1) Он первым обратился к социально-конкретному изображению народа,

2) Показал специфические особенности жизни и быта русского крестьянства как социальной категории

Роль Некрасова в поэзии второй половины XIX века невозможно переоценить. Он не только расширил границы поэтического языка, включив в него народную речь и социальную проблематику, но и сформировал новую этику искусства, где творчество стало актом гражданского служения. Его традиции продолжили Блок, Маяковский, Твардовский, а вопросы, поднятые в его произведениях, остаются актуальными и сегодня.

19. М.Е. Салтыков-Щедрин как создатель «обличительной» литературы.

М.Е. Салтыков-Щедрин вошёл в историю русской литературы как один из самых ярких представителей обличительной сатиры, чьё творчество стало мощным инструментом критики социальных и политических пороков современной ему России. Его произведения, наполненные едкой иронией, гротеском и эзоповым языком, не только разоблачали недостатки общества, но и формировали новый тип литературы, направленной на пробуждение общественного сознания.

У автора появляется сатира на послереформенную Россию. Работал в Современнике и после смерти Некрасова стал его редактором.

Одним из ключевых произведений, где наиболее полно раскрывается талант Салтыкова-Щедрина как сатирика, является «История одного города». В этом произведении автор использует гиперболу, фантастику и гротеск, чтобы создать универсальный образ российской действительности, воплощённый в городе Глупове. Глуповцы, покорные и безвольные, олицетворяют народ, готовый принять любого правителя, каким бы абсурдным или жестоким он ни был. Это и француз, который заставлял есть лягушек и итальянец, который заставлял варить макароны. Изображаются отрицательные черты народа: трусость, подлость и рабское сознание.

Градоначальники, сменяющие друг друга, — это карикатурные образы реальных исторических деятелей, чьи правление и реформы лишь усугубляют хаос и беспорядок. Во многих градоначальников угадываются прошлые или настоящие правители. Грустилов – Александр 1 – хотел проводить реформы, но ни к чему не привело. Однако автор утверждал, что хотел создать универсальный образ. Например, Дементий Брудастый с механической головой символизирует бездушность бюрократической системы, а Угрюм-Бурчеев, пытающийся остановить реку и перестроить город, становится воплощением тоталитарной власти. Финальная катастрофа, завершающая историю Глупова, подчёркивает неизбежность краха такой системы. «История прекратило свое течение» - конец света (библейский мотив)

Не менее значимым произведением, раскрывающим тему нравственной деградации, является роман-хроника «Господа Головлёвы». Здесь Салтыков-Щедрин исследует процесс вырождения дворянского рода, где каждый член семьи постепенно теряет человеческий облик под влиянием стяжательства, лицемерия и праздности. Центральный персонаж, Иудушка Головлёв, олицетворяет крайнюю степень морального падения: его пустословие и лицемерие приводят к полной духовной опустошённости. Автор показывает, что гибель семьи обусловлена не внешними обстоятельствами, а внутренним разложением, что делает роман глубоким социально-психологическим исследованием. Иудушка как психологический тип: воплощает в себе сущность феодального паразитизма, олицетворяет сущность всякого лицемерия и предательства. Салтыкова интересует результат воздействия общественной среды на его поведение человека. На первый план в хронике Иудушки выступает проблема среды.

Морально-этические проблемы в романе переплетаются с социальными. Проблема гибели «дворянских гнёзд» была актуальна для русской литературы, но впервые освещалась сатирически, без сочувствия и сожаления. Головлёвская семья гибнет не потому, что обеднела, а потому, что члены её деградировали, духовно оскудели.

Салтыков-Щедрин исследует проблемы, которые приводят к деградации. Во-первых, Это проблемы наследственные: дети и внуки Головлёвых повторяют недостатки родителей, в детях пороки даже усиливаются. Например, Иудушка ещё более подлый и лицемерный, ещё больший стяжатель, чем мать. А его старший и младший брат ещё более безвольные, чем отец. Другая проблема - способствующий деградации образ жизни Головлёвых. Пьянство и праздность, отсутствие мыслей и деятельности, скудное питание и ограничение общения – всё это сводит в могилу каждого из членов семьи. В основе всех неприятностей детей Головлёвых лежит страсть Арины Головлёвой к накопительству. У неё есть определённый талант: она удесятеряет первоначальный капитал. Но борьба за деньги и становится причиной вымирания.

Сказки — итог творчества писателя. Все сказки были сатирические. Были двуплановые: могли читать и дети, и взрослые (но последние увидят глубже). Жанр сказки помогал обходить цензуру.

Автор использовал эзопов язык (ирония, сарказм, гротеск и абсурд). Таким образом он проходил цензуру. У Салтыкова-Щедрина сатира злая и острая.

Основными темами сказок являются:

а) Обличение самодержавия («Медведь на воеводстве»),

б) Обличение господского класса («Дикий помещик»),

в) Обличение либерализма («Премудрый пискарь», «Либерал», «Карась-идеалист»),

г) Проблема народа («Повесть о том, как один мужик...»).

Для поэтики сказочного цикла Салтыкова характерна его связь с бытовой народной сказкой и сказкой о животных, отличающихся остротой социального содержания и нравоучительностью. Салтыков использует метафоричность и иносказательность, посредством которых отражает основные социально-нравственные характеристики общества.

Басенное начало, некая фантастическая призрачность происходящего, аллегории, иносказания, неожиданные переключения из реального плана в нереальный, гротескная заостренность – все эти особенности повествования синтезированы в сказках Салтыкова и отличают их от собственно фольклорных.

Все сказки Салтыкова аллегоричны – через отношения между представителями мира животных отражены классовые взаимоотношения людей: пескари "об конституциях болтают", карась оказывается рыбой, "к идеалу склонной", а ерш – тронутым "скептицизмом".

В сказке "Медведь на воеводстве" аллегорически изображено падение самодержавия в результате народного бунта – мужики убивают Топтыгина за злодейства, совершенные по приказу Льва.

«Дикий помещик»

Про: положение крестьян, беспомощность помещиков без крестьян, сложные отношения между крестьянами и помещиками. Происходит смешение реального (проблема крестьян и помещиков) и фантастического (превращение в медведя). Помещик – Урус-Кучум-Кильдибаев.

Помещик мечтал избавиться от мужиков (своих крестьян), и однажды они исчезли. На базаре сразу пропала еда, в казне кончились деньги, а помещик одичал (превратился в человека-медведя). Начальство всполошилось, вернуло мужиков, и всё пришло в норму.

«Как один мужик двух генералов прокормил»

Противопоставление дворян (генералов) крестьянам. Они на необитаемом возрасте абсолютно не могли удовлетворить свои базовые потребности. Мужик их прокормил, им корабль построил, чтобы они могли уехать, но они на него бурчали. Они его отблагодарили пятаком серебра. И здесь мужик тоже высмеивается за рабскую покорность. В этом отличие сказок Салтыкова, он высмеивает и положительных героев.

Сатира Салтыкова проникнута освободительными идеями. Она насыщена публицистическим содержанием, писатель активно вмешивается в изображаемые события. Продолжая традиции Гоголя, Свифта, Салтыков стремится представить уродливую, "ненормальную" действительность в предельно контрастном освещении. Ведущим способом изображения в его творчестве становится реалистический гротеск – контрастное преувеличение, придающее образам условный, 'неправдоподобный, нередко фантастический характер. Образ выводится за пределы допустимого правдоподобия. Но любое преувеличение у Салтыкова выступает как реалистически мотивированное, его фантастика полностью лишена иррационального смысла, становясь средством выявления скрытых, потенциальных возможностей персонажа в неожиданных ситуациях. Важной особенностью сатирической типизации Салтыкова является умение создавать обобщенные "собирательные" образы, отрицающие социальную психологию определенных групп людей.

Сатира Салтыкова-Щедрина отличается не только злободневностью, но и глубиной философского осмысления действительности. Продолжая традиции Гоголя и Свифта, он развивает реалистический гротеск, где фантастические элементы служат для усиления социальных обобщений. Его произведения проникнуты публицистическим пафосом, а персонажи становятся символами целых социальных явлений.

