Изменение квалификации преступлений и обвинения в уголовном судопроизводстве. Научно-практическое пособие

ном признаки субъекта (возраст и вменяемость физического лица, специальные признаки); психическое отношение лица к содеянному — признаки субъективной стороны преступления (вина, мотив, цель, эмоции).

Фактическое основание квалификации преступлений, обвинения и уголовной ответственности — это общественно опасное, уголовно противоправное деяние. В уголовном деле фактическое основание отражается в фабуле дела. Оно всегда конкретно и относительно, так как отражает случай (событие, факт) реальной действительности и, в конечном счете, рассматривается в отношении конкретного физического лица.

Содержание фактического основания — это совокупность факти- ческих обстоятельств, деталей рассматриваемого события, систематизированных по схеме состава преступления. Именно система фактических признаков предопределяет выбор уголовно-правовой нормы при квалификации.

Основной проблемой в правоприменительной деятельности является определение юридически значимых признаков совершенного деяния, их систематизация, разрешение конкуренции на разных стадиях квалификационной деятельности.

Так, чтобы квалифицировать действия лица как убийство, необходимо установить, что своими умышленными действиями человек причинил смерть другому человеку. Однако для его обвинения по ч. 1 ст. 105 УК РФ перечисленных признаков будет явно недостаточно. Потребуется установить и ряд других объективных и субъективных обстоятельств. Эти фактические признаки должны быть доказаны и конкретизированы путем указания на время, место, способ, умысел, мотив и иные обстоятельства совершенного деяния.

Однако не все фактические обстоятельства важны для выдвижения обвинения и назначения наказания. Поэтому, условно, фактиче- ские признаки преступления можно разделить на две группы: обязательные (например, умышленное причинение смерти — как факт, событие) и факультативные (например, время, место — как информация о факте) признаки преступления. В своей совокупности они предопределяют основания и условия уголовной ответственности.

Юридическое основание квалификации преступлений

Содержание юридического основания определяется совокупностью юридических признаков, формирующих уголовно-правовой запрет в виде состава преступления.

Состав преступления — это предусмотренная уголовноправовой нормой система объективных и субъективных элементов и признаков виновно совершенного общественно опасного деяния, запрещенного уголовным законом.

11

Состав преступления образуют четыре элемента: объект преступления; объективная сторона; субъект преступления; субъективная сторона. Каждый из этих элементов характеризуется группой признаков.

Объект преступления — охраняемые уголовным законом общественные отношения — общий, родовой, видовой, непосредственный. Компонентами объекта являются сами субъекты этих отношений, их интересы, структурная взаимосвязь. Поэтому с объектом преступления связаны предмет преступления и потерпевший.

Объективная сторона преступления, как внешнее проявление преступления в реальной действительности, характеризуется такими юридическими признаками, как: деяние (действие или бездействие); общественно опасные последствия; причинная связь между деянием и его общественно опасными последствиями. В некоторых случаях к обязательным признакам объективной стороны закон относит время, место, способ, обстановку, орудия и средства совершения преступления.

Субъектом преступления признается только вменяемое физиче- ское лицо, достигшее возраста, установленного уголовным законом, а в отдельных случаях — специальными признаками, указанными в законе.

Лицо, не отвечающее этим условиям, не может нести уголовную ответственность, однако содеянное таким лицом не остается незамеченным с точки зрения уголовного закона, что должно учитываться и практиками. Эти положения восполняются, например, применением института соучастия. Так, если 13-летний подросток по указанию своего взрослого брата совершает кражу чужого имущества с незаконным проникновением в жилище, то последний, как надлежащий субъект преступления, понесет ответственность за данное преступление в качестве исполнителя по правилу так называемой юридической фикции в соответствии с ч. 2 ст. 33 УК РФ.

В силу закона (ст. 19 УК РФ) юридически значимые признаки субъекта преступления признаются условиями уголовной ответственности конкретного человека. В тех случаях, когда лицо, совершившее общественно опасное деяние, не установлено, что часто бывает на начальных стадиях производства по делу, квалификации подвергается само событие по фактически наступившим последствиям и другим объективным признакам, подпадающим под определенный состав преступления.

Субъективная сторона преступления — это психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию, включая вину, мотив цель и эмоции.

Вина представляет собой психическое отношение лица к запрещенному уголовным законом деянию и наступившим в результате

12

этого общественно опасным последствиям. Мотив — это побуждение, вызывающее решимость совершить общественно опасное деяние. Цель преступления — это представление лица о желаемом результате, к достижению которого стремится лицо при совершении общественно опасного деяния.

