Изменение квалификации преступлений и обвинения в уголовном судопроизводстве. Научно-практическое пособие

Âсудебной практике распространено изменение квалификации

âразбое при признании эксцесса исполнителя (с п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ на ч. 3, 2 или 1 ст. 162 либо ст. 161 УК РФ1).

Мошенничество (ст. 159 УК РФ), т.е. хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, отличается от других форм хищения способом причинения ущерба потерпевшему.

Способы хищения при мошенничестве весьма разнообразны. В ряде случаев сам способ мошенничества содержит признаки иного уголовно наказуемого деяния. Так, в соответствии со сложившейся судебно-следственной практикой, использование заведомо подложного официального документа при мошенничестве не требует дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 УК РФ, поскольку использование документа при мошенничестве объективно направлено лишь на причинение вреда отношениям собственности. Данное правило закреплено в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. ¹ 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»2.

Âтех случаях, когда обвинение в хищении по каким-либо при- чинам не подтвердилось, использование подложного документа может быть самостоятельно квалифицировано по ч. 3 ст. 327 УК РФ, так как для этого есть и фактические, и юридические основания. Изготовление подложного официального документа подлежит самостоятельной оценке и при наличии к тому оснований должно быть квалифицировано по ч. 2 ст. 327 УК РФ, как подделка, совершенная с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение3.

Обман при мошенничестве может различаться по содержанию и направленности ложной информации, в том числе относительно предмета преступления, личности виновного, характера и направленности действий мошенника.

Âнекоторых случаях обман может совершаться под видом другого преступления, когда он совершается, например, относительно предмета преступной сделки.

Если под видом наркотических средств либо под видом взрыв- чатых веществ лицо передает за деньги покупателю иное вещество, предмет, то оно совершает мошенничество и его действия должны быть переквалифицированы соответственно со ст. 2281 ëèáî ñî ñò. 222 íà ñò. 159 ÓÊ ÐÔ.

1 ÁÂÑ ÐÔ. 1999. ¹7. Ñ. 7—8; ÁÂÑ ÐÔ. 2001. ¹6. Ñ. 10—11, ¹8. Ñ. 18; ÁÂÑ ÐÔ. 2002. ¹8. Ñ. 14, ¹9. Ñ. 11—12; ÁÂÑ ÐÔ. 2007. ¹ 6. Ñ. 5; ÁÂÑ ÐÔ. 2008. ¹3. Ñ. 22.

2 ÁÂÑ ÐÔ. 2008. ¹2. Ñ. 3—8.

3 ÁÂÑ ÐÔ. 2003. ¹5. Ñ. 18—19.

101

Изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг (ст. 186 УК) относится к преступлениям в сфере экономической деятельности, а основным непосредственным объектом преступления признаются кредитно-денежные отношения. Сбыт и иное распространение поддельных денег причиняет материальный вред уча- стникам таких отношений, в том числе и гражданам, и по объективным и субъективным признакам мало чем отличается от мошенничества. Но поскольку данное обстоятельство включено в состав преступления, предусмотренного ст. 186 УК РФ, дополнительная квалификация сбыта поддельных денег или ценных бумаг не требуется. Вместе с тем в судебном разбирательстве может быть признано, что в силу грубой подделки денежная купюра не могла причи- нить вреда основному объекту, а ее сбыт осуществлялся лишь с целью хищения чужого имущества, полученного в обмен на поддельную купюру. В такой ситуации вполне правомерной будет переквалификация содеянного на ст. 159 УК РФ1, если фактические обстоятельства указывали на причинение имущественного ущерба в необходимом размере, либо на ст. 7.27 КоАП РФ о мелком хищении.

В практике опубликованы примеры судебных решений кассационной и надзорной инстанций с переквалификацией деяний со ст. 159 УК РФ на ст. 165 УК РФ2 èëè íà ñò.158 ÓÊ ÐÔ3, íà ñò. 327 ÓÊ ÐÔ4.

