Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Рождение индустриального мира.doc
Скачиваний:
0
Добавлен:
21.11.2019
Размер:
714.24 Кб
Скачать

Рекомендуемая литература

Маколей Т. Англия и Европа. – СПб., 2001.

Мортон А. История Англии. – М., 1950.

Перцев В. Экономическое развитие Англии в XIX в. – Мн., 1924.

Тойнби А. Промышленный переворот в Англии в XVIII в. – М., 1924.

3. Сша: энергетика «клонированного» общества

Клонировать, в смысле копировать, чужую историю нельзя. Это бесспорно. Однако исходное значение древнегреческого слова (klon – ветвь, побег, отпрыск) вполне пригодно для идентификации генезиса американского феномена. Как никак США образовались из североамериканских колоний Великобритании, населённых выходцами преимущественно из данной страны. Это были не варвары, подчинявшие в прошлом народы Индии или Китая, и в скором времени сами подчинявшиеся магнетизму древнейших цивилизаций, индуизируясь или китаизируясь. Английским переселенцам такое не угрожало. Будучи детьми британского общества, они устраивали свою жизнь в Новом Свете в соответствии с теми ценностями, которые вывезли с исторической родины. Так что США, Австралия, Новая Зеландия и в большой мере Канада являются черенками от одного дерева, пересаженными на другую почву. Не опровергает британскую подноготную США и факт дальнейшего наплыва на их территорию переселенцев со всей Европы. Ведь они были в большинстве своём гостями в изначально складывавшейся на британский лад стране. Другое дело, что в уникальные условия Америки, особенности её исторического пути в дальнейшем привели к формированию неповторимой американской цивилизации, возникшей на стыке взаимодействия культур самых разных народов составивших американскую нацию.

Обстоятельства сложились так, что жители фактически независимых Австралии, Канады, Новой Зеландии формально до сих пор считают себя подданными британской короны, а США уже в XVIII в. отделились от неё. Был ли «развод» неизбежен? Наверное, да, как бы ни сетовал А.Смит на близорукость имперской бюрократии в конфликте. Американцы тогда и сами погорячились, «вспылили». Но трудно представить, чтобы стремительно взраставшее на обильных американских дрожжах сообщество долгое время внимало бы даже не приказам, а рекомендациям из Лондона. С другой стороны, так же закономерно было и последующее сближение недолгих противников, ещё больше окрепшее в наши дни. «Родная кровь» - не шутка.

3.1. Стартовые условия хозяйственного прогресса

Великобритания была не единственной страной, начавшей освоение нынешней территории США. Со стороны юга продвигались первооткрыватели Нового Света – испанцы. После крушения их колониальной империи на континенте испано-индейская Мексика включала в себя огромные территории будущего американского Запада. Частью Российской империи являлась Аляска, проданная впоследствии США. Русские попытались, но без успеха, закрепиться и южнее, на побережье Калифорнии. С севера, из Канады, проложили коридор к Мексиканскому заливу французы, основавшие в устье Миссисипи Новый Орлеан, столицу французской Луизианы, также в дальнейшем купленной Штатами.

Английские колонисты с XVII в. осваивали узкую полосу вдоль атлантического побережья Северной Америки. Первым постоянным поселением стал Джемстаун (1621 г.), в Виргинии, давшей впоследствии Соединённым Штатам их первых президентов. Несколько позднее голландцы основали колонию Новые Нидерланды с центром на Манхеттене, названным Нью-Амстердамом. Но с 1664 г. владения Нидерландов попали к англичанам, и Нью-Амстердаму пришлось стать Нью-Йорком.

Что искали европейские державы и их подданные в Новом Свете? Испанцы – золото, не находя которого, они во многом теряли интерес к новым приобретениям. Если на территорию Мексики они всё же привнесли полуфеодальную цивилизацию, организовали поместья – ассиенды, то номинально принадлежащая им Флорида оставалась, по сути, «бесхозной», служила убежищем для пиратов всех национальностей, «промышлявших» в Карибском море. Французов интересовала преимущественно американская пушнина.

Вполне закономерно, что разница колониальных режимов соответствовала различиям в устройствах метрополий. Испанцы и русские власти рассматривали аборигенов как своих новых подданных, предоставляя им статус, схожий со статусом феодально-зависимого крестьянства в метрополиях, активно вели миссионерскую работу. Французы, реализуя свой интерес к мехам, старались заручиться дружбой с индейцами, не мешали им жить привычной жизнью, хотя миссионерством тоже занимались. Голландцы же и, в особенности, англичане покупали землю у коренного населения по всем правилам буржуазного торга, принятого в своих странах, но совершенно неизвестных туземцам. Дальнейшая судьба аборигенов их мало интересовала.

