Лекция хxxvi. Политические проблемы современного мира

Смена власти в ведущих европейских державах в первое десятилетие ХХI в. Начало нового тысячелетия от Р. Х. ярко продемонстрировало усложнение политической ситуации в большинстве стран мира. Особенно ярко это проявилось в самых развитых государствах, где заметно изменилось соотношение сил между правящими элитами. Груз проблем, накопившихся за предшествующие десятилетия бурного развития постиндустриального общества, вызвал резкий рост недовольства европейских избирателей своими правительствами.

Если следовать по хронологии, то в 2005 г. на состоявшихся выборах в Великобритании лейбористы очередной раз победили консерваторов, однако популярность лидера победителей Энтони Блэра в последующие месяцы начала резко падать, что вынудило его оставить в 2007 г. пост лидера лейбористов, передав его Гордону Брауну. Под руководством последнего лейбористы набрали на выборах 2010 г. лишь 35% голосов избирателей, их извечные соперники консерваторы 32%, поэтому и тем и другим пришлось считаться с мнением либерал-демократов, получивших в Палате общин 22% депутатских мандатов.

Потерявший в 2006 г. пост премьер-министра Италии правый политик Сильвио Берлускони в 2008 г. вернул себе лидерство, поскольку его соперник Романо Проди, пригласивший в качестве советников ведущих итальянских специалистов в области экономики, так и не смог добиться ощутимых результатов в деле преодоления кризиса в стране.

В Германии политическая ситуация после выборов в Бундестаг 2005 г. была такой же тяжёлой, как и в Великобритании. Победивший блок ХДС/ХСС, который возглавляет Ангела Меркель, набрал всего лишь на 1% больше голосов, чем СДПГ. Поскольку социал-демократы категорически отказались входить в коалицию с христианскими демократами, Бундестаг стал ареной противостояния двух ведущих партий ФРГ.

Во Франции в 2007 г. закончилась эра Жака Ширака, которого местные политологи и журналисты прозвали Жак-бульдозер за его способность добиваться поставленных целей, преодолевая любые преграды на своём пути. В качестве своего преемника Ширак предложил тогдашнего министра внутренних дел Николя Саркози, потомка венгерских аристократов с примесью еврейской крови.

В первом туре выборов Саркози набрал лишь 31% голосов избирателей, в то время как его главная соперница – лидер социалистов Сеголен Руайяль – 26%. Хотя Н. Саркози всё-таки стал французским президентом, победив во втором туре выборов, его положение было недостаточно прочным. Вдобавок, ему вскоре пришлось столкнуться с мировым финансовым кризисом, к которому Франция оказалась подготовленной далеко не самым лучшим образом.

Демократы возвращают власть в США. Конец правления Джорджа Буша-младшего ознаменовался резким ухудшением как экономической ситуации внутри страны, так и внешнеполитического положения США, увязших в Иракской войне. «Мессианизм» Буша привёл к тому, что в мире ещё больше усилились антиамериканские настроения. Здравомыслящих людей раздражали его заявления о том, что Бог велел ему бомбить Ирак.

Кроме того, США фактически стали инициатором мирового финансового кризиса, поводом для которого стало банкротство двух крупнейших американских ипотечных компаний. Всё это способствовало резкому падению популярности не только самого Буша, но и возглавляемой им Республиканской партии США. В условиях, когда американцы жаждали перемен во внутренней и внешней политике, какой-то свежей струи в политической жизни, республиканцы не нашли ничего умнее, чем выдвинуть в качестве кандидата на пост президента США старика Джона Маккейна.

В отличие от них в Демократической партии США сначала прошла очень жёсткая борьба за лидерство между женой бывшего президента Хиллари Клинтон и молодым амбициозным метисом Бораком Обамой. Сын кенийца и ирландской хиппарки, родившийся на Гавайях Борак Хусейн Обама привлёк на свою сторону не только афроамериканцев и ирландцев, но и значительную часть мыслящего американского общества, что обеспечило ему убедительную победу над Маккейном. Обама набрал 53% голосов избирателей.

Мировой финансовый кризис 2008–2011 гг. По мнению всемирно известного американского финансиста Джоржа Сороса, то, что в США в 2008 г. лопнул мыльный пузырь, созданный ипотечными компаниями, послужил спусковым крючком для разрыва более крупного финансового мыльного пузыря. Дело дошло до того, что ипотечные компании, потеряв чувство меры, стали чуть ли не навязывать всем желающим кредиты, не особо проверяя платёжеспособность своих клиентов.

Уже в 2007 г. в США обнаружился «перегрев» рынка жилья, в результате чего он «просел» на 20%. Это привело к падению интереса инвесторов к данному сектору экономики. В 2008 г. доля не возвращаемых ипотечных кредитов превысила объем возвращаемых. Судебные приставы стали отбирать у граждан США жильё, за которое те не могли расплатиться, однако эти квартиры и дома никто не покупал, а на их охрану у государства не было средств. В результате во многих из них обитали бандюки и проститутки.