Основной состав преступления, как правило, дополняется квалифицирующими признаками, что усложняет юридическое основание квалификации.

Следует согласиться, что «все без исключения признаки преступлений и их составов указаны и должны быть указаны в уголовноправовой норме и только в ней»1. Состав преступления устанавливается нормой уголовного закона на основе положений его Общей и Особенной частей.

Основные конструктивные признаки состава преступления приводятся в статье Особенной части УК, где законодатель описывает оконченное преступление, совершенное исполнителем. Данная конструкция дополняется признаками субъекта (ст. 19 УК РФ), вины (ст. 24—26 УК РФ).

Однако конкретные деяния часто различаются по степени завершенности преступления, роли участия в нем виновного и другим фактическим обстоятельствам, что не может не учитываться при квалификации деяния и дифференциации ответственности за содеянное.

В таких случаях юридическое основание квалификации деяния дополняется нормами уголовного закона, служащими основанием для уголовного преследование за неоконченное преступление (ст. 30 УК РФ), за соучастие в преступлении в качестве организатора, подстрекателя либо пособника (ст. 33, 34 УК РФ) и др. Поэтому при квалификации преступления ссылка на них является обязательной. Например, действия лица, покушавшегося на кражу чужого имущества с незаконным проникновением в жилище, квалифицируются по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

При оценке конкретных деяний важно отграничить преступления от иных правонарушений, которые не содержат необходимой совокупности признаков какого-либо состава преступления и в силу малозначительности (ч. 2 ст. 14 УК РФ) или наличия обстоятельств, исключающих преступность деяний, предусмотренных в главе 8 УК РФ, уголовную ответственность за собой не влекут.

Для квалификации деяния по УК РФ оно должно быть достаточно социально опасным, поскольку согласно ч. 2 ст. 14 УК РФ малозначительное деяние не является преступлением.

1 Кузнецова Н.Ф. Преступление, состав преступления, диспозиция уголовноправовой нормы // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 1967. ¹ 4. С. 46.

13

На малозначительность деяния может указывать незначительность различных признаков, например, несущественный вред объекту уголовно-правовой охраны, минимальное участие в деянии, невысокая степень опасности тяжести последствий, неполнота возможного предвидения при небрежности, слабая степень легкомыслия при самонадеянности и др. При этом признаки фактически совершенного деяния не в полной степени соответствуют значению их юридических эквивалентов. В таком случае малозначительным признается деяние относительно конкретного состава преступления. Поэтому при признании содеянного малозначительным деянием следует указать, какое из фактических обстоятельств деяния недостаточно для признания юридического признака состава установленным.

Квалификация преступлений

и обвинение в совершении преступления

В уголовно-процессуальном законе «квалификация преступления» иногда выражается термином «обвинение» (ст. 5, 252 УПК РФ). Однако эти понятия нетождественны, и поэтому чаще в тесте закона они дополняют друг друга (п. 15 ч. 2 ст. 37, п. 3 ч. 1 ст. 39 УПК РФ) либо сочетаются, указывая на «квалификацию обвинения» (ч. 2 ст. 226 УПК РФ) или на иные формулировки.

Квалификация преступлений — предпосылка уголовной ответственности — является базой обвинения в порядке уголовного судопроизводства.

Обвинение, т.е. утверждение о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое в установленных уголовно-процессуальным законом порядке и форме (п. 22 ст. 5 УПК РФ), предполагает применение мер уголовноправового характера, хотя и не всегда влечет их.

Другое важное понятие «уголовное преследование» определяется в п. 55 ст. 5 УПК РФ, как процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Вполне справедливо понятия «обвинение» и «уголовное преследование» в уголовном судопроизводстве относятся к числу основных и привлекают заслуженное внимание исследователей. Очевидно и то, что многолетние исследования не привели ученых-процессуалистов к единому мнению об их сущности и содержании1.

1 Кругликов А.П. Уголовное преследование и обвинение в современном уголовном процессе России. Стратегия уголовного судопроизводства: Сб. материалов научной конференции к 160-летней годовщине со дня рождения И.Я. Фойницкого. М.: РАП, 2008. С. 105—111.

14

Эволюция законодательства и теоретического осмысления этих фундаментальных институтов представляет хотя и достаточно различающиеся позиции, но в своей системе позволяющие исследователю осознать их сущность.

Особого внимания заслуживают позиции основателей отечественной школы уголовного процесса И.Я. Фойницкого, С.И. Викторского, М.С. Строговича, считавших равнозначными либо весьма близкими понятия «обвинение» и «уголовное преследование».