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ

Господа Головлёвы Россия, середина XIX в. Крепостное право уже на исходе. Однако семья помещиков Головлевых ещё вполне процветает и все более расширяет границы и без того обширных своих имений. Заслуга в том всецело принадлежит хозяйке — Арине Петровне Головлевой. Женщина она непреклонная, строптивая, самостоятельная, привыкшая к полному отсутствию какого-либо противодействия. Муж Арины Петровны, Владимир Михайлович Головлев, как смолоду был безалаберным и бездельным, так и остался. Жизнь свою он тратит на сочинение стишков в духе Баркова, подражание пению птиц, тайное пьянство да подкарауливание дворовых девок. Потому-то Арина Петровна внимание своё устремила исключительно на дела хозяйственные. Дети, ради которых вроде бы и творились все предприятия, были ей, в сущности, обузой. Детей было четверо: три сына и дочь. Старший сын Степан Владимирович слыл в семействе под именем Стёпки-балбеса и Стёпки-озорника. От отца перенял он неистощимую проказливость, от матери — способность быстро угадывать слабые стороны людей; эти дарования использовал для передразнивания и иного шутовства, за что был нещадно бит матерью. Поступив в университет, он не ощутил ни малейшего позыва к труду, а вместо того стал шутом у богатеньких студентов, благодаря чему, впрочем, не пропал с голоду при скуднейшем пособии. Получив диплом, Степан скитался по департаментам, пока вконец не изверился в своих чиновничьих дарованиях. Мать «выбросила сыну кусок», состоявший из дома в Москве, но, увы, и с этим запасом Стёпка-балбес прогорел, частью проев «кусок», частью проиграв. Продавши дом, попробовал было он выпрашивать то табачку, то денежку у зажиточных крестьян матери, живших в Москве, однако вынужден был сознаться, что бродить уже не в силах и остался ему только один путь — обратно в Головлево на даровое довольство. И Степан Владимирович отправляется домой — на семейный суд. Дочь, Анна Владимировна, также не оправдала маменькиных ожиданий: Арина Петровна отправила её в институт в чаянье сделать из неё дарового домашнего секретаря и бухгалтера, а Аннушка однажды в ночь сбежала с корнетом и повенчалась. Мать ей «выбросила кусок» в виде чахлой деревнюшки и капитальца, но года через два молодые капитал прожили и корнет сбежал, оставив жену с дочерьми-близнецами, Аннинькой и Любинькой. Затем Анна Владимировна умерла, а посему Арина Петровна вынуждена была приютить сироток. Впрочем, и эти печальные события косвенно способствовали округлению головлевского имения, сокращая число пайщиков. Средний сын, Порфирий Владимирович, ещё в детстве получил от Стёпки-балбеса прозвища Иудушки и Кровопивушки. С младенчества был он необычайно ласков, а также любил слегка понаушничать. К его заискиваниям Арина Петровна относилась с опаской, вспоминая, как перед рождением Порфиши старец-провидец бормотал: «Петух кричит, наседке грозит; наседка — кудах-тах-тах, да поздно будет!» — но лучший кусок всегда отдавала ласковому сыну ввиду его преданности. Младший брат, Павел Владимирович, был полнейшим олицетворением человека, лишённого каких бы то ни было поступков. Может, он был добр, но добра не делал; может, был не глуп, но ничего умного не совершил. С детства остался он внешне угрюм и апатичен, в мыслях переживая события фантастические, никому вокруг не ведомые. В семейном суде над Степаном Владимировичем папенька участвовать отказался, предсказав сыну лишь, что ведьма его «съест!»; младший братец Павел заявил, что его мнения все равно не послушаются, а так вперёд известно, что виноватого Стёпку «на куски рвать...». При таковом отсутствии сопротивления Порфирий Владимирович убедил маменьку оставить Стёпку-балбеса под присмотром в Головлеве, заранее вытребовав от него бумагу с отказом от наследственных претензий. Так балбес и остался в родительском доме, в грязной тёмной комнатке, на скудном (только-только не помереть) корме, кашляя над трубкой дешёвого табаку и отхлёбывая из штофа. Пытался он просить, чтобы прислали ему сапоги и полушубок, но тщетно. Внешний мир перестал существовать для него; никаких разговоров, дел, впечатлений, желаний, кроме как напиться и позабыть... Тоска, отвращение, ненависть снедали его, покуда не перешли в глубокую мглу отчаяния, будто крышка гроба захлопнулась. Серым декабрьским утром Степан Владимирович был найден в постели мёртвым. Прошло десять лет. Отмена крепостного права вкупе с предшествовавшими ей приготовлениями нанесла страшный удар властности Арины Петровны. Слухи изнуряли воображение и вселяли ужас: как это Агашку Агафьей Федоровной звать? Чем кормить ораву бывших крепостных — или уж выпустить их на все четыре стороны? А как выпустить, если воспитание не позволяет ни подать, ни принять, ни сготовить для себя? В самый разгар суеты тихо и смиренно умер Владимир Михайлович Головлев, благодаря Бога, что не допустил предстать перед лицо своё наряду с холопами. Уныние и растерянность овладели Ариной Петровной, чем и воспользовался Порфирий с лукавой, воистину Иудушкиной ловкостью. Арина Петровна разделила имение, оставив себе только капитал, причём лучшую часть выделила Порфирию, а похуже — Павлу. Арина Петровна продолжала было привычно округлять имение (теперь уже сыновье), пока вконец не умалила собственный капитал и не перебралась, оскорблённая неблагодарным Порфишкой, к младшему сыну, Павлу. Павел Владимирович обязался поить-кормить мать и племянниц, но запретил вмешиваться в его распоряжения и посещать его. Имение расхищалось на глазах, а Павел в одиночестве пил, находя успокоение в чаду пьяных фантазий, дававших победный выход его тяжкой ненависти к братцу-кровопивцу. Так и застал его смертный недуг, не давши времени и соображения на завещание в пользу сироток или маменьки. Посему имение Павла досталось ненавистному Порфишке-Иудушке, а маменька и племянницы уехали в деревеньку, когда-то «кинутую» Ариной Петровной дочери; Иудушка с ласкою проводил их, приглашая наведываться по-родственному! Однако Любинька и Аннинька быстро затосковали в безнадёжной тишине нищего именьица. После немногих отстрочек в угоду бабушке барышни уехали. Не вытерпев пустоты беспомощного одиночества и унылой праздности, Арина Петровна воротилась-таки в Головлево. Теперь семейные итоги таковы: лишь вдовствующий хозяин Порфирий Владимирович, маменька да дьячкова дочь Евпраксеюшка (недозволенное утешение вдовца) населяют когда-то цветущее имение. Сын Иудушки Владимир покончил с собой, отчаявшись получить от отца помощь на прокормление семьи; другой сын Петр служит в офицерах. Иудушка и не вспоминает о них, ни о живом, ни об усопшем, жизнь его заполнена бесконечной массой пустых дел и слов. Некоторое беспокойство он испытывает, предчувствуя просьбы племянниц или сына, но притом уверен, что никто и ничто не выведет его из бессмысленного и бесполезного времяпрепровождения. Так и случилось: ни появление вконец отчаявшегося Петра, проигравшего казённые деньги и молившего отца о спасении от бесчестья и гибели, ни грозное материнское «Проклинаю!», ни даже скорая смерть матери — ничто не изменило существования Иудушки. Пока он хлопотал да подсчитывал маменькино наследство, сумерки окутывали его сознание все гуще. Чуть было рассвело в душе с приездом племяннушки Анниньки, живое чувство вроде проглянуло в привычном его пустословии — но Аннинька уехала, убоявшись жизни с дядей пуще участи провинциальной актрисы, и на долю Иудушки остались только недозволенные семейные радости с Евпраксеюшкой. Однако и Евпраксеюшка уже не так безответна, как была. Раньше ей немного надо было для покою и радости: кваску, яблочек мочёных да вечерком перекинуться в дурачка. Беременность озарила Евпраксеюшку предчувствием нападения, при виде Иудушки её настигал безотчётный страх — и разрешение ожидания рождением сына вполне доказало правоту инстинктивного ужаса; Иудушка отправил новорождённого в воспитательный дом, навеки разлучив с матерью. Злое и непобедимое отвращение, овладевшее Евпраксеюшкой, вскоре переродилось в ненависть к выморочному барину. Началась война мелких придирок, уязвлений, нарочитых гадостей — и только такая война могла увенчаться победой над Иудушкой. Для Порфирия Владимировича была невозможна мысль, что ему самому придётся изнывать в трудах вместо привычного пустословия. Он стушевался окончательно и совсем одичал, пока Евпраксеюшка млела в чаду плотского вожделения, выбирая между кучером и конторщиком. Зато в кабинете он мечтал вымучить, разорить, обездолить, пососать кровь, мысленно мстил живым и мёртвым. Весь мир, доступный его скудному созерцанию, был у его ног... Окончательный расчёт для Иудушки наступил с возвращением в Головлево племянницы Анниньки: не жить она приехала, а умирать, глухо кашляя и заливая водкою страшную память о прошлых унижениях, о пьяном угаре с купцами и офицерами, о пропавшей молодости, красоте, чистоте, начатках дарования, о самоубийстве сестры Любиньки, трезво рассудившей, что жить даже и расчёта нет, коли впереди только позор, нищета да улица. Тоскливыми вечерами дядя с племянницей выпивали и вспоминали о головлевских умертвиях и увечиях, в коих Аннинька яростно винила Иудушку. Каждое слово Анниньки дышало такой цинической ненавистью, что вдруг неведомая ранее совесть начала просыпаться в Иудушке. Да и дом, наполненный хмельными, блудными, измученными призраками, способствовал бесконечным и бесплодным душевным терзаниям. Ужасная правда осветилась перед Иудушкой: он уже состарился, а кругом видит лишь равнодушие и ненависть; зачем же он лгал, пустословил, притеснял, скопидомствовал? Единственною светлою точкой во мгле будущего оставалась мысль о саморазрушении — но смерть обольщала и дразнила, а не шла... К концу страстной недели, в мартовскую мокрую метелицу, ночью Порфирий Владимирович решился вдруг сходить проститься на могилку к маменьке, да не так, как обычно прощаются, а прощенья просить, пасть на землю и застыть в воплях смертельной агонии. Он выскользнул из дома и побрёл по дороге, не чувствуя ни снега, ни ветра. Лишь на другой день пришло известие, что найден закоченевший труп последнего головлевского барина, Аннинька лежала в горячке и не пришла в сознание, посему верховой понёс известие к троюродной сестрице, уже с прошлой осени зорко следившей за всем происходящим в Головлеве.

Дикий помещик

Жил-был глупый и богатый помещик, князь Урус-Кучум-Кильдибаев. Любил он раскладывать гранпасьянс и читать газету «Весть». Взмолился однажды помещик богу, чтобы тот избавил его от мужиков — уж очень много их развелось, того и гляди, всё его добро съедят. Бог знал, что помещик глуп, и молитве не внял. Тогда заглянул помещик в «Весть» и начал стараться — мужика штрафами душить. Скотинка на водопой выйдет — помещик кричит: «Моя вода!», курица за околицу выбредет — помещик кричит: «Моя земля!» И земля, и вода, и воздух — всё его стало! Взмолились мужики богу, тот услыхал и очистил от них поместье — только вихрь мякинный в воздухе пронёсся. Стал помещик чистым воздухом дышать. Да только кто к нему не приедет — все дураком называют. Разложил тогда помещик гранпасьянс три раза, убедился, что совсем не глуп, и не осталось в нём сомнения никакого. Стал он думать, как машины из Англии выпишет, сады разведёт, скот, и всё это — без мужика. Только вот в зеркало помещик не смотрелся — заросло оно пылью, да и питался он только леденцами и пряниками. Приехал к помещику исправник, ругать начал за то, что подати платить некому, а на базаре ни хлеба, ни мяса нет, потом назвал дураком и уехал. Струсил помещик, но от принципов своих не отступил. Прошло время. Сад поместья зарос, зверьё в нём завелось, а помещик одичал. Перестал мыться, стричь ногти и сморкаться, оброс шерстью, начал бегать на четвереньках, охотиться на зайцев и подружился с медведем. Утратил даже способность произносить членораз­дельные звуки и усвоил себе какой-то особенный победный клик, среднее между свистом, шипеньем и рявканьем. Но хвоста ещё не приобрёл. Между тем губернское начальство узнало, что мужик исчез, а на исправника человек-медведь напал, всполошилось и решило мужика на место водворить. Через губернский город как раз рой мужиков летел. Их собрали и в имение отвезли. Сразу на базаре мясо и хлеб появились, а в казне — деньги. Барина поймали, отмыли, высморкали и отобрали газету «Весть». Он и сейчас жив — раскладывает гранпасьянс, тоскует о дикой жизни, моется по принуждению и иногда мычит.

Медведь на воеводстве

Топтыгин 1-й Первый Топтыгин, старый служака, был неглуп, умел строить берлоги и выворачивать с корнями деревья, но мечтал попасть на скрижали Истории с помощью кровопролития. В любом разговоре он утверждал: «Кровопролитиев… кровопролитиев… вот чего нужно!». За это Лев произвёл его в майорский чин и отправил воеводой в дальний лес, усмирять внутренних супостатов. Такая в ту пору вольница между лесными мужиками шла, что всякий по-своему норовил. Звери — рыскали, птицы — летали, насекомые — ползали; а в ногу никто маршировать не хотел. Распустившиеся обитатели леса сами остепениться уже не могли и ждали, что майор найдёт на них управу. Топтыгин же, придя в лес, сразу решил устроить кровопролитие, но его план не сработал — лукавый попутал. Решил он отпраздновать свои именины, напился и улёгся спать на поляне. Утром через поляну летел Чиж, любимчик лесного народа, такой умный, что слухи о нём дошли до Льва. Чиж принял Топтыгина за гнилой чурбан, сел на него и начал петь. Майор проснулся и, не разобравшись спросонья, съел Чижа. За это «срамное злодейство» лесной народ начал преследовать Топтыгина и дразнить его дураком. Топтыгин метался и горевал, понимая, что с таким мелким кровопролитьем на скрижали Истории он не попадёт. Слухи об этом дошли до Льва, и он приказал отчислить Топтыгина в запас. Так закончилась карьера первого Топтыгина. Глава 2. Топтыгин 2-й В это же время Лев отправил в соседний лес Топтыгина 2-го. Этот Топтыгин был умнее, он понимал, что от его первого шага зависит многое, и решил совершить крупное злодеяние — уничтожить университет либо типографию. Но оказалось, что типографский станок давно сожгли, студентов академии забрали в солдаты, а профессоров замуровали в дупле, где они и сейчас спят летаргическим сном. Тогда Топтыгин забрался на двор к мужику, поубивал его коров, а потом залез на крышу избы, чтобы раскатать её по брёвнышку. Крыша оказалась гнилой, Топтыгин провалилися и повис, уцепившись лапами за бревно. Сбежались лесные мужики, убили злодея, сняли с него шкуру, а тело выкинули на болото. Таким образом, явилась новая лесная практика, которая установила, что и блестящие злодейства могут иметь последствия не менее плачевные, как и злодейства срамные. После этого случая все злодеяния в лесной Истории начали считаются срамными. Лев велел сообщить о приговоре Истории Топтыгину 3-му — пусть изворачивается. Глава 3. Топтыгин 3-й Топтыгин 3-й был умнее своих предшественников. В лес он прибил тихо и быстро понял, что теперь у всех, даже у белок есть свои права, и ни о каких злодействах даже думать нельзя. Решил он ничего не делать, даже не выходить из берлоги, за исключением дней, когда надо получать жалование. Залёг Топтыгин в берлогу лапу сосать, а в лесу тем временем всё шло своим чередом. Понял Топтыгин, что его задача не достигать «мечтательного благополучия», а поддерживать заведённый порядок и довольствоваться «натуральными» злодействами — теми, что происходят сами по себе. Словом сказать, это был порядок, до такой степени установившийся и прочный, что при виде его даже самому лютому, рьяному воеводе не могла прийти в голову мысль о каких-либо увенчательных злодействах. Топтыгин спал, а лес жил своей жизнью и ничего в нём не случалось. Довольный Лев произвёл Топтыгина в подполковники. Так бы всё и шло дальше, но пришли охотники с рогатиной, и медведя постигла участь всех пушных зверей.

20. Поиск праведника в творчестве Н.С. Лескова.

Лескова отличал причудливый язык, в его время считался вычурным. Нельзя его относить ни к одному из лагерей (славянофилов или западников). Его герои зачастую народные умельцы (напр. Левша). Николай Семёнович Лесков предлагает новое исполнение темы праведничества в русской литературе.

Герой-праведник - Добрый, чистый, не отходящий от религиозной морали. Но зачастую они не поняты обществом.

В 1870—80-х гг. Лесков приступает к созданию целого цикла под названием «Праведники»:

Содержание цикла:

1. Однодум (1978 г.)

2. Пигмей (1876 г.)

3. Кадетский монастырь (1880 г.)

4. Русский демократ в Польше (1880 г.)

5. Несмертельный Голован (1880)

6. Инженеры-бессребреники (1887 г.)

7. Левша (1881 г.)

8. Очарованный странник (1873 г.)

9. Человек на часах (1887 г.)

10. Шерамур (1979 г.

В чем особенность: у Лескова праведники не являются абсолютно безгрешными людьми. Многим из них свойственна куча пороков, например «Очарованный странник» – богатырь Иван Северяныч – некоторое время тот ещё пьяница, а Несмертельный Голован имел репутацию еретика в своей губернии. Вообще почти все праведники Лескова «а-ля юродивые» – это чудаки и странные яркие личности. Но все они живут и поступают всегда по совести и по сердцу. Это могут быть и чиновники, и крестьяне, и купцы, и священники (Соборяне).

«Очарованный странник» (1872 г.)

Характерная форма повествования – устный сказ (от 1 л.) – придание черт народного языка.

Герой повести – бывший крепостной. В сущности, «очарованный странник» Иван Флягин – это народ, ищущий правды и справедливости на самых неизведанных дорогах жизни. Иван Флягин – настоящий русский человек, с сильным характером. В запале герой совершает грех. Ему снится сон, в котором ему говорят, что судьба его много раз погибнуть, но настоящая погибель будет тогда, когда пойдет в чернецы (монахи). В текстах Лескова присутствует мотив предопределенности жизни. Героя Лескова ведет чувство очарования. Они чувствуют, что-то невыразимое. «Герой то плачет, то томит, то душу вынимает, а потом как хватит в другом роде и точно сразу опять сердце вставит». Жизнь толкает что-то сделать, а душа требует раскаяния. В конце очарованный странник находит приют и душа его успокаивается.

Иван Северьянович в юности спасает княжескую чету, остановив шестерку взбесившихся коней на краю пропасти, но в благодарность получает жестокую порку, «обидев» любимую барышней кошку. Потерпев незаслуженную обиду, он бежит на юг страны, куда уходили многие крепостные; затем проходит через новые испытания, пробуя себя в самых разных «профессиях». Лесков не идеализирует своего героя.

Левша 1881 г.

Левша – это собирательный образ талантливого русского народа, который умеет хорошо делать все, за что ни возьмется. Недаром автор включил эту повесть в свой сборник «Праведники». Безымянный левша – один из тех праведников, которые всегда готовы пожертвовать собой ради Отечества, при этом не требуя ничего взамен. Такие люди – нравственная опора народа и страны в целом, их самоотверженный труд способен творить чудеса, которые недоступны даже иностранцам, обладающим машинами и технологиями.

«Несмертельный Голован»

Голован во время мора сибирской язвы бесстрашно заходил в избы к зараженным, давал напиться и своим присутствием скрашивал их последние минуты. На домах умерших он чертил белые кресты. Люди прониклись глубоким уважением к Головану и назвали «несмертельным». Но избежать заражения Головану не удалось, на левой ноге возникла язва. Тогда он предпринял радикальные действия: попросил у молодого косаря косу и отсек от ноги поражённый участок. Здесь Лесков опять показывает героя из народа, который даже не осознает себя героем. Такая сила духа была присуща бывшему крепостному, которому удалось выкупиться из неволи и завести своё хозяйство. Голован отличался могучим телосложением, двухметровым ростом, огромной головой, его лицо всегда озаряла улыбка. Он вел шикарное хозяйство и продавал необыкновенно вкусные густые сливки, яйца, ароматное масло (здесь опять типичная для Лескова тема: талантливые мастера из народа, связь со сказом «Левша», где Левша сумел блоху подковать). Хотя он был далек от церкви, он был «народным» праведником, то есть праведником его считала не церковь, а люди, народ. Лесков верит в силу народа. Его герой «праведник» не потому, что способен на «чудо», не потому, что возвышается над людьми, отгородившись от них, а потому, что вместе с ними в трудную минуту. В конце истории Голован гибнет, спасая ближних во время пожара. По мнению народа, это и есть высшее проявление праведности в человеке.

«Шерамур»

Шерамур считал, что главная задача человека – самому есть и кормить других. Сюжет: некий писатель в Париже знакомится с этим странным юродивым и пытается узнать о нем больше. Шерамур умеет выть по-волчьи, но если прислушаться, то окажется, что он воет конкретные слова. С тех пор он всем покупает еду и даже отдаёт единственную рубашку. В России Шерамур был студентом Технологического института, давшего большое число народников 1870-х годов, но, попав в «историю», бросает его. Затем едет в провинцию учителем, попадает в аристократическую семью, находившуюся под влиянием проповеди уже известного лорда Редстока, уходит из нее пешком в Москву, а оттуда – в «Женевку», к русским эмигрантам. В Париже Шерамур берется за любую работу, ради кормежки и остается таким же по-русски беспечным: для него жизнь копейка, как для Ахиллы Десницына. Мысли Шерамура: 1) христианство в поступках, а не на словах должно проявляться (хотя он и не был религиозен); 2) воевать нет смысла, если не стоит вопрос о голоде. Кто не голодает, тот не имеет права себе что-то отвоёвывать.

Лескова привлекали сильные, цельные личности, твёрдые в своих принципах, не поддающиеся искушению и тем более влиянию общества.

Таким образом, Лесков переосмысливает традиционный образ праведника, делая его ближе к народу, к реальной жизни. Его герои — не святые, а простые люди, чьи поступки становятся нравственным ориентиром. Через их судьбы писатель показывает силу народного характера, веру в справедливость и надежду на то, что именно такие люди — подлинная опора России. В этом и заключается новаторство Лескова: он доказал, что праведник может быть грешным, странным, даже комичным, но его душа всегда стремится к свету.

КРАТКО

Николай Семёнович Лесков, один из самых оригинальных писателей XIX века, предложил новое осмысление темы праведничества в русской литературе. Его герои-праведники — это не идеальные, безгрешные святые, а живые, противоречивые люди из народа, которые, несмотря на свои слабости и пороки, остаются верны совести и нравственным принципам. Лесков не причислял себя ни к славянофилам, ни к западникам, а его язык, считавшийся современниками вычурным, отражал богатство народной речи и уникальный стиль повествования.

В 1870–1880-х годах Лесков создал цикл произведений под общим названием «Праведники», куда вошли такие известные рассказы и повести, как «Однодум», «Левша», «Очарованный странник», «Несмертельный Голован», «Человек на часах» и другие. Особенность лесковских праведников в том, что они далеки от канонического образа святости. Например, Иван Северьянович Флягин из «Очарованного странника» — бывший крепостной, богатырь, пьяница, но при этом человек, ищущий правду и готовый на самопожертвование. Несмертельный Голован, спасающий людей во время эпидемии, считается еретиком, но его поступки говорят о высшей праведности. Левша, талантливый мастер, подковывающий блоху, воплощает народный гений и самоотверженность.

Лесковский праведник — это чаще всего чудак, юродивый или просто человек с необычной судьбой, который живёт по совести, даже если это противоречит общественным нормам. Герои Лескова — крестьяне, купцы, священники, чиновники — все они объединены внутренней силой и стремлением к справедливости. Их праведность проявляется не в религиозном аскетизме, а в повседневных поступках, в готовности помочь ближнему, даже ценой собственной жизни.

В «Очарованном страннике» Иван Флягин проходит через множество испытаний, совершает ошибки, но его жизнь — это путь к духовному прозрению. Он очарован миром, его красотой и несправедливостью, но в конце концов находит успокоение в монашестве, исполнив своё предназначение. В «Левше» безымянный мастер символизирует талант и самоотверженность русского народа, который, несмотря на отсутствие признания, творит чудеса. В «Несмертельном Головане» герой, спасающий людей от чумы и гибнущий в пожаре, становится воплощением народного идеала праведности — не по церковным канонам, а по человеческой мере.

Особое место в творчестве Лескова занимает тема предопределённости и мистического очарования. Его герои чувствуют незримую силу, ведущую их по жизни, будь то родительский обет, как у Флягина, или внутренний голос, как у Голована. Лесков показывает, что праведность — это не отсутствие грехов, а способность раскаяться, исправиться и жить по совести.

Поздние произведения Лескова, такие как «Человек на часах» или «Шерамур», ещё более усиливают социальный подтекст. Солдат Постников, спасающий утопающего ценой собственного наказания, становится жертвой лицемерной системы, где истинная добродетель остаётся непризнанной. Шерамур, юродивый, кормящий голодных, воплощает идеал христианской любви в действии, а не на словах.

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ

Левша

Глава 1 Российский император Александр Павлович после Венского совета, на котором были подведены итоги войны 1812 года с Наполеоном, отправляется в путешествие по Европе. Везде ему показывали разные диковинки, которыми император восхищался. Но донской атаман Платов, находившийся при нём в поездке, не разделял мнения царя. Он считал, что русские мастера ничуть не хуже иностранных. В конце турне царь приезжает в Англию.

Глава 2 Англичане стали показывать русскому царю свои технические достижения. Александр был в восторге от иностранной науки, и полностью убедился, что русским до иностранцев далеко. Платов же всячески старался английских мастеров принизить, доказывая, что русские их во всём обошли. Так, англичане показали царю «пистолю» тонкой работы «неизвестного, неподражаемого мастера». Государь опечалился, что русские такое чудо создать не способны. А Платов открыл у пистоли замок и показал, что сделал её «Иван Москвин во граде Туле». Такое открытие привело англичан в замешательство, и они решили создать такое чудо техники, против которого и Платову возразить было бы нечего.

Глава 3 Утром русский царь и Платов поехали смотреть сахарный завод, а затем их привели в «последнюю кунсткамеру, где у них со всего света собраны минеральные камни и нимфозории». Здесь Александру показали созданную английскими мастерами в натуральную величину заводную механическую блоху. Она могла прыгать и танцевать. Восхищённый император вручил англичанам миллион, а они ему за это подарили это чудо техники. Уложил государь блоху в футляр, сделанный из бриллианта, опустил его в табакерку и отбыл на Родину.

Глава 4 До самой смерти Александра оставалась блоха в табакерке. Когда он умер, её передали его жене Елизавете Алексеевне, а от неё она досталась новому императору, Николаю Павловичу. Вначале царь блохой не заинтересовался, но затем стал думать, для чего она у брата Александра столько лет хранилась. Никто не мог разгадать эту загадку, пока не прибыл во дворец старый донской атаман Платов. Он отдал Николаю «мелкоскоп», взятый когда-то у английских мастеров, и царь увидел, как прыгает стальная блоха. Но в отличие от Александра новый царь перед иностранцами не преклонялся. Поручил он Платову поехать к русским мастерам, чтобы они постарались создать что-нибудь более удивительное, чем английская блоха.

Глава 5 Исполняя волю государя, поскакал Платов в Тулу, которая славилась оружейными мастерами. Оружейники взялись исполнить приказание, но попросили донского атамана оставить им блоху на несколько дней. Сколько Платов не выпытывал, они не сказали ему, что придумали. Ничего не добившись, атаман отправился на Дон, оставив удивительную блоху тульским мастерам.

Глава 6 Когда Платов уехал, три самых искусных оружейника, среди которых был и «косой левша. На щеке пятно родимое, а на висках волосья при ученье выдраны», отправились прочь из города. Люди стали гадать, куда они пошли. Многие подумали, что мастера ничего не придумали, и, чтобы избежать наказания, решили скрыться, прихватив с собой царскую табакерку.

Глава 7 Мастера отправились в город Мценск Орловской губернии, чтобы поклониться иконе Николая Чудотворца. Помолившись, вернулись они к себе в слободу и заперлись в доме Левши. Соседям было очень любопытно, что делают мастера. Под разными предлогами они пытались выманить троих оружейников из дома. Но ни одна попытка не увенчалась успехом. Мастера никому не открывали и ни с кем не разговаривали, работая днём и ночью.

Глава 8 Закончив переговоры на Дону, Платов поспешил обратно в Тулу. Сам он к мастерам больше не пошёл, а послал за ними множество курьеров.

Глава 9 Мастера в это время заканчивали свою работу. Сколько курьеры к ним не стучали, они их в дом не пустили. Тогда, чтобы добраться до упрямых оружейников, курьеры сняли с дома крышу. После этого Левша с товарищами вышли из избы и сообщили, что работу свою закончили и могут идти к Платову.

Глава 10 Подали оружейники атаману стальную блоху в табакерке. Тот начал их расспрашивать, где же их работа. Но они, обидевшись на оскорбления, сказали, что только государь её увидеть сможет. Разозлённый Платов, бросил Левшу в свою повозку и увёз его с собой в Петербург. По приезде сам он пошёл к Николаю Павловичу, а мастера оставил внизу со связанными руками.

Глава 11 Платов надеялся разговорами о казаках отвлечь царя от блохи. Но ему это не удалось. Николай вспомнил о поручении, и велел принести работу тульских мастеров. Платов рассказал, что туляки ничего нового не создали, а вернули обратно английскую блоху. Государь не мог поверить этому и решил сам убедиться в словах атамана.

Глава 12 Когда принесли блоху и завели её ключом, оказалось, что «нимфозория» перестала прыгать. Платов был в бешенстве. Он решил, что оружейники сломали механизм. Пошёл атаман к лестнице, где Левшу оставил, и стал его бить, называя обманщиком. Левша же утверждал, что работа сделана, но увидеть её можно только в «мелкоскоп».

Глава 13 Привели Левшу к царю, и показал он, в чём заключалась работа оружейников. Оказывается, они сумели английской блохе набить на ножки подковы. Государь удивился и обрадовался, что его русские мастера сумели англичан превзойти.

Глава 14 Решил Николай отправить мастера в Англию, чтобы он свою тонкую работу показал иностранным мастерам. Одели его получше и отправили за границу с особым курьером.

Глава 15 Оставил курьер Левшу в гостинице. А сам унёс блоху мастерам. Узнали мастера, кто сумел блоху подковать, и пришли к мастеру в гостиницу. Три дня они его поили и кормили, а потом стали расспрашивать об образовании. Оказалось, что мастер учился «по Псалтирю и Полусоннику», а арифметики совсем не знает.

Глава 16 Отправили англичане курьера домой, а Левшу стали по заводам водить и уговаривать, чтобы он у них остался. Но Левша тосковал по родной Туле и просил, чтобы его отпустили обратно. Посадили английские мастера оружейника на корабль и отправили в Россию, дав на дорогу денег и подарив на память золотые часы.

Глава 17 На корабле Левше показалось скучно, и он заключил пари с полшкипером, что перепьёт его. Пили они до самого конца плавания, отчего оба заболели, но никто в выигрыше не оказался.

Глава 18 В России полшкипера привезли в английское посольство, где организовали ему прекрасные условия. А Левшу, ослабевшего, не способного даже разговаривать, доставили в квартал. Там его обобрали и решили отправить в какую-нибудь больницу на лечение. Поскольку у оружейника не было с собой «тугамента», ни в одной больнице его не приняли. К утру стало ясно, что Левша долго не проживёт, и его отвезли умирать в Обухвинскую больницу для простонародья.

Глава 19 Полшкипер очень беспокоился о своём друге. Чудом он отыскал Левшу в больнице и добился, чтобы к нему прислали доктора. Умирающий мастер просит Мартын-Сокольского сказать государю, что «у англичан ружья кирпичом не чистят». Доктор пытается донести слова Левши до Чернышёва, но его никто не слушает, и чистка оружия кирпичом продолжается вплоть до начала войны.

Глава 20 В конце повествования автор размышляет о талантах, подобных Левше. В век машин они почти исчезли с русской земли, но память о них живёт вечно.

Однодум

Детство и юность Александра Рыжова В царствование Екатерины II, в городке Солигалич, Костромской губернии в семье мелкого канцелярского служителя Рыжова родился сын Алексашка. Потеряв в малолетнем возрасте отца, воспитывался матерью, продававшей на рынке пироги собственного изготовления. Грамоте мальчик выучился у бедного дьяка. И тогда уже стал зарабатывать свои первые копейки тем, что писал старухам заупокойные воспоминания. Физически работать начал с четырнадцати лет. В шестнадцать определился в пешую почту и должен был раз в неделю ходить из Солигалича в Чухлому и обратно. На этой изнурительной и скудно оплачиваемой работе зимой и летом «думал он свои сиротские думы, какие слагались в нем под живым впечатлением всего, что встречал, что видел и слышал. При таких условиях из него мог бы выйти поэт вроде Бёрнса или Кольцова, но у Рыжова была другая складка, — не поэтическая, а философская... Почтовая сума до такой степени была нипочём его могучей спине, что он, кроме этой, всегда носил с собою другую сумку, в которой лежала толстая книга, имевшая на него неодолимое влияние. Книга эта была Библия». Рыжов знал наизусть писания многих пророков и особенно любил Исайю. Юноша решил быть честным и с Богом, и с людьми, и прожить жизнь в согласии с совестью. Устройство на службу Проходил так Рыжов около двенадцати лет, пока пешая почта не заменилась конною. В Солигаличе умер старый квартальный, и Рыжов задумал проситься на его место. Должность эта, хотя и невысокая, по значимости стояла для жителей таких уездных городков на 4-м месте (после императора, губернатора и городничего). «Место довольно выгодное, если человек, его занимающий, хорошо умел стащить с каждого воза полено дров, пару бураков или кочан капусты; но если он не умел этого, то ему было бы плохо». Рыжов с первого же дня службы «оказался по должности ретив и исправен». Порядок на базаре и во всем городе он навёл довольно быстро. Слабых защищал, наглецов наказывал, а бездельников и бродяг определял на работу. И что было самым странным — не брал взяток, отвечая так: «Мзду брать Бог запрещает». Городничий же, не получая от нового квартального подношений, «возмутился духом и воздвиг на Рыжова едкое гонение». Так как он не мог найти неправды или изъяна в служебной деятельности Рыжова, то попросил протопопа разузнать, нет ли в Рыжове какого-нибудь духовного нерадения, греха и еретичества. Но протопоп отвечал, что «явного неправославия в Рыжове он не усматривает, а замечает в нем некую гордыню...» А протопопица, смеясь, сказала мужу: «Вот бы кому пристало у алтаря стоять, а не вам, обиралам духовным». Рыжов не заботился, что о нем думают: он честно служил всем и не угождал никому; в мыслях же своих отчитывался Богу. За что его и уважали, хотя и говорили насмешливо, что квартальный у них «такой-некий-этакой». Через тридцать лет безупречной службы, он был поставлен городничим. Дневник Рыжова под названием «Однодум» Было у Александра Рыжова одно увлечение. Вёл он своеобразный дневник, в который заносил библейские цитаты и свои рассуждения о жизни. Если происходило какое важное событие — стихийное бедствие, коронация государя, появление нового закона — Рыжов записывал это в большую тетрадь, сопровождая всё это собственными комментариями. Тетради, по мере их заполнения, подшивал в одну обложку, на которой стояла многозначительная надпись «Однодум». Никто не знал, что таится в этой книге, и от этого она казалась окружающим не только таинственной, но и крамольной. С появлением книги, он получил прозвище Однодум, которое приклеилось к нему до конца жизни. Новый Костромской губернатор С. С. Ланской посетил с инспекцией Солигалич и был весьма удивлён, что на таком «соблазнительном» посту находится необычайно честный и бескорыстный чиновник. Заинтересовался губернатор и «Однодумом», так как ему услужливо донесли о подозрительной книге. Полистав её, Ланской удивился, что прежние пророчества Рыжова исполнились. По прошествии двух лет квартальному Рыжову был прислан дарующий дворянство Владимирский крест — первый владимирский крест, пожалованный квартальному. «И крест и грамота были вручены Александру Афанасьевичу с объявлением, что удостоен он сея чести и сего пожалования по представлению Ланского. Рыжов принял орден, посмотрел на него и проговорил вслух: «Чудак!» Жил Александр Афанасьевич до девяноста лет, аккуратно отмечая всё в своём «Однодуме». И ещё много лет после его смерти люди вспоминали удивительного философа.

