Лекция VIII. Ислам, его идеология и культура в хvii – хviii вв.

Положение мусульманского духовенства в Османской империи. Господствующей религией в арабских провинциях, подвластных турецкому султану, был ислам суннитского направления. Ведущая роль в пропаганде исламских догм принадлежала духовенству, влияние и высокий престиж которого определялись многовековыми традициями, особой ролью ислама как наиболее устойчивой формы массового общественного сознания.

Своеобразная иерархия официального мусульманского духовенства Османской империи и, в частности, её арабских владений сформировалась в процессе длительной исторической эволюции. Во главе этой иерархии стояли высшие духовные авторитеты – улама, представлявшие главную часть идеологических сословий. В эту группу входили хранители религиозной мусульманской традиции, служители культа высшего ранга, теологи и блюстители канонического права.

Муллы были носителями, хранителями и распространителями мусульманской идеологии, толковали моральные и правовые нормы. В их руках находилось религиозное судопроизводство и образование. Крупнейшее высшее богословское учебное заведение, готовившее кадры для всего мусульманского мира, университет «аль-Азхар», находился в Каире.

Позиции мусульманского духовенства были исключительно прочными. Оно представляло собой одну из важнейших частей господствующего класса и крупную политическую силу, несмотря на свою относительную малочисленность.

Роль ислама в экономической и общественной жизни. Экономическую основу могущества служителей ислама составляла вакуфная собственность, включавшая обширные земельные владения, которые составляли треть всех обрабатываемых земель в Османской империи, и другую недвижимость (рынки, караван-сараи, лавки, доходные дома и т.п.).

В экономическом плане улама были одной из привилегированных групп господствующего класса. Их имущество не подлежало конфискации и пользовалось частичным налоговым иммунитетом, служившим важной гарантией сохранения и приумножения их богатств. Их не облагали принудительными займами, и они не несли расходов на военные нужды.

Особую значимость имела культовая деятельность мусульманского духовенства. Исламская идеология и обряды оказывали всепроникающее воздействие на социальную и идеологическую жизнь арабов-мусульман. Моления и проповеди в мечетях имели целью определить политическую и общественную ориентацию верующих. Здания культового назначения имелись практически во всех населённых пунктах, где проживали мусульмане.

Наряду с суннитами, составлявшими большинство арабов, исповедовавших ислам, в арабских странах проживали представители других направлений и сект ислама – шииты, друзы, зейдиты, ибадиты, исмаилиты и др. Наибольшее число шиитов было сосредоточено в Ираке, где находились наиболее почитаемые шиитские святыни в городах Неджефе и Кербеле.

Суфизм. Важным компонентом в системе общественных связей являлись дервишские братства, объединявшие последователей исламского мистического учения – суфизма. Основу суфийской идеологии составляла идея индивидуального мистического контакта человека с Богом и интуитивного познания божества.

Суфийские братства, образовавшиеся в Средние века, распространились по всему арабскому миру. Период Нового времени отмечен созданием значительного числа новых дервишских братств в различных частях арабского региона. В некоторых странах, например, в Египте, практически всё взрослое мужское население соприкасалось с суфийскими братствами или участвовало в их деятельности. Дервишские братства имели свои обители и странноприимные дома, многие из них владели вакфами. Ритуально-обрядовая практика суфиев, тесно связанная с культом мусульманских святых, пользовалась чрезвычайной популярностью среди простого народа.

Правящие круги арабских стран стремились упрочить зависимость мусульманского духовенства и сторонников суфизма от государственной власти, чтобы использовать их для регулирования социального и религиозного поведения мусульман. Однако в целом мусульманское духовенство и суфии обладали значительной степенью автономии.

Общий упадок духовной культуры в державе Османов. Турецкая культура, достигшая своего расцвета в ХV–ХVI вв., уже с конца ХVI в. постепенно клонится к упадку. Погоня поэтов за чрезмерной изысканностью и вычурностью формы приводит к оскудению содержания произведений. Техника стихосложения, игра слов начинают цениться выше, чем выраженные в стихе мысль и чувство.

Вырождение дворцовой поэзии особенно ярко проявилось в творчестве Ахмеда Недима (1681–1730), талантливого и яркого выразителя «эпохи тюльпанов». Творчество Недима ограничивалось узким кругом дворцовых тем – воспеванием султана, придворных пиршеств, увеселительных прогулок, «бесед за халвой» в Саадабадском дворце и покоях аристократов, но его произведения отличались выразительностью, непосредственностью, сравнительной простотой языка.

Дидактическая литература Турции того времени представлена прежде всего творчеством Юсуфа Наби (ум. в 1712 г.), автора поэмы моралистического содержания «Хайрие», которая в отдельных своих частях содержала резкую критику современных нравов. Видное место в турецкой литературе заняла также символическая поэма шейха Галиба (1757–1798) «Красота и любовь» («Хюсн-ю Ашк»).

Турецкая историография развивалась по-прежнему в форме придворных исторических хроник. Наима, Мехмед Решид, Челеби-заде Асым, Ахмед Ресим и другие придворные историографы, следуя давней традиции, описывали в апологетическом духе жизнь и деятельность султанов, военные походы и т.п. Сведения о зарубежных странах содержались в отчётах о турецких посольствах, направлявшихся за границу (сефарет-наме). Наряду с некоторыми верными наблюдениями в них было много наивного и просто выдуманного.

Борьба мусульманского духовенства с новыми западными веяниями. В 1727 г. в Стамбуле открылась первая в Турции типография. Её основателем был Ибрахим-ага Мютеферрика (1674–1744), выходец из бедной венгерской семьи, попавший мальчиком в плен к туркам, затем принявший мусульманство и оставшийся в Турции. Среди первых книг, напечатанных в типографии, были арабо-турецкий словарь Ванкули, исторические труды Кятиба Челеби (Хаджи Халифе), Омера эфенди.

После смерти Ибрахима-аги типография почти 40 лет бездействовала. В 1784 г. она возобновила свою работу, но и тогда она выпускала очень ограниченное количество книг. Печатание Корана было запрещено. Произведения светского содержания также переписывались большей частью от руки.

Развитию науки, литературы и искусства в Турции особенно препятствовало засилье мусульманской схоластики. Высшее духовенство не допускало светского образования. Муллы и многочисленные дервишские ордена опутывали народ густой паутиной суеверий и предрассудков. Признаки застоя обнаруживались во всех областях турецкой культуры.

Попытки возродить старые культурные традиции обрекались на провал, освоение новых, шедших с Запада, сводилось к слепому заимствованию. Так обстояло, например, с архитектурой, которая пошла по пути подражания Европе. Французские декораторы ввели в Стамбуле искажённый барокко, а турецкие строители перемешивали все стили и сооружали уродливые здания.

Ислам и другие религии, распространённые в Османской империи. Сравнительно незначительное число арабов исповедовало христианство, в основном восточного направления (монофиситство). Среди христианских групп в арабских странах выделялись копты Египта, ассирийцы Ирака, марониты Ливана. Небольшую часть населения арабских стран составляли приверженцы униатских церквей, связанные с Ватиканом (греко-католики, армяно-католики и др.).

Несмотря на то что ислам занимал привилегированное положение среди других религий, в целом для арабского мира была характерна веротерпимость. Все религиозные меньшинства имели свои церкви, школы, благотворительные учреждения, земли, они свободно отправляли религиозные обряды. Главные святыни христиан, которые находились в арабских странах, охранялись официальными властями.

Наряду с развитыми монотеистическими религиями в арабских странах продолжали существовать древние культы и верования, главным образом идолопоклонство, культ предков, сил природы, небесных светил и др. Многие древнейшие обряды и культы вошли составной частью в ислам, поскольку они отвечали эмоциональным потребностям простых людей. Отголоски верований времён языческой древности нашли отражение в исламском культе святых и священных захоронений, широко распространившимися по всему арабскому миру от Аравии до Марокко.

Возникновение ваххабитского движения. Стремление арабов к освобождению от турецкого ига в ХVII–ХVIII вв. выражалось в разных формах. Наиболее распространённой из них были народные восстания, нередко приобретавшие в то время широкий размах и требовавшие от султанского правительства посылки огромных армий для их подавления. Однако восстаниями не исчерпывались формы борьбы с султанским режимом.

Особую роль в антитурецкой борьбе сыграло движение ваххабитов, зародившееся в 40-х годах ХVIII в. в Центральной Аравии. Своё название это движение получило по имени основателя ваххабизма, недждийского богослова и проповедника Мухаммеда ибн Абд аль-Ваххаба. По форме ваххабитское движение было религиозным.

Мухаммед ибн Абд аль-Ваххаб призывал к неукоснительному следованию единобожию, очищению ислама от накопленных за века его развития наслоений и заимствований. Он обрушился с резкой критикой на распространенные среди арабов Аравии древние верования и культы, выступал против идолопоклонства, почитания фетишей и тотемов, культа святых. Он требовал от своих приверженцев строгости и простоты нравов, порицал всякую роскошь и излишества.

Последователи Мухаммеда ибн аль-Ваххаба отвергали идею обожествления пророка Мухаммеда и осуждали поклонение святым местам Мекки и Медины. Центральное место в идеологии ваххабитов заняла идея «священной войны» – джихада против всех, кто не разделял их убеждений, главным образом против персов-шиитов и турок во главе с султанами – «лжехалифами», власть которых они по существу не признавали. Антитурецкая направленность ваххабизма имела основной целью изгнание турок из Аравии и создание единого арабского государства.

Успехи ваххабитов в конце ХVIII в. Во главе объединительного движения встали главы местных кланов небольшого недждийского эмирата Дерийа из рода Саудидов. Они приняли ваххабитское учение и вступили в союз с Мухаммедом ибн Абд аль-Ваххабом. В 1786 г. ваххабизм одержал полную победу в Неджде (Центральная Аравия).

Здесь возникло сравнительно крупное государство под эгидой династии Саудидов. После смерти Мухаммеда ибн Абл аль-Ваххаба это государство приняло теократический характер, поскольку саудидские эмиры объединили в своих руках светскую и духовную власть.

Ваххабиты, ставшие с 80-х годов ХVIII в. главной силой в Аравии, начали завоевания за пределами Неджда. После покорения аль-Хасы они распространили своё влияние по всему аравийскому побережью Персидского залива, заняли Бахрейн и Кувейт, проникли в Оман, население которого в значительной части также приняло ваххабизм. Постепенно им подчинился Маскат.

Упадок иранской духовной культуры. Наука, литература, живопись, архитектура, прикладное искусство в Иране в рассматриваемое время переживали глубокий упадок. Оригинальных, имеющих какую-либо научную ценность работ в области астрономии, математики, химии, медицины не появлялось. В географических и исторических сочинениях большей частью пересказывались труды более ранних авторов.

Так, Хасан Муртаза-аль-Хусейни составил трёхтомную «Тарих-е Султани» («Султанскую историю») и преподнёс её шаху Султан-Хусейну. Первые два тома этого исторического труда были основаны на материалах Табари (838–923), Мирхонда (ХV в.), в третий том, посвящённый династии Сефевидов и доведённый до 1642 г., вошли материалы Хондемира и других хронистов – современников Исмаила, Тахмаспа I, Аббаса I и других сефевидских шахов.

В начале ХVIII в. Мирза-Мухаммедом была составлена хронология мусульманских династий, доведённая до 1714 г., в которой также использованы труды предшествовавших историков. При Надир-шахе Мостоуфи Махсин написал всеобщую историю «Зубдат-ат-таварих» («Сливки истории») и «Ахсан-ас-синар» («Лучшее из жизнеописаний») – историю пророков, халифов и имамов (до 1702 г.).

История царствования Надира и Зендов изложена в исторических трудах современников. Так, Мирза-Мехди-хан, который постоянно находился при Надир-шахе, сопровождая его во всех походах, написал «Тарих-е джехангуша-йе Надири» («Надирова история завоевания мира»), где подробно изложил историю царствования Надира. В трёхтомном труде другого современника Надира – Мухаммед-Казима «Тарих-е аламара-йе Надири» («Мир украшающая Надирова история»), кроме описания военных походов Надира, имеется большой материал по внутренней истории Ирана ХVIII в. Очень живо написал историю Зендов – «Тарих-е Зендийе» – Али-Реза Ширази, современник Керим-хана Зенда. В воспоминаниях шейха Али-Хазана описаны тяжёлые условия жизни того времени.

Религиозная политика могольского шаха Аурангзеба. Последним могущественным правителем империи Великих Моголов в Индии был Аурангзеб (1658–1707), которому на всём протяжении его правления приходилось непрерывно воевать, посылая войска то на север, то на восток, то на подавление регулярно вспыхивавших восстаний.

В противоположность своему отцу Шах-Джахану, Аурангзеб был склонен к аскетическому образу жизни. Фанатик и святоша, он не возражал против титула пир-и зинда («живого бога»). В соответствии со своими взглядами Аурангзеб стремился превратить Индию, которую считал дар аль-харб («страной войны», т. е. страной неверных), в дар аль-ислам («страну ислама»).

В этом он опирался прежде всего на мусульманскую знать и на ортодоксальное мусульманское духовенство, недовольное той заметной ролью, которую играли в системе власти многие раджпутские и другие индусские феодалы. Это определило полный разрыв с принципами политики веротерпимости Акбара, которыми в какой-то мере руководствовался соперник Аурангзеба в борьбе за престол Дара Шукох, один из самых образованных людей своего времени, мистик-суфий и большой почитатель индуизма.

Стремясь регулировать жизнь согласно предписаниям ислама, Аурангзеб запретил шиитские праздники, употребление вина, музыку, живопись, танцы, посевы наркотика – бханга (конопли) и т.п. В 1665–1669 гг. он приказал разрушить все индусские храмы и построить мечети из их камней. Индусам запрещалось носить знаки отличия, ездить на слонах и т.п.

Однако самым тяжёлым было введение в 1679 г. специального налога для немусульман – джизии, отменённой Акбаром (1556–1605). Это вызвало протест населения в Дели, Гуджарате, Бурханпуре и в других городах и областях страны. В ответ на преследования восстали маратхи, раджпуты и джаты (крестьяне-индусы). Восстание подняли и мусульмане-афганцы.

Это стремление к независимости, к освобождению от могольского ига свидетельствует, что у ряда индийских народов начинало пробуждаться национальное самосознание. Могольское государство они стали воспринимать как нечто чужеродное, угнетающее их, а также часто оскорбляющее их религиозные чувства. Народные выступления ослабляли Могольскую империю.

Восточные окраины исламского мира. В ХV в. мусульманская религия распространилась на некоторые области Юго-Восточной Азии – Малайзию и ряд островов Индонезийского архипелага. В ХVI–ХVIII вв. здесь идёт активная исламизация всех сфер культуры. Прежде всего, на малайский язык переводятся произведения арабо-персидской и индийской литератур.

Значительные труды были созданы в то время в области теологии, исторической прозы и юриспруденции. В ХVII в. на северной Суматре, издавна бывшей центром распространения ислама в Юго-Восточной Азии, создаётся ряд философских теологических сочинений на малайском языке. Наиболее интересны из них сочинения мистиков, приверженцев суфизма, широко распространившегося на северной Суматре в ХVII в.

В ХVII–ХVIII вв. появился ряд малайских исторических сочинений. В султанате Джохор в начале ХVII в. была завершена редакция «Седжарах Мелаю» («Истории Малайи»). Анонимная «Хикаят негри Джохор» («Повесть о земле Джохорской») описывает историю Джохора и бугов на полуострове между 1672 г. и последним десятилетием ХVIII в.

ХVI–ХVIII века были временем интенсивного развития юриспруденции в малайских княжествах, что объяснялось необходимостью приспособить местное право к требованиям ислама, занявшего господствующее место в сфере идеологии.