На возможность изменения квалификации преступлений указывает следующая правовая позиция. От хищения следует отличать случаи, когда лицо, изымая и (или) обращая в свою пользу или пользу других лиц чужое имущество, действовало в целях осуществления своего действительного или предполагаемого права на это имущество (например, если лицо присвоило вверенное ему имущество в целях обеспечения долгового обязательства, не исполненного собственником имущества). При наличии оснований, предусмотренных ст. 330 УК РФ, виновное лицо в указанных случаях должно быть привлечено к уголовной ответственности за самоуправство5.

Мошенничество, как разновидность корыстного преступления, сочетается со взяточничеством и иными служебными корыстными преступлениями. Потерпевший может быть введен в заблуждение

1 См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 апреля 2001 г. «О судебной практике по делам об изготовлении или сбыте поддельных денег или ценных бумаг» // Бюлл. Верх. Суда РФ. 2001. ¹7.

2 ÁÂÑ ÐÔ. 1999. ¹2. Ñ. 16.

3 ÁÂÑ ÐÔ. 2008. ¹7. Ñ. 20.

4 ÁÂÑ ÐÔ. 2003. ¹5. Ñ. 18—19.

5 См.: Пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. ¹51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

102

относительно должностных полномочий получателя ценностей, и фактически становится жертвой мошенника. Первоначальное обвинение в получении взятки предполагает причинение имущественного ущерба, поскольку такие действия связаны с незаконным присвоением чужого имущества, а также совершением должностным лицом определенных действий (бездействия) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц. С учетом исходного обвинения в получении взятки действия подсудимого могут быть переквалифицированы в части причинения имущественного ущерба на статью о преступлении против собственности, например, ст. 159 УК РФ1.

Поскольку изобличение взяточника происходит, как правило, в ходе оперативного эксперимента, но в отличие от взяточничества состав мошенничества признается материальным составом, представляется правильным квалифицировать деяние лица, задержанного при получении денег от потерпевшего сотрудниками правоохранительных органов, как покушение на мошенничество2.

На практике может возникнуть вопрос о переквалификации хищения на одно из служебных преступлений, например, на злоупотребление полномочиями (ст. 201 УК РФ) либо злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ). Содержит ли уголовный закон для этого необходимые основания?

Рассмотрим это на примере мошенничества (ст. 159 УК РФ) и присвоения или растраты (ст. 160 УК РФ), квалифицированные виды которых предусматривают ответственность за совершение этих преступлений лицом с использованием своего служебного положения.

Сравнение признаков преступлений (например, по ч. 3 ст. 159 и ч. 1 ст. 285 УК РФ) показывает, что такое изменение квалификации возможно как по фактическим, так и по юридическим основаниям.

Изначальное обвинение в мошенничестве, совершенном лицом с использованием своего служебного положения, включает все признаки хищения (причинение имущественного ущерба, корыстную цель и др.), что достаточно для обвинения в злоупотреблении должностными полномочиями. При этом использование своего служебного положения, как более общее понятие, охватывает и случаи злоупотребления должностными полномочиями, при которых использование служебного положения выражается в неправомерном использовании организационно-распорядительных или ад- министративно-хозяйственных функций либо функции представителя власти должностным лицом. Поэтому, если вопрос о переквалификации содеянного решается в отношении должностного лица,

1 См.: Извлечение из постановления Президиума Верховного Суда РФ от 21 февраля 2001. по делу Макаренко Бюллетень Верховного Суда РФ. 2001. ¹ 12. С. 10—11; БВС РФ. 2002. ¹ 12. С. 7.

2 ÁÂÑ ÐÔ. 2001. ¹1. Ñ. 11.

103

причинившего существенный вред неправомерным использованием одного из своих должностных полномочий, его действия могут быть переквалифицированы с ч. 3 ст. 159 (или ч. 3 ст. 160) на ст. 285 УК РФ, что уменьшает и смягчает обвинение, как с фактической, так и с юридической точек зрения. Аналогичным образом может решаться вопрос и в отношении лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, действия которого могут быть переквалифицированы с ч. 3 ст. 159 или ч. 3 ст. 160 УК РФ на ст. 201 УК РФ1.

