля зрения саратовского историка остались проблемы, связанные с социальными,

политическими и экономическими причинами возникновения общественного неравенства.

Элитарные слои высшего сословия имели целый комплекс различных титулов. Ссылаясь на Герберштейна, Г.С. Саблуков говорит, «что султанами назывались сыновья ханские, уланами - главнейшие при хане сановники,

беками – князья, их дети – мурзами»496. Однако, постепенно наличие этих титулов перестало быть четко связанным с данным порядком.

Помимо сословий существовало деление на роды, представители которых старались сохранять четкую принадлежность к тому или иному роду. «Способ генеалогического разделения, - замечает Г.С. Саблуков, - у

них очень прост: каждый род обыкновенно имел свою тамгу – знак, который,

смотря по тому, где нужно было его употребить, вырезывался или выжигался или писался на собственном лице»497.

Весьма неразвитым, находящимся в состоянии становления считал Г.С. Саблуков, законодательство Золотой Орды. «В Кипчаке, - подчеркивает он, - мы не найдем тех гражданских правил, которые, созревши в уме мудрых правителей, руководимых опытом и наукой, зиждут общественное благо и ограждают безопасность частную, основываясь на праве народном (право это целого государства и рассматривается в отношении к другим державам),

защищают невинность и останавливают преступление беспристрастием суда и расправы»498.

Основной составляющей золотоордынское законодательство, по мысли Г.С. Саблукова, являлись нормы обычного права. «Народные понятия о праве, заменявшие положительные правила в суде и расправе» полагал

496Там же. С. 12.

497.Там же. С.12.

498Там же. С. 14.

133

историк, нашли выражение в судебных решениях о самосуде и

законодательстве являлся, как утверждал Г.С. Саблуков, ярлык хана, т.е. «грамота, данная ханом и возвещавшая непререкаемую волю его о праве подданных в суде, в расправе»499. Историку было известно 9 ярлыков, из которых 6 закрепляли правовое положение русского духовенства.

Обстоятельное изучение ханских ярлыков начнется несколько позднее работами И.Д. Беляева, И.Н. Березина и В.В. Григорьева500.

Хотя сведения о ярлыках у Г.С. Саблукова были весьма ограничены,

ему удалось сделать несколько наблюдений. Он установил, что «ярлык имел только силу при жизни того хана, который дал его, новый хан давал новый от себя, хотя и держался прежних постановлений»501. Исследователь также обратил внимание на то, что ярлыки отличались неопределенностью,

особенно при определении наказаний за преступления. Подобное положение привело к бесчинству и произволу ханских чиновников.

Г.С. Саблуков не счел необходимым охарактеризовать влияние на золотоордынское законодательство мусульманства, ограничившись беглым замечанием, что «в мусульманском Кипчаке многие права и суд решались законами алкорана»502. Вне поля зрения исследователя остались и нормы

«Великой яссы» Чингизхана, широко распространенные в домусульманский период.

Следуя установившейся уже к 40-м годам XIX века традиции,

Г.С. Саблуков существенно завышает численность войск ханов Золотой Орды. Еще летописцам казалось, что вместе с Батыем на Русские земли обрушились сотни тысяч воинов. Г.С. Саблуков также утверждает, что в

499 Там же. С. 14.

500Беляев И.Д. О монгольских чиновниках, упоминаемых в ханских ярлыках/И.Д. Беляев./Архив историко – юридических сведений, относящихся до России. М., 1850. Кн. 1. С. 97 – 110; Березин Н.И. Очерк внутреннего устройства улуса Джучиева./Н.И. Березин. СПб., 1864; Григорьев В.В. О достоверности ярлыков, данных ханами Золотой Орды русскому духовенству/В.В. Григорьев. //Григорьев В.В. Россия и Азия. СПб., 1876.

501Саблуков Г.С. Очерк внутреннего состояния Кипчакского царства.. С.15.

502Там же. С. 16.

134

момент нашествия численность монгольского войска составила 500 тысяч человек. Позднее добавилось еще «450000 иноплеменников – из русских,

венгров, ясов и других народов»503. Сомнительно, что эти цифры соответствуют действительности. Уже в конце XIX века ряд историков полагали, что численность воинов Батыя составляла около 30000 человек.