В своих трудах И.Я. Фойницкий указывал, что «в силу индивидуального характера обвинение направляется на определенное лицо, относительно которого суду направляется требование установить его виновность и определить заслуженное наказание»1.

Поскольку преступление прежде всего затрагивает публичные интересы, считал С.И. Викторский, то это вызывает необходимость борьбы с ним со стороны государства, а отсюда «… уголовное преследование — в смысле полномочий государства требовать расследования дела судебным порядком и наказания виновного … цель уголовного преследования и уголовного иска — применение наказания»2.

По мнению М.С. Строговича, обвинение в уголовном процессе имеет четыре значения. В первом значении обвинение как уго- ловно-процессуальная функция — это обвинительная деятельность; это деятельность органа или лица, обвиняющего, изобли- чающего определенное лицо в совершении преступления. Второе значение состоит в том, что под обвинением имеется в виду деятельность обвинителя, выступающего в суде в качестве стороны, но это более узкое понятие обвинения по отношению к обвинению в первом значении. В третьем значении обвинение — это предмет обвинения, содержание обвинения, иначе — обвинительный тезис, утверждение о виновности обвиняемого в совершении преступления. Именно в этом смысле в уголовном процессе применяются такие выражения, как «предъявление обвинения» (в совершении преступления), «доказанность (или недоказанность обвинения)», «поддержание обвинения», «отказ от обвинения». Четвертое значение понятия обвинения, считал М.С. Строгович, — обвинение как сторона обвинения, наименование обвинителя, выступающего в суде. Он констатировал;

«… уголовное преследование — это обвинение как уголовнопроцессуальная функция, обвинительная деятельность»3.

1 Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1996. С. 3.

2 Викторский С.И. Русский уголовный процесс. Учебное пособие. М. 1997. С. 232—233. 3 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Том 1. М., 1968. С. 189—190.

15

Не оставлены без внимания эти понятия и в современной литературе, где помимо вопроса о соотношении понятий «обвинение» и «уголовное преследование» в свете современного уголовно-про- цессуального законодательства исследуются вопросы их функциональности и сущности.

В современной теории сохраняется неоднозначность позиций и взглядов на историю и сущность этих важнейших понятий1. Практическую значимость представляют конкретные исследования реализации функции уголовного преследования и обвинения на различных этапах уголовного производства в компетенции участников процесса2.

Не углубляясь в дискуссию, следует согласиться с мнением о сущностном различии рассматриваемых понятий и их функциональной взаимообусловленности, при которой «уголовное преследование не только порождается уголовно-процессуальной функцией обвинения, но и охватывается ею»3.

Очевидно, что в отличие от положений Устава уголовного судопроизводства 1864 г., последующих источников законодательства, не проводивших четких разграничений в определении обвинения и уголовного преследования, действующий уголовно-процессуальный

1 См.: Алексеев Н.С., Даев В.Г., Кокарев Л.Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж. 1980. С. 122; Амирбеков К. Проблемы реализации обвинительной функции прокуратуры России в условиях реформирования судопроизводства // Уголовное право. 2004. ¹ 2. С. 89; Давыдов П.М. Обвинение в советском уголовном процессе. Свердловск, 1974. С. 29; Кругликов А.П. Уголовное преследование и обвинение в современном уголовном процессе России. Стратегия уголовного судопроизводства: Сб. материалов научной конференции к 160-летней годовщине со дня рождения И.Я. Фойницкого. М.: РАП, 2008. С. 105—111; Хорищенко Ю.Г. Уголовное преследование как многоаспектное понятие: сущность и пределы // Пятьдесят лет кафедре уголовного процесса УрГЮА (СЮИ): Материалы международной научно-практической конференции, г. Екатеринбург, 27—28 января 2005 г. : в 2 ч. Екатеринбург, 2005. ч. 2. С. 362.; Шуваткин А.В. Уголовное преследование в законодательстве и уголовнопроцессуальной науке: история и современность // Проблемы развития уголов- но-процессуального законодательства на современном этапе: Сб. научных статей / под ред. С.А. Шейфера. Самара, 2002. С. 165; Якубович Н.А. Понятие обвинения и основания привлечения лица в качестве обвиняемого // Необоснованное обвинение и реабилитация в уголовном процессе. М., 1995. С. 3.

2 См.: Волженкина В. Суд и уголовное преследование // Уголовное право. 2008. ¹1. С. 83—86; Исаенко В. Понятие и система принципов методики поддержания государственного обвинения по уголовному делу // Уголовное право. 2008. ¹ 6.

