Нарушения развития и социальная адаптация. Монография

но с полярными характеристиками, выявлено в семьях интеллекту

ально полноценных детей: нормальное умственное развитие, привле

кательность ребенка для матери (Q=+0,78). В остальных случаях зна чимой корреляции признаков не установлено.

Для большей полноты представления о частоте встречаемости тех или иных качеств родительского отношения в исследованных

группах детей общие результаты статистического анализа сведе

ны в представленной ниже таблице (№19). В ней же кратко рас

Таблица ¹ 19 Распределение качеств родительского отношения среди обследованных семей

151

шифровывается и резюмируется психологический смысл выяв

ленных зависимостей.

Полученные данные демонстрируют наличие эмоционально го отвержения, как достаточно частой характеристики материнс кого отношения к ребенку с ЗПР. На основе качественного пси хологического анализа совокупности диагностической информа

ции, полученной в такого рода семейных ситуациях, можно дать

обобщенное описание выявленных тенденций с одновременной

попыткой их вероятной интерпретации.

О реальном действии фактора эмоционального отвержения со стороны матери можно говорить, на наш взгляд, в тех случаях, ког да имеет место адекватное восприятие его со стороны ребенка, т.е. когда он чувствует свою отверженность. По данным рисуноч

ного теста, такие дети часто вообще не изображают себя в составе

семьи, либо дают неустойчивые, размытые контуры своей фигу

ры. Можно предположить, что за такими особенностями рисунка

кроются следующие причины.

Во первых, не исключено недостаточное знание ребенком са

мого себя, что можно объяснить нарушением одного из важных

компонентов личностного развития ребенка в младшем школь

ном возрасте, а именно, активной интериоризации внешних оце

нок и формирования на этой основе устойчивого самоотношения.

Не получая вообще или получая только отрицательные либо про тиворечивые оценки со стороны матери, ребенок отражает нео пределенность самоотношения, аморфность образа Я в более схе матичных, фрагментарных, обедненных изображениях себя в ри

сунках. Во вторых, не исключено, что такой феномен вполне может объясняться чувством вины, сформировавшимся у ребен ка в ответ на постоянное раздражение матери, вызываемое «при

липчивостью» сына или дочери (как это называли в беседах мно

гие матери), за которой скрывается потребность в повышенном и постоянном внимании.

В ситуациях устойчивого отвержения ребенка матерью реализа

ция родительской роли сводится к контролю за учебой и удовлет ворением потребностей витально бытового уровня. В разной мере

осознанное разочарование в собственном ребенке, нередко сопро вождаемое чувством стыда за его несостоятельность, порождает внутреннее его неприятие с присущей ему жесткостью, отстранен ностью или в лучшем случае жалостью. Примечателен в этом отно шении тот факт, что, рассказывая о своих детях, такие матери ни когда не называли ребенка по имени, употребляя местоимения «он»

и «она». При этом содержание беседы всегда сводилось к «жало бам» на ребенка, к стремлению как то оправдать свою отгорожен

ность от него, что часто удавалось им, надо сказать, весьма успеш

152

но. Особенно нежелательна подобная ситуация для девочек, лиша

ющихся адекватного объекта для идентификации. В их рисунках

довольно часто использовались элементы, говорящие об ориента ции на маскулинные черты (угловатость, тяжеловесность, «атле тизм» фигур), что, кстати говоря, совпадало с явным предпочтени ем отца в случаях, связанных с помощью в проблемных ситуациях

или при удовлетворении потребности в общении.

Не менее патогенным фактором отвергающего стиля отноше

ния является более легкое и частое применение к ребенку физи

ческих наказаний: использование других его форм требует и боль ше времени, и отношения к ребенку как к существу, способному воспринимать словесные внушения. Более «действенные» меры наказания объясняются, на наш взгляд, преимущественной фик

сацией на интеллектуальной слабости ребенка, причем нередко

они выступают не столько инструментом в решении воспитатель

ных задач, сколько выражением накопившейся досады и усталос

ти, а то и стремлением воздвигнуть между собой и ребенком зас

лон страха, чтобы ограничить его претензии на внимание. Это так

же находит весьма точное отражение в детских рисунках: родитель,

более склонный к применению физических наказаний, отгоражи

вается либо заметно увеличенным расстоянием, либо другим чле

ном семьи.

Другим частым последствием отвергающего стиля отношения, сопровождающегося физическими наказаниями, является форми рование у ребенка чувства враждебности, агрессивности, усили вающегося пропорционально степени его отвержения (в изобра

жениях себя на рисунках дети нередко добавляют детали, компен сирующие ощущение своей слабости).

Таким образом, результаты анализа детско родительских от

ношений в дополнительной выборке младших школьников с нор

мальным интеллектом и с ЗПР обнаружили тенденцию к преоб ладанию в семьях последних феномена эмоционального отверже ния детей матерью. Негативные последствия такого стиля

отношения для социализации ребенка представляются нам впол не очевидными.А если учесть, что семьи подавляющего большин

ства обследованных детей по стандартным критериям можно было отнести к категории благополучных, то можно говорить о несом ненной генерализации и утяжелении этих последствий в семьях основной выборки испытуемых, отличающихся не только боль шей степенью психического недоразвития детей, но и явным со циально психологическим неблагополучием атмосферы их семей

ного воспитания.

153

Глава V

Особенности послешкольной адаптации юношей и подростков с легкими формами психического недоразвития

1. Результаты экспертно-диагностического исследования выпускников вспомогательных школ

Как было сказано выше, объектом диагностики были выпускники вспомогательных школ, изъявившие желание продолжить обуче ние в вечерней общеобразовательной школе, и в этой связи направ

лявшиеся Министерством образования РФ на консультативно ди

агностическое обследование в лабораторию медицинской психо

логии Московского НИИ психиатрии. Материалом для анализа

послужили протоколы исследований 185 лиц подросткового и юно

шеского возраста, проведенных в 1987 1992 г.г.

Сам по себе факт их добровольных и нередко серьезных уси

лий в этом направлении свидетельствовал об определенном уров

не социальной активности, не являющимся типичным для лиц мо

лодого возраста, страдающих олигофренией. Поэтому совокупный контингент испытуемых, дифференцированная характеристика которых будет дана ниже, был существенно выше по своим ин теллектуальным возможностям, чем средний учащийся вспомо гательной школы. Но, как известно, именно легкие степени пси хического недоразвития вызывают наибольшие диагностические затруднения, а критерии их дифференциации, особенно в этом возрасте, являются наименее разработанными.

На предварительном этапе работы объем психодиагностичес

кого исследования был представлен более широким набором ме тодик: для верификации результатов психометрического тестиро

вания параллельно (а часто другим лицом) использовались тради

ционные патопсихологические методики, направленные на

анализ познавательных процессов. Высокий уровень корреляции между результатами, полученными независимо друг от друга, не только подтвердил высокую диагностичность теста Векслера в дан

ном виде экспертизы, но и позволил отдать ему предпочтение в

154

связи с такими его очевидными преимуществами, как возмож

ность системного и стандартизованного анализа интеллектуаль

ной деятельности, дополняемого к тому же количественными диагностическими ориентирами.

По результатам полного исследования, процедура которого опи сана в III главе, составлялось заключение, содержавшее, кроме ди

агностической квалификации случая (совместно с психиатром), ре

комендации реабилитационного характера и, прежде всего, ответ

на вопрос о целесообразности продолжения обучения в общеобра

зовательных учебных структурах. При этом надо отметить, что если на первых этапах такой отбор проводился довольно строго, то поз же даже в явно сомнительных случаях, т.е. при явно недостаточ ных возможностях продолжения образования (например, погра

ничная интеллектуальная недостаточность с признаками резиду

ально органических нарушений), но при наличии отчетливо

позитивных социальных установок нами, исключительно из деон

тологических соображений, все же давалось «положительное» зак

лючение.

Те же исключения допускались даже в отношении пациентов с

легкой дебильностью (приходивших чаще всего «за компанию» со

своими более сохранными сверстниками), но, главным образом,

в тех случаях, когда отказ грозил высоким риском формирования

фрустрации и общей социально психологической дезадаптации. В подобных случаях нами часто использовалась годовая отсрочка

сявкой на повторную экспертизу или направление на учебу с го довым испытательным сроком. В последующем, через 2 3 года,

производился сбор катамнестических сведений, в целом подтвер ждавших достоверность диагностических заключений.

Вчастности, для лиц с легкой дебильностью и для части паци

ентов, состояние которых квалифицировалось как пограничная

интеллектуальная недостаточность (ПИН), важнее всего был сам факт разрешения учиться в вечерней школе. Получив его, они сни мали тем самым фрустрационную напряженность (часто ситуатив

ного характера), устойчиво повышали уровень самооценки и лег ко утрачивали интерес к первоначальной цели, декларируемой как

желание учиться. По существу, здесь имел место феномен ком пенсации «комплекса социальной неполноценности», связанный

сфактом окончания школы для умственно отсталых.

При легких вариантах ПИН, с большей степенью социальной зрелости и тем более при состояниях, квалифицированных как «низкая интеллектуальная норма», такое поведение отмечалось

значительно реже: в большинстве случаев эти молодые люди про должительное время обучались в вечерней школе и даже удовлет

ворительно заканчивали 8 и более классов.

155

Таким образом, полученные нами материалы позволяют дать

дифференцированное описание типичных психодиагностических

характеристик трех основных групп выпускников вспомогатель ных школ, квалифицированных как «легкая дебильность» (ЛД), «ПИН» и «условная норма» (УН). Эти данные могут быть пригод ными при решении экспертно диагностических задач любого со

держания.

1. Легкая дебильность.

1)Официальная документация. В свидетельстве об окончании

вспомогательной школы, как правило, фигурируют удовлетвори тельные и хорошие оценки по основным учебным дисциплинам.

Впедагогических характеристиках, за редким исключением, от мечаются упорядоченность поведения, положительная соци

альная направленность, нормальные взаимоотношения со свер

стниками и персоналом.

2)По данным опросника и беседы, выявляется недостаточно

критичное отношение к своему дефекту, тенденция к обвинению

окружающих в возникновении собственных проблем при неясном

их осознании; поверхностность контактов, привязанностей; низ

кий уровень реальной (а не декларируемой) познавательной ак

тивности; непоследовательность суждений, расплывчатость пред

ставлений о ближайших жизненных целях, слабая их мотивиро

ванность.

Типичной является несформированность культурных навыков письменной речи, в структуре которой отмечается самый широ кий диапазон нарушений — от искажения графического образа

букв, их пропуска, перестановки до грубых и частых орфографи ческих ошибок и полного игнорирования правил грамматики.

3)По данным психометрии: средние по группе суммарные по

казатели ВИП, НИП, ОИП (см. табл. № 20) могут быть формаль

но отнесены к диапазону пограничной недостаточности, прибли жающейся к низкой норме, если ориентироваться на классифи кацию уровней интеллекта по Векслеру, приводимую И.Н.

Гильяшевой (см. табл.№21).

При этом довольно часто уровень невербальных достижений

был существенно выше вербального. Если в младшем школьном возрасте такое соотношение считается диагностически и прогнос тически благоприятным, т.е. более типичным для ЗПР (В.И. Лу бовский, 1981), то в подростковом и юношеском возрасте его пози тивное значение утрачивается. Можно предположить, что в усло виях практической, производственной деятельности происходит

интенсивное развитие праксиса, зрительно моторной, простран ственной координации, что, соответственно, благоприятно отра

жается на выполнении «тестов деятельности». Основной же де

156

фект, характеризующий интеллектуальную сферу при олигофре

нии, т.е. несформированность сложных, понятийных форм мыс

лительной деятельности, компенсируется весьма слабо, что и об наруживается в соответствующих тестовых показателях. Низкие достижения по невербальным субтестам, в данном случае, чаще всего указывают на сохранение церебральной недостаточности.

Таблица ¹ 20 Средние результаты выполнения методики Векслера основными группами испытуемых

Таблица ¹ 21 Классификация уровней интеллекта по Векслеру

2. Пограничная интеллектуальная недостаточность

1)По данным официальных документов, отчетливых различий

спредыдущей группой не отмечается.

2)По данным опросника и беседы, выявляется более интенсив ная и адекватная мотивированность поведения, более отчетливая

установка на преодоление социальных ограничений, связанных с обучением во вспомогательной школе. Кроме того, отмечается до

157

статочная степень реалистичности ближайших жизненных планов,

но часто при слабой ориентировке в средствах их реализации.

3) Психометрический профиль характеризуется достоверно бо лее высоким, но нередко весьма дисгармоничным уровнем дости жений при выполнении как вербальных, так и невербальных зада ний. При наличии признаков резидуально органической недоста

точности, выражающейся в замедленном темпе деятельности,

деконцентрации внимания, нарушениях пространственного син

теза, более отчетливо сформированы механизмы компенсации: хо

рошая степень произвольного контроля над собственными действи ями, их рациональность, выраженная установка на достижение по ложительного результата, мобилизующая и упорядочивающая деятельность в целом. Кроме того, отмечается более легкая враба

тываемость в новые виды деятельности и удовлетворительная обу

чаемость (быстрое усвоение нового способа действий). Информа

тивны качественные характеристики речевой продукции, неравно

мерной по уровню своей семантической сложности и запасу

представлений об окружающем.

По формальным характеристикам психометрии, в сравнении

со среднестатистическими показателями уровней интеллекта по

Векслеру (см. табл. №№ 20 и 21), средние достижения этой груп

пы испытуемых относятся к диапазону низкой нормы.

3. Низкая норма

1) Официальная документация чаще отражает более успешное обучение во вспомогательной школе хорошие и отличные оценки по основным предметам. Кроме того, обращает на себя внимание

отчетливо позитивное отношение педагогов к этим детям (за ис ключением тех случаев, когда хороший интеллект сочетается с на рушениями поведения, что часто отмечалось в предыдущей груп

пе), что выражается в более подробном и явно доброжелательном

описании их поведенческих и личностных особенностей.

3) По данным опросника и беседы, выявляется упорядочен ность представлений о характере и причинах возникновения соб

ственных проблем, адекватность их интерпретации; достаточная ориентированность в межличностных отношениях, адекватность

притязаний и реалистичность жизненных перспектив с осозна нием доступных и социально приемлемых способов их осуществ ления: выраженная мотивация на преодоление социальных огра ничений с одновременным пониманием вероятных трудностей.

Информативна письменная продукция испытуемых данной группы: аккуратность графики, незначительное количество гру

бых орфографических ошибок, соблюдение основных граммати ческих правил, достаточная точность, последовательность и раз

вернутость ответов.

158

3) Психометрический профиль более гармоничен по своей

структуре (хотя не исключается и неравномерность достижений

как внутри , так и межсубтестового уровня), суммарные показа тели достоверно отличаются от выявленных в предыдущей груп пе и, тем более, от показателей пациентов с легкой дебильностью (разница почти в 20 баллов). В индивидуальных протоколах пре

обладают достижения при выполнении заданий вербальной на

правленности, выявляя как более широкий диапазон познаватель

ной активности, так и достаточный уровень сформированности

сложных форм мыслительной деятельности. Таким образом, ка чественный анализ как всей совокупности полученных диагнос тических данных, так и частных экспериментальных фактов, по зволяет квалифицировать данную группу испытуемых как низкую

интеллектуальную норму. Формально же они соотносятся со сред

ней нормой интеллектуального развития (см. табл. №№ 20 и 21).

Заключая описание психодиагностических показателей ос

новных групп испытуемых, предлагаем обратить внимание на ряд

признаков, достаточно общих для всего обследованного кон

тингента. В частности, как видно из табл. № 20, по таким субтес

там как «Осведомленность» (I), «Арифметика»(III), «Словарь»(V),

в среднем отмечаются в равной мере невысокие достижения, бо

лее типичные для состояний истинной и пограничной умствен

ной отсталости. Причина такого сходства результатов в качествен но разнородных группах заключается, на наш взгляд, прежде все го, в особенностях образования, полученного во вспомогательной школе. Условно этот фактор может быть обозначен как специфи

ческая депривация, т.е. отсутствие адекватного, развивающего ха рактера обучения в отношении детей с достаточно сохранным ин теллектом, и кроме того, выраженный дефицит специальных

школьных знаний, отражающийся на выполнении соответствую

щих заданий.

Кроме того, как это было показано в предыдущей главе, роди тельские семьи учащихся вспомогательных школ в значительном

числе случаев характеризуются низким образовательно культур ным уровнем, несомненно, находящим отражение в качестве ин

теллектуального развития детей.

Катамнестические сведения. Не имея организационных воз можностей для сбора подробных катамнезов, мы вынуждены были ограничиться сведениями о длительности обучения обследован ных нами лиц в вечерней школе. Но прежде чем сравнивать по этому параметру описанные выше группы, следует напомнить о

том, что нами использовались три варианта рекомендаций: от срочка на 1 год, условное зачисление с годовым испытательным

сроком, ходатайство о разрешении продолжать учебу.

159

В1 й группе, квалифицированной нами как легкая дебильность

исоставившей 24,9% от всей выборки (46 чел.), отсрочку на 1 год

получили 24 чел., условное зачисление рекомендовано остальным 22 чел. Дальнейшая картина выглядела следующим образом.

После годовой отсрочки на повторное обследование явилось всего 3 чел. (из 24), из беседы с которыми можно было устано

вить, что лишь один из них предпринимал попытки самостоятель

ного обучения дома. Однако всем троим было дано разрешение

на продолжение обучения, но в варианте с испытательным сро

ком. Как выяснилось позже, никто из них в вечерней школе не появился. Из условно зачисленных ранее 22 чел. к учебе присту пили лишь 15 чел.

Во 2 й группе (ПИН), составившей 63,7% от выборки (118 чел.)

обучение с испытательным сроком рекомендовано 38 подросткам

юношам, остальным 80 — рекомендации без ограничений. Из пер

вых к учебе приступили 32 чел., из вторых — 76 чел.

В3 й группе (условная норма), составившей 11,4% от выборки

(21 чел.), ходатайство о продолжении обучения получили все без

исключения и без каких бы то ни было ограничений; все они при

ступили к учебе. Сведения о длительности обучения подростков и

юношей из перечисленных групп приводятся в табл. №22. При

чины прекращения учебы достоверно известны лишь в единич

ных случаях, в связи с чем они не могут быть предметом анализа. Табличные данные, на наш взгляд, вполне убедительно фик сируют различия между сравниваемыми группами: их достовер ность не нуждается в подтверждении дополнительными матема

тическими процедурами. В содержательном же плане эти данные можно прокомментировать следующим образом.

Различия в уровне интеллектуального развития, отмеченные при

Таблица ¹ 22 Продолжительность обучения в вечерней школе подростков с разными уровнями интеллектуального развития

160