хрестоматия Аникин

Что много трудов за их положил:

Служил обедни с молебнами за их, молодцов. Втапоры атаманы казачия звали Василья обедати, И он не пошел к ним, Прощался со всеми теми атаманы казачими.

Подымали тонки парусы полотняныя, Побежали по морю Каспицкому к Нову-городу.

А и едут неделю спбряду,

Аи едут уже другую,

Изавидел Василей гору высокую Сорочинскую, Захотелось Насилью на горе побывать. Приставали к той Сорочинской горе, Сходни бросали на ту гору, Пошел Василей со дружиною,

Ибудет он в полгоры,

Ина пути лежит пуста голова, человечья кость. Пнул Василей тое голову с дороги прочь, Провеш,ится пуста голова:

—Гой еси ты, Василей Буслаевич!

Кчему меня, голову, попиноваешь

Ик чему побрасоваешь?

Я, молодец, не хуже тебя был, Да умею валятися на той горе Сорочинские. Где лежит пуста голова.

Лежать будет и Васильевой голове! Плюнул Василей, прочь пошел.

Взашел на гору высокую. На ту гору Сорочинскую, Где стоит высокой камень,

В вышину три сажени печатныя, А через ево только топором подать,

Вдалину — три аршина с четвертью.

Ив том-та подпись подписана:

«А кто-де у камня станет тешиться, А и тешиться-забавлятися.

Вдоль скакать по каменю, — Сломить будет буйну голову».

Василей тому не верует.

Стал со дружиною тешиться и забавлятися, Поперек каменю поскаковати.

Захотелось Василью вдоль скакать. Разбежался, скочил вдоль по каменю —

Ине доскочил только четверти

Итут убился под каменем. Где лежит пуста голова. Там Василья схоронили.

Побежали дружина с той Сорочинской горы

532

На свой червлен карабль.

Подымали тонки парусы полотняныя, Побежали ко Нову-городу.

И будут у Нова-города, Бросали с носу якорь и с кормы — другой,

Чтобы крепко стоял и не шатался он.

Пошли к матерой вдове, к Амелфе Тимофеевне, Пришли и поклонилися все.

Письмо в руки подали.

Прочитала письмо матера вдова, сама заплакала. Говорила таковы слова;

—Гой, вы еси, удалы добры молодцы!

Уменя ныне вам делать нечево. Подите Б подвалы глубокия. Берите золотой казны не считаючи.

Повела их девушка-чернавушка К тем подвалам глубокиям, Брали они казны по малу числу. Пришли оне к матерой вдове, Возговорили таковы слова:

—Спасиба, матушка Амелфа Тимофеевна, Что поила-кормила.

Обувала и одевала добрых молодцов! Втапоры матера вдова Амелфа Тимофеевна

Приказала наливать по чаре зелена вина. Подносит девушка-чернавушка Тем удалым добрым молодцам,

А и выпили оне, сами поклонилися, И пошли добры молодцы, кому куды захотелося.

16

ВОЛЬГА И МИКУЛА

Жил Святослав девяносто лет. Жил Святослав да переставился'. Оставалось от него чадо милое. Молодой Вольга Святославгович.

Стал Вольга ростёть-матерёть, Похотелося^ Вольгй да много мудростей; Шукой-рыбою ходить Вольги во синих морях, Птицей-соколом летать Вольги под оболокй. Волком и рыскать во чйстых полях.

Переставился — преставился, скончался.

533

534

Говорил Вольга таковы слова:

—Бог теби помочь, оратаюшко,

Аорать, да пахать, да крестьяноватй, С края в край бороздки пометыватй!

Говорил оратай таковы слова:

—Да поди-ко ты, Вольга Святославгович! Мни-ка надобно Божья помочь' крестьяновать, С края в край бороздки помётывать^

Ай далече ль, Вольга, едешь, куда путь держишь Со своею со дружинушкой хороброю?

Говорил Вольга таковы слова;

—А еду к городам я за получкою\

Кпервому ко городу ко Гурьёвцу,

Кдругому-то городу к Ореховцу,

Ктретьему городу к Крестьяновцу. Говорил оратай таковы слова:

—Ай же, Вольга Святославгович!

Да недавно был я в городи, третьяго дни\ На своей кобылке соловою,

А привез оттуль соли я два мexa^

Два меха-то соли привез по сороку пуд,

Аживут мужики там розбойники, Ёны просят грошёв подорожныих'^,

Ая был с шалыгой подорожною,

Аплатил им гроши я подорожный:

Акой стоя стоит, тот и сидя сидйт,

Акой сидя сидит, тот и лёжа лежит.

Говорил Вольга таковы слова:

— Ай же оратай-оратаюшко!

Да поедем-ко со мною во товариш,ах. Да ко тем к городам за получкою.

Этот оратай-оратаюшко Гужики с сошки он повыстегнул Да кобылу из сошки повывернул,

Асо тою он сошки со кленовенькой,

Ай оставил он тут сошку кленовую. Он садился на кобылку соловеньку;

Они сели на добрых коней, поехали

1Помочь — помощь.

