Средние века. Выпуск 71 (3-4)

единственными участниками вечевых собраний, которые, с их точки зрения (но, конечно, вразрез с позицией московских властей), видимо, сохраняли легитимность. Принимая во внимание многочисленные летописные данные о политической активности черных людей в Новгороде, их упоминания в качестве участников “веча на Ярославле дворе” в грамотах, наконец, сведения о “безрассудном народе” – участнике веча и вечевой расправы – немецкого документа 1331 г., надо полагать, что и в новгородском вече черные люди были представлены. Важно и следующее обстоятельство: несмотря на то, что в проекте крестоцеловальной грамоты, предложенном новгородскими послами, действия вечников, разграбивших немецкий двор, формально осуждаются, фактически они легитимизируются: имущество немцам не возвращается, более того, последним запрещается не только этого требовать, но даже и думать об этом. Тут, как кажется, нельзя видеть ничего другого, кроме стремления новгородской элиты сохранить популярность среди основной массы свободных новгородцев.

Все это решительным образом подрывает гипотезы, отождествляющие вечников и “300 золотых поясов”.

Во-вторых, обращает на себя внимание то обстоятельство, что посол от “золотых поясов” Борис, сын Сильвестра, не упоминается не только как посол от “господ” (это уже отмечал В.О. Ключевский22), но и как посол от веча. В роли последних выступают:

а) Cначала Филипп и староста Сидор, а также “другие русские с ними”, среди которых называется некто Терентий. В 1338 г. в переговорах с немецкими купцами участвовали два Филиппа, один представлял великого князя, другой – новгородцев. В 1342 г. договорную грамоту с немцами о торговле воском “докончал” наряду с другими с новгородской стороны купеческий староста Сидор, и представлял он “всех новгородских купцов” (Aldus hevet geendighet … de olderman Cider der koplude unde de meynen coplude to Nougarden)23. Под 6841 (1333) и 6848 (134024) гг. в НПЛ упоминается Терентий Данилович именно как новгородский посол25, причем в одном случае он действует вместе с Матфеем Варфоломеевичем Козкой. Полной уверенности, что это одни и те же лица, однако, нет. В Новгороде в то время могли одновременно

22Ключевский В.О. Указ. соч. С. 546.

23Грамоты Великого Новгорода и Пскова / Под ред. С.Н. Валка. М.; Л., 1949. С. 71, 73.

24О датах см.: Бережков Н.Г. Хронология... С. 292–293.

25ПСРЛ. Т. III. C. 345, 352.

документе 1337 г. решение новгородского веча характеризуется так: Grote Nogarden is des to rade worden (“Великий Новгород решил”)29. Русские источники такого органа власти не знают. Е.И. Чебановой и – в более радикальной форме – шведским историком Ю. Гранбергом были высказаны скептические суждения относительно реальности существования такого органа власти, как “совет господ”, в Новгороде вообще30. С одной стороны, наличие у этого “совета господ” “служителей”/“глашатаев” (roperen, биричей?) заставляет думать о том, что это не могла быть просто фикция, с другой, – обращает на себя внимание тот факт, что “совет господ”, как и “300 золотых поясов”, фигурирует только в изложении событий, в проекте русской грамоты – официальном документе, который должен был быть скреплен крестоцелованием, они не упоминаются, что было бы крайне странным, если бы это были настоящие, постоянно функционирующие органы власти. В грамоте последовательно упоминаются вече, новгородцы как политическая общность, наместник, посадник, тысяцкий, послы.

Вопрос о “совете господ” заслуживает отдельного рассмотрения31, но о том, что “300 золотых поясов” органом власти не были, можно сказать вполне определенно. Таким образом, приходится искать другое объяснение. Конечно, это в известной степени область гаданий. CCC guldene gordele – это гапакс данного источника. Мы знаем, во-первых, что это были представители элиты (у кого еще могли быть золотые пояса?32), во-вторых, что

29LECUB. Bd. VI, N 2807. Sp. 113.

30Чебанова Е.И. Указ. соч. С. 181–182 (предполагает, что ганзейские купцы могли перенести обозначение своих городских учреждений – “советов” – на новгородские); Гранберг Ю. Совет господ Новгорода в немецких источниках // Древнейшие государства Восточной Европы. 1998. М., 2000 (исходя из синтаксиса фразы bi der heren rade, он, опираясь на консультацию Е.Р. Сквайрс, приходит к выводу, что это был не постоянно действующий, а однократный, срочно собранный совет).

31Возможно, вернее говорить не о “совете господ”, а о “господах Новгорода”, которые упоминаются в ряде ганзейских документов XV в. и под которыми понимались архиепископ, посадник, тысяцкий и старосты пяти концов (см.: Клейненберг И.Э. Известия о новгородском вече первой четверти XV века в ганзейских источниках // История СССР. 1978. № 6. С. 172–173). “Совет господ” (der heren rad), как и предполагал Ю. Гранберг, скорее всего, был не названием органа власти, а наименованием совещаний этих “новгородских господ”.

