История международных отношений 1918-1999 гг. - Ди Нольфо, Эннио

системы в базу для военно-морских операций гораздо более широкого масштаба.

В период, последовавший сразу же за подписанием соглашения о перемирии, правительство Виши пребывало в глубоком потрясении от военного поражения. Следовательно, было нереа льно ожидать от него выработки краткосрочных планов действ ий, которые выходили бы за пределы сиюминутных мер в отношени и кризисной ситуации. Эта затруднительная ситуация не могл а быть преодолена до конца с помощью любой политической ини - фиативы, предполагавшей принадлежность к той системе, в к оторой господствовала Германия. Действительно, такие предло жения базировались на понимании роли Франции в Европе, глубоко противоречившем всей исторической традиции страны. Иным и словами, стратегия реконструкции Франции, не имевшая в ка че- стве исходного постулата французское первенство в Европ е, настолько противоречила французской культуре и истории, чт о создавала концептуальные и психологические ограничители, дел авшие невозможным серьезное рассмотрение подобных концепций. Однако обстоятельства заставили французов из Виши и из «Сво бодной Франции» (сгруппировавшихся в Лондоне под руководств ом генерала де Голля) пойти по мучительному пути выстраиван ия отношений как с недавними победителями, так и со старыми с о- юзниками, пути, целиком направленному на то, чтобы минимиз и- ровать ущерб и попытаться найти выход из создавшейся ситу ации.

Отправной точкой для всех рассуждений была оценка, не отличающаяся от той, что Муссолини вынужден был сделать отн о- сительно судьбы Италии. Если исходить из того, что немцы уже выиграли войну, что поражение Британии неизбежно или по крайней мере невозможно возвращение английских вооруженных сил в Европу то, таким образом, немыслимо построение европейс кой системы международных отношений, не основанное на превосходстве Германии. Если же отдавать себе отчет в том, что поб еда Германии невозможна, то поэтому, для защиты чести и полити - ческого будущего Франции, необходимо оказывать сопротив ление до последнего, сотрудничать с англичанами во всех воз можных ситуациях, препятствовать немцам в распространении и х контроля вне зон, оккупированных по условиям перемирия, в расширении их влияния на другие зоны в южной Франции и в колониях, которые могли бы предоставить германским воору женным силам новые базы для военных действий в Атлантическом океане, Центральном и Восточном Средиземноморье.

С самого начала немногие французы, отказываясь признать поражение и бежать за пределы метрополии, еще питали каки е-то

надежды. Генералу де Голлю не удалось сразу приобрести ши рокую опору. В первые недели борьбы его сила состояла только в прочности его личных убеждений и в поддержке, которую ему быстро, с июня 1940 г., предоставил Уинстон Черчилль, что явилось следствием твердой политики, которую британское пра вительство решило проводить в отношении Франции Петэна.

В этих условиях ориентиром для французской политики, по крайней мере, на весь год, предшествовавший нападению нем цев на Советский Союз, стали в большей степени немцы (и, в гораз - до меньшей — итальянцы), чем британцы или американцы. Действительно, моменты напряженности и кризиса после заключе- ния перемирия почти насильно толкали правительство Виши к Германии таким образом, что лишь отчасти и с трудом этому смогли воспрепятствовать Соединенные Штаты. Так во време нной столице Франции развился весьма острый конфликт вследст вие политических расхождений внутри консервативного и откр овенно профашистского течения, а также личного соперничества и различия в оценках ситуации в стране.

Петэн и большинство министров понимали перемирие как предпосылку политики выжидания, которая, спасая страну от экстремистских крайностей, приведет Францию к позиции нейт ралитета. Их взгляды на отношения с немцами еще не определились окончательно, но вписывались в общий психологический контекст, согласно которому Германия уже выиграла войну, а Великобритания сохранит возможность сопротивляться лишь в тече- ние немногих недель. Поэтому различие между позицией Петэ на и позицией Вейгана (т.е. большая непримиримость министра, чем главы государства) основывалось на вере в то, что можно вести переговоры с немцами с позиции силы. В то же время, напротив, тезис коллаборационистов, главным приверженцем к оторого был Пьер Лаваль, основывался на твердой политической убежденности в необходимости того, чтобы Франция встала н а сторону «Оси», реформировав свои политические структуры в авторитарном плане, тем самым создав предпосылки для участи я Франции на равных.в создании нового европейского порядка .

Эти позиции в течение долгого времени сталкивались и приводили к разным результатам, что, в конечном счете, не вело к улучшению ситуации или облегчению последствий военного поражения. Значительное влияние на них оказала бурная и жес ткая реакция Великобритании. 22 июня Черчилль заявил о незаконн ости перемирия, заключенного без согласия британцев, и провозг ласил, что не признает легитимность правительства Бордо. В т о же время Национальный комитет Свободной Франции признавал ся

органом, представляющим «всех свободных французов [...], решивших продолжать войну, чтобы выполнить международные о бязательства, взятые на себя Францией».

Суть британской позиции состояла в двойной озабоченност и: показать, что поражение Франции никоим образом не ослабил о волю к борьбе с немцами до последнего в качестве общего ст ремления; и в необходимости, о которой много раз говорилось в прошлом, — помешать переходу французского флота под немец - кий контроль, что придало бы Германии военно-морскую мощь , которая позволяла ей бросить вызов противникам в Средизе мноморье и в Северной Атлантике.

Именно для того, чтобы ясно показать эту озабоченность (не учитывавшую заверения Дарлана), Черчилль отдал приказ бр и- танскому флоту в Средиземном море предпринять быстро спл а- нированную операцию. 3 июля английская эскадра уже была на рейде Орана, у берегов Алжира, для того, чтобы выдвинуть уль тиматум, требовавший от французских военных кораблей сдела ть выбор между четырьмя возможностями: объединиться с британскими силами для ведения войны; отплыть в британские порт ы; отправиться под конвоем в Вест-Индию, где они будут разору жены; подвергнуться нападению британского флота.

Предъявленный ультиматум практически не оставлял выход а из положения. Французский флот получил приказ оказать соп ротивление, и 3 июля после полудня началось короткое морское сражение в Мерс-эль-Кебире, во время которого французская эскадра была фактически уничтожена, и только одному кораблю удалось взять курс на Тулон. Тем временем британское адми ралтейство поставило под свой контроль французские корабли , базировавшиеся в Великобритании и в Египте. За этой первой опе рацией последовали другие, также в водах Орана, затем в Дакар е. 30 июля было объявлено о введении морской блокады против Франции-метрополии и французских территорий в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Несколько дней спустя, 7 августа, Черчилль и де Голль подписали соглашение о военном сотруд ни- честве, признававшее за французскими вооруженными силам и значительную автономию. В последующие недели к голлистск ому движению стали присоединяться территории империи — от Эк - ваториальной Африки и Таити до французских владений в Индии, до Новой Каледонии, последовавшей за Новыми Гебридам и.

Именно в этой атмосфере оформилась идея попытаться высадить англо-французский (голлистский) десант в Дакаре, порт у, который занимал исключительно важное стратегическое по ложение в Атлантике. 23 сентября мощный британский флот появилс я

на рейде порта для прикрытия высадки английского и голлис т- ского десанта. 24 начался обстрел Дакара с моря, подавленный огнем с французского линкора «Ришелье», оставшегося на ст ороне режима Виши. Столкновение продолжалось в течение следу ю- щего дня, обе стороны несли потери, пока, наконец, 25-го, после полудня Британский военный комитет не приказал прекрати ть боевые действия. Это означало тяжелое поражение для де Го лля, заставившее его изменить цели и место своих действий, кот орые он с этого момента перенес на фронт более близкий к центру британских военных операций — Ближний Восток. Впрочем, битва за французский флот, имевшая серьезные политически е последствия и оказавшая влияние на правительство Виши, бы ла по существу выиграна британцами. Англичанам удалось помешать немцам использовать французский флот или, по крайней мере, сделать так, чтобы те сочли слишком рискованным испо льзовать его в военных целях (как в случае с флотом, находивш емся в Вест-Индии, лояльным правительству Виши, но парализован - ным страхом перед американскими ответными мерами).