Допустим, сотрудник органов внутренних дел С. задержан с поличным при получении денег за содействие в освобождении от административной ответственности в виде лишения водительских прав водителя, задержанного за управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Поскольку разрешение административного производства не входило в компетенцию С., органами предварительного следствия его действия квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 159 УК РФ как покушение на мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения. В судебном следствии подсудимый утверждал, что получал деньги для использования их на ремонт служебного автомобиля. Эта версия была подтверждена свидетелями — коллегами С. Считаем, что в такой ситуации изменение квалификации на ч. 1 ст. 285 УК РФ — злоупотребление должностными полномочиями, возможно, поскольку изначально инкриминируемое деяние вклю- чало и служебный характер поведения, и причинение ущерба незаконными действиями подсудимого.

Рассмотрим этот случай иначе. С. по указанным обстоятельствам обвинялся по ч. 1 ст. 285 УК РФ и в судебном следствии представил доказательства, что не собирался тратить деньги на служебный автомобиль, а хотел их присвоить, т.е. покушался на хищение. Следует ли из этого, что ситуация не разрешима? Конечно, выбор суда значительно расширился бы, если бы С. предстал перед судом по обвинению в получении взятки, да еще совершенной с вымогательством, т.е. по п. «в» ч. 4 ст. 290 УК РФ. В такой ситуации, вероятно, целесообразно обвинение оставить прежним — по ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Одними из корыстных посягательств на собственность является вымогательство (ст. 163 УК РФ). Как и разбой, вымогательство является корыстно-насильственным сложным преступлением, посягающим на несколько объектов уголовно-правовой охраны: собственность и личность потерпевшего. С объективной стороны вымогательство выражается в требовании, обращенном к потерпевшему.

1 ÁÂÑ ÐÔ. 2003. ¹1.

104

Само требование может сопровождаться угрозой применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно угрозой нежелательного распространения сведений. Если требование сопровождается насилием, то данное обстоятельство учитывается в качестве квалифицирующего признака (п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ). Совершение указанных действий причиняет различный вред и может получить самостоятельную оценку, в том числе по ст. 330, 119 УК РФ, а при совершении насилия, уничтожении имущества или распространении клеветы — соответственно по ст. 116, 115, 112, по ст. 167 или по ст. 129 УК РФ.

Достаточно распространена практика изменения квалификации преступлений, связанных с умышленным уничтожением чужого имущества, в том числе с учетом размера ущерба и способа унич- тожения.

Переквалифицируя преступление с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ, суд кассационной и надзорной инстанций учитывал, что уничтожение или повреждение отдельных предметов с применением огня в условиях, исключающих его распространение на другие объекты, и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу, следует квалифицировать по ч. 1 ст. 167 УК РФ1.

Такие разъяснения даны в п. 6 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 5 июня 2002 г. ¹ 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении и повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем»2.

Таким образом, изменение квалификации по обвинению в преступлениях против собственности в системе имущественных (предметных) преступлений определяется фактическими обстоятельствами обвинения с учетом объекта (объектов) посягательств, характера, способа и иных объективных и субъективных признаков причи- нения имущественного ущерба, иного вреда интересам субъектов этих отношений.

2.3. Преступления в сфере экономической деятельности

Повышенный интерес к квалификации преступлений в сфере экономической деятельности в настоящее время не случаен. Возникающие новые формы общественных отношений нуждаются в четком регулировании и защите. Теоретическому обоснованию квалификации преступлений в сфере экономической деятельности уделе-

1 ÁÂÑ ÐÔ. 2003. ¹ 7. Ñ. 9; ÁÂÑ ÐÔ. 2006. ¹ 7. Ñ. 18; ÁÂÑ ÐÔ. 2007. ¹ 10. Ñ. 12; 2 ÁÂÑ ÐÔ. 2002. ¹ 8. Ñ. 4—6.

105

но немало внимания в юридической литературе1, где уголовноправовые нормы об экономических преступлениях рассматриваются не только в плане анализа конкретных составов преступлений, но и в системе норм права, исследуются общие и разграничительные признаки составов преступлений.

Квалификации отдельных преступлений уделяет внимание и Пленум Верховного Суда РФ в своих постановлениях, например: от 28 апреля 1994 г. ¹ 2 «О судебной практике по делам об изготовлении или сбыте поддельных денег или ценных бумаг»; от 27 мая 2008 г. ¹ 6 «О судебной практике по делам о контрабанде»; от 28 декабря 2006 г. ¹ 64 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления»2.

Правила квалификации некоторых преступлений являлись предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 27 мая 2008 г. ¹ 8-П3 ч. 1 ст. 188 УК РФ (контрабанда) признана не соответствующей Конституции РФ в той мере, в какой оно позволяет — во взаимосвязи с примечанием к ст. 169 УК РФ — при привлечении к уголовной ответственности за контрабанду, совершаемую путем перемещения через таможенную границу Российской Федерации недекларированной или недостаточно декларированной иностранной валюты и (или) валюты Российской Федерации в крупном, т.е. превышающем в эквиваленте 250 тыс. руб., размере, признавать его таковым исходя из всей перемещаемой суммы, включая и ту ее

1 См., напр.: Аслаханов А.А. Преступность в сфере экономики // криминологиче- ские и уголовно-правовые проблемы М., 1997; Бойко А.И., Родина Л.Ю. Контрабанда. СПб., 2002; Верин В.П. Преступления в сфере экономики. М., 2001; Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности. СПб., 2002; Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Преступления в сфере экономической деятельности. М., 2001; Горелик А.С., Шишко И.В., Хлупина Г.Н. Преступления в сфере экономической деятельности и против интересов службы в коммерческих и иных организациях. Красноярск, 1998; Завидов Б.Д. и др. Преступления в сфере экономики. Уголовно-правовой анализ и квалификация. М., 2001; Кругликов Л.Л., Соловьев О.Г. Преступления в сфере экономической деятельности и налогообложения. Ярославль, 2003; Лопашенко Н.А. Преступление в сфере экономической деятельности: понятие, система, проблемы квалификации и наказания. М., 2001; Сучков Ю.И. Преступления в сфере внешнеэкономической деятельности Российской Федерации / Ю.И. Сучков. 2-е изд., перераб. и доп. М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2007; Яни П.С. Экономические и служебные преступления. М., 1997.

2 ÁÂÑ ÐÔ. 2007. ¹3. Ñ. 18—23.

3 Постановление Конституционного Суда РФ от 27 мая 2008 г. ¹ 8-П «По делу о проверке конституционности положения ч. 1 ст. 188 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина М.А. Асламазян» // Система Гарант Платформа. F-1 Эксперт.

106

часть, которую закон разрешает ввозить в Российскую Федерацию без письменного декларирования.

Ñучетом этого судебные решения о квалификации деяний по ст. 188 УК РФ, принимаемые ранее, могут быть пересмотрены1.

В сферу внимания практики чаще попадают такие преступления, как: приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем (ст. 175 УК РФ); уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с организации (ст. 199 УК РФ), изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг (ст. 186 УК РФ), уклонение физического лица от уплаты налога или страхового взноса в государственные внебюджетные фонды (ст. 198 УК РФ), незаконное предпринимательство (ст. 171 УК РФ), контрабанда (ст. 188 УК РФ), незаконный оборот драгоценных металлов, природных драгоценных камней или жемчуга (ст. 191 УК РФ), уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации или физического лица (ст. 194 УК РФ).

Определение законодателем места преступлений в сфере экономической деятельности в гл. 22 УК РФ не мешает проследить их связь с иными преступлениями, предусмотренными Особенной ча- стью УК, в том числе по объекту уголовно-правовой охраны, характеру имущественного ущерба и иного вреда общественным отношениям, потерпевшим, характеру и последствиям противоправного поведения виновного, признакам субъекта (например, руководитель коммерческой организации в ст. 199 УК РФ, лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой организации, в ст. 201, 204 УК РФ).

Ñучетом общих правил обвинение в совершении экономиче- ского преступления, предусмотренного гл. 22 УК РФ, может быть изменено в пределах исходного обвинения общественно опасного деяния и последствий. В силу бланкетности норм обвинение в совершении большинства экономических преступлений предполагает указание на:

1) нарушение базового законодательства (например, закон о государственной регистрации юридических лиц, о лицензировании отдельных видов деятельности, таможенного, налогового и иного законодательства);

2) наступившие последствия (крупный ущерб гражданам, организациям или государству) и другие обстоятельства.

В ряде случаев имущественный ущерб физическим и юридиче- ским лицам или государству причиняется действиями руководителя

1 См., напр.: Определение Судебной колегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25 декабря 2006 г. ¹ 83-Д06—18 // Система Гарант Пратформа F-1 Эксперт; Приговор Головинского районного суда г. Москвы от 5 апреля 2005 г. в отношении Л.Т. // Дело ¹1-360/2005 г.

107

коммерческой и иной организации (лицом, выполняющим управленческие функции в этих организациях) либо должностным лицом, что требует дополнительной квалификации, и ибо соотнесения экономических преступлений со служебными преступлениями — злоупотребление (ст. 169, 170 и ст. 285 УК РФ).

По объективным и субъективным признакам некоторых составов преступлений в судебном разбирательстве возможно изменение квалификации преступлений в пределах ст. 186—159; 169—285; 195—201, 165; 199—201, 285 УК РФ и др.

Достаточно часто в обвинении используется ст. 175 УК РФ, предусматривающая ответственность за присвоение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем, например, в результате кражи, разбоя, вымогательства, получения взятки. Особенность данного состава преступления в том, что он имеет много общего с деянием пособника преступлению, при котором лицо заранее обещает приобрести или сбыть предметы, добытые преступным путем (ч. 5 ст. 33 УК РФ). Лицо, непосредственно совершившее кражу, грабеж, получение взятки распоряжается полученным имуществом, в том числе сбывает его. Такие действия составляют цель соответствующего преступления, поэтому не требуют дополнительной квалификации по ст. 175 УК РФ.

Такое сходство является предпосылкой изменения обвинения в соучастии в преступлении, совершенного группой соисполнителей (п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 162, п. «а» ч. 4 ст. 290 УК РФ) либо в качестве пособника преступления (ч. 5 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 5 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 163, ч. 5 ст. 33, п. «а» ч. 4 ст. 290 УК РФ), на обвинение в преступлении, предусмотренном ст. 175 УК РФ.

Переквалификация преступления со ст. 158 на ст. 175 УК РФ в судебной практике встречается довольно часто и не вызывает сомнений1. Важно, чтобы изначально фабула обвинения подсудимого включала его действия по присвоению и распоряжению таким имуществом. Следует установить и иные основания и условия уголовной ответственности по ст. 175 УК РФ, в том числе 16-летний возраст подсудимого.

Общественная опасность деяний, предусмотренных ст. 186 УК РФ (изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг) характеризуется нарушением стабильности кредитно-денежной системы Российской Федерации, а также причинением имущественного ущерба государству, организациям, гражданам. Состав преступления предполагает изготовление в целях сбыта или сбыт денег, ценных бумаг, выпуск и оборот которых находится под контролем государства. Являясь неотъемлемым элементом экономических от-

1 См., напр.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. ¹ 6. С. 19.

108

ношений, эти предметы выражают имущественные права и интересы субъектов. Поэтому квалификация содеянного по ст. 186 УК РФ предполагает в числе фактических обстоятельств реальное причи- нение вреда существующим отношениям по поводу обращения таких предметов, а также причинение реального ущерба имущественным интересам субъектов таких отношений.