^Помётывать — здесь: проводить борозду, переворачивать землю.

^Получка — здесь, дань, налог, оброк.

■' Третьяго дни — три дня назад.

®Мех — мешок.

®Гроши подорожные — здесь: плата за проезд.

535

По славному раздольицу чисту полю. Говорил оратай таковы слова:

—Ай же, Вольга Святославгович!

Аоставил я сошку в бороздочки,

Да не для ради прохожего-проезжего. Ради мужика деревенщины:

Они сошку с земельки повыдернут. Из омешиков земельку повытряхнут. Из сошки омешики повыколнут.

Мне нечем будет молодцу крестьяновати.

Апошли ты дружинушку хороброю, Чтобы сошку с земельки повыдернули, Из омешиков земельку повытряхнулй. Бросили бы сошку за ракитов куст.

Молодой Вольга Святославгович Посылает тут два да три' добрых молодца Со своей с дружинушки с хороброей Да ко этой ко сошке кленовенькой, Чтобы сошку с земельки повыдернули, Из омешиков земельку повытряхнулй. Бросили бы сошку за ракитов куст.

Едут туды два да три добрых молодца Ко этой ко сошки кленовоей; Они сошку за обжи^ кругом вертят,

Аим сошки от земли поднять нельзя.

Да не могут они сошку с земельки повыдернутй. Из омешиков земельки повытряхнуть, Бросити сошки за ракитов куст.

Молодой Вольга Святославгович Посылает он целым десяточком Он своей дружинушки хороброей А ко этой ко сошке кленовоей. Приехали оны целым десяточком

Ко этой славной ко сошке кленовенькой; Оны сошку за обжи кругом вертят. Сошки от земли поднять нельзя.

Не могут они сошки с земельки повыдернутй. Из омешиков земельки повытряхнутй. Бросить сошки за ракитов куст.

Молодой Вольга Святославгович Посылает всю дружинушку хороброю. То он тридцать молодцов без единаго, Этая дружинушка хоробрая.

’Два да три — пятерых.

^Обжи — оглобли у сохи.

536

Тридцать молодцов да без единаго. А подъехали ко сошке кленовенькой,

Брали сошку за обжи, кружком вертят, Сошки от земельки поднять нельзя.

Не могут они сошки с земельки повыдернути, Из омешиков земельки повытряхнути, Бросити сошки за ракитов куст.

Говорит оратай таковы слова:

— Ай же, Вольга Святославгович!

То не мудрая' дружинушка хоробрая твоя,

Ане могут оны сошки с земельки повыдернуть. Из омешиков земельки повытряхнуть, Бросити сошки за ракитов куст.

Не дружинушка тут есте хоробрая. Столько одна есте хлебоясть^

Этот оратай-оратаюшко Он подъехал на кобылке соловенькой

Ако этоей ко сошке кленовенькой,

Брал эту сошку одной ручкой, Сошку с земельки повыдернул, Из омешиков земельку повытряхнул. Бросил сошку за ракитов куст.

Оны сели на добрых коней, поехали Да по славному раздолью чисту полю.

Ау ратоя кобылка она рькью идёт,

АВольгин-тот конь да поскйкиваёт;

Ау ратоя кобылка грудью^ пошла, Так Вольгйн-тот конь оставается. Стал Вольга покрыкиватй.

Стал колпаком Вольга помахиватй, Говорил Вольга таковы слова:

—Стой-ко, постой, да оратаюшко! Говорил Вольга таковы слова:

—Ай же, оратай-оратаюшко,

Эта кобылка конём бы была.

За эту кобылку пятьсот бы далй. Говорит оратай таковы слова:

— Взял я кобылку жеребчиком, Жеребчиком взял ю с-под матушки, Заплатил я за кобылку пятьсот рублей: Этая кобылка конём бы была.

' Не мудрая — неумелая, не ведающая как приступиться к делу.

^Одна есте хлебоясть — одно дармоедство.

^Грудью — грунью, тихой рысью.

537

Этой бы кобылки и сметы' нет. Говорил Вольга таковы слова:

—Ай же ты, оратай оратаюшко! Как-то тобя да именём зовут, Как звеличают по отечеству?

Говорил оратай таковы слова;

—Ай же, Вольга ты Святославгович! Ржи напашу, в скйрды складу, В скирды складу да домой выволочу^. Домой выволочу, дома вымолочу.

Драни надеру^ да то я пива наварю. Пива наварю, мужичков напою, Станут мужички меня покликиватй:

«Ай ты, молодой Микулушка Селяниновйч!»

17

ВАСИЛИЙ ИГНАТЬЕВИЧ И БАТЫГА

Как из далеча было из чиста поля. Из-под белые березки кудревастыи, Из-под того ли с под кустичка ракитова.

Ай выходила-то турица златорогая,

Ивыходила-то турица со турятами,

Ай расходилиси туры да во чистом поли. Во чистом поли туры да со турицою.