В английской колонизации XVII – XVIII вв. были представлены все срезы тогдашнего британского общества. На южном побережье Атлантики образовалось «царство» английской аристократии, особенно после того как в спешном порядке сюда стали переселяться проигравшие в гражданской войне «кавалеры» - сторонники короля. Местный климат оказался подходящим для выращивания естественного красителя индиго, риса и, главным образом, табака, являвшегося тогда основным экспортным товаром американского Юга. С самого начала острей всего стояла проблема обеспечения больших плантационных хозяйств рабочей силой. Какое-то время её решали за счёт «контрактников» - соотечественников, которым оплачивали проезд в Новый Свет и обязывали определённое количество лет (от 4 до 7) отрабатывать его. Но соотечественники не склонны были усердствовать под жарким солнцем Виргинии или Каролины, чаще использовались как прислуга; к тому же после отработки наниматель был обязан предоставить им участок земли из своего фонда. Поэтому привоз чернокожих невольников из Африки был встречен плантаторами «на ура». Для упрощения сделок негров часто обменивали прямо на табак.

На северном побережье, в Новой Англии, первыми колонистами были пуритане, не сумевшие перестроить по своим канонам землю Британии и мечтавшие построить «Град Божий» вдали от неё. Почвы и климат здесь не слишком благоприятствовали земледелию, поэтому наряду с фермерством местные жители активно занимались торговлей, ремеслом, различными промыслами. На верфях Массачусетса строилась большая часть английского и американского торгового и военного флота. Вошедшие в легенду педантичность, аскетизм и культ бережливости пуритан в немалой степени способствовали ускоренному обогащению Новой Англии, капитализации местной экономики. Со временем религиозный фанатизм пуритан смягчался, а предпринимательская активность возрастала. Подразумевающее деловитость и достаток прозвище «янки» утвердилось, прежде всего, за уроженцами Новой Англии.

Население Средне-Атлантических колоний (Нью-Йорк, Нью-Джерси, Пенсильвания, Делавэр) с самого начала отличалось национальным разнообразием, космополитизмом и веротерпимостью. После того как над Манхеттеном взвился британский флаг, населявшие его голландцы и не подумали переезжать куда-либо, а вполне ужились с англичанами, будучи людьми того же буржуазного склада. Сельское хозяйство здесь было самым разнообразным, содержало и элементы фермерства, как на Севере, ориентированного на зерновые культуры, животноводство, и крупные владения полуфеодального типа, как на Юге. Со временем именно сюда стала направляться основная масса новых иммигрантов из Ирландии и Германии. Ни те, ни другие не нуждались в услугах чернокожих; квакеры (религиозное течение) в Пенсильвании были принципиальными противниками любого насилия, но рабство всё же существовало в «домашнем» виде в городах и расположенных вдоль реки Гудзон поместьях.

До поры до времени английское правительство не слишком докучало колонистам, которые устраивались в Новом Свете, согласно своим собственным представлениям о «естественном» порядке. К тому же американские подданные британской короны первоначально были просто не в состоянии обходиться без военной и экономической поддержки метрополии. Но по мере того как колонии наполнялись людьми, развивали собственный хозяйственный комплекс, имперская политика Лондона стала всё больше вызывать раздражение. Однако до середины XVIII в. лояльность американцев к «исторической родине» была практически безусловной.

Ситуация стала меняться после победоносной для Англии Семилетней войны, которая на американском континенте закончилась захватом у Испании Флориды, а главное – британцы отняли у Франции всю Канаду. Колонисты уже не видели особой надобности в дальнейшем пребывании английских войск после ухода прекрасно вооружённых и обученных французских. Кроме того, многие из них принимали участие в военных действиях, приобрели уверенность и боевой опыт. Война способствовала укреплению чувства общности – ополченцы из разных колоний сражались в одних рядах. Первый звонок прозвучал сразу после окончания войны, в 1754 г., когда конгресс из представителей 7 колоний поставил вопрос об их консолидации.

В Лондоне его не услышали, а если услышали, то не поняли: чем всё это может обернуться. Здесь возобладал курс на то, чтобы «построить» своевольных, заставить их оплачивать, хоть частично, содержание британских войск в Америке. С этой целью был ужесточён таможенный режим и введён новый, «гербовый» сбор с населения колоний. Что из того вышло – общеизвестно. Но даже в самый разгар войны за независимость один из главных идеологов американской революции Д. Адамс признавал, что треть колонистов была против восстания, а вторая треть оставалась в стороне. Восставшие, такие же сыны «Pax Britannica», мотивировали свои действия тем, что английский парламент был не вправе облагать их налогами, поскольку в нём отсутствовали представители колонии. Но такая щепетильность выглядит несколько наигранной даже для гордых наследников «Великой Хартии Вольностей».