Пока «акулы» финансового рынка и премьер-министры разных стран спорили о путях выхода из кризиса и защите национальных экономик от массовых банкротств, небывалую активность на этом фронте развила Католическая церковь. 6 октября 2008 г., когда начался крупнейший за последние 20 лет обвал американского фондового рынка, папа Бенедикт ХVI (с 2006) заявил, что глобальный финансовый кризис свидетельствует о бесполезности денег и тщетности накопления материальных ценностей, а «единственной твердыней является слово Божие».

«Крах крупных банков, – продолжил развивать свою мысль понтифик, – показал, что деньги исчезают, они ничто. Все вещи, кажущиеся реальными, фактически оказываются второстепенными». 24 октября 2011 г. Ватикан предложил немедленно начать реформу мировой финансовой системы и учредить единый центральный банк, который будет бороться с кризисом и возьмёт на себя функции контроля над валютными рынками и кредитной политикой национальных финансовых организаций.

Рост долгового бремени в большинстве государств мира. Долгое время после окончания II мировой войны основными должниками в общемировом масштабе были страны т. н. «третьего мира» – бывшие колонии западных держав, которые в условиях неослабевающей конкурентной борьбы внутри мировой экономики никак не могли создать эффективно функционирующее народное хозяйство.

Что же касается государств Европы и Северной Америки, то они, как флагманы мировой экономики, если и брали кредиты, то, главным образом, для ускорения развития экономики, поэтому достаточно быстро отдавали долги. В конце ХХ в. ситуация в странах «золотого миллиарда» в этом плане резко меняется в худшую сторону.

Лидером по объёму государственного долга (причём в расчёте на душу населения) становятся США, взвалившие на себя не только бремя лидерства в общемировом масштабе, но и миссию продвижения во все страны стандартов западной демократии. Эта миссия заставляет «дядю Сэма» тратить огромные деньги на содержание военных баз во всех регионах Земного шара, а также на ведение войн с некоторыми тоталитарными режимами.

В результате государственный долг США уже давно измеряется триллионами $. В настоящее время он достиг уровня 16 трлн или более 45 тыс. $ на душу населения, включая стариков и детей. С приходом к власти Б. Обамы долг США ускорил свой рост, поскольку нынешний американский президент затеял дорогостоящую реформу здравоохранения и добился от Конгресса США официального разрешения увеличить государственный долг на 2 трлн $.

Долговые проблемы осложняют положение и почти всех стран Европы, как традиционно капиталистических, так и тех, кто когда-то строил «светлое будущее». Если положение последних вполне понятно, поскольку они в своё время не построили эффективную экономику и теперь вынуждены брать кредиты на модернизацию отсталой производственной базы, то некогда самые благополучные страны Европы сегодня расплачиваются, во-первых, за то, что в своё время, пытаясь доказать, что капитализм больше, чем социализм, думает о простом человеке, создали «государства благосостояния» с мощной социальной защитой низших слоёв населения, а во-вторых, открыли свои границы для массовой иммиграции «гастарбайтеров» из стран «третьего мира», которые, проигрывая в конкурентной борьбе коренным европейцам, стали главными потребителями социальных пособий.

Дальнейшее расширение Европейского союза. Стремление европейской политической элиты встать во главе мощного межгосударственного объединения, которое сможет на равных конкурировать с США за влияние в мире, воплотилось в расширение Евросоюза на восток и распространение его, в том числе, на земли бывшего СССР.

Наибольшее количество новых членов вступило в ЕЭС в 2004 г. – сразу 8 государств, причём 5 из них раньше строили «светлое будущее» за пределами Советского Союза, а 3 – в составе его (Литва, Латвия и Эстония). Тем самым бывшие советские прибалтийские республики демонстративно отмежевались от общего прошлого с остальными наследниками СССР.

Последнее расширение Евросоюза произошло в 2007 г., когда в него вошли Болгария и Румыния. Поскольку уровень экономического и политического развития стран-членов ЕС заметно различается, это отражается и на их статусе. Уже в 2004 г. некоторые страны вынуждены были согласиться на определённые ограничения, прежде всего, в возможностях получения средств из фондов ЕЭС. Точно также поступили с Болгарией и Румынией. Тем не менее, заявки на вступление в Евросоюз уже подали Хорватия, Македония, Черногория, Албания, Исландия и Сербия.

Число стран, вошедших в т. н. Шенгенскую зону, достигло 25. В 2007 г. соответствующие соглашения подписали Латвия, Литва, Мальта, Польша, Словакия, Словения, Чехия и Эстония. В 2008 г. к Шенгену присоединилась Швейцария. Несмотря на то что очень многие государства, в том числе Россия, также хотят установить безвизовый режим с европейскими государствами, руководство ЕС не настроено на резкое расширение Шенгенской зоны, поскольку это заметно облегчит террористам путь в Европу.

Движение «Захвати Уолл-стрит». Одним из последствий мирового финансового кризиса, в котором проявилось отношение части западного общества к мероприятиям, предпринимаемым банкирским сообществом для выхода из тяжёлой ситуации, стало возникновение принципиально нового по своей направленности движения под лозунгом «Захвати Уолл-стрит!» – главную улицу Нью-Йорка, где расположен мировой финансовый центр.

Первые акции этого движения состоялись 17 сентября 2011 г., когда его участники заявили о своём намерении захватить финансовый центр с целью привлечения общественного внимания к «преступлениям финансовой элиты». Кроме того, протестующие против действий «финансовых акул» призвали к структурным изменениям в мировой экономике.

По методам борьбы движение «Захвати Уолл-стрит!» напоминает протестные движения ХХ в., в которых имелись черты анархизма, элементы культуры хиппи, идеологии антиглобализма и т. п. У движения нет ни признанного лидера, ни серьёзной идеологической основы. Мысль о протесте родилась в группе Adbusters – канадской некоммерческой потребительской организации.

28 сентября обосновавшиеся в Нью-Йорке демонстранты получили поддержку нескольких крупных американских профсоюзов. Помимо финансистов объектами критики членов движения «Захвати Уолл-стрит» являются также правоохранительные органы, что вылилось в демонстрацию перед полицейским управлением Нью-Йорка.

Наступление холодов не остудило пыл большинства демонстрантов продолжать борьбу, и они намеревались зимовать в палаточном городке, разбитом в Зукотти-парке Нью-Йорка. Однако полиция арестовала 1 октября 2011 г. 700 человек из числа протестующих, после чего их число стало уменьшаться. 15 ноября начался снос палаточного городка.

Движение «Захвати Уолл-стрит!», активные сторонники которого, судя по их переписке в Интернете, отнюдь не считают свою деятельность законченной, ярко показало, что существующая мировая финансовая система не отвечает на вызовы времени. Кроме того, порядок начисления бонусов топ-менеджерам крупнейших банков не претерпел никаких изменений, несмотря на то, что некоторые из банков получили экстренную денежную помощь от государства, что вызвало справедливое возмущение во всех слоях западного общества.

«Арабская весна» 2011 г. Одним из главных «козырей» в идеологическом противостоянии Запада и Востока является убеждённость политической элиты сильнейших государств мира в том, что их вариант демократического устройства общества не только является единственно правильным, но и обеспечивает более высокий уровень жизни, использование более передовых технологий, что никак не возможно в мусульманских странах, где сохраняются авторитарные режимы с их неизбежным стремлением к сохранению идущих из Средневековья национальных традиций организации общества и государства.

Широкое распространение по всему миру Интернета и особенно социальных сетей настолько облегчило общение между людьми и сделало его настолько многообразным, что власти исламских государств уже не могли осуществлять эффективный контроль за тем, что творится в умах граждан, особенно молодых.

Постепенное перемещение главных источников информации из телевидения в Интернет способствовало тому, что перестали работать прежде безотказные выборные технологии, когда «отцу нации» в той или иной мусульманской стране удавалось без особых проблем регулярно продлевать своё правление путём «демократических выборов».

Несмотря на то, что западные наблюдатели, присутствовавшие на выборах в мусульманских государствах, неизменно заявляли о том, что процесс волеизъявления граждан на таких выборах не соответствовал принятым на Западе демократическим стандартам, сохранявшая все рычаги власти местная элита относилась к таким заявления по принципу: «собака лает – караван идёт».

Если раньше после выборов в мусульманской стране народ чувствовал себя ничтожеством перед лицом всевластной элиты, то с появлением социальных сетей у простых людей появилась возможность не только активно обсуждать происходящие события с жителями других населённых пунктов и зарубежных государств, но и договариваться о совместных масштабных акциях протеста, когда внезапно для правоохранительных органов как по команде на улицы стали выходить огромные массы недовольного народа.

Первой страной, в которой прошла почти бескровная революция, вспыхнувшая благодаря общению недовольных в социальных сетях, стал Тунис. 17 декабря 2010 г. в одноимённой столице этого африканского государства прошли массовые демонстрации протеста с требованиями отставки президента страны Зина аль-Абидина Бен Али, руководившего Тунисом более 30 лет. Размах оппозиционного движения в Тунисе привёл к тому, что 14 января 2011 г. Бен Али бежал из страны и нашёл прибежище в Саудовской Аравии.

В соседнем с Тунисом Алжире также обнаружилось крайнее недовольство граждан своим президентом Абдель Азизом Бутефликой, который правил в условиях объявленного ещё в 1992 г. чрезвычайного положения. Не дожидаясь, когда народ вынудит его бежать из страны, Бутефлика объявил 3 февраля 2011 г. о снятии режима чрезвычайного положения в Алжире и начале политических реформ. Президентским указом были разрешены политические демонстрации по всей стране, кроме столицы.

В Йемене также 30 лет находился у власти президент Али Абдалла Салех. Когда в его страну пришла в 2011 г. «арабская весна», он пообещал народу тихо досидеть свой срок (до 2013 г.) и не передавать власть по наследству своему сыну. Однако под давлением ширящего протестного движения он вынужден был 23 ноября 2011 г. передать фактическое правление вице-президенту. В 2012 г. Салеху удалось заключить соглашение с лидерами оппозиции о своём мирном уходе и непреследовании его за то, что сделал, будучи президентом.

Конец «эры Мубарака» в Египте. Самая большая кровь в ходе «арабской весны» была пролита в Египте. Дело в том, что эта страна не только занимает первое место по численности населения в арабском мире, но и отличалась тем, что умела ладить как с соседним Израилем, так и с США и их союзниками по НАТО. Это вызывало всё нараставшее недовольство мусульманских фундаменталистов, которых давно раздражают неправильно одетые европейцы (особенно женщины), заполонившие пляжи египетского побережья Красного моря.

Президент Египта Хосню Мубарак находился у власти с 1981 г. Он семь раз подряд становился победителем президентских выборов и, как шутила западная пресса, мог стать профессиональным консультантом по вопросам «правильной» организации волеизъявления граждан. Однако старенький Мубарак ничего не смыслил в Интернете и не общался ни с кем в социальных сетях, потому и не смог вовремя оценить опасность, грозящую ему из всемирной паутины.

Под давлением протестного движения, перекинувшегося в Египет из Туниса и Алжира, Х. Мубарак 29 января 2011 г. распустил правительство. Однако, поскольку Египет, как известно, является родиной организации «братья-мусульмане», исламские фундаменталисты своими проповедями добивались того, чтобы Х. Мубарак не только ушёл с поста президента, но и был предан суду.

В связи с тем, что почти сразу же после начала протестных акций в Каире пролилась кровь во время разгона демонстрантов, события в Египте далее развивались стремительно. 29 января 2011 г. Х. Мубарак распустил правительство. 1 февраля он обещал не участвовать больше в выборах и даже высказался за изменение статей 76 и 77 конституции страны, касающиеся выборов и полномочий президента.

Но народ Египта требовал немедленного отказа Х. Мубарака от власти. Под давлением демонстрантов он вынужден был 10 февраля 2011 г. передать власть вице-президенту Омару Сулейману, а 11 февраля официально объявить о своей отставке. Вскоре после этого у Х. Мубарака начались серьёзные проблемы со здоровьем, он даже впадал в кому. Тем не менее, по требованию оппозиции Генеральная прокуратура Египта начала расследование преступлений бывшего бессменного лидера страны.

Новая венгерская конституция. Пестроту национальных традиций и моральных устоев внутри Евросоюза ярко продемонстрировала новая Конституция Венгрии, принятая парламентом страны 18 апреля 2011 г. и 25 апреля подписанная президентом. Главным вдохновителем пересмотра нового основного Венгрии стал премьер-министр Виктор Орбан – лидер победившей на парламентских выборах 2010 г. правой партии ФИДЕС (Венгерский гражданский союз).

Помимо чисто декоративных изменений типа смены названия страны «Венгерская республика» на «Венгрия» в новой конституции есть положения, которые противоречат последним веяниям, господствующим в Евросоюзе. Это, прежде всего, утверждение о том, что народ Венгрии объединяют «Бог и христианство», что идёт в разрез с одной из главных тенденций развития Евросоюза – стремлению к широкой веротерпимости, а в венгерской конституции есть недвусмысленный намёк на имя Бога.

Государство берёт на себя обязанность защищать жизнь своих граждан, причём в конституции специально оговаривается, что жизнь начинается с момента зачатия. Из этого вытекает недвусмысленный вывод о запрете абортов, что также, с точки зрения руководства Евросоюза, является наступлением на права и свободы граждан.

Отныне в Венгрии брак является исключительно союзом мужчины и женщины. Никакие «голубые» и «розовые» браки не допускаются. В этом чувствуется сильное влияние местных церковников. В Венгрии 52% верующих католики и 48% кальвинисты. Те и другие отрицают однополые браки.

Кроме того, венгерское государство поставило под свой контроль СМИ – специальный совет получил право цензуры на радио, ТВ и в прессе. Специальный совет Национального банка Венгрии получил право налагать вето на принятый парламентом бюджет.