Божественная литургия с переводом и объяснениями

121

Пожелание мира, как было отмечено выше, совершается перед важными частями литургии. И тотчас после этого диакон призывает верующих выразить взаимную христианскую любовь друг ко другу.

Диакон: Возлюбим друг друга, да единомыслиемисповемы.

Хор: Отца, и Сына, и Святаго Духа, Троицуединосущнуюинераздельную.

Священник (тихо): Возлюблю Тя,

Господи, крепосте моя, Господь утверждениемоеиприбежищемое. (Трижды.)

Священник: Христоспосреденас.

Всеотвечают: Иестьибудет.

ПЕРЕВОД:

Диакон: Возлюбим друг друга, чтобы вединомыслииисповедать.

Хор: Отца и Сына и Святого Духа — Троицуединосущнуюинераздельную.

Священник (тихо): Возлюблю Тебя,

Господи, крепость моя, Господь — твердынямояиприбежищемое. (Трижды.)

Священник: Христоспосрединас.

Всеотвечают: Иестьибудет.

Этот призыв диакона и ответ хора занимают так мало времени в течение службы, что остаются почти незаметными. А в это время

122

âалтаре происходит целование мира, которое

âдревней Церкви совершалось всеми участниками богослужения. «Когда наступает время взаимного давания мира, мы все друг друга приветствуем целованием, — пишет святитель Иоанн Златоуст, — …приветствуют клирики епископа, миряне-мужчины — муж- чин, женщины — женщин». Целование мира представляет собой древнейший элемент литургии. Об этом действии упоминают ранние христианские писатели, оно присутствует в чи- нах древних литургий.

Âпризыве «возлюбить друг друга» можно расслышать новую заповедь Христа: Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга

(Èí. 13, 34). Новизна этой заповеди — в том, что мы призваны любить не только родных, друзей, близких, т. е. тех, кого мы любим и без этого напоминания, но врагов — тех, кого мы не любим. Мы порой поддаемся искушению перетолковать и подменить эту заповедь, сводя христианскую любовь к патриотизму или даже национализму, обращая любовь опять-таки на «своих», и совершенно отказывая в ней «чужим» — людям другой веры, иной национальности и вообще тем, кто по какой-то причине нам неприятен.

123

Но как исполнить эту заповедь и полюбить тех, кого мы по определению не любим? Ответ на это недоумение заключается в том, что, кроме заповеди, Господь подал Своей Церкви и дар любви. И только потому Христос заповедал ее, что она доступна и дарована Церкви. В мире, страдающем от разделений, вражды и смерти, присутствует Церковь, исполненная любви Божией. И собираясь в храме как члены Церкви Божией, мы прежде всего стремимся получить дар любви Христовой. Пребывая в Церкви, составляя единое Тело Христово, мы пребываем в Его любви и любовь эту можем являть миру.

Целование мира, которое совершается на литургии, как раз и является священнодействием любви — тем действием, через которое Божия любовь изливается в сердца верных. Это таинство любви, которое стоящего рядом с нами чужого делает братом. Возглас «возлюбим друг друга…» означает призыв к действию. Мы не можем достичь этой любви сами, любовь подается нам в Церкви через ближних. Во взаимном движении навстречу друг другу мы раскрываемся как причастники любви Христовой и братья во Христе. Но этот дар любви не навязывается человеку: мы можем получить его, если прежде сами возжелаем этой любви.

124

Общение во взаимной христианской любви делает возможным дальнейшие священнодействия литургии, потому что только в любви мы можем совершать воспоминание Христа и быть причастниками Его Тела и Крови. Еще одно необходимое условие для совершения литургии, кроме мира и любви, — единомыслие в вере. И поэтому после целования мира поется Символ веры27.

Божественная литургия — «общее дело» — может совершаться только при согласии в вере всех ее участников. Невозможно евхаристическое общение, то есть совместное совершение литургии и причащение, с инаковерующими. Это требование происходит не от высокомерия и не от презрения к ним; это требование правды. Для совместного уча- стия в Евхаристии необходимо согласие в главных постулатах веры — догматах. Если нет единомыслия, то нет и евхаристического общения, и наоборот, когда восстанавливается единомыслие, знаком этого примирения

27 Символ веры — краткое изложение основ христианской веры в виде точных формулировок. НикеоКонстантинопольский Символ веры первоначально был сформулирован на Первом Вселенском Соборе в городе Никея (325 г.), а окончательная редакция утверждена на Втором Вселенском Соборе в Константинополе (381 г.).

125

служит совместное служение литургии с тем, кто присоединяется к Церкви.

Âчин литургии Символ веры был введен

âначале VI века. До этого его читали при Крещении, т. е. вступлении в Церковь новых членов, а также за литургией в Великую Субботу, опять-таки по причине массового Крещения взрослых в этот день.

Диакон: Двери, двери, премудростиювонмем.

Люди: Верую во единаго Бога Отца Вседержителя, Творца небу и земли, видимымжевсеминевидимым. ИвоединагоГосподаИисусаХриста, СынаБожия, Единороднаго, Иже от Отца рожденнаго преждевсехвек. СветаотСвета, Богаистинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша. Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы и вочеловечшася. Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша, и погребенна. И воскресшаго в третий день по Писанием. И возшедшаго на небеса, и седяща одесную Отца. И паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не будет конца.

126

ИвДухаСвятаго, Господа, Животворящаго, Иже от Отца исходящаго, Иже со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшагопророки. ВоединуСвятую, Соборную и Апостольскую Церковь. Исповедую едино крещение во оставление грехов. Чаю воскресения мертвых, ижизнибудущаговека. Аминь.