Глубинные причины состоявшегося «развода» лежат не в тонкостях душевной организации американцев. Просто британская Америка, прежде всего, её Север выросли настолько, что исповедуемый метрополией режим меркантилизма, ограничений, налагаемых на внешние связи колоний, перестали устраивать местную буржуазию. Долгое время американские купцы просто игнорировали запреты из далёкой метрополии, контрабанда была повседневным явлением и прекращать её никто не собирался, несмотря на усилившиеся попытки Лондона навести порядок в этом отношении. Дополнительные сборы с колонистов планировались для обеспечения их собственной безопасности, но местное купечество не захотело поступиться частью своих доходов. Королевская власть пыталась воспрепятствовать и бесконтрольному захвату индейских территорий в глубине континента, запретив переселение западнее Аллеганских гор. Эти запреты игнорировали скваттеры (самовольные захватчики земельных участков в глубине континента), которым сочувствовала американская буржуазия, уже тогда связывавшая своё будущее с дальнейшим продвижением на Запад.

Что же касается американского Юга, то, на первый взгляд, людям, живущим за счёт экспорта табака в метрополию, следовало изо всех сил держаться за неё, как это и делали жители Джорджии. А вот уроженцы Виргинии, напротив, составили костяк революционной элиты. Может быть причина в том, что привыкшие жить «на широкую ногу», не торгуясь, виргинские плантаторы-аристократы задолжали английским торговым домам к моменту потрясений больше двух млн. ф.ст.? Подсчитал, между прочим, будущий президент США Т. Джефферсон, тоже виргинец. Хорошо, когда пламенная жажда свободы подкрепляется возможностью спасти себя и потомство от неизбежного разорения в случае выплаты долгов. Да здравствует Революция!

Отметим также определённую обоснованность подхода историков А.Невинса и Г. Комманджера, указавших на то, что Лондон не смог в новых условиях адекватно решить проблему федерализма в рамках Империи (хотя формально Великобритания считалась централизованным государством, элементы федерализма в устройстве империи присутствовали) – правильно разграничить права и обязанности Центра и Колоний. (Горький урок пошёл впрок – Канада, Австралия, Новая Зеландия в XIX – XX вв. укрепляли свою самостоятельность с благословения Лондона). По достижении независимости, по сути, эту же проблему на уровне Центр - Штаты пришлось решать творцам нового государства, что оказалось совсем не просто.

Как бы то ни было, Американская революция, Декларация Независимости (1776 г.) и Конституция США (1787 г.) были восприняты либеральной европейской общественностью как победа народа над «тиранией», вдохновляющий пример для Старого Света. То, что эта победа была достигнута при поддержке абсолютистской Франции, «отомстившей» Альбиону за поражение в Семилетней войне - никого не смущало: это политика (враг моего врага – мой друг). Однако лишь очень дальновидные интеллектуалы, такие как А.Смит или А.Токвилль, смогли разглядеть великое будущее прошлой европейской «фактории».

Абсолютному большинству «реальных» европейских политиков США ещё долгое время будут представляться нечто похожим на «шишку», возникшую в результате лобового столкновения Англии и Франции. Да и в самой Америке пока только религиозно экзальтированное меньшинство свято верило в свою «богоизбранность». Сегодняшние утверждения об изначальной «обречённости на успех» были бы восприняты там весьма благожелательно, но не слишком серьёзно. Во всяком случае, первые президенты США обычно начинали свои речи с радостной констатации – прошло уже столько-то времени с момента обретения независимости, а с нами ничего страшного не случилось. Так что же всё-таки предопределило феноменально быстрый, устойчивый и продолжительный экономический рост США?

1.Колоссальные природные ресурсы. Прежде всего – для сельского хозяйства. Огромные территории в США вполне пригодны для развития всех его отраслей. В те времена они хранили накопленный в течение миллионов лет запас естественного плодородия, не растраченный коренными жителями страны. Америка чрезвычайно богата разнообразными энергетическими ресурсами. Недра Нового Света содержат в больших масштабах все виды сырья, необходимого для бесперебойного функционирования промышленности. Всё это также оставалось невостребованным до начала европейской колонизации. В совокупности природные богатства Америки обеспечат её существование и развитие даже в условиях обрыва всех внешнеэкономических связей

2.Экономически суперактивное население. Людей, которые не побоялись искать счастье за океаном, уже поэтому не назовёшь пассивными. Но активность бывает разная. В отличие от стремившихся разбогатеть «сразу и навсегда» испанских идальго, на Атлантическое побережье будущих Штатов высаживались не колонизаторы, а именно колонисты, не рассчитывавшие завладеть золотом индейцев, а приехавшие пахать и сеять, вести «трудовую буржуазную жизнь». Уже в ходе колонизации, как шелуха, отбрасывались все те наслоения феодального прошлого, что мешали ускоренному освоению бескрайних просторов Нового Света – майораты, монополии и т.п. В основе «всеобщей американизации» лежал институциональный продукт английского происхождения ещё и потому, что британские нормы взаимоотношений были просто рациональней и оттого легко усваивались другими европейцами.

3. Благоприятный геополитический расклад. Во время формирования государственного пространства США, они были слишком далеки, чтобы стать жертвой полномасштабной агрессии со стороны какой-либо более сильной европейской державы. Соседи по Новому Свету не представляли серьёзной угрозы, скорