В подземных пещерах Иудеи

т яюфчхьэċą яхĉхĀрą шăфхш

был скорее выводным, чем приводным протоком; цистерны наполняются обыкновенно сверху, тогда как по низу могла течь только грязная вода. При таком допущении надо предположить, что кроме цистерны в пещерах Арак де-Сук была целая сеть невидных теперь выводных каналов и даже небольшая цистерна — приемник для стекающих загрязненных вод.

Стены этого оригинального подземелья вырублены совершенно правильно и по прямым линиям, тогда как огромное большинство всех других бет-джебринских пещер имеет криволинейные формы. В этом отношении подземелье эс-Сук походит скорее на древние еврейские гробницы, например в Иерусалимском некрополе, чем на другие сооружения рук троглодитов. Мы склонны даже думать, что эти подземелья вообще принадлежат гораздо более к позднейшему периоду пещерных построек, чем самые изящно высеченные и украшенные орнаментами куполовидные залы. Никаких украшений в виде орнаментировки стены эс-Сукской подземной галереи не носят, но зато на них своего высшего развития достигает устройство многочисленных ниш.

Число этих ниш во всей галерее превосходит тысячу, но как форма их, так и распределение не совсем одинаковы, концы шестиконечного креста, который представляет в общем это интересное подземелье, наиболее богаты нишами; на главной улице мы заметили небольшие ниши даже на потолке, ниши эти в форме ямок, расположенные то симметрически, то рядами, разумеется, не играли другой роли, кроме украшения в общем доволь-

101

ð ò õûøāõõò

но однообразных каменных стен, монотонных по прямолинейности форм. Ниши, более значительные по величине и не служившие только украшениями, идут гораздо ниже и также расположены группами и рядами; в этих помещениях могли быть поставлены не только различные вещи, но и светильники; легкая копоть, замеченная нами в некоторых нишах, может служить тому подтверждением. Еще ниже вдоль обеих стен улиц идут высеченные в толще скалы каменные выступы или лавки, на которых легко может поместиться в любом месте целая группа людей; выступы эти некоторыми исследователями рассматриваются как помосты лавок, подобные тем, которые и поныне можно видеть на всех восточных базарах.

Таково в общих чертах устройство этого оригинального, весьма тщательно вырубленного подземелья. Какому назначению могло удовлетворять оно, сказать положительно трудно, но большинство исследователей, основываясь отчасти на местных преданиях и на самом имени этого подземелья, предполагают, что Арак-эс-Сук был рынком или базаром для жителей подземного города, каким по справедливости можно назвать всю совокупность пещерных обиталищ бет-Джебрина. По словам профессора Олесницкого, подземная галерея Арак-эс- Сук представляет древний рынок для продажи хлеба, который доставлялся сюда с Филистимской долины, и здесь, на средоточном пункте караванных сношений между Дамаском, Самарией, Иерусалимом и Хевроном с одной стороны, Газою и Египтом — с другой, прода-

102

т яюфчхьэċą яхĉхĀрą шăфхш

вался... Хотя в подтверждение подобного предположения можно привести факт существования на развалинах Елевтерополиса нескольких подземных хлебных магазинов даже римского периода, тем не менее мы не решаемся приписывать подземельям эс-Сук значение исключительно хлебного рынка. Как ни велика на первый взгляд сеть всех подземных галерей эс-Сука и как ни вместительны они по кубическому объему, все-таки самое поверхностное изучение характера самой постройки исключает вышеприведенное предположение. На улицах подземного базара прежде всего нет таких глубоких ниш, которые могли бы служить для помещения такого объемистого товара, как зерно или овощи; площадь помостов хотя и довольно значительна сама по себе, но для продажи зерна она совершенно ничтожна... Ряды ниш, идущих в виде полок исполинского шкафа, помещающиеся часто на довольно значительной высоте от дна пещеры, по этой одной причине едва ли могли быть применены для хранения товаров. Засыпаться сверху зерном

итаким образом служить только хлебными житницами пещеры эс-Сука, разумеется, могли очень легко, но тогда какой же смысл имели бы эти сотни ниш различной формы и величины.

Оставляя открытым совершенно вопрос о назначении подземелий Арак-эс-Сук, мы позволим себе еще остановиться несколько на том общем впечатлении, которое произвели на нас эти подземные галереи. Нечего

иговорить, что оно было громадно даже после всего того, что мы видели в других подземельях бет-Джибрина.

103

ð ò õûøāõõò

Здесь еще скорее, чем в других подземных сооружениях, хочется верить легенде, описывающей строителей пещер как людей необыкновенной силы и исполинского роста... Вся работа представляется именно постройкой гигантов, прорубавших целые улицы под землей; вместе с тем удивляешься невольно и той тщательности, с которою обделаны как стены галерей, так и особенно ниши их украшающие. Признаюсь, мне не раз приходило в голову, что бесчисленные ниши или полки исполинского каменного шкафа подземелий эс-Сука представляют своего рода гробнички — locula, а вся подземная галерея — огромный некрополь, подобный тем, которые встречаются во многих городах Самарии и Иудеи. Некрополь этот мог принадлежать народу, даже более позднейшему, чем настоящие троглодиты Палестины, но, разумеется, способ погребения мертвецов в этом каменном кладбище не мог быть таков, как в величественных гробницах еврейского периода. Небольшие и неглубокие ниши эс-Сукских подземных галерей не могли вместить целых покойников, а лишь собранные истлевшие или сожженные кости их; они могли служить и своего рода неподвижными каменными урнами для сохранения дорогого праха в одном общем некрополе. Подобное назначение описываемых галерей и ниш подтверждается отчасти тем, что до сих пор не открыто еще другого более удобного входа в эти любопытный подземелья, помимо того, которое представляете узкая верхняя трещина, служащая скорее для освещения, чем для входа; настоящий рынок или базар, ведший оживлен-

104

т яюфчхьэċą яхĉхĀрą шăфхш

ную торговлю, не мог бы существовать без огромной и удобной двери, которой и следа указать невозможно. При новом нашем допущении самая цистерна потеряла бы значение водовместилища, а могла явиться для ка- ких-нибудь других потребностей погребального культа.

Бродя по перекрещивающимся улицам эс-Сукского подземелья, я поражался и тем крайне плохим освещением, которое он представляет в настоящее время и, без сомнения, представлял и прежде, так как нет и следа других световых отверстий в прекрасно сохранившихся стенах и потолках Арак-эс-Сука. Даже в ясный солнечный день, в который мы посещали это подземелье, в боковых галереях нельзя было ходить без зажженных свечей; трудно себе представить более или менее оживлений рынок без дневного освещения, более чем на половину погруженный в сумрак, который рассеять может только довольно обильное освещение... Нет, не подземный рынок, а настоящую могилу представляет из себя Арак-эс- Сук, подумал я невольно, собираясь покидать это оригинальное подземелье.

Луч солнца, случайно зароненный в глубину подземной галерей, скользнул по ее правильно иссеченным стенам, рассеял несколько сумрак и позволил взглянуть в глубину некоторых нишей, из которых скользнули, как легкие тени, две-три совы, испуганные голосами и светом, ворвавшимися в их безмолвное жилище. Беззвучно шелестя мягкими крыльями, они юркнули в другие, более затененные ниши и оттуда шарахнулись обратно, словно там усмотрели врага. Огромный филин выглянул

105

ð ò õûøāõõò

из глубины большой ниши своими блестящими глазами и снова спрятался. Как мрачные духи подземелья, долго с диким криком носились совы над нашими головами, спугивая сонных нетопырей, висевших вниз головами

вглубине верхних нишей, но наконец они скрылись

всумраке боковых галерей, и все опять смолкло.

—Здесь тоже жил великий старец, — сказал мне Осман, — но я не знаю его имени; много заслужил он пред Аллахом, и Аллах наградил его, сохранив его тело нетленным много сот лет после смерти. В юности своей великий старец был душегубом и лжецом, но грех убий-

ства он искупил своею кровью, пролитою в борьбе с неверными, а грех нечистого слова покрыл долгим безмолвием, которое хранил он в глубине этих пещер. Много лет, говорили мне, старец этот (а его помнили еще мои деды) жил под землей; чем питался он, не знаю; говорят, что Аллах посылал ему хлеб с неба через воронов и сов, те птицы, что видим мы теперь, друзья древнего старца, они воскормлены им и служили ему, по повелению Аллаха. Воду для старца, по воле Превечного, источал самый камень пещер; чистая, как утренняя роса, она вытекала из камня и струилась по дну подземелья... Никто не слышал ни одного звука из груди старца, он молился даже в безмолвии, в глубине своего сердца, но Аллах слышал его молитвы, и ангелы собирали драгоценные слезы, струившиеся из его впалых очей. И когда умер старец, из глубины безмолвного дотоле подземелья послышалось дивное пение, подобного которому никто не слышал на земле, то пели ангелы смер-