ПЕРЕВОД:

Диакон: Двери, двери! В премудростибудемвнимать!

Люди: Верую во единого Бога, Отца, Вседержителя, Творцанебаиземли, всего видимогоиневидимого. ИвоединогоГосподаИисусаХриста, СынаБожия, Единородного, отОтцарожденногопреждевсех веков, Света от Света, Бога истинного от Богаистинного, рожденного, несотворенного, единосущного Отцу, через Которого все произошло. Ради нас, людей, и нашего ради спасения сошедшего с небес, и воплотившегося от Духа Святого и Марии Девы, и вочеловечившегося. Распятого за нас при Понтии Пилате, и страдавшего, и погребенного. И воскресшего в третий день, по Писаниям. И восшедшего на небеса, и сидящего по правую руку Отца. И снова грядущего со славою, судить

127

живых и мертвых, и Царству Его не будет конца. ИвДухаСвятого, Господа, Животворящего, от Отца исходящего, со Отцом и Сыном равно поклоняемого и славимого, говорившего через пророков. Во Единую Святую Соборную и Апостольскую Церковь. Признаю одно Крещение для прощения грехов. Ожидаю воскресения мертвыхижизнибудущеговека. Аминь.

Общему пению Символа веры предшествует возглас диакона «Двери, двери…». Это указание привратникам, которые были

âдревних храмах, следить за тем, чтобы никто из неверных или некрещеных не вошел

âцерковное собрание. Данный возглас — логическое продолжение призыва выйти из храма всем, кто еще не крещен. Евхаристия совершается для верных, и все, кто остается

âхраме, должны иметь возможность при- частиться — разделить евхаристическую трапезу.

Символ веры — это не молитва, но набор вероучительных формулировок, исповедуя которые, мы выражаем, что наша личная вера согласна с верой Православной Церкви — от древних времен до сего дня. Главные, непререкаемые постулаты веры называют «догматами». Они были сформулированы на Вселенских Соборах. Догматы

128

касаются исключительно вопросов вероуче- ния, в особенности учения о Боге и о воплощении Сына Божия — Иисуса Христа.

В Символе веры мы исповедуем веру в единого Бога — Творца всего мира, как ангельского, так и материального, и содержащего все в своей власти. Мы исповедуем веру в Сына Божия, Который так же вечен, как и Бог Отец, и Который однажды воспринял нашу человеческую природу от Девы Марии — воплотился. Воплощенный Сын Божий — Иисус Христос — ради нашего спасения был распят на Кресте, умер, был погребен и воскрес. Он вознесся на Небеса

èсел «по правую руку» Отца, то есть воцарился вместе с Ним, и Он же придет однажды во славе для того, чтобы совершить Суд над живыми и умершими. Для этого умершие сначала воскреснут, как воскрес Иисус. Мы ждем этого воскресения — воскресения наших тел — и новой вечной жизни. Мы веруем

èв Духа Святого, равного Отцу и Сыну, Который был послан от Отца общине учеников Иисуса — апостолов — и Который говорил че- рез пророков. Мы присоединяемся к Церкви — единой, святой, универсальной, то есть предназначенной для всех народов, общине христиан, основанной апостолами, — через Таинство Крещения, которое не повторяется.

129

Наступило время центрального священнодействия Божественной литургии — анафоры28 Начинается она вступительным возгласом диакона.

Диакон: Станем добре, станем со страхом, вонмем, святое возношение вмиреприносити.

Хор: Милостьмира, жертвухваления.

ПЕРЕВОД:

Диакон: Станем благоговейно, станем со страхом, будем внимать, дабы святое возношениевмиреприносить!

Хор: Милостьмира, жертвухвалы.

Перед началом анафоры всех верующих призывают благоговейно стоять, чтобы принять участие в главном событии литургии. Еще раз подчеркивается необходимость мира, то есть мирного состояния духа, примирения со всеми людьми, без чего, по слову Иисуса Христа, невозможно приносить Богу какие-либо дары.

28 Анафора — букв. «возношение», центральная часть Божественной литургии, во время которой предстоятель читает благодарственную молитву и просит Бога послать Духа Святого на предложенные Дары — хлеб и вино, чтобы они стали Телом и Кровью Христовыми. Перед просьбой о ниспослании Святого Духа диакон или священник возносит Дары — приподнимает их над престолом.

130

Центральное событие литургии называется здесь «жертвой хваления». В других местах литургии можно встретить название «жертва бескровная», «жертвы духовные». Все это — описание приношения хлеба и вина, которые предлагаются Богу как наши дары, и принимаются от Него обратно уже не как наши дары, но как само пречистое Тело и Кровь Иисуса Христа. Строго говоря, в христианстве может быть и существует только одна настоящая Жертва — та, которую Сын Божий принес на Кресте. Распятие и смерть Спасителя очищают грехи всего человечества, и эта жертва не нуждается в повторении или дополнении. Он есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, но и за грехи всего мира, — пишет апостол Иоанн Богослов (1 Èí. 2, 2). Жертву Христову повторять не нужно и невозможно. Однако мы нуждаемся в том, чтобы быть причастными искупительной жертве Иисуса Христа. И евхаристический хлеб — Тело и Кровь — не являются повторением или дополнением жертвы Спасителя. Это способ нашего приобщения, нашего участия в том, что уже однажды и навсегда совершил Иисус Христос.

Далее священник благословляет крестообразно рукой собрание верных, произнося: