Владение и владельческая защита в зарубежном и российском гражданском праве. Монография

титульному владельцу, полагала советский юрист, собственник уступает часть правомочия владения последнему в том объеме, который необходим для осуществления физического обладания вещью титульным владельцем1.

Исследованием проблемы владения и его видов в советском гражданском праве занималась М.В. Самойлова. Она выделила в советском гражданском законодательстве два значения понятия владения: владение – одно из правомочий собственника и владение – одно из правомочий обладателя иного субъективного права. По ее мнению, владение собственника и владение по договору нетождественны и обладают различным правовым содержанием, что сообщает их граж- данско-правовой защите частные различия2. Исследуя в своих работах правовую природу законного владения несобственника, она не признавала возможность делегирования собственником своих правомочий, в частности правомочия владения, другим лицам, полагая, что в этом случае пришлось бы признавать существование неизвестной отечественному законодательству «неполной собственности».

В противоположность этому выводу в литературе было высказано соображение о том, что «советское гражданское право во всех случаях признает владельцем только одно лицо. Если собственник не имеет вещи в своем непосредственном фактическом господстве, его право не считает владельцем вещи»3. Здесь, по-видимому, происходит смешение права владения с реальным его осуществлением в виде фактического обладания вещью, иначе теоретически становится вообще невозможным такое положение, при котором по поводу одной и той же вещи может существовать и право собственности, и законное владение.

Свои взгляды на проблему владения высказывал В.А. Тархов. Он отмечал, что фактическое владение не является необходимым для существования права владения, и указывал на ситуации (передача имущества по договору, изъятие вещи, основанное на законе, противоправное изъятие вещи, оставление вещи собственником вне места его пребывания), при которых собственник, не имея возможности осуществлять фактическое владение, сохраняет при этом право собственности в полном объеме. Поэтому, сделал вывод ученый, правомочие владения сохраняется у собственника и в том случае, когда

1Малинкович М.В. Указ. соч. С. 7–10.

2Самойлова М.В. Законное владение в советском гражданском праве // Правоведение. 1965. № 4. С. 66.

3Черепахин Б.Б. Виндикационные иски в советском праве. Уч. зап. Свердловского юриди-

право владения, но не право собственности на ту же вещь приобретает другое лицо1.

Советские цивилисты в большинстве своем не признавали существование в гражданском праве посессорной защиты, подвергая серьезной критике противоположные позиции2.

Неприятие модели посессорной защиты в работах отечественных цивилистов часто носило идеологическую окраску. Например, А.А. Подопригора считал, что владельческая защита давала экономически и политически сильнейшим классам и группам возможность охранять захват у слабейшего его имущества сильнейшим3. Традиционные для цивилистической доктрины советской эпохи положения высказаны М.В. Малинкович: «Защита фактического владения не вытекает из потребностей нашей жизни и не соответствует ведущим тенденциям развития гражданского законодательства... Введение посессорной защиты несовместимо с принципом выявления объективной истины судом, состоящей здесь в установлении наличия права (собственности или титульного владения)»4. Соображения о нецелесообразности введения особого механизма защиты владения в обществе, где государство осуществляло жесткий контроль за всеми проявлениями социальной активности, в том числе и за ходом гражданского оборота, высказывал А.В. Венедиктов5.

Подводя итоги анализа проблемы владения в российской дореволюционной и советской цивилистической науке, можно заключить, что исследования института владения дореволюционными цивилистами затрагивали главным образом проблему определения юридической природы владения. Ученых интересовало, является владение фактом или правом. Высказывая различные взгляды, они находили подтверждения как одной, так и другой позиции. Институт владения в этот период признается и закрепляется на законодательном уровне. В Своде законов определяются различные виды владения и основания его защиты. Проект Гражданского уложения также выделил самостоятельный вещно-правовой институт владе-

1Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. Саратов, 1973. С. 417– 418.

2Пример владельческой защиты в ГК РСФСР 1922 г. (ст. 170) видела М.В. Зимелева. См.: Зимелева М.В. Советское право в период Великой Отечественной войны. М., 1948. Ч. 1. С. 49–50.

3Подопригора А.А. Указ. соч. С. 16.

4Малинкович М.В. Указ. соч. С. 17–18.

5О защите владения также см. работы: Венедиктов A.В. Защита фактического владения в условиях мирного и военного времени. Ученые труды ВИЮН. 1947. Вып. IX. С. 68–71; Венедиктов А.В. Проблема защиты фактического владения в советском праве // Советское

ния, во многих положениях следуя германской традиции регулирования этих отношений.

Вдореволюционном гражданском праве России действовал достаточно хорошо разработанный институт посессорной защиты, практическое применение которого насчитывало к 1917 году не одно столетие. Ряд дискуссионных вопросов проблемы владения и его защиты не нашел разрешения в законодательстве этого периода, но, отдавая должное трудам российских ученых и юристов-практиков прошлого, необходимо отметить, что накопленный российской цивилистической доктриной и дореволюционным законодательством опыт, безусловно, должен быть использован при решении вопроса о целесообразности возрождения владельческой защиты в современном российском гражданском праве.

Гражданское законодательство советского периода не знало ни модели владения и держания, ни модели двойного владения равно как вообще не рассматривало владение как самостоятельное право, как понятие, несущее особую смысловую нагрузку, как это имело место

вдореволюционном российском законодательстве. Наука советского гражданского права занимались в основном исследованием соотношения правомочия владения собственника и титульного владельца на одну и ту же вещь. Однако некоторые исследователи во взглядах советских юристов прослеживают приверженность конструкции двойного владения, когда проводилось различие между правомочием владения и фактическим владением как его реализацией1.

Следует также признать, что советское гражданское право не знало владельческой защиты, а сама идея владельческой защиты была не совместима с принципами гражданского и гражданско-про- цессуального законодательства советского периода. Существующий

вуказанный период общественно-экономический строй не требовал развития представлений о владении и его защите, что практически приостановило развитие самостоятельного института владения в отечественном праве.

Внастоящее время система частного права в России продолжает находиться в процессе сложного и постепенного пути восстановления ряда гражданско-правовых институтов, утерянных советской наукой гражданского права. Интенсивный гражданский оборот при развитых рыночных отношениях требует дополнительных гарантий защиты имущественных интересов участников товарообмена. В этом качестве в большинстве государств Европы, а также в других странах рассматривают институт владения и владельческой за-

1См. об этом: Коновалов А.В. Владение и владельческая защита в гражданском праве.

щиты. В современном гражданском праве России самостоятельный институт владения и особый порядок его защиты отсутствует, что неоднократно отмечалось российскими цивилистами1, хотя в дореволюционном российском законодательстве закреплялись указанные институты. Объективная потребность восстановления «утраченных» институтов в отечественном правопорядке делает необходимым с учетом проведенного исторического анализа институтов владения и владельческой защиты обращение к зарубежному опыту регулирования владельческих отношений в законодательстве, а также к достижениям науки гражданского права иностранных государств.

1См., в част., работы: Коновалов А.В. Указ. соч.; Медведев С.Н. Владение в испанском праве // Проблемы гражданского права: сб. науч. ст. Ставрополь: Сервисшкола, 2006;

Глава 2 ИНСТИТУТ ВЛАДЕНИЯ И ВЛАДЕЛЬЧЕСКАЯ (ПОСЕССОРНАЯ)

ЗАЩИТА В ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАНАХ

§1. Понятие владения, его виды

ивладельческая защита в странах континентальной правовой семьи

Институт владения, возникнув в деятельности римского претора, детальную разработку получил в работах римских юристов классического периода. Основные положения о владении и владельческой защите были затем восприняты в процессе рецепции римского права сначала средневековым континентальным правом, а в дальнейшем интегрированы в современные зарубежные законодательства большинства европейских стран.

Отношения по поводу владения вещами регулируются гражданским законодательством государств континентальной системы права, положения о владении содержатся в статутном и прецедентном праве стран англо-американской правовой семьи. Однако юристы всегда подчеркивали, что основным различием этих систем являются неодинаковые подходы к категориям «собственность» и «владение».

В зарубежной юридической литературе отмечается, что в странах романо-германской правовой семьи собственник, как правило, обладает правом владения, а у обычного владельца такое право отсутствует, что требует впоследствии специальных пояснений в вопросе предоставления защиты такому владельцу. Англо-американские юристы практически отождествляют владение с собственностью, полагая, что владение само по себе представляет определенный правовой титул и подлежит защите до тех пор, пока кто-либо не заявит о лучшем титуле на спорное имущество1.

Особенности владельческой защиты и в теории, и на практике главным образом проявились в странах романо-германской правовой семьи, поэтому исследованию владельческих отношений именно в этих правопорядках уделяется наибольшее внимание.

Вопросы владения и его защиты в континентальной системе наиболее серьезную и глубокую научную разработку получили во Французском гражданском кодексе 1804 г. и Германском гражданском уложении 1896 г. Действующие гражданские кодексы многих зарубежных государств имеют специальные разделы и главы, по-

1Gordley G., Mattei U. Protecting Possession // Amer. Jour. of Comparative Law. Berkeley.

священные институту владения1, где достаточно подробно регулируется приобретение и утрата владения, а также предусматриваются специальные владельческие иски наряду с исками для защиты права собственности и других вещных прав2.

Однако зарубежное гражданское законодательство стран континентальной правовой семьи не обнаруживает единого подхода к пониманию категории владения. В Гражданских кодексах Франции, Италии и некоторых других стран при определении владения преобладает субъективная теория, которая понимает владение в качестве фактического отношения. ГГУ и японский ГК определяют владение как право, опираясь тем самым на объективную теорию Р. Иеринга. Например, ст. 180 ГК Японии указывает, что владельческие права приобретаются путем держания вещи с намерением распоряжаться ею по своему усмотрению3, а немецкий законодатель совсем не проводит различие между владением и держанием, известным в юриспруденции еще со времен римского права4.

В науке гражданского права выделяют две модели, по которым осуществляется регулирование владения в законодательстве зарубежных государств континентальной системы права. Французский гражданский кодекс (ФГК)5 нормы о владении располагает в различных титулах Кодекса6. Многие положения Кодекса Наполеона сформулированы в рамках традиционной концепции К.Ф. Савиньи, именуемой субъективной теорией владения и предполагающей наличие у владельца animus domini. Понятие владения содержится в титуле XX «О давности», где проводится разграничение законом владения и держания. В ст. 2228 ФГК владение рассматривается как «обладание или пользование вещью или правом, если эта вещь находится в наших руках или если это право осуществляется нами лично или посредством другого лица, у которого находится вещь или которое осуществляет право от нашего имени». При разработке правил о владении в процессе кодификации гражданского права Франции исходили из понимания владения, сформировавшегося в ходе рецеп-

1Медведев С.Н. Владение (К постановке вопроса) // Северо-Кавказский юридический вестник. Ростов н/Д, 2000. №1. С. 78.

2См., напр.: Раздел XX ФГК (ст. 2228–2235, 2282–2283); Кн. 3 ГГУ (§§ 854–872); Гл. 2 Закона «О вещном праве» Эстонии (ст. 32–50).

3См.: The Civil Code of Japan. Thompson. 1934.

4Гражданское уложение Германии / пер. с нем.; науч. ред. А.Л. Маковский и др. М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 247.

5См.: Гражданское, торговое и семейное право капиталистических стран: сб. норматив. актов: Гражданские и торговые кодексы. М., 1986.

6Подробнее о работах, посвященных владению и владельческой защите во Франции, см.:

ции римского права. Поэтому владение во французском гражданском праве – это фактическое осуществление в отношении вещи действий при условии, что у лица есть намерение вести себя как действительный носитель соответствующего права1.

Таким образом, владельцем признается лишь тот, кто обладает вещью сам или через посредство другого лица, у которого вещь в данный момент находится. Термин «держание» применительно к такому лицу Кодексом не используется, но ст. 2231 ФГК вводит понятие «владение для другого», что напоминает положение римского держателя, осуществляющего обладание заведомо не своей вещью. Ученые утверждают, что с целью разграничения владения и держания в законе закреплены две важные презумпции: а) считается, что каждый владеет как собственник, пока не доказано, что владение началось для другого (ст. 2230); б) когда началось владение для другого, то всегда предполагается, что владение осуществляется в том же качестве, если не имеется доказательства противного (ст. 2231)2.

Во Французском гражданском кодексе содержится детальная регламентация видов владения. Кроме законного и незаконного владения, ФГК различает владение по своей воле и по чужой воле, добросовестное и недобросовестное владение. Выделяют также владение личное и через представителя.

Особенностью регламентации посессорной защиты в гражданском праве Франции является то, что нормы о ней содержатся не в материальном, а в процессуальном законодательстве (ст. 2283 ФГК отсылает к Гражданско-процессуальному кодексу Франции).

В литературе выделяют три основных владельческих иска. Вопервых, иск о прекращении юридических или фактических действий, не связанных с лишением владения правомочного лица, но представляющих собой претензию, противоречащую владению (la complainte). Например, иск против проведения работ на участке лицом, приписывающим себе право на владение. Такой иск не допускается относительно движимости, а для его предъявления необходимо, чтобы владение до нарушения продолжалось не менее одного года. Если лицу отказано в иске la complainte, то оно уже не может возобновить его, а должно для своей защиты предъявить иск о праве собственности. Исторически этот иск появился в XIII веке, а впоследствии был закреплен в нормах ФГК.

Во-вторых, выделяют иск о восстановлении насильственно отобранного владения (la reintegrande), направленный на возвращение

1См.: Жюллио де Ла Морандьер Л. Гражданское право Франции. Т. 2. М., 1960. С. 125.

2См.: Гражданское и торговое право капиталистических государств / под ред. К.К. Яичко-

утраченного владения или исключение действий, создающих невозможность осуществления владения1. Иск reintegrande впервые появился в ордонансе Людовика IX Святого в 1270 г. и объединил в себе черты интердиктов uti possidetis и unde vi. Этот иск, применяемый в случаях насильственного нарушения владения, не требовал годичной давности владения, а также не разрешал вопроса о правовом титуле владельца. Ю.С. Гамбаров отмечал, что данный иск являлся не столько владельческим иском, сколько вспомогательным средством к нему, поскольку, пресекая насильственное самоуправство, решал спор не о владении, а о держании имущества, а после рассмотрения такого иска не удовлетворенная исходом дела сторона могла обратиться даже не к петиторному процессу, а к иску complainte за признанием владения2.

В качестве частного случая иска complainte рассматривают иск la denonciation de nouvelle oeuvre, который имеет целью приостановление деятельности ответчика, которая в будущем может причинить вред истцу как превентивная санкция против действий лица, создающих угрозу владению. Примером таких действий может служить осуществление работ на соседнем участке, создающих опасность нарушения владения.

Французская доктрина и судебная практика признали возможность владельческих исков только по поводу недвижимости. В тексте закона нет прямого запрета на распространение норм о владельческой защите на случаи завладения движимыми вещами, но, основываясь на норме ст. 2279 ФГК, в которой содержится положение о презумпции права собственности владельца движимой вещью, которая неизбежно превращает любой владельческий иск по поводу движимой вещи в иск о праве собственности, французские юристы полагают, что в этом случае посессорная защита невозможна.

Согласно ст. 2283 ФГК право на применение всех форм владельческой защиты предоставляется как юридическим владельцам, так и держателям. Признание с 1975 г. за держателями такого права усиливает режим защиты владения, поскольку преследовать нарушителя вправе уже два лица – собственник и лицо, получившее от него вещь во владение3. Однако определенные различия в защите тем не менее имеют место. Держатель по общему правилу не имеет за-

1О различии исков complainte и reintegrande см. подробнее: Победоносцев К.П. Курс гражданского права: в 3 т. Т. 3. Примечания.

2Цит. по: Коновалов А.В. Владение и владельческая зашита в гражданском праве. 2-е изд., доп. СПб.: Юридический Центр Пресс, 2002. С. 94–95.

3Гражданское и торговое право зарубежных государств: учебник: в 2 т. / отв. ред. Е.А. Васильев, А.С. Комаров. 4-е изд., перераб. и доп. Т. 1. М.: Междунар. отношения, 2004.

щиты против того, от кого он получил свои права на вещь (ст. 2289 ФГК), но судебная практика, используя конструкцию «владения правами», часто рассматривает держателей как владельцев правами и допускает иск зависимых владельцев против устранивших их от владения собственников имущества1. Очевидно, что такой процесс не вполне отвечает признакам посессорной защиты, поскольку допустимы возражения ответчика о своем праве на вещь и о том, что права истца (держателя) производны от прав ответчика. Держание также не рассматривается как основание для приобретения вещи в собственность по давности владения, независимо от длительности обладания вещью, что обосновывается отсутствием у держателя намерения владеть в качестве собственника.