106

т яюфчхьэċą яхĉхĀрą шăфхш

ти, посланные для того, чтоб удалить тление от тела усопшего старца. Долго лежало оно, охраняемое силой Аллаха и ангелом, не отходившим от мертвеца, и как ни пытались злые джинны гор и сам трижды проклятый шайтан уничтожить это мертвое тело, не допускавшее им входа в подземелье, они должны были отсюда бежать с позором и стыдом. Огонь выходил из глубины темных пещер и опалял всех тех, кто пытался проникнуть в глубину каменной могилы, оберегавшей покой усопшего старца. Но прошли времена, совершилась воля Аллаха, тело старца распалось, душа его, сопровождаемая ангелами, поднялась на небо, и в подземельях эс-Сука поселились опять джинны, поработившие себе и этих птиц некогда послушных воле старца и Аллаха.

Под впечатлением этого поэтичного предания, которое подходило гораздо более к подземным галереям эсСука, чем легенда о древней старушке, будто бы на глазах современного потомства продававшей хлеб в этом подземелье, мы покидали его еще более уверенные, что Арак-эс-Сук было скорее некрополем, чем рынком для подземного города Иудеи...

Разумеется, подняться по нашему импровизированному входу было гораздо труднее, чем спуститься, но все-таки мы все, благодаря известной доли ловкости и силе ручных мышц, поднялись благополучно из глубины мрачных подземелий на поверхность холма, залитого ярким сиянием полуденного солнца.

— Слава Богу, — проговорил старый Халиль, когда мы вылезли на свет божий и подошли к нему, мирно дре-

107

X

одземелья этой группы лежат в довольно значи- ǜтельном расстоянии от пещер рынка, и потому переход наш пешком при тропической жаре в полдневный зной был довольно утомителен.

С великим удовольствием зато мы расположились отдохнуть при входе в огромное подземелье, в которое, как и в гроты эль-Мои и эль-Гмел, можно въехать даже на лошади... Тенистая прохлада Арак-эль-Хель манила нас остаться подолее в этом подземелье, пока не спадет, по крайней мере, жар. Здесь же мы надеялись и пообедать, так как в прохладных пещерах эль-Хеля в настоящее время приютилось несколько бедных арабских семейств.

Характер многочисленных подземных зал, составляющих Арак-эль-Хель, представляет нечто среднее между камерами эль-Мои и теми пещерами, которые мы видели в лабиринте Магара. Общий план этого подземелья, так же как и форма зала и их украшения, напоминает подземные залы «Пещеры Воды», тогда как отсутствие световых отверстий приближает его к пещерам лабирин-

109

ð ò õûøāõõò

та, хотя по внутренней отделке Арак-эль-Хеля, без сомнения, являются наиболее современными во всей пещерной области Иудеи. Расположенный главным образом по одному направлению, пещеры эль-Хеля имеют еще разветвления по обе стороны, план которых указывает на некоторую целесообразность этой постройки троглодитов. Еще более на это указывает самая форма отдельных подземных зал, приближающая их еще более к жилым пещерам, чем пещеры эль-Мои; более продолговатые со сводообразным потолком, сравнительно невысокие, они представляют очевидно более совершенную форму, чем куполообразные камеры эль-Мои

иэль-Гмела. Самая большая пещера находится среди подземелья и составляет центр этого последнего, служащего ему дополнением.

Еще более поражает в пещерах Арак-эль-Хель тщательная орнаментировка не только подземных зал, но

исамых коридоров, соединяющих эти последние, и даже входа в подземелье, обделанного со вкусом и изяществом, делающим честь их строителям. Орнаментировка стен и потолков эль-Хеля заслуживает самого тщательного изучения, так как она указывает на искусство неизвестного нам точно народа, ископавшего и обделавшего эти пещеры. Узорчатая пестрая лента орнамента тянется в виде карниза по всем залам, переходит на своды и на переходы и местами спускается даже до самого низа подземелья. Арабески этой ленты орнаментов сгруппированы изящно, самый рисунок оригинален

ипроизводит впечатление не узоров на камне, а мелкой

110