Очарованный странник

Глава первая Пассажиры судна «плыли по Ладожскому озеру от острова Коневца к Валааму» с остановкой в Кореле. Среди путников заметной фигурой был монах, «богатырь-черноризец» – бывший конэсер, который был «в лошадях знаток» и имел дар «бешеного укротителя». Спутники поинтересовались, почему мужчина стал монахом, на что тот ответил, что многое в своей жизни делал по «родительскому обещанию» – «всю жизнь свою я погибал, и никак не мог погибнуть».

Глава вторая «Бывший конэсер Иван Северьяныч, господин Флягин» рассказывает спутникам долгую историю своей жизни. Мужчина «родился в крепостном звании» и происходил «из дворовых людей графа К. из Орловской губернии». Его отец был кучер Северьян. Мать Ивана умерла при родах, «оттого что я произошел на свет с необыкновенною большою головою, так что меня поэтому и звали не Иван Флягин, а просто Голован». Мальчик много времени проводил у отца на конюшне, где и обучился ухаживать за лошадьми. Со временем Ивана «подсадили форейтором» в шестерик, которым управлял его отец. Как-то, управляя шестеркой, герой по дороге, «смеха ради», засек насмерть монаха. В ту же ночь умерший пришел к Головану в видении и сказал, что Иван был матерью «богу обещан», а после пересказал ему «знамение»: «будешь ты много раз погибать и ни разу не погибнешь, пока придет твоя настоящая погибель, и ты тогда вспомнишь материно обещание за тебя и пойдешь в чернецы». Через некоторое время, когда Иван ездил с графом и графиней в Воронеж, герой спас господ от гибели, чем заслужил особое расположение.

Глава третья Голован завел в своей конюшне голубей, но кошка графини повадилась охотиться за птицами. Как-то, разозлившись, Иван избил животное, отрубив кошке хвост. Узнав о случившемся, герою назначили наказание «выпороть и потом с конюшни долой и в аглицкий сад для дорожки молотком камешки бить». Иван, для которого это наказание было невыносимым, решил покончить жизнь самоубийством, но мужчине не дал повеситься цыган-разбойник.

Глава четвертая По просьбе цыгана Иван украл из барской конюшни двоих лошадей и, получив немного денег, пошел к «заседателю, чтобы объявиться, что он сбеглый». Однако писарь за серебряный крест написал герою отпускной и посоветовал отправиться в Николаев. В Николаеве некий барин нанял Ивана нянькой для своей маленькой дочери. Герой оказался хорошим воспитателем, заботился о девочке, внимательно следил за ее здоровьем, но сильно скучал. Как-то во время прогулки по лиману им встретилась мать девочки. Женщина начала со слезами просить Ивана отдать ей дочь. Герой отказывается, но та уговаривает его тайно от барина приводить девочку каждый день на это же место.

Глава пятая В одну из встреч на лимане появляется нынешний муж женщины – офицер, и предлагает за ребенка выкуп. Герой снова отказывается и между мужчинами завязывается драка. Неожиданно появляется разгневанный барин с пистолетом. Иван отдает ребенка матери и сбегает. Офицер объясняет, что не может оставить Голована при себе, так как он беспаспортный, и герой угодит в степь. На ярмарке в степи Иван становится свидетелем того, как известный степной коневод хан Джангар продает лучших своих лошадей. За белую кобылицу двое татаринов даже устроили дуэль: стегали друг друга плетьми.

Глава шестая Последним на продажу вывели дорогого каракового жеребенка. Татарин Савакирей сразу выступил с тем, чтобы устроить дуэль – сечься с кем-то за этого жеребца. Иван вызвался выступить за одного из ремонтеров в дуэли с татарином и, используя «свою хитрую сноровку», «запорол» Савакирея до смерти. Ивана хотели схватить за убийство, но герою удалось сбежать с азиатами в степь. Там он пробыл десять лет, занимаясь лечением людей и животных. Чтобы Иван не сбежал, татары его «подщетинили» – подрезали на пятках кожу, засыпали туда конских волос и зашили кожу. После этого герой долго не мог ходить, но со временем приноровился передвигаться на щиколотках.

Глава седьмая Ивана отправили к хану Агашимоле. У героя, как и при предыдущем хане, было две жены-татарки «Наташи», от которых также были дети. Однако к своим детям мужчина не испытывал родительских чувств, потому что они были некрещеные. Живя с татарами, мужчина очень сильно скучал по родине.

Глава восьмая Иван Северьянович рассказывает, что к ним приезжали люди разных религий, пытаясь проповедовать татарам, однако те убивали «мисанеров». «Азията в веру приводить надо со страхом, чтобы он трясся от перепуга, а они им бога смирного проповедывают». «Азият смирного бога без угрозы ни за что не уважит и проповедников побьет». В степь приезжали и русские миссионеры, но не захотели выкупить Голована у татар. Когда через время одного из них убивают, Иван хоронит его по христианскому обычаю.

Глава девятая Как-то к татарам приехали люди из Хивы для того, чтобы купить лошадей. Для запугивания степных жителей (чтобы те их не убили), гости показали могущество своего огненного бога – Талафы: подожгли степь и, пока татары поняли, что произошло, скрылись. Приезжие забыли ящик, в котором Иван нашел обычные фейерверки. Назвавшись сам Талафой, герой начинает пугать татар огнем и заставляет принять их христианскую веру. Кроме того, Иван нашел в ящике едкую землю, которой вытравил вживленную в пятки конскую щетину. Когда ноги зажили, он запустил большой фейерверк и незаметно сбежал. Выйдя через несколько дней к русским, Иван переночевал у них только ночь, а после пошел дальше, так как они не хотели принимать человека без паспорта. В Астрахани, начав сильно пить, герой попадает в острог, откуда его отправили в родную губернию. Дома овдовевший богомольный граф выдал Ивану паспорт и отпустил «на оброк».

Глава десятая Иван начал ходить по ярмаркам и советовать простым людям, как выбрать хорошую лошадь, за что те его угощали или благодарили деньгами. Когда его «слава по ярмаркам прогремела», пришел к герою князь с просьбой раскрыть свой секрет. Иван пытался обучить его своему таланту, но князь вскоре понял, что это особый дар и нанял Ивана на три года к себе конэсером. Периодически у героя случаются «выходы»: мужчина сильно пил, хотя и хотел с этим покончить.

Глава одиннадцатая Однажды, когда князя не было, Иван снова пошел пить в трактир. Герой очень переживал, так как у него с собой были деньги барина. В трактире Иван знакомится с человеком, у которого был особый талант – «магнетизм»: он мог с любого другого человека «запойную страсть в одну минуту свести». Иван попросил его избавить от зависимости. Человек, гипнотизируя Голована, заставляет его сильно напиться. Уже совсем пьяных мужчин выставляют из трактира.

Глава двенадцатая От действий «магнетизера» Ивану начали мерещиться «мерзкие рожи на ножках», а когда видение прошло, мужчина бросил героя одного. Голован, не зная, где находится, решил постучаться в первый попавшийся дом.