Г.С. Саблуков говорил, что «Орда истощила себя междоусобными битвами, а

потом обессилила себя разделением на новые орды, не подчинявшиеся одна другой и часто одна другой враждебные»504. Уже при сыновьях последнего золотоордынского хана Ахмата численность воинов сократилась, по словам историка, до 20000 человек.

Исследователь полагал, что ханские войска представляли ополчение,

объединявшее всех мужчин. Татарин, замечает Г.С. Саблуков, «был воин по образу жизни, по ремеслу, по любви к добыче, а не по науке, которую он заменял личною храбростью, опытностью, приобретаемою постоянным занятием, доколе мог владеть оружием»505.

Большое внимание Г.С. Саблукова привлекал вопрос о налоговой системе золотоордынского государства. Исследователь выделяет несколько источников пополнения ханской казны. Во–первых, это дань, выплачиваемая как покоренными народами, так и монголами. В администрации баскаков существовали должности численников и даньщиков. Первые выявляли налогоплательщиков и составляли их списки (дефтер), а вторые непосредственно собирали дань. Исследователь говорит, что зачастую выполняли «бухарцы, хорезмийцы, или жители Хивы, армяне, евреи». Имели место многочисленные факты сопротивления данников. Это, например,

привело к тому, что московские князья получили право самостоятельного сбора дани. «Какую дань, - замечает Г.С. Саблуков, - платили подданные из самых монголов и других племен неизвестно»506. Опираясь на ярлык хана Узбека, он более подробно характеризует формы и размеры дани,

503Там же. С. 19.

504Там же. С. 19.

505.Там же. С.18.

506Там же. С. 22 – 23.

135

собираемой с русских земель. «Главная дань, которая бралась хану в русских княжествах, называлась поплужною, вносившаяся земледельцами. Сверх оной собирались пошлины: мостовые, береговые, с ловли звериной, рыбной,

скотоводства, мельниц, пчеловодства, лугов, лесов, садов. Количество дани не было постоянно и изменялось по воле ханов. В первые годы татарского владычества Русь платила хану десятину: каждый отдавал десятую часть от

«своего имени или доходов»507. В дальнейшем происходит процесс сокращения размеров дани.

Во–вторых, «доходы хана увеличивались временными дарами от русских князей и духовенства»508. Князья также платили пошлину за получение ярлыка на княжение, т.н. выход и отправляли специальные подарки, называвшиеся ордынскими проторами. «Иерархи русского духовенства, когда являлись в Орду для испрошения себе тарханных грамот,

должны были также щедро дарить ханов за получение льготы»509.

В – третьих, по словам Г.С. Саблукова, ханская казна пополнялась за счет таможенных сборов, которые «были обильным источником ханских доходов, ибо торговля, особенно внешняя, покровительствуемая ханами,

была обширна»510.

Характеризуя внешнюю торговлю золотоордынского государства,

Г.С. Саблуков отмечает, что через Поволжье издавна пролегали торговые пути, соединявшие Европу и Азию. Захват региона Батыем и покорение местного населения на какой-то период прервали торговые связи,

возобновившиеся после создания Золотой Орды. «Большие караваны, -

говорит Г.С. Саблуков, - опять стали перевозить дары природы и промышленности через владения хана; Болгары и Сарай сделались перепутием их. Со стороны Европы торговля поддерживалась более деятельностью новых торговцев в Крыму генуэзцев… Кафа и Азов сделались двумя главными складочными местами, в которых товары Азии принимались

507Там же. С. 22.

508Там же. С. 23.

509Там же. С.23.

510Там же. С. 24.

136

в Европу, а европейские в Азию»511. На рынках золотоордынских городов встречались «меха собольи, куньи, белки, доставляемы были Россией,

Мордовской землей, Башкирией; парчей населяла Кипчак Греция; шелковые ткани шли из Шамахи и Персии; бумажные ткани, ковры вместе с бирюзой и другими камнями многоцветными привозимы были караванами из Бухарии,

Бедехшана, Кабула; жемчуг и кораллы из Индии»512. Большое место исследователь уделяет русской торговле. Золотоордынские купцы продавали в русских городах скот, привозили персидские и бухарские товары.

Считая татар кочевниками, а скотоводство их главным занятием,

Г.С. Саблуков много внимание уделяет вопросу возникновения и развития золотоордынских городов. Их появление исследователь связывал со следующим комплексом причин: «Суровый климат сей страны в зимнее время, потребность сосредоточивать дела управления в местах постоянных,

нужда защищать себя в частых смутах в Орде заставили ханов при кочевой жизни избрать некоторые места постоянными пунктами, возобновить жилища разрушенные, положить основание новым городам»513.

Г.С. Саблуков называет восемнадцать городов, разрушенных во время похода Батыя и позже восстановленных в Золотой Орде. «Монголам обязаны своим началом города: Казань на берегу реки сего же имени, Сарайчик при устье реки Урала, основанные при Батые, Орна или Орнач при устье Дона близ Азова. На полуострове Таврическом возникли города Эски –крым и Крым – эль – джедида или Старый и Новый Крым невдалеке от Кафы. В

центре Кипчакской державы явились города: Хаджи-тархан в устье реки Волги, Бездёж на рукаве той же реки близ нынешнего Енотаевска, Джигит – хаджи или Беш – кыз, которого место занимает ныне село под именем Селитряного Городка, и который в Батыево время носил имя Сарая; Сарай – эль – джедида, т.е. Новый Сарай, по русским летописям Большие Сараи, на

511Там же. С. 25.

512Там же. С. 26.

513Там же. С.27.

137

месте нынешнего Царева при вершине Ахтубы»514. Кроме того,

Г.С. Саблуков называет еще семь городов, точное местонахождение которых в 40-е годы XIX столетия еще не было известно.

Хорошая осведомленность о царевских раскопках дала Г.С. Саблукову возможность составить представление об облике золотоордынского города.

По мысли исследователя, золотоордынский город – это зимняя стоянка, о

благоустройстве которой не заботились ни ханы, ни местная администрация,

ни население. «Жители Кипчака, - говорит он, - любя раздолье кочевой жизни, только на зиму укрывались в города и другие жилища, от того татарин не заботился дать своему жилищу прочность, простор, красоту, ибо с окончанием зимы он искал тучных пастбищ на степях и прохлады в лесах»515.

Исключение, по мысли Г.С. Саблукова, составляла столица Золотой Орды.

Об этом, указывает историк, говорят обширные развалины. Так же

«найденные в развалинах Сарая украшения представляют взору много такого, что зодчество XIV века могло соединить в построении зданий в удовлетворение вкуса кипчакского деспота, что прихоть строителя хотели и могли истощить на украшение дома»516.

Отмечает Г.С. Саблуков наличие в Золотой Орде большого числа ремесленников, среди которых были кузнецы, оружейники, ювелиры,

гончары. Значительная часть мастеров принадлежала к числу выходцев из покоренных народов. «Сохранившиеся памятники художества, - замечает исследователь, - были произведением не столько монголов, сколько художников из народов, покоренных или: русских, генуэзцев и других»517.

Подробно останавливается Г.С. Саблуков на проблеме религиозных взглядов золотоордынского общества. Несмотря на многочисленные свидетельства русских летописей о том, что в домусульманский период татары были язычниками, он полагал монголы уже в IV веке н.э. стали буддистами. «В XI веке он (т.е. буддизм – В.З.), - подчеркивал исследователь,

514Там же. С. 27 – 28.

515Там же. С. 29.

516.Там же. С.31.

517 Там же. С. 33.