В теории обсуждается вопрос о соотношении данного преступления с преступлениями против собственности и о возможности их квалификации по совокупности в тех случаях, когда деяние повлекло завладение чужим имуществом1. Очевидно, что сбыт поддельных денег или ценных бумаг включает причинение вреда отношениям собственности. Поэтому следует согласиться с положениями п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 апреля 2001 г. о том, что незаконное приобретение лицом чужого имущества в результате проделанных им операций с фальшивыми деньгами или ценными бумагами, охватывается составом фальшивомонетничества и дополнительной квалификации по соответствующим статьям, предусматривающим ответственность за хищение, не требуется. Такая интерпретация соотношения этих составов позволяет изменять обвинение с переквалификацией преступлений со ст. 186 на ст. 159 УК РФ в тех случаях, когда, как указывается в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 апреля 2001 г. ¹ 1 «явное несоответствие фальшивой купюры подлинной, исключающее ее уча- стие в денежном обращении, а также иные обстоятельства дела свидетельствуют о направленности умысла виновного на грубый обман ограниченного числа лиц, такие действия могут быть квалифицированы как мошенничество»2. Степень сходства фальшивок с подлинными деньгами и ценными бумагами всякий раз будет определяться с учетом их сличения, места, времени и иных обстоятельств сбыта, что и определит квалификацию содеянного. Предвидя такую ситуацию, органы предварительного расследования в слу- чаях причинения имущественного ущерба потерпевшим могут квалифицировать деяние по совокупности ст. 186 и ст. 159 УК РФ. В такой ситуации государственный обвинитель и суд по результатам судебного следствия вправе исключить из обвинения ссылку на одну из статей УК РФ, сохранив в обвинении другую.

1 См., напр.: Тюнин В.И. Юридическая конструкция деяний в сфере экономиче- ской деятельности и решение спорных вопросов конкуренции и совокупности уголовно-правовых норм. СПб., 2001. С. 23; Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности (экономические преступления). СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2002. С. 377.

2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 апреля 2001 г. ¹1 О внесении изменений и дополнений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 апреля 1994 г. ¹ 2 «О судебной практике по делам об изготовлении или сбыте поддельных денег и ценных бумаг».

109

Поскольку исключение из обвинения подсудимого ст. 186 УК РФ вполне логично повлечет прекращение уголовного преследования лица, изготовившего фальшивые денежные знаки или ценные бумаги, что не исключает его соучастие в хищении, а также в преступлении, предусмотренном ст. 327 УК РФ. Но это обвинение должно строиться с учетом квалификации исполнителя хищения (с учетом стадии и роли в преступлении).

Вместе с тем мы не исключаем переквалификацию преступления со ст. 186 на ст. 159 УК РФ. При этом с фактической стороны должно наличествовать завладение чужим имуществом путем обмана, даже когда для этого используются фальшивые деньги или ценные бумаги. С учетом характера приведенных в обвинении деяния и его последствий не исключается переквалификация преступления со ст. 186 на ст. 165, 327 УК РФ и др.

Следует согласиться с решением кассационной инстанции о переквалификации действий Б. с ч. 2 ст. 186 УК РФ на ч. 1 ст. 327 УК РФ — подделка официального документа, предоставляющего определенные права, в целях его использования в качестве такового, а не как средства платежа.

По приговору суда Б. признан виновным в изготовлении с целью сбыта поддельной ценной бумаги в валюте Российской Федерации в крупном размере и осужден по ч. 2 ст. 186 УК РФ.

Установлено, что Б. по просьбе А. и Ж. за вознаграждение изготовил поддельный вексель, который последние намеревались вложить в материалы уголовного дела вместо изъятого работниками милиции. Б. о таком намерении А. и Ж. было известно.

Однако, давая правовую оценку содеянному Б., суд первой инстанции в нарушение требований ст. 254 УПК РСФСР вышел за пределы предъявленного ему обвинения. Признав Б. виновным в сбыте поддельного векселя, суд указал, что формой сбыта векселя является передача его с целью вложения в материалы уголовного дела вместо изъятого работниками милиции, а также получение денежного вознаграждения за изготовление поддельного векселя.

Вместе с тем в соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 апреля 2001 г. ¹ 1 «О внесении изменений и дополнений в постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. ¹ 2 «О судебной практике по делам об изготовлении или сбыте поддельных денег или ценных бумаг», сбыт поддельных денег или ценных бумаг состоит в использовании их в качестве средства платежа при оплате товаров и услуг, размене, дарении, даче взаймы, продаже и тому подобное.

Фактически же судом установлено, что Б. изготовил поддельный вексель не для последующей его реализации как ценной бумаги, а для вложения в материалы уголовного дела вместо имевшегося там векселя1.

1 Определение ¹ 48—002—117 по делу Б. и др. // БВС РФ. 2002.

110