Глава тринадцатая Ивану отворил двери цыган, и герой оказался в еще одном трактире. Голован засматривается на молодую цыганку – певунью Грушеньку – и спускает на нее все деньги князя.

Глава четырнадцатая После помощи магнетизера Иван больше не пил. Князь, узнав, что Иван потратил его деньги, сначала рассердился, а после успокоился и рассказал, что за «эту Грушу в табор полсотни тысяч отдал», лишь бы она с ним была. Теперь же цыганка живет у него в доме.

Глава пятнадцатая Князь, устраивая собственные дела, все реже бывал дома с Грушей. Девушка скучала и ревновала, а Иван, как мог, ее развлекал и утешал. Всем, кроме Груши, было известно, что в городе у князя была «другая любовь – из благородных, секретарская дочка Евгенья Семеновна», у которой от князя была дочь Людочка. Как-то Иван приехал в город и остановился у Евгении Семеновны, в тот же день сюда наведался князь.

Глава шестнадцатая Случайно Иван оказался в гардеробной, где, прячась, подслушал разговор князя и Евгении Семеновны. Князь сообщил женщине, что хочет купить суконную фабрику и собирается скоро жениться. Грушеньку же, о которой мужчина совсем забыл, планирует выдать за Ивана Северьяныча. Голован занимался делами фабрики, поэтому долго не виделся с Грушенькой. Вернувшись назад, узнал, что девушку куда-то увез князь.

Глава семнадцатая Накануне свадьбы князя Грушенька появляется («сюда умереть вырвалась»). Девушка рассказывает Ивану, что князь в «крепкое место упрятал и сторожей настановил, чтобы строго мою красоту стеречь», но она сбежала.

Глава восемнадцатая Как оказалось, князь тайно вывез Грушеньку в лес на пчельню, приставив к девушке троих «молодых здоровых девок-однодворок», следивших за тем, чтобы цыганка никуда не сбежала. Но как-то играя с ними в жмурки, Грушеньке удалось их обмануть, так она и вернулась. Иван пытается отговорить девушку от самоубийства, но она заверила, что не сможет жить после свадьбы князя: будет страдать еще сильнее. Цыганка попросила убить ее, пригрозив: “Не убьешь, – говорит, – меня, я всем вам в отместку стану самою стыдной женщиной”. И Голован, столкнув Грушеньку в воду, исполнил ее просьбу.

Глава девятнадцатая Голован, «сам себя не понимая» бежал от того места. По дороге ему встретился старичок. Его семья сильно печалилась, что их сына забирают в рекруты. Пожалев стариков, Иван пошел в рекруты вместо их сына. Попросив, чтобы его отправили воевать на Кавказ, Голован пробыл там 15 лет. Отличившись в одном из сражений, Иван на похвалы полковника ответил: «Я, ваше высокоблагородие, не молодец, а большой грешник, и меня ни земля, ни вода принимать не хочет» и рассказал свою историю. За отличие в бою Ивана назначили офицером и отправили с орденом святого Георгия в Петербург в отставку. Служба в адресном столе у него не заладилась, поэтому Иван решил пойти в артисты. Однако из труппы его скоро выгнали за то, что он вступился за молоденькую актрису, ударив обидчика. После этого Иван решает пойти в монастырь. Сейчас он живет в послушании, не считая себя достойным для старшего пострига.

Глава двадцатая В конце спутники поинтересовались у Ивана: как ему живется в монастыре, не искушал ли его бес. Герой ответил, что искушал, появляясь в образе Грушеньки, но он его уже окончательно преодолел. Как-то Голован зарубил явившегося беса, но тот оказался коровой, а в другой раз из-за бесов мужчина сбил все свечи возле иконы. За это Ивана посадили в погреб, где у героя открылся дар пророчества. На корабле Голован едет «на богомоление в Соловки к Зосиме и Савватию», чтобы перед смертью им поклониться, а после собирается на войну. «Очарованный странник как бы вновь ощутил на себе наитие вещательного духа и впал в тихую сосредоточенность, которой никто из собеседников не позволил себе прервать ни одним новым вопросом».

Шерамур

Лесков пытался противопоставлять бессребреников “героям” нового времени, стремясь издать рассказ в “Дешевой библиотеке”. Персонажи произведения реально существующие люди, такие, как выпускник Главного инженерного училища Д. Брянчанинов и его более молодые товарищи – М. Чихачев и Н. Фермор, избравшие в условиях николаевского царствования самый трудный путь бескорыстного служения людям и общему делу. Но столкнувшись по роду службы с многочисленными злоупотреблениями, которые были в самом духе времени, и не в силах бороться с ними, они уходят в отставку Д. Брянчанинов и М. Чихачев избирают духовное поприще, а Н. Фермор, друживший с Н. Некрасовым, умирает совсем молодым. Лесков подчеркивает в них “христианский” аскетизм, гражданское мужество и личное бескорыстие. Но самые лучшие намерения их оказались в разладе со временем, и судьба почти всех лесковских праведников глубоко трагична. Тогда, пишет Лесков, “желательны были люди стереотипного издания”, которые походили бы одни на других “как одноформенные пуговицы”. Инженеры – бессребреники к ним не принадлежали, хотя их участь не помешала писателю напомнить своему изверившемуся о славном имени русского инженера, не имевшего ничего общего с нынешними подрядчиками и “королями”.Такими в представлении многих были известные инженеры Дмитрий Иванович Журавский, талантливый строитель железнодорожных мостов, проектировщик и строитель магистрали Москва-Петербург, основоположник отечественной транспортной науки Павел Петрович Мельников, памятник которому стоит на станции Любань Октябрьской железной дороги, и многие другие. Среди произведений Лескова 70-х годов рассказ “Шерамур” также примыкает к циклу рассказов о праведниках, хотя сам писатель вначале печатал его в книге отдельно и даже назвал свой сборник так: “Три праведника и один Шерамур” (1880). “Шерамур” рассказ о русском нигилисте 70-х годов, ничем не напоминавшем своего отдаленного дворянского предшественника тургеневского Рудина, которого Лесков не случайно упоминает в своем произведении. Проводя между ними параллель Лесков пишет: “Это даже жалостно и жутко сравнивать. Там у всех есть вид и содержание и свой нравственный облик, а это… именно что-то цыганами одобренное; какая-то затерть, потерявшая признаки чекана. Какая-то бедная, жалкая изморина…”. Писатель дает портрет русского нигилиста, попавшего в политическую историю, а затем уехавшего за границу. Бросается в глаза его сходство с “овцебыком” Василием Богословским героем раннего рассказа Лескова, “агитатором” середины 50-х годов, ушедшим в народ в поисках правды. Как и он, Шерамур испытывает множество искушений, жизнь бросает его, как ненужную ветошь, из одной пропасти в другую, причем “жратва была пункт его помешательства: он о ней думал сытый и голодный, во всякое время во дни и нощи”. Отец его дворянин, мать из крепостных, но он никого не знает. Шерамур становится студентом Технологического института, давшего большое число народников 70-х годов, но попав в “историю”, бросает его. Затем, подобно герою романа Тургенева “Новь” Нежданову, едет в провинцию учителем, попадает в аристократическую семью, находившуюся под влиянием проповеди уже известного лорда Редстока, уходит из нее пешком в Москву, а от туда в “Женевку”, к русским эмигрантам. Шерамур, пишет Лесков, “герой брюха; его девиз жрать, его идеал – кормить других”.Эта странная характеристика героя имело свое основание, ибо на своем жизненном пути он видел только голод и холод. Будучи студентом, он научился подражать вою волков: техноложцы так пугали хозяйку, если она не давала хлеба и дров. В Париже Шерамур берется за любую работу, ради кормежки и остается таким же по-русски беспечным: для него жизнь копейка, как для Ахиллы Десницына.

21. Полифонический роман Ф.М. Достоевского.

По мнению Михаила Михайловича Бахтина, Достоевский создал жанр полифонического романа. Само название уже указывает на своё значение: приставка «поли» – множественность, «фон» – звучание, или голос. Цитируя Бахтина, романы Достоевского характеризует «множественность самостоятельных и неслиянных голосов и сознаний, подлинная полифония полноценных голосов».

Поэтому романы Достоевского строятся как взаимодействие субъективных миров, или идей, сталкивающихся друг с другом в диалоге – так устроен полифонический роман. Полифония – тип мышления, преодолевающий солипсизм благодаря осознанной формуле «ты еси» – то есть Достоевский всегда учитывает наличие других мнений.