138

- отличался в обрядах богослужения от буддизма - фоистов в Китае и составил религию ламаистов монгольских»518. Г.С Саблуков указывал, что монгольские шаманы олицетворяли не язычество, а упрощенный вариант буддизма. «Шаманство, - говорит он, - не есть особенная религия, а суеверие в буддизме, встречавшее сильное гонение от истинных буддистов, суеверие,

что некоторые из людей владеют тайными знаниями отвращать гибельную силу злого начала»519. Имели место, по словам исследователя, войлочные изображения Будды. М.Г. Давлетшин справедливо замечает, что подобные рассуждения Г.С. Саблукова навеяны распространением буддизма у современных ему монголов и калмыков, а изображения Будды являлись изображением верховного божества монголов Тенгри520.

Новый этап в религиозной жизни Золотой Орды начинается с правления хана Берке, который в 1265 году « приехал в Сарайчик, в это время прибыл туда из Бухарии купеческий караван. Хан, беседуя с двумя человеками из бухарцев, узнал от них учение и обряды сей религии, полюбил их и обнародовал в своем царстве перемену религии»521. Массовое обращение в ислам произошло при хане Узбеке, который «воцарил ислам во всех монгольских улусах своей державы»522. Г.С. Саблуков подчеркивает, что мусульманство в суннитском варианте было принято монголами и некоторыми близкими к ним тюркскими народами. «Финские племена – мордва, чуваши, черемисы оставались в идолопоклонстве, которое находило себе убежище не столько в дремучих лесах, сколько в равнодушии ханов к заблуждениям его, сильно униженным учением Корана»523. В религиозную жизнь русских земель золотоордынские ханы не вмешивались.

Принятие ислама, по мысли Г.С. Саблукова, не способствовало подъему духовной и интеллектуальной жизни золотоордынского общества. «

518Там же. С. 41.

519Там же. С. 46 – 47.

520Давлетшин М.Г. Вопросы духовной культуры Золотой Орды в трудах Г.С.Саблукова / М.Г. Давлетшин. // Известия Самарского научного центра Российской академии наук. 2009. Т. 11. № 2. С. 212.

521Саблуков Г.С. Очерк внутреннего состояния Кипчакского царства. С.48.

522Там же. С. 49.

523Там же. С. 51.

139

Магометанство, - замечает он, - вступив в Кипчак, принесло с собою только мудрость всерешающего Корана, отъявленного врага наук; не возбудило в монголах охоту усвоить себе ученость Багдада и Шираза и не вело ума их к самодеятельности»524.

Исследование Г.С. Саблукова о внутреннем состоянии Золотой Орды вызвало одобрительные отзывы историков как современных автору, так и последующих поколений. Н.И. Костомаров говорил, что исследование Г.С. Саблукова «заслуживает полное право на уважение любителей истории»525. Академик В.В. Григорьев называет «Очерк» «весьма замечательным явлением». «Удивляемся, - пишет ученый, - особенно, как с такими ничтожными пособиями, какие были у него под руками, умел он приняться за дело так ловко и так много сказать нового и основательного о своем предмете, тогда как Гаммер с четырьмястами источниками своей

«Истории Золотой Орды» не смог написать о том же ничего путного»526.

Б.Д.Греков и А.Ю. Якубовский указывали в этой связи: «Работа Саблукова для своего времени ( 40-х годов XIX века) была интересна… своим ответом на вопросы внутренней истории Золотой Орды, которые ставились немногими историками»527.

Вместе с тем, существенным недостатком повествования о внутреннем устройстве Золотоордынского государства является статичность изложения материала. Исследователь, не располагая необходимым кругом источников и не имея соответствующего опыта научной работы, не смог проследить эволюцию внутреннего устройства Золотой Орды, вскрыть внутренние механизмы процесса, приведшего к формированию могущественного государства на Волге, а затем к его полному краху.

Пристальное внимание уделяет Г.С. Саблуков проблеме существования одного из крупнейших городов Золотой Орды Увека. Развалины города были

524Там же. С.52.

525Цит. по: Гордий Семенович Саблуков. Некролог. Казань, 1880. С. 13.

526Григорьев В.В. Россия и Азия. / В.В. Григорьев. СПб., 1804. С. 312.

527Греков Б.Д., Якубовский А.Ю. Золотая Орда и ее падение./Б.Д. Греков, А.Ю. Якубовский. М. – Л., 1950.

С. 104.

140