Реквием по Европе

Глававторая. Этобылодавно:Европа–колыбельсвободыиправа

ции прав человека» гарантирует защиту частной жизни. В ней сказано, что никто не смеет вторгаться в частную жизнь,семьюилижилище.Членамправительстваиюристам австрийских федеральных министерств явно не хватаетбазовыхзнанийпонормированнымООНправам

человека, то есть по международному обычному праву. 71 Поскольку уровень знаний в австрийской администрациимнедоболизнакомнетолькокакминистру,ноикак гражданке данной страны, подобное нарушение закона на политическом уровне меня не поразило. Однако тревожит, что большинство населения допустило подобное под лозунгом борьбы с пандемией.

Подобный шаг означает, что главные достижения буржуазных революций 1848 г. сведены на нет кон- сервативно-зеленым правительством во имя политики здравоохранения. Оппозиции удалось предотвратить принятие постановления, но этот факт не получил должного освещения в СМИ и не привел к настоящему взрыву общественного негодования. Когда я рассказала об этом французским знакомым, они были потрясены. За исключением нескольких «бунтарей», большинство австрийцев из круга моих друзей и знакомых приняли нарушение своих конституционных прав безропотно и безразлично. Со своей стороны официальные средства массовой информации разжигали ненависть ко всем критикам противоэпидемических мер и способствовали

этот самый закон. Соответственно, маски FFP2 должны были надеваться даже дома, если в гостях находился человек из другой семьи. Полиция должна была получить разрешение на проведение таких проверок. Это лишь один из многих тревожных примеров того, как работали юридические отделы федеральных министерств при правительстве Себастьяна Курца и возглавляемом «зелеными» Министерстве здравоохранения. Как мало знаний и чуткости было в вопросах основных прав, см.: URL: https://m. facebook.com/max.lercher/photos/a.509966845790211/3520903334 696532/?type=3&source=57&__tn__=EH-R

Карин Кнайсль. РеКвием по евРопе

постоянному страху перед мутациями вируса. У любого, кто протестовал, начинались проблемы, и не только на работе. Все, кто выходил на демонстрации, считались правыми экстремистами. Только в Австрии и немецкой земле Бавария ношение маски FFP2 было обязательным.

72Десятки лет в операционной было достаточно обычных хирургических масок, но теперь специальная маска стала обязательной даже на улице, по крайней мере, по законамАвстриииБаварии.Воттакимразнымбылподход

ксвободе и гражданским правам в Европе 2020 г. Иначелюдивелисебявмарте1848г.Тогдадесяткиты-

сячвышлинабаррикадынетолькоотВеныдоФранкфурта, но и в Париже и многих других европейских городах. Первыми взбунтовались студенты, за ними – рабочие и крестьяне,составлявшиеподавляющеебольшинствонаселения. И все же это были буржуазные революции, выдвигавшие требования конституции и отмены абсолютных монархий. Но революции жестоко подавили по всей Европе. Например, только через двадцать лет на территории Австро-Венгрии в так называемом Основном законе 1867 г. были признаны такие права, как право на собственность, право на неприкосновенность жилища, тайнапереписки,введениеизбирательныхправидругие основные права. Это был тернистый путь к гражданским свободам, которые вводят государственную власть в определенные рамки. Защита основных прав, которая была возможна при монархии Габсбургов, отличавшейся богоизбранностьюи династическойлегитимностью, в 2020 г. была вновь сделана невозможной парламентскими методами.

Вто время как в Австрии были открыты подъемники

изакрыты школы, во Франции все обстояло с точностью до наоборот, что еще раз свидетельствует о разных приоритетахобщества.ТогдаяредкобывалавАвстриииво времяделовыхпоездоквТурцию,РоссиюиГерманию,а такжевпериодпребываниявоФранциивидела,насколь-

Глававторая. Этобылодавно:Европа–колыбельсвободыиправа

ко по-разному можно справляться с пандемией. Крупные мероприятия, такие как Дипломатический форум в Анталье и Санкт-Петербургский экономический форум в июне 2021 г., турецкие и российские организаторы провели, профессионально подойдя ко всем тестам и дру-

гим мерам профилактики, в то время как сделать тест 73 на ковид в случае чтения лекции в немецкой провинции, например,вУниверситетеХильдесхайма,былопочтиневозможно из-за бюрократических препон. Пожертвовав с трудом завоеванными свободами – правом на свободное перемещение, правом распоряжаться своим телом, правомнасвободусобранийисобственноемнение–Ев- ропа в те годы вернулась к архаическим моделям поведения: стадному инстинкту и паническому страху. Только боялись ныне нового респираторного заболевания, а не чумы или туберкулеза. Но, в отличие от прошлых времен, ни род, ни сельская община больше не являлись основой общества. Разобщенность и социальный аутизм, то есть неспособность понимать человеческие эмоции и отвечать на них, шли рука об руку с мерами по борьбе с пандемией.

Правила поведения во время пандемии и заявления о нежелательности перемещения разобщали Европу. Повторилось то, что уже было во время миграционного кризиса в 2015 г. или еще раньше – во время спасения евро и валютного кризиса, тянувшегося с 2009 г. В области экономики речь шла о разрыве между Севером и Югом, за которым последовал раскол между Востоком и Западом. Германия при этом открыла свои границы и проводила политику «гостеприимства».

Наконец, пандемия продемонстрировала, какие запреты могут быть навязаны обществу за короткий промежуток времени во имя мнимой политики охраны здоровья и из-за страха перед инфекцией. С первых дней карантинных мероприятий я вспоминала роман португальского писателя Жозе Сарамаго «Слепота».

Карин Кнайсль. РеКвием по евРопе

Внемрассказывается опандемиислепотыижесткойреакции на нее общества. Как быстро люди ожесточаются и сажают под замок ближних, боясь заразиться! Литература стала жизнью. Никакого заговора тут нет. Скорее, стало очевидным, что страх заставляет людей допускать

74недопустимое.

Свесны 2020 г. мы скатились от почти безграничной свободы до внезапного и полного застоя. Европа открытых границ уже достигла своих физических, правовых и моральных пределов во время миграционного кризиса 2015 г. Правила так называемой Шенгенской зоны, где теоретически нет внутреннего пограничного контроля, все чаще отменялись как в связи с важными событиями, так и из-за того, что люди перестали доверять друг другу. С официального объявления пандемических ограничений весной 2020 г. в ряде стран ЕС начались массовые карантины и отказ от перемещений. В середине марта 2020 г. я обратилась к правительству своей федеральной земли и внесла несколько предложений, поскольку, как и многие, ожидала, что в связи со сложной ситуацией можетнарушитьсяснабжение.Втовремяявсеещеглубоко любила свою страну и беспокоилась о ней. Но уже через нескольконедельяощутиланачалоохотынаведьм,которая велась на протяжении последующих лет средствами массовой информации и общественностью во все более ужесточающихся формах. В демократичной-предемо- кратичной Австрии, как старый вирус, ожило многое, что дважды в XX в. приводило Европу к катастрофе. Великие перемены начались в Вене задолго до покушения на Габсбурга в Сараеве в июне 1914 г. Общество, обуреваемое комплексом неполноценности, захлестнули страсть к очернительству и подлость под маской приязни.

Читая романы Йозефа Рота, я сталкиваюсь с персонажами эпохи рубежа веков, около 1900 г., которых он анализирует, как подлинный знаток, с теми, кто сделал карьеру во времена нацизма и кого повсюду можно

Глававторая. Этобылодавно:Европа–колыбельсвободыиправа

встретить в Австрии столетие спустя. Когда им выгодно, оникрутятся,какфлюгернаветру.Вотонисраспростертыми объятиями встречают «русские деньги», но стоило ветру подуть в другую сторону, дорогих ранее гостей они с энтузиазмом выставляют за дверь. К сожалению,

многиеизмоихсоотечественников–настоящиемастера 75 такого приспособленчества. В мае 2019 г. президент Австрии Александр ван дер Беллен во время визита в Сочи официально пригласил президента России Владимира Путина на Зальцбургский фестиваль 2020 г. 100-летие фестиваля собирались посвятить России, и российские компании были готовы обеспечить все виды финансирования. Республика пела хвалу важному партнеру и была готова принять в Австрии российских государственных деятелей и артистов.

Летом 2022 г. тот же самый федеральный президент произнес крайне политизированную вступительную речь и отчитал критиков антироссийских санкций ЕС под аплодисменты зрителей фестиваля. «Все те, кто сейчас тайно или открыто сочувствует интересам Путина или – реально или предположительно – сотрудничает с ним, вдвойне ставят под угрозу сплоченность Европы», – заявил ван дер Беллен, который ранее передал «очень теплое» приглашение российскому коллеге. В своем последнем докладе перед уходом с поста в Вене много десятилетий назад французский посол назвал австрийцев

“invertébrés” – «бесхребетными».

воинственное европейское сегодня

Я переживала подобное несколько раз с 2019 г. после того,каквсюжизньзащищалаэтосамоеобществоичувствовала себя его частью, пока мне не дали понять, что все совсем не так. Чтобы разобраться в непроходимых дебрях под названием «Австрия», которые в своих пьесах изображает драматург Томас Бернхард, за что его

Глававторая. Этобылодавно:Европа–колыбельсвободыиправа

ных сторонников и пытался обуздать радикалов. Лютер создал и концепцию иконоборчества – разрушения культовых зданий и изображений во имя религии. Форма насилия, дошедшая до нас даже не из времен Лютера, но из более ранней Византии.

Последовали столетия церковных расколов и войн. 77 Католическому императорскому трону, веками принадлежавшему Габсбургам, столицей которых была Вена, бросило вызов дворянство, в большинстве своем от Богемии до Каринтии быстро принявшее новую протестантскую веру. Религиозные войны обернулись борьбой за власть и право толковать Библию. Кто верит правильно, а кто отступник, решали инквизиторы, а то даже и сельская община. Как и 500 лет назад, религия использовалась для разделения людей, а зачастую и для того, чтобы постановить, кому – жить, а кому – умереть.

Религиозные войны, определившие судьбу Европы, связаны с Реформацией и Тридцатилетней войной, в концекоторой,в1648г.,междукатоликамиипротестантами был заключен стоивший великих трудов Вестфальский мир. Должен был установиться новый порядок, базирующийся на территориальных государствах, а не на религиозных общинах. Истерзанная Европа стала другой. И с тех пор как благочестивые, так и неверующие европейцы задают себе вопрос: если мы сегодня живем в светском обществе, то обязаны ли мы этим исключительно Реформации, а не таким научным достижениям, как громоотвод, благодаря которому исчез страх перед гневом небес? Стала ли она предвестником Просвещения или дезориентировала христиан? Или же Реформацияобновилаверуисохранилаэтическиеосновы,послужившие неоднократному возрождению Европы? Ответы на эти сложные вопросы во многом зависят от точки зрения. В последние годы я интересовалась категориями ортодоксального и еретического, поскольку у меня сложилось впечатление, что мы, европейцы, утратили

Карин Кнайсль. РеКвием по евРопе

способность выражать несходные мнения, уважая при этом друг друга. Однако в то время мне повезло жить и в других социумах, помимо Австрии, поэтому я знала о гражданских свободах, например, во Франции, где их было больше, чем в маленьких государствах Централь-

78 ной Европы, вроде Австрии или Чехии.

Парижская резня в Варфоломеевскую ночь на 24 августа 1572 г. и жестокая контрреформация при Габсбургах вплоть до начала XVIII в. сделали религиозные войны в Европе во много раз более кровопролитными, чем аналогичные сражения между представителями разных религий за пределами «христианского Запада». Православный мир, наследника Византии, подобная беда миновала. В социально-политическом плане иной исторический опыт должен был иметь и иные последствия. Секуляризация и идеи современного общества в духе Вольтера, переписывавшегося с императрицей Екатериной II, развивались вслед за Реформацией и многочисленными войнами. Таков был ход истории, и совсем другим он был в восточной части континента, которой пришлось столкнуться с собственными вызовами. Это не только многовековые нашествия монгольской Золотой Орды. Это и революции начала кровавого XX в., инспирированные Берлином и Веной, и в конце концов распад Советского Союза и его последствия. Нынешние проблемы, такие как война на Украине, начавшаяся в 2014 г., и 17 000 санкций против России, привели к новым противоречиям между Востоком и Западом. Мы живем в эпоху перемен, в конце которой Европа образца ЕС может остаться в проигрыше как в экономическом, так и в социальном плане.