Усилия Петэна по выработке собственной программы действий были поставлены под серьезное сомнение вследствие действий Великобритании и голлистского Сопротивления, побу дивших маршала предоставить свободу действий элементам, бол ее благосклонно настроенным к немцам, в первую очередь — Лав а- лю. Последний представил в начале июля 1940 г. проект закона, предусматривавший передачу всей полноты власти Петэну и поручавший ему подготовить новую конституцию, которая изме нила бы в авторитарном смысле конституцию, существовавшую с 1875 г. и лежавшую в основе Третьей республики. 10 июля в обстановке всеобщего смятения, характерной для Виши, и в отс утствие влиятельных политических лидеров, французское Нац иональное собрание приняло проект закона, создававшего новый режим, основанный на ряде конституционных актов, изданных Петэном и ориентированных как на доктрину Морраса, так и н а фашистские принципы. Это создавало серьезные юридически е проблемы, поскольку означало разрыв той институциональн ой преемственности, которой Петэн был обязан полномочиями, п о- зволившими ему заключить перемирие, и которая составляла фундамент его легитимности. Реализация разрыва, создавая элемент дипломатической путаницы (особенно для стран, котор ым необходимо было определить свои отношения с новым францу зским государством), представляла собой также и политическ ую ошибку, поскольку вручала знамя легитимности тем, кто под обно де Голлю не признавал институциональных изменений, навяз анных в обстановке принуждения.

Предпосылки коллаборационистской политики состояли в надежде на то, что Гитлер захочет отвести Франции значите льное место в своих планах на будущее Европы, и что, следовательн о, подобно тому, как он не навязал слишком суровых условий пе ремирия, он будет действовать последовательно с такой же ум еренностью, предоставляя Франции определенную самостоятель ность и определенную политическую свободу, и тем самым давая во з- можность почти поверить в то, что Франция может заменить Италию в ее первенствующей роли в континентальных союзах фюрера.

То, что речь шла о необоснованных расчетах, стало ясно очень скоро. Сразу же после Мерс-эль-Кебира поведение немц ев показало, что опасения Великобритании были небезосноват ельными. Они требовали, в обмен на прекращение разоружения французского флота (разоружить французский флот хотел Ги тлер в качестве ответа на действия британцев), предоставления для противостояния американцам ряда военно-воздушных баз в р айоне Касабланки, возможности использовать железную дорогу Ту- нис–Рабат, французские порты в Средиземноморье и француз ские суда для транспортировки грузов на немецкие базы в Марокк о. План состоял в том, чтобы распространить военные действия на Средиземноморье, а затем на Атлантику. Одновременно немцы перенесли государственные таможни на границу Эльзаса и Л отарингии 1914 г. и ввели ряд экономических ограничений и налогов как на оккупированной французской территории, так и н а территории, оставленной под властью Виши. Самым тяжелым и з этих ограничений было установление обменного курса неме цкой марки к французскому франку 20 к 1 для пересчета французског о вклада в расходы на оккупацию, — соотношение, которое вско ре создаст французам огромные финансовые трудности, сделав их объектом систематической эксплуатации со стороны немце в.

В целях прояснения ситуации, связанной с двойным давлением, которое оказывалось на правительство Виши (давление Б ритании и гораздо более сильное давление победившей герман ской армии), Петэн попытался вступить в переговоры непосредст венно с Гитлером во время двух встреч, состоявшихся 22 и 24 октября в Монтуаре, вблизи франко-испанской границы. Переговор ы проходили после того, как совершился большой поворот в ст ратегических планах Гитлера. Фюрер полагал, что сразу же пос ле поражения Франции Великобритания может пойти на соглаше ние, предоставив ему значительную свободу маневра, что сделает возможным нападение на Советский Союз. Реакция англичан пока зала, однако, насколько необоснованным было это предположение.

Гипотеза возвращения Великобритании (и Соединенных Штат ов) к политике «санитарного кордона» (cordon sanitaire) против Советского Союза была лишена основания. Тем не менее, Гитлер отдал приказ о строительстве внушительного флота в предд верии будущего столкновения с Соединенными Штатами и Великобр и- танией, возобновив таким образом политику наращивания мо рских вооружений, прерванную в начале военных действий.

За этим решением сразу же последовало перемещение центра военных действий в Средиземное море с целью компенсирова ть задержку с осуществлением проекта вторжения на британск ую территорию и изгнания англичан из Суэца и Гибралтара. Это предполагало участие Испании в войне (которое позволило бы люфтваффе использовать как базы на Канарских островах, та к и французские базы в Марокко). По этой причине Гитлер готови л- ся к встрече с генералом Франко в Эндае, будучи уверенным в том, что убедит испанского диктатора отказаться от позици и строгого нейтралитета, которую он занял год спустя после окон- чания гражданской войны.

Встреча Франко с Гитлером, состоявшаяся 23 октября, на другой день после одной из встреч (и накануне другой) в Монтуа ре, закончилась, однако, неудачей для фюрера, поскольку генерал Франко, осознавая слабость Испании и то, что война будет пр о- должаться долго, а ее итог не так очевиден, как это казалось в середине июня, выбрал путь гибкого нейтралитета, пообещав присоединиться к «Антикоминтерновскому пакту» и вступи ть в войну в подходящий момент, однако, не указывая никакого ср о- ка, в течение которого он выполнит эти обещания.

Гитлер встретился с Петэном во второй раз на обратном пут и 24 октября, при не слишком благоприятных обстоятельствах, п о- скольку неожиданный отказ Франко стал весьма горьким раз оча- рованием в контексте главного направления будущей герма нской военной стратегии. Теоретически это должно было привести к возрастанию значения сотрудничества с Францией, на практ ике же — привело к обратному результату. Гитлер подтвердил зн аче- ние, которое он придавал франко-германскому сотрудничест ву, однако Петэн не вышел за рамки обещаний общего характера, делавших возможными лишь принципиальные договоренности , а не конкретные решения. Впрочем, французский маршал не мог предложить свое военное сотрудничество в положении полн ой подчиненности немецким военным приказам, поскольку его ц ели состояли в восстановлении, а не уменьшении пространства, которое отводилось Франции в гитлеровских планах. Это означал о, что в Монтуаре состоялось не сближение, а неудавшееся проясне ние

позиций, а, следовательно, — углубление кризиса режима Виш и. Из этой ситуации попытался извлечь выгоду Лаваль, назначе нный тем временем вице-председателем совета министров и минис тром иностранных дел, который попытался своими личными действ иями придать новый импульс коллаборационистской политике .

31 октября Лаваль встретился в Париже с немецким послом Отто Абецем и представил ему проект настолько всеобъемлю щего соглашения, что практически речь шла о полном союзе. Для то го, чтобы придать больше достоверности своему предложению, Л а- валь сопроводил его двумя важными решениями: перевести в Германию важный пакет французских акций, связанных с сырь е- выми месторождениями в Югославии, и, гораздо более трудны й шаг — передать немцам золото, которое Бельгийский банк пе ревез в Дакар (что являлось тревожным прецедентом для золот ых запасов Польши и Балтийских государств, также хранившихс я на французской территории).

Ответ Гитлера на эти инициативы был лишь временно позитивным. Распространение военных действий от Атлантики и С редиземноморья до Балканского полуострова и Ливии вследст вие нападения Италии на Грецию и победоносного наступления а нгличан на итальянские войска в Ливии, привело к снижению ин - тереса к тому, что предлагал Лаваль.