Ай лучйлосе’ турам да мимо Киев град итти,

Ай видпи'’ над Киевым чудным чудно, Видли над Киевым дивным дивно.

По той по стены по городовыи Ходит девица душа красная,

Ана руках носит книгу Леванидову,

Ане тольки читае, да вдвой плаче.

Атому чуду туры удивилиси,

Вчистое поле возвратилиси, Сошлиси, со турицей поздоровкалисе:'

—А ты здравствуешь, турица, наша матушка!

—Ай здравствуйте, туры, да малы детушки!

Агде вы, туры, были, что вы видели?

‘И цены не было бы.

^Выволочь — волоком оттащить, свезти волокушей.

^Д рань — мука крупного размола.

‘‘ Л училосе — случилось.

^ Вйдли — видели.

538

—Ай же ты, турица, наша матушка!

Ай были мы, туры, да во чистом поли.

Алучилосе нам, турам, да мимо Киев град итти.

Ай видели над Киевом чудным чудно,

Ай видели над Киевом дивным дивно:

Апо той стены по городовыи

Ходит-то девица душа красная,

Ана руках носит книгу Леванидову,

Ане стольки читает, да вдвой плаче. Говорит-то ведь турица, родна матушка;

—Ай же вы, туры, да малы детушки!

Ай не девица плачет, да стена плаче,

Ай стена-то плаче городовая.

Аона ведает незгодушку над Киевом,

Ай она ведает невзгодушку великую.

А из-под той ли страны да спод восточныя

Анаезжал ли Батыга сын Сергеевич,

Аон с сыном со Батыгой со Батыговичем,

Аон с зятем Тараканчиком Корабликовым,

Аон со черным дьячком' да со выдумщичком.

Ай у Батыги-то силы сорок тысячей,

Ау сына у Батыгина силы сорок тысячей,

Ау зятя Тараканова силы сорок тысячей,

Ау черного дьячка, дьячка выдумщичка,

Атой ли той да силы счёту нет,

Атой ли той да силы да ведь смету нет:

Соколу будет лететь да на меженный^ долгий день,

Амалою-то птичики не облететь. Становилась тая сила во чистом поли.

Апо греху-ли-то тогда да учинилосе,

Ай богатырей во Киеви не лучилосе^ Святополк богатырь на Святыих на горах,

Ай молодой Добрыня во чистом поли,

ААлешка Попович в богомольной стороны,

АСамсон да Илья у синя моря.

Алучилосе во Киеви голь кабацкая,

Апо имени Василей сын Игнатьевич.

Адвенадцать годов по кабакам он гулял, Пропил-промотал все житьё бытьё своё,

Ай пропил Василей коня добраго,

Ас той ли-то уздицей тесмянЬю,

IЧерный дьячок — здесь, писарь, черный — из простого люда.

^Меженный (день) — летний, долгий.

^Не случилось.

539

с тем седлом да со черкальскиим,

Атриста он стрелочек в залог отдал.

Асо похмелья у Василья головка болит,

Сперепою у Василья ретиво сердцб щемит, И нечим у Василья опохмелиться.

Ай берет-то Василей да свой тугой лук, Этот тугой лук Васильюшко розрывчатой. Налагает ведь он стрелочку каленую.

А й выходит-то Василей вон из Киева, А стрелил-то Василей да по тем шатрам,

А й по тем шатрам Василей по полотняным,

А й убил-то Василей три головушки.

Три головушки Василей три хорошенькиих:

Аубил сына Батыгу Батыговича,

Аубил зятя Тараканчика Корабликова,

Аубил черного дьячка, дьячка выдумщичка.

Иэто скоро-то Василей поворот держал

Ай во стольнёй во славной во Киев град.

Аэтот тут Батыга сын Сергйевич

Апосылает-то Батыга да скорых послов.

Скорых послов Батыга виноватого искать. А й приходили-то солдаты каравульнии, Находили-то Василья в кабакй на печй, Приводили-то Василья ко Батыги на лицо.

Ай Василей от Батыги извиняется, Низко Василей поклоняется;

—Ай прости меня, Батыга, во такой большой вины!

Аубил я три головки хорошеньких,

Хорошеньких головки что ни лучшеньких: Убил сына Батыгу Батыговича, Убил зятя Тараканчика Корабликова,

Убил черного дьячка, дьячка выдумщичка.

Асо похмелью у меня теперь головка болит,

Асо перепою у меня да ретиво сердцб щемит.

Аопохмель-ко меня да чарой винною,

Авыкупи-ко мне да коня добраго,

Стой ли-то уздицей тесмянною,

Ас тем седлом да со черкальскиим,

Атриста еще стрелочек каленыих.

Еще дай-ко мне-ка силы сорок тысячей. Пособлю взять-пленить да теперь Киев град.

Азнаю я воротца не заперты,

Анезаперты воротца, незаложеныи,

Аво славный во стольнёй во Киев град.

540