Ñ.47—53; Крюков В.Ф. Уголовное преследование как одно из проявлений уго- ловно-процессуальной функции обвинения // Российская юстиция. 2007. ¹ 4.

Ñ.51—54; Курочкина Л. Процессуальная самостоятельность государственного обвинителя // Уголовное право. 2008. ¹ 6. С. 54—57.

3 Крюков В.Ф. Уголовное преследование как одно из проявлений уголовно-

процессуальной функции обвинения // Российская юстиция. 2007. ¹ 4. С. 51—54.

16

закон посредством легальных определений эту задачу определенным образом разрешает1.

В целях настоящего исследования межотраслевого плана необходимо рассматривать обвинение и уголовное преследование во взаимосвязи с квалификацией преступлений.

Обвинение включает уголовно-правовую оценку, т.е. квалификацию преступления (материальный признак), уголовно-процес- суальную форму реализации (формальный признак), а также наделяется законодателем некоторыми факультативными признаками, например, оценочным признаком тяжести совершенного деяния, выраженного характером и размером установленных уголовноправовых мер. С тяжестью обвинения закон связывает пределы изменения обвинения (квалификации) в суде, вследствие чего в судебном разбирательстве возникают ситуации, когда суд не свободен в выборе уголовно-правовой нормы.

Обвинение закрепляется в постановлении о привлечении в ка- честве обвиняемого, обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном приговоре, постановлении о прекращении уголовного дела и уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям.

Уголовное преследование — это процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления. В ходе этой процессуальной деятельности деяние подозреваемого квалифицируется при возбуждении уголовного дела, при задержании в соответствии со ст. 91 и 92 УПК РФ, применении меры пресечения до предъявления обвинения (ст. 46 УПК РФ), в уведомлении о подозрении в совершении преступления в порядке ст. 223.1 УПК РФ.

Поэтому квалификация преступления может осуществляться и за рамками обвинения, в том числе при возбуждении уголовного дела, определении подследственности, подсудности, при применении меры процессуального принуждения в отношении подозреваемого, при прекращении уголовного дела, приостановлении производства расследования и в некоторых других случаях.

При подозрении и обвинении квалифицируются действия конкретного лица. В других случаях квалификация преступления может даваться без указания на конкретного человека и имеет иное правовое значение. В связи с этим содержание подозрения и обвинения полнее, поскольку включает признаки субъекта преступления.

В свою очередь, обвинение, включая элемент квалификации содеянного, в том числе выражаясь в формулировке и формуле (юри-

1 Например, определения «обвинения» и «уголовного преследования» приводятся в ст. 5 УПК РФ, в соответствии с которыми они используются в уголовнопроцессуальном законодательстве.

17

дический компонент обвинения), может также включать и другие обстоятельства, которые не влияют на квалификацию деяния, однако учитываются при назначении наказания, например, рецидив преступлений и другие обстоятельства, предусмотренные ст. 63 УК РФ. Таким образом, обвинение может включать обстоятельства, имеющие значение для квалификации преступления, так и обстоятельства, влияющие на наказание «наказательные»1.

Таким образом, квалификация преступлений и обвинение могут не совпадать и по объему.

В объем квалификации преступлений включается совокупность инкриминируемых преступлений (основных составов), отягчающих, особо отягчающих либо смягчающих обстоятельств, с которыми закон связывает уголовную ответственность.

Так, при вменении кражи (основной состав предусмотрен ч. 1 ст. 158 УК РФ), совершенной с незаконным проникновением в жилище (п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ), в особо крупном размере (п. «б»

÷.4 ст. 158 УК РФ), объем квалификации включает эти компоненты, основным из которых является первый, а последние — дополнительными. Понятно, что это единое преступление будет квалифицировано лишь по п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ. Именно такая формула должна быть отражена в резолютивной части постановления о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительного приговора.

Формула квалификации преступления (обвинения) — это условное выражение числами и буквами, указывающими на закон, нарушение которого вменяется конкретному лицу. Формула обвинения указывается в резолютивной части постановления о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительного акта, обвинительного приговора. К примеру, в резолютивной части обвинительного приговора указывается решение суда о признании гражданина виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «е», «и»

÷.2 ñò. 105 ÓÊ ÐÔ.

Формулировка обвинения — это краткое изложение уголовноправовых норм, нарушение которых вменяется обвиняемому. Так, по указанной выше формуле формулировка будет указывать на то, что лицо совершило убийство, т.е. умышленное причинение смерти двум и более лицам, общеопасным способом, из хулиганских побуждений.

