Бог стал человеком, чтобы человек стал богом

монахи и миряне нашей святейшей Православной Церкви. Среди них Иосиф Вриенний, святитель Марк Евгеник, митрополит Ефесский, преподобный Мелетий Галисиот и Исповедник, а также многие другие, запечатлевшие свое исповедание многими гонениями, муками, заключениями в темницу, ссылками и смертью, которые они претерпели за истину. Латиномудрствующий император Михаил VIII Палеолог преподобному Мелетию отрезал язык, а преподобному Галактиону Галисиоту раскаленным железом выколол глаза за их смелое антипапское исповедание.

Афонские монахи, последуя святителю Григорию Паламе, мужественно боролись с латиномудрствующими. Иоанн Мамалакис пишет: «Поскольку же и сам Михаил VIII Палеолог видел, что его доводы в пользу унии были слабы, то в послании святогорцам он подчеркивал, что уния между Церквами должна быть заключена “по икономии”, чтобы были улажены некоторые обстоятельства.

Но афониты, которые превыше всего ста* вили веру в учение Православной Церкви, в

решения Соборов, подтвержденные отцами, хотя и ответили императору в тоне глубокого уважения, но бесстрашно подтвердили свои вгляды,

вкорне отличавшиеся от взглядов императора. Главным их аргументом были следующие слова: “Ниспровергающий то малое, что относится к здравой вере, разрушает все”. Этим они желали доказать, что употребление на Западе опресноков для совершения Божественной Евхаристии своим источником имеет иудаизм. А добавка в Символ веры Filioque противоречит учению Иисуса Христа, решениям Соборов и всему вообще Преданию Православной Церкви. “Ты же помыслил увидеть и быть посвященным

вто, что более Отцов и Самого Единородного. Так по (своему) безрассудству, не подчиняясь постановляющему Христу, ставишь священные догматы вниз и вверх: вниз — Владычнее о нас домостроительство, вверх — высочайшее и богоначальное богословие, умалениями и добавлением оскверняя и смешивая веру. Лучше же сказать, ты вводишь какую*то новую веру и иное Евангелие”. Сурово осуждая императора, они продолжают: “Но разве не очевидно, что

этот догмат — сатанинский, потому что вводит безбожное двуначалие и низводит Дух? …если же плодовитость Отца двойственна, по рождению

иизведению, а плодовитость эта, как ты говоришь, не является свойством Ипостаси Отца, но природы, то как Сын будет от половины, а Дух — нисколько? Если (свойства) природы общи трем неизменным богоначальным Ипостасям,

иСыну, и Духу, то так вводится умаление общих (свойств)… Мы же по этой причине считаем тебя явным еретиком, потому что ты не оставил нетронутым даже Символ православной веры”.

Далее они утверждают, что в постановлениях Трулльского Шестого Собора “говорится, что стремление к догматам благочестия и прежних отцов нам представляется ничем иным, как тем, чтобы присоединяться к ним и вместе с ними отлучать (от общения)”.

Поэтому никто не может сомневаться в том, что вводящие такие новшества стали еретиками. “Если мы примем то, за что они подлежат ответу, то станем виновными вместе с ними всеми”. И подчеркивают: “Неправильно это, неправильно”.

“Принимающий еретика, повинен в его преступлениях”. И как нам поминать папу*еретика “в храме Божием… в самом священном, на таинственной и страшной трапезе Божией?”. “Если же Сам Предлежащий есть Самоистина, то как Он примет эту великую ложь — причислить его как православного патриарха к прочим православным патриархам в час этих страшных таинств? Разве мы играем вместе с лицедеями? И как выдержит это православная душа? И как тотчас не отступит от общения с теми, кто творит таковое поминовение, сочтя, что они торгуют Божественным?”

Дойдя же до довода “по икономии”, они пишут: “Но как мы поступим по икономии и как икономия примет и то, что хулит Божественное, что хулит слово, изреченное Богом; как восприимет дух, отталкивающий от Бога и отталкивающий от оставления грехов; как икономия будет делать верующих непричастными (Божественного) усыновления? И что может быть вредоноснее такой икономии?”

Из этого ответа святогорцев становится очевидным, что для них спасение души и возвышение к Богу — это высшая цель. Они считают,

что это может быть достигнуто только благодаря вере в учение Православной Церкви. Достойно удивления то дерзновение, с которым они пишут императору. Но кто составил это послание, мы не знаем»*.

Святые и богословы туркократии были суровыми обличителями папских ересей.

Святой равноапостольный Kосьма Этолийский, известный своей апостольской ревностью, святостью и мученической кончиной, без колебаний назвал папу «антихристом»:

«Он — антихрист. Один — папа, а другой (антихрист) — тот, который у нас в голове. Я не буду называть его имени, вы понимаете. Да и горько об этом говорить, потому что эти антихристы пребывают в погибели»**.

Среди богословов преподобный и среди преподобных богослов Никодим Святогорец папское крещение называет «скверной»***.

* Иоанн Мамалакис. Святая Гора (Афон) в веках. Салоники, 1971. С. 161–163 (на греческом языке).

**Августин Антиотис, митр. Флоринский. Косьма Этолийский. Афины, 1971. С. 270–271 (на греческом языке).

***Феоклит Дионисиат. Святой Никодим Святогорец. Афи*ны, 1959. С. 286 (на греческом языке).

Евгений Булгарис называет папство Новым Вавилоном: «Папство извратило многие из догматов (Божественного) Откровения, вмес*- те извратив и сам дух христианства, изобрела иные, новые и антиевангельские догматы, которыми попрало и совесть, и ум. Оно дышит ненавистью к инославным, внесло раздор меж народами и царями и поистине явилось новым по Откровению Вавилоном»*.

Подобные слова пишут и Никифор Феотокис, и Афанасий Парийский, и другие.

Лаконично говорят о папских заблуждениях исповедания веры Митрофана Kритопула и Досифея Иерусалимского.

Kритопул пишет следующее: «Никогда не было слышно, чтобы смертный человек, повинный в мириадах грехов, назывался главою Церкви. Ибо он — человек, подлежащий смерти. И пока другой будет выбираться ему в преемники, Церковь будет оставаться обезглавленной. Но как тело без главы не может оставаться даже на мгновение ока, так и Церкви без подобающей

* Евгений Булгарис. Феологикон. Венеция, 1872. С. 36 (на греческом языке).

Ей главы невозможно оставаться даже на короткое время. Значит, Церкви нужна бессмертная глава, чтобы всегда быть живой и действующей, как и Ее глава… Таковой главой Kафолической Церкви является Господь Иисус Христос, Kоторый есть Глава всех, от Kоторого все Тело составляется (см. Еф. 4, 16)…»*.

Согласно Досифею, «поскольку смертный человек не может быть вечным главой Kафолической Церкви, Сам Господь наш Иисус Христос есть Глава, обладающий кормилом церковным, которым управляет посредством святых отцов»**.

Kонстантинопольский патриарх Kирилл VI, несмотря на противодействие архиереев, подпавших под мощную пропаганду католиков и представителей чуждых сил, издал окружное послание, которым отлучает тех, кто принимает как действенные таинства, совершенные католиками***.

* Иоанн Кармирис. Догматические и символические памятники. Т. 2. Афины, 1953. С. 929 (на греческом языке).

**Там же. С. 752.

***См. Tumothy Ware. Eustratios Argenti. P. 74.

Нам памятна достойная и благородная позиция, которую занял Константинопольский патриарх Григорий VI по отношению к папским легатам, прибывшим для того, чтобы вручить ему приглашения папы Пия IX для участия в работе I Ватиканского Собора. Патриарх обошелся с ними весьма дружелюбно, но отказался взять приглашение в руки, сказав между прочим следующее: «Уважаемые отцы, что касается Вселенских Соборов, то от вашей памяти не ускользает то, что Соборы эти созывались как*то иначе, нежели провозглашает Его Святейшество*. Если блаженнейший Римский папа принимает апостольское равенство чести и братство, то должно было бы ему как равному по достоинству и первому по порядку кафедры, согласно каноническому праву, направить каждому Восточному патриарху и Синоду письмо, а не назначать (Собор) своей энцикликой во всеуслышание как владыке и начальнику над всеми, но спросить как брат брата, равночестный

иравнодостойный, чтобы обсудить, где, как и

* Т.е. папа Римский. — Прим. пер.

какой Собор собрать. Kоли так, то либо вы возвратитесь к истории и Вселенским Соборам, чтобы было исторически достигнуто всеми поистине желанное и Христом собранное единство, либо снова мы будем довольствоваться своими всегдашними молитвами и молениями о мире всего мира, о благостоянии святых Божиих Церквей и соединении всех. В сем же случае мы с печалью вас уверяем, что излишним и бесплодным считаем и приглашение, и принесенный вами лист сего письма»*.

Всему этому святому православному преданию протеста и осуждения папских ересей подводит итог знаменитое окружное послание Священного Синода Kонстантинопольской патриархии от 1895 года при патриархе Анфи* ме VII. Послание было адресовано священному клиру и благочестивой пастве патриаршего престола Kонстантинополя и являлось ответом на энциклику папы Льва XIII. Энциклика была направлена наставникам и народам вселенной,

* Иоанн Кармирис. Догматические и символические памятники. Т. 2. Афины, 1953. С. 929 (на греческом языке).

призывая их и Православную Церковь к единению с папским престолом, «имея ввиду, что единение это может произойти при одном лишь признании папы как первого архиерея, как высшего духовного и мирского правителя всей Церкви, как единственного представителя Христа на земле и раздаятеля всякой благодати»*.

Окружное послание начинается апостольскими словами:

Поминайте наставников ваших, которые проповедывали вам Слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их. Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же. Учениями различными и чуждыми не увлекайтесь (Евр. 13, 7–9).

Весь дух послания основывается на Слове Божием, переданном «наставниками» в вере — святыми отцами. Папство причисляется к издревле появляющимся «в Церкви Божией еретическим плевелам, которые многоразличными способами подвергали и подвергают опасности спасение во Христе человеческого рода, которые как лукавые семена и сгнившие члены справедливо отсекают-

* Там же. С. 933, параграф 2.