Весной 2022 г. самозваные блюстители нравственности в редакциях, парламентах, компаниях и много еще гдепризывалиобщественныхдеятелей,артистовиспортсменов дистанцироваться от России, осудить ее политическоеруководствоит.д.;поройэтобылогротескно,но

Глававторая. Этобылодавно:Европа–колыбельсвободыиправа

зачастую имело экзистенциальные последствия. Я была одной из тех, кто столкнулся с подобными призывами, какофициальными,такиприватными.Этобудоражащее действо напомнило мне архаические ритуалы принятия в племя. Или обращение грешников в истинную веру,

как это происходило во время религиозных войн перед 79 соборами, а нередко и на задних дворах и деревенских площадях.Тот,ктонепроходилконфессиональнуючистку, становился нечистым, изгоем, парией, объявлялся вне закона, то есть становился бесправным и должен был сам заботиться о спасении своей шкуры. Подобные категориимышления,аточнее,иррациональныерефлексы, до сих пор прочно укоренились в сознании многих людей.

Однако старое деление на верующих и неверующих распространялось не только на личное отношение к России и русской культуре. В так называемых светских обществах появились квазирелигии. К ним относятся вероучения о климате и о гендерной нейтральности, излагаемые смутно и невнятно. Удивительные настали времена, когда у штурвала власти стоят недоумки.

Переехав осенью 2020 г. во Францию, я сначала жила в Севеннах, маленькой деревушке, о которой раньше и слыхом не слыхала. Именно здесь французские протестанты,гугеноты,оказалиожесточенноесопротивление, когда в 1685 г. король Людовик XIV отменил Нантский эдикт. Этот эдикт гарантировал протестантам право исповедовать свою веру во Франции, бывшей по преимуществу католической. В результате гугеноты ушли в подполье,особенновгорахСевенн.Впротестантскоммузее “Musée du Désert” («Музей пустыни»), расположенном недалеко от небольшого городка Алес, представлены впечатляющие документы о повстанцах, мятежниках, камизарах. Королевские войска утопили восстание в крови. Те, кто выжил, попали на галеры или в печально

Карин Кнайсль. РеКвием по евРопе

известную тюрьму Эг-Морт. Впервые посетив эти места, я в очередной раз осознала, что история развивается по спирали и что почти каждая эпоха имеет свой апокалипсис, за которым следует новый рассвет. Европейская история–этоисторияобещанийиразочарований,стран-

80ной смеси стабильностии распада.Рациональностьи иррациональность, свобода и угнетение постоянно сменяют друг друга.

На сохранившихся в этом небольшом музее литографиях изображены сцены, в которых дети выступают в роли пророков и предрекают конец света. Сотни верующих внимали детям и почитали малолетних ясновидцев. Читая об этих событиях, я еще раз поняла, что людей можно искушать вновь и вновь и что новые религии возникаюттогда,когдастарыеосновывероисповедания теряют силу. А европейцы – откровенные рецидивисты, если речь заходит о разделении мира на верующих и неверующих.

Дискуссии о климате, которые с 2020 г. определяющим образом воздействуют на многие сообщества, результаты выборов и решения, повлияли и на работу Еврокомиссии под руководством Урсулы фон дер Ляйен в декабре 2019 г. В середине марта 2020 г. председатель комиссии, медик по образованию, практически проигнорировала официальное начало пандемии, проведя день в фотосессиях со шведкой Гретой Тунберг, которая в то время стала очень популярна как инициатор климатических протестов «Пятницы для будущего». Ни один политик или глава компании, озабоченный своим «зеленым» современным имиджем, не упустил возможности сфотографироваться с Гретой. Наблюдая за этой шумихой, я все время вспоминала литографии с малолетними пророками и их проповедями о конце света в Севеннах в пору бесконечных религиозных войн.