В ряде случаев формулировка обвинения может выходить за рамки формулы. Например, действия преступника квалифицированы по п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, а формулировка указывает на со-

1 См.: Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении. Учебник для вузов / под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. М.: ИКД «Зер- цало-М», 2002. С. 175.

18

вершение кражи, т.е. тайного хищения чужого имущества, совершенной группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, в особо крупном размере.

Под основанием обвинения в процессуальном аспекте следует понимать наличие достаточных доказательств, указывающих на совершение лицом деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом. Таким образом, каждый из фактических признаков совершенного деяния должен быть доказан как на досудебных стадиях, так и в процессе судебного производства. Недоказанный либо «забытый» (не исследованный) признак в квалификации не участвует.

Приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании1.

Решающее значение в определении правил квалификации преступлений и обвинения имеют положения принципов права, исследование которых не теряет актуальности2.

В соответствии со ст. 50 Конституции РФ и ч. 2 ст. 6 УК РФ никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление. Принцип «non bis in idem», выражающийся в том, что «никакое лицо не должно быть повторно судимо или наказано в уголовном порядке в рамках юрисдикции одного и того же государства за преступление, за которое лицо уже было окончательно оправдано или осуждено в соответствии с законом и уголовно-процессуальными нормами этого государства», закреплен в п. 6 ст. 14 Международного пакта о гражданских и полити- ческих правах, Протоколе ¹ 7 к Европейской конвенции о защите прав и основных свобод, ст. 7 Конвенции Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека от 26 мая 1995 г.

Из приведенных выше положений можно вывести следующее правило: одно фактически совершенное деяние квалифицируется как одно преступление, если выбранный состав преступления в полной мере охватывает объективные признаки фактического основания. Другими словами, одно фактическое основание может быть положено в основу одной квалификации.

При квалификации составных (сложных) преступлений не требуют дополнительной квалификации объективные признаки деяния, например, способ воздействия на объект уголовноправовой охраны, если они предусмотрены в качестве конструктивных элементов основного либо квалифицированного состава

1 Пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. ¹1 «О судебном приговоре».

2 См., напр.: Звечаровский И.Э. Современное уголовное право России: понятие, принципы, политика. СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс». 2001.

19

преступления. Например, признак «насилие, опасное для жизни или здоровья» в составе разбоя (ч. 1 ст. 162 УК РФ) включает и способ действия, и его результат (в том числе реальное причинение легкого либо средней тяжести вреда здоровью), и поэтому дополнительной квалификации по ст. 112, 115 УК РФ не требуется. Признак «незаконное проникновение в жилище» при квалификации хищений также является квалифицирующим признаком составного преступления, например, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, и не требует дополнительной квалификации по ст. 139 УК РФ за нарушение неприкосновенности жилища. Аналогично следует учитывать как единое фактическое основание использование подложного документа при обмане как способе мошенничества (ст. 159 УК РФ), умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества — при незаконном проникновении в жилище, помещение либо иное хранилище (ст. 158, 161, 162 УК РФ)1.

В приведенных выше случаях инкриминируемое деяние вклю- чает совокупность основных и дополнительных признаков содеянного, чем и определяется общественная опасность деяния в целом.

Казалось бы, приведенное правило достаточно ясно. В юриди- ческой литературе по этому поводу приводятся разъяснения специалистов уголовного права2. Однако это правило выполняется не всегда: допускается двойной учет одного деяния при квалификации преступлений, чему способствуют противоречивые положения уголовного законодательства и небесспорные разъяснения высшей судебной инстанции.

Так, получение должностным лицом взятки за незаконные действия (бездействие), квалифицированное по ч. 2 ст. 290 УК РФ, также содержит признаки составного преступления, что может поставить под сомнение дополнительную оценку незаконных действий взяткополучателя, даже если они подпадают под признаки преступления небольшой или средней тяжести (например, ч. 1 ст. 285, ч. 1 ст. 286, ст. 292 УК РФ). Соответственно и взяткодатель, обвиняемый по ч. 2 ст. 291 УК РФ по признаку дачи взятки за совершение заведомо незаконных действий (бездействие), не может отвечать еще и за подстрекательство взяткополучателя к совершению преступления небольшой или средней тяжести.

1 См.: п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. ¹ 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» 2 См., напр.: Волженкин Б.В. Принцип справедливости и проблемы множествен-

ности преступлений по УК РФ // Законность. 1998. ¹ 12. С. 2—7.; Кузнецова Н.Ф. Квалификация сложных составов преступлений // Уголовное право. 2000. ¹ 1. С. 25—32.

20