32В XIV–XV вв. золотые пояса завещают московские князья в духовных грамотах; широко известна роль, которую сыграл спор о золотом поясе во время междоусобной войны в Московском княжестве в XV в. (см.: Мурашёва В.В. Древнерусские ременные наборные украшения (X–XIII вв.). М., 2000. С. 79–80).

каким-то определенным политическим институтом они не являлись, в-третьих, что их представлял посол, который более ни в каком контексте не упоминается, и удовлетворения интересов которого другие контрагенты немцев не требуют, в-четвертых, это были люди влиятельные, от них, как мы узнаем из того же документа, зависела судьба двух немцев: Конрада и Германа.

Все это вместе приводит к заключению о том, что 300 золотых поясов – это какая-то группа элиты, а, может быть, как уже предполагал А.И. Никитский, и боярская элита в целом. Подтверждение такой гипотезе находим у шведского историографа XVII в. Юхана Видекинда, автора известного сочинения о “шведско-мос- ковитской” войне. В историческом экскурсе о Новгороде он рассказывает о его присоединении к Москве: “Взяв город, государь (Иван III. – П.Л.) предал казни 300 знатнейших горожан, конфисковал их имущество, а с остальных взыскал четверть имущества”33. Информация, несомненно, ложная (о массовых казнях новгородцев при Иване III ничего не известно, возможно, здесь произошла контаминация с походом его внука на Новгород). Но почему 300? Вероятно, потому что в Новгороде сохранялась устойчивая память о 300 наиболее могущественных и выдающихся представителях элиты. В.О. Ключевский при разборе нашего источника обращал внимание34 на известие псковского летописания о том, что после присоединения Пскова к Москве москвичи “взяша псковичь 300 семеи”. Это была псковская элита, противопоставленная “молодшим людям”, в ее состав входили псковские посадники, бояре и купцы35. В принципе, такая цифра не должна удивлять: как бы ни оценивать ее реальность, мы знаем, что в другой древнерусской земле насчитывали и больше бояр. В 1211 г.36, согласно сообщению Галицко-Волынской летописи, по наущению князей Игоревичей “избьени быша” галицкие бояре, всего “числомъ 500, а инии разбѣгошася”37.

Именно на представительство этой неформальной могущественной группировки и претендовал, очевидно, Борис Сильве-

33Видекинд Ю. История шведско-московитской войны XVII века. М., 2000. С. 500.

34Ключевский В.О. Указ. соч. С. 546–547.

35ПСРЛ. Т. V. Вып. 1. С. 95.

36О дате см.: Грушевський М.С. Хронольогiя подïй Галицько-Волиньскоï лïтописи // Записки наукового товариства iмени Шевченка. Львiв, 1901. Т. XLI, Кн. 3. С. 11–12.

37ПСРЛ. Т. II. Стб. 723–724.

ПРОСТРАНСТВО ВЛАСТИ

УДК 94(44)“1574/1589”“72”:342.547

Н.И. Алтухова

РЕГИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ ПРАКТИКИ VÉNALITÉ DES OFFICES

ПРИ ГЕНРИХЕ III ВАЛУА: К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМЫ

На основе анализа квитанций на новые королевские должности предпринимается попытка рассмотреть особенности формирования чиновничьего аппарата в разных регионах Франции. Выделены четыре провинции, зоны особого внимания короля, – для них было создано наибольшее количество новых должностей, среди которых более выгодными для короля являлись крупные финансовые должности. Создание и продажа таких должностей не противоречили королевским обещаниям запретить подобную торговлю (запрещалось продавать судейские должности).

Ключевые слова: Франция, XVI в., чиновники, должности, продажа должностей.

Легализованная в XVI в. во Франции продажа должностей (vénalité des offices), которая преследовала прежде всего финансовый интерес, стала одной из форм кредитования государства: сразу оплачивая цену должности, покупатель как бы давал государству денежную ссуду, вкладывал свой капитал в функционирование государственного аппарата, а потом получал с него проценты в виде жалованья. Но не только. Частный капитал “обменивался” на привилегии и статус. Взаимная заинтересованность короля, получавшего от продажи должностей доход и делегировавшего чиновникам часть своих полномочий, и владельцев должностей, обязанных своим возвышением не покровительству вельможаристократов, а королю, придавала устойчивость французской государственности в период политических неурядиц (религиозных войн и Католической лиги второй половины XVI в., Фронды начала XVII в. и т.д.).

ций на должности, выданных кассой нерегулярных доходов за 9 месяцев 1578 года, с января по 29 сентября”1. Напомним, что собрано 930 квитанций, выданных с 4 января по 29 сентября 1578 г. казначеем кассы “нерегулярных доходов”. В каждой квитанции обозначены дата, имя владельца должности, номенклатура (titre) должности с указанием места (города, прихода или бальяжа – судебно-административный округа, или его более мелкого подразделения – превотства, шателенства, виконтства, или финансового округа – элексьона), где чиновник будет исполнять свои функции. В условиях крайне негативного отношения общества к практике vénalité des offices, которое было отражено в требованиях Генеральных штатов 1576–1577 гг., король твердо обещал более не прибегать к продаже должностей, законодательно подтвердив свое обещание в Блуаском ордонансе (1579 г.). “Инвентарь квитанций…” мы склонны считать своеобразным “доказательством от противного” – даже в такое крайне неблагоприятное для практики vénalité des offices время должности продолжали продаваться. Однако уникальность нашего источника затрудняет его использование. Можно ли усмотреть нечто регулярное, закономерное, заметить, по крайней мере, какие-то элементы осмысленной политики в документе, составленном учреждением с “говорящим” названием: parties casuelles – касса “нерегулярных” (буквально – “случайных”) доходов?

В этом документе мы находим указание на уплаченную сумму2 и на тип реализуемой через кассу “нерегулярных доходов” должности (это могла быть должность вакантная по причине смерти владельца (vacant par la mort – 248 случаев), как вариант –

1Archives Nationales (далее: AN). P 3027: “Inventaire des quictances des offices qui ont esté expediées aux parties casuelles et scellées par le monseigneur le cardinal de Birague chancellier de France, depuis le mois de janvier 1578 jusqu 29e jour de septembre ensuivant audict an Vc soixante dix huict icelluy includ”. Подробнее об этом источнике и попытке его изучения см.: Алтухова Н.И. Продажа должностей во Франции в свете “Инвентаря квитанций на должности” 1578 г. // Средние века. 2008. Вып. 69 (2). С. 59–76.

2Указанную в квитанции сумму неправильно считать ценой должности (prix courant). Цену должности можно обнаружить лишь в нотариальных актах,

вXVII в. – в нотариально заверенных “traités d’offices” (Solnon J.-Fr. 215 gentilshommes. Les secrétaires du roi à Besançon. P., 1980. P. 77). Денежная сумма (такса), которую платили казначею кассы “нерегулярных доходов” и указывали

вквитанции, в каждом случае определялась Королевским советом.

вакантная по причине должностного преступления (vacant par la forfaiture – 4 случая), или же должность, уступленная в пользу другого лица (résigné en faveur d’un autre – 271 случай)). Однако не менее часто за отчетные девять месяцев речь шла о создании новых должностей (nouvelle création) – в 379 случаях. Применительно к этим квитанциям возможно прибегнуть к поискам некоторых закономерностей, чему и будет посвящено данное исследование.

В качестве “переменых”, обязательно указываемых в каждой квитанции, у нас имеется номенклатура должности, сумма уплачиваемой за нее таксы, в некоторых случаях предполагаемое жалование (эти две величины, как выяснилось, не находятся в линейной зависимости) и место, где эта должность исполнялась. Если закономерность распределения вакантных и уступленных должностей по территории Французского королевства проследить затруднительно – и смерть, и желание передать должность другому лицу (по причине плохого ли здоровья, нужды в деньгах или просто в силу доброго к этому лицу отношения) все же были делом случая, особенно с точки зрения государственной политики, то распределение новых должностей явно свидетельствовало о том, что одни провинции были в этом отношении предпочтительнее других. Чем были примечательны эти регионы, ставшие зоной повышенного королевского внимания? Чем можно было объяснить градус внимания – политическим кризисом? Относительно недавней включенностью региона в состав Французского королевства и, соответственно, малым еще количеством чиновников короля на территории? Или богатством провинции и желанием монарха поучаствовать в получении прибыли, например от торговли?

Нами были взяты 379 квитанций на новые должности и условно (исходя из функций учреждения, где будет исполняться должность) разделены на 3 группы: должности, связанные с судопроизводством3, должности финансовые (казначеи, сборщики косвенных налогов и тальи, контролеры соляных складов (grenier

3Должности судей (прежде всего, речь шла о судьях в Парламентах) продаваться не могли, и действительно, согласно “Инвентарю квитанций…”, за 9 месяцев 1578 г. не зафиксировано продаж новых судейских парламентских должностей. Однако с судопроизводством были тесно связаны многочисленные нотариусы (notaires), адвокаты (avocats), прокуроры (procureurs), сержанты (sergents), секретари (greffiers), которые судьями не были. Традиционно такие должности объединялись в группу вспомогательных (ministériels, auxiliaires) судейских должностей.