Признаки этого поворота стали очевидны в неожиданном провале Лаваля. Противникам германофильской позиции уда лось вынудить его подать в отставку и поместить на несколько д ней под арест. Его место занял Пьер Этьен Фланден, призванный успокоить тревогу немцев, но также и чтобы сдержать коллаборационистские импульсы. В декабре 1940 г. ситуация в Виши трансформировалась в кризис режима. Вызов немцам, который представляло собой удаление Лаваля, отразился на политик ах, окружавших Петэна, вынужденного полностью перемешать св ои политические карты и согласиться на назначение чрезвыча йного триумвирата во главе с Дарланом, Фланденом и Хюнтцигером в качестве его членов. Им поручалось снова попытаться достичь компромисса с немцами.

Дарлан был принят Гитлером в день Рождества 1940 г. с крайней холодностью — так выражалась месть за удаление Лаваля , а кроме того Гитлер уже отказался от идеи эффективного сотр удничества с Францией. Дело не изменили отставка Фландена и назначение Дарлана вице-председателем совета министров и министром иностранных дел, а также преемником Петэна. Дарла н пошел на наиболее существенные уступки немцам, позволив г ерманской комиссии по перемирию распространить свой контр оль

на Марокко и согласившись передать французские бронетан ковые средства немецким войскам в Ливии, без всякой существенно й компенсации, за исключением освобождения нескольких дес ятков тысяч французских пленных.

Только в мае 1941 г., когда итало-немецкие войска вновь возобновили свои действия в Северной Африке и в Ираке, Рашид Али аль-Гайлани попытался поднять антибританское восста ние, вопрос о мандатных полномочиях французов в Сирии и Ливане вновь предоставил Дарлану возможность достигнуть согла шения с немцами. 11 мая он был принят Гитлером в Берхтесгадене, на другой день после подписания соглашений, касавшихся конт роля над двумя ближневосточными территориями — использовани я порта Бизерта для снабжения африканского корпуса и обяза тельства предоставить порт Дакар для нужд немцев, как только ф ранцузские силы будут достаточны для того, чтобы защитить ег о.

Это была наиболее полная солидаризация с немецкими позициями, осуществленная деятелями Виши или, точнее, лично Да р- ланом. Действительно, вернувшись на родину, он столкнулся с оппозицией тех, кто не разделял его политики. Против ратиф и- кации соглашений активно боролись прежде всего те, кто, ка к Вейган, контролировал войска, размещенные в Северной Афри - ке. Впрочем, общая картина, в рамках которой разворачивала сь деятельность правительства Виши, претерпевала глубокие изменения. Немцы готовились к нападению на Советский Союз, и в этих условиях все их внимание было привлечено к проблемам нового фронта. Так, франко-германские соглашения 6 мая 1941 г. были одобрены в Виши при условии, что Германия примет ряд требований французов, настолько далеко идущих, что немцы даже отказались их обсуждать.

Укреплению позиций французов в их поиске автономного по отношению к Германии пространства во многом способствов ала деятельность, которую проводила в Виши американская дипл о- матия. Не все в Соединенных Штатах благосклонно относилис ь к инициативе, которую Рузвельт доверил послу, назначенному вашингтонским правительством при правительстве Виши (адми ралу Уильяму Д. Леги), поскольку демократы, настроенные более антифашистски, сожалели о политической двойственности это го выбора и последствиях, имплицитно в нем присутствовавших. Однако дипломатический реализм подсказывал американцам , что не следует оставлять Францию на милость немцев. Если разр ыв Петэна с Англией был почти полным и, больше того, обозначен военными столкновениями осени 1940 г., то нейтральным Соединенным Штатам никто не мог помешать уравновесить всевлас тие

победителей в свете подготовки возможного и предсказуем ого американского участия в войне. В этом случае контроль над Фра нцузской Африкой стал бы незаменимой точкой опоры.

Леги, являвшийся одним из главных военных и политических советников Рузвельта, развернул кропотливую деятельнос ть по налаживанию англо-французских отношений. Он воспользова лся содействием молодого дипломата, советника посольства Ро берта Мерфи, которому поручил, под предлогом проверки американс ких консульств во французской Африке, наладить связи с отдель ными авторитетными деятелями и, в особенности, с Вейганом. В янв аре 1941 г. Мерфи послал своим руководителям доклад, который рисовал оптимистическую в целом картину будущего: Вейган не пойдет на ненужный риск, но будет, без сомнения, препятство - вать попыткам немцев обосноваться в Африке, поэтому он за служивал всяческой помощи.