Итальянское Гражданское уложение 1865 г. восприняло в целом концепцию владения2, закрепленную в ФГК 1804 г., который оказал огромное влияние на дальнейшее развитие практически всех гражданских законодательств европейских стран. Уложению известны как владельцы имущества, так и простые держатели, которым первоначально самостоятельная владельческая защита не предоставлялась. ИГУ 1865 г. предусматривало два вида владельческих исков: об охране владения (manutenzione) и о восстановлении нарушенного владения (reintegrazione).

Предъявление иска manutenzione требовало годичного законного владения на стороне истца до нарушения такого владения. Статья 686 Уложения определяла законное владение не как опирающееся на законное основание, а как постоянное, непрерывное, спокойное, открытое и в виде собственности. Предварительное владение в течение года не требовалось для исков о восстановлении владения (reintegrazione). Срок исковой давности по обоим видам исков составлял один год.

Иски reintegrazione, в отличие от подобных исков во Франции, могли быть предъявлены для защиты владения как недвижимого, так и движимого имущества, причем предъявить их были вправе как самостоятельные, так и зависимые владельцы. Охранительные иски manutenzione применялись лишь по поводу недвижимого имущества и держателям не предоставлялись.

Гражданский кодекс Италии 1941 г. сохранил институт владения и владельческой защиты. Статья 1140 ГК определила владение следующим образом: «Владение есть власть над вещами, которая подобна осуществлению права собственности или другого вещного

1Коновалов А.В. Указ. соч. С. 130.

2Подробнее о работах, посвященных понятию владения и его защите, в итальянской юри-

права. Власть можно осуществлять непосредственно или через другое лицо, которое является держателем вещи»1. Многие цивилисты указывают, что такое определение позволяет сделать вывод о недопустимости распространения положений о владении и его защите на имущественные права. ГК 1941 г. защиту держателям предоставил только в случаях насильственного или тайного завладения имуществом, когда последнее не находилось в держании в силу службы или гостеприимства.

Таким образом, держатели имущества в Италии наделены правом предъявления только иска о восстановлении владения, охранительный иск доступен лишь самостоятельным владельцам. Поэтому нельзя признать положение детенторов в области защиты владения полностью приравненным к статусу владельцев. Однако, предоставив защиту от нарушений владения лишь юридическим владельцам по искам manutenzione, итальянский законодатель тем не менее расширил защиту владения путем установления правил о возможности предъявления иска о восстановлении владения не только в отношении недвижимого имущества, но и движимых вещей.

Французский гражданский кодекс 1804 г. оказал влияние и на гражданское законодательство Испании2. Гражданский кодекс Испании 1889 г. отводит институту владения отдельный пятый титул в 11 книге, который состоит из трех глав (ст. 430–446): гл. 1 «О владении и его видах», гл. 2 «О приобретении владения», гл. 3 «О последствиях владения».

Понятие владения, во многом следуя французской модели, определяется в ст. 430 ГК Испании, где проводится различие между естественным владением, или держанием, и владением гражданским (юридическим). Естественное владение – это держание вещи или пользование правом со стороны лица. Гражданское владение – это то же самое держание или пользование, соединенное с намерением относиться к вещи или праву, как к своим. Владение может осуществляться лицом самостоятельно или через представителя.

Предметом владения гражданское законодательство признает вещи и права, которые поддаются приобретению (ст. 437 ГК Испании). Гражданские кодексы некоторых стран Европы не признают владение правами (римское quasi possessio), хотя современная доктрина этих стран уже допускает такое положение. Приобретение

1См.: Гражданский кодекс Итальянской республики 1941 г.

2Среди современных кодификаций гражданского права, сохранивших категории владения и держания, тем самым придерживаясь субъективной теории Ф.К. Савиньи, можно назвать Гражданский Кодекс Квебека 1991 г., который в ст. 921 не всякое фактическое обладание называет владением, а лишь то, которое соответствует требованиям к субъективной