В романе полифоническом «слово героя о себе самом и о мире так же полновесно, как обычное авторское слово. Ему принадлежит исключительная самостоятельность в структуре произведения, оно звучит как бы рядом с авторским словом. Роман полифонический отличается, таким образом, «самой установкой рассказа» (или повествования). Его структура определяется «новым художественным заданием». «Новая романная структура», открытая Достоевским, осуществляет «контрапункт» голосов и позиций, и в завершение несет свой катарсис: «...ничего окончательного в мире еще не произошло, последнее слово мира о мире еще не сказано, мир открыт и свободен, еще все впереди и всегда будет впереди. Бахтин выводит роман Достоевского из жанровой традиции, восходящей к сократическому диалогу и менипповой сатире, вбирает он в себя и черты авантюрного романа, на что указывал еще Л.П. Гроссман. С точки зрения исторической поэтики, Бахтин находит в структуре романа полифонического и явление карнавализации (понятие, введённое в литературоведение М.М. Бахтиным и означающее результат воздействия традиций средневекового карнавала на культуру и мышление Нового времени).

На самом деле теория Бахтина вызвала и некоторые замечания исследователей в свой адрес. Наиболее проблематичными и вызвавшими резкую критику в концепции полифонизма являются положения о равноправии автора и героя и отсутствии в позиции автора «смыслового избытка», о безоценочности авторского взгляда Достоевского и полифоническом единстве. Если же использовать терминологию Бахтина из других его работ, то автор-творец (художник) и автор-повествователь — это все-таки разные и несовпадающие инстанции и в романе полифоническом творец сохраняет на самом деле «смысловой избыток», определяющий его замысел. Этот избыток неотменим на эстетическом уровне, на его основе создается произведение. А вот поэтико-структурные средства и взаимодействия (уровень поэтики) при полифонизме скрадывают этот избыток, позволяют по-иному воплотить авторскую позицию и организовать целое, чем в романе монологическом. Приходится признать: «...нет полной свободы, неограниченного волюнтаризма в мире Достоевского, как нет его и во всем мироздании. Все в конечном итоге подчиняется воле творца».

Как это ощущается на практике в случае с «Преступлением и наказанием»:

После работ Михаила Бахтина широко распространилось представление о том, что зрелая проза Достоевского полифонична: в его романах происходит напряжённый диалог не просто между главными героями, но между их сознаниями — вполне субъектными, самостоятельными, а не просто выражающими различные мысли автора. Хотя в центре «Преступления и наказания» — сознание Раскольникова, альтернативы ему, пусть в чём-то родственные, можно увидеть в других героях — Свидригайлове, Мармеладове, Порфирии Петровиче. Противоборство этих сознаний, взглядов на жизнь и этику мы и наблюдаем в долгих диалогах героев. Диалог вообще движущая сила прозы Достоевского.

Можно говорить и о стилистической полифонии «Преступления и наказания». Несмотря на то что доминанта романа — страстные, иногда исступлённые реплики (внутренние монологи Раскольникова, исповедь Мармеладова, восклицания Сони), другие герои могут весело шутить (Разумихин), занудствовать (Лужин), ёрничать (Порфирий Петрович), неторопливо размышлять как бы сами с собой (Свидригайлов).

С одной стороны, многие читатели испытывают сочувствие к Раскольникову, хотя фактически он зарубил старушку, т.е. совершил убийство. Возможен даже вариант того, что знаменитая теория Раскольникова покажется читателю убедительной. При этом сам Достоевский не передает суть идеи Раскольникова. Она рождается и раскрывается в непрерывном диалоге. Таким образом, Достоевский позволяет посмотреть на Раскольникова не стороны, а его собственным взглядом. Понять его от начала и до конца. При этом Раскольников непременно спорит с кем-то, его сознание диалогизировано. Он не соглашается с теорией Лужина, или с Порфирием Петровичем, они тоже несут собственные идеи. Но! Где смысловая избыточность, с которой писал Бахтин и которая позволяет увидеть позицию самого Достоевского? Сама логика развития действия реализует сюжет о Воскрешении Лазаря, воскрешении Раскольникова. Он становится счастлив, когда наконец оказывается способным постигнуть Бога и полюбить Соню. Т.е. позиция Достоевского таки озвучена: человек должен прийти к Богу.

22. «Диалектика души» как основной приём творчества Л.Н. Толстого.

Особенность метода Толстого в том, что он всегда подробно показывает, как постепенно меняется душа человека. Диалектика души – это метод прямого психологизма. Философия заключается в том, человек всегда не завершён. Его душа продолжает меняться.

Термин введен Н. Г. Чернышевским в одной из статей о раннем творчестве Толстого. Из той же статьи (там про «Детство и Отрочество», и про «Севастопольские рассказы»):

«Диалектика души» — постоянное изображение внутреннего мира героев в движении, в развитии (по Чернышевскому). Психологизм (показ характеров в развитии) позволяет не только объективно изобразить картину душевной жизни героев, но и выразить авторскую нравственную оценку изображаемого. Главная примета диалектики души – психическая жизнь предстаёт как процесс. Основным принципом «диалектики души» у Льва Толстого можно назвать конфликт между рациональным и эмоциональным началом. Автор считает, что подлинное счастье и духовное пробуждение достижимы только через преодоление этого противоречия и обращение к нормам морали и принципам справедливости.

Пример: Болконский сначала сражается за славу, потом переосмысляет войну как «бессмысленный хаос» и в конце переживает осознание смерти. Нотки экзистенциализма скорее в смысле "не хочу умирать, страдаю, но я умираю, душа плачет, выхода нет». В больнице при Бородино Андрей знакомится с Курагиным, которому хотел отомстить. Однако, видя страдания ужасно раненного Курагина, он начинает понимать значение прощения и абсолютной любви. Оправившись от своей раны, он начинает верить, что любовь, которую он испытывал к своему бывшему врагу Курагину, есть та же самая любовь, выраженная в Евангелие. После этой перемены он начинает приходить в себя и снова встречается с Наташей, которую прощает, заявляя, что любит ее сейчас больше, чем когда-либо. После того, как ему приснился сон, который можно сравнить с умиранием и пробуждением в новой реальности, он теряет свою волю к жизни и умирает. Важный момент: он меняется и приходит к любви, но уже при смерти, а умирать ему всё равно не хочется. Помудрел, но к самому концу.

В романе «Анна Каренина» связь между свободой и обязательствами раскрывается через образ главной героини, которая стремится обрести баланс между своими чувствами и общественными ожиданиями. Толстой демонстрирует, что душа личности может оказаться в ловушке между противоречивыми интересами, и выбор всегда остаётся за самим человеком.

Чернышевский выделяет общие принципы «диалектики души»:

а) изображение внутреннего мира человека в постоянном движении, противоречии и развитии (Толстой: «человек — текучее вещество»);

б) интерес Толстого к переломным, кризисным моментам в жизни человека;

в) событийность (влияние событий внешнего мира на внутренний мир героя).

Можно выделить следующие средства психологической изобразительности у Толстого:

1. Психологический анализ от лица автора-повествователя.

2. Раскрытие невольной неискренности, подсознательного стремления видеть себя лучше и интуитивно искать самооправдания (например, как Наташа Ростова воспринимала себя в детстве и что она думала, когда собиралась бежать с Анатолем).

3. Внутренний монолог, создающий впечатление «подслушанных мыслей» (князь Андрей под небом Аустерлица).

4. Впечатления героев от внешнего мира (например, первый бал Наташи).

5. Внешние детали (например, дуб по дороге в Отрадное, небо Аустерлица).

Толстой использует традиционные средства психологического анализа: пейзаж и портрет; они вовлекаются в душевную динамику. Портрет, внешность важных для автора героев, чувствующих и переживающих, не даётся цельно. Внешние черты подчиняются внутреннему изменению. В некоторых героях фиксируется то, что выражает душу, внутреннюю красоту (глаза Наташи Ростовой), и, если появляется навязчиво телесная деталь (плечи Элен Курагиной) – это средство разоблачения. Негативное отношение автора к герою предполагает и полное подробное описание внешности.

Портрет и пейзаж, становясь динамичными, незавершенными, полностью подчиняя внешнее внутренним процессам, оказываются вовлечёнными в мире Толстого в орбиту диалектики души.

23. Новаторство драматургии А.П. Чехова.

Драматургия Чехова выразила потребности новой эпохи. Главная проблема этой эпохи: проблема человеческого существования и сосуществования с другими. Предмет изображения не персонаж, а порядок и уклад жизни. Источником печали является само сложение жизни, все дело в несоответствии Проблема реализации и самореализации человека. Чеховская драматургия формировалась под влиянием двух мощных театральных традиций:

1) Европейской "новой драмы" (Ибсен, Метерлинк, Стриндберг):

- Перенос драматического напряжения в бытовую сферу. Тенденция к символизации действительности

2) Русской реалистической драмы (Тургенев, ранний Островский):

- Замедление действия и ослабление сюжетной интриги. Размывание границ между главными и второстепенными персонажами