Вашингтон последовал совету Мерфи и это быстро привело к переговорам, завершенным в феврале и одобренным в Виши 10 марта 1941 г. Согласно договоренностям, американцы обязывались послать в Марокко первоочередную экономическую п о- мощь в количестве, которое не требовало формировать конво й, и при условии, что посылаемые товары не будут переданы стра нам «Оси». Французы согласились на посылку американских служ а- щих, которые проследили бы за прибытием грузов по назначе нию.

Ограниченное значение этого соглашения не должно вводит ь в заблуждение. Оно имело существенное политическое значе ние, поскольку, с одной стороны, укрепляло способность француз ов к сопротивлению немецким попыткам проникновения в Африку , а, с другой, закладывало основы для инфрастуктуры материаль нотехнического обеспечения войск, которая будет играть важ ную роль в ноябре 1942 г., когда американские войска окажутся в Северной Африке.

5.5. Стратегические альтернативы Гитлера после поражения Франции

5.5.1.ПЛАНЫ ВТОРЖЕНИЯ В АНГЛИЮ

Âтечение лета 1940 г. наступление немцев на западе достигло всех своих важнейших целей. Гитлер должен был теперь разв и- вать свои действия, принимая принципиальные решения: вест и ли войну с Великобританией и если вести, то как; как строить отношения с Италией; как решать проблему отношений с Сове т- ским Союзом, чья экспансионистская политика после захват а

Прибалтики обратилась к Балканскому региону. Соглашения 23 августа 1939 г. предопределили направление советских действ ий: Румыния. В действительности они свидетельствовали о полн ой незаинтересованности немцев «в этих областях» (столь дво й- ственная формулировка оставляла свободу для множества и нтерпретаций).

Эти проблемы проявились одновременно, и их решение содержало в зародыше развитие событий будущего года. 26 июня советское правительство предъявило Румынии ультиматум с требованием отдать Бессарабию и, кроме того, Северную Букови ну, аргументируя это тем, что первая территория была отделена от Советского Союза в момент международного кризиса сразу п осле Первой мировой войны и революции, и тем, что вторая террито - рия этнически принадлежала к Украине. Румыны быстро осозн а- ли полную изоляцию, в которой оказались. Совет немцев сост оял в том, чтобы уступить советским требованиям, и вечером 27 Бу - харест покорился судьбе, уготованной Румынии соседними в еликими державами.

Неожиданным в советских требованиях было, однако, то, что они, обходя букву, если не саму суть, соглашений 1939 г., добавили к требованию присоединения Бессарабии также требован ие присоединения Северной Буковины, региона, в котором Герма ния имела конкретные экономические и стратегические интересы. Гитлер попытался воспрепятствовать советскому наступле нию, но оказался связан неопределенной формой обязательства, по дписанного в 1939 г. Риббентропом. С формальной точки зрения ему не- чего было возразить Сталину. С этого момента он, очевидно, н ачал понимать, что цена, заплаченная Советам, становилась все б олее высокой; более того, она уже стала слишком высока.

В это время германские армии подошли к Ла-Маншу и Северному морю, в нескольких десятках миль от британских бе регов — берегов единственной страны, действительно продолж авшей вести войну против стран «Оси». Перед Гитлером встава л главный стратегический вопрос: продолжать ли войну проти в Великобритании вплоть до вторжения на ее территорию или же вернуться к своим первоначальным целям. Эти цели предусма т- ривали завоевание Германией жизненного пространства за счет Советского Союза и участие в глобальном перераспределен ии соотношения сил, которое, хотя и ограничивало мощь Британии , но позволяло ей выжить и даже предполагало в качестве цел и компромисс, которого следует достичь прежде, чем Соединен ные Штаты смогут задействовать свои ресурсы и предопределит ь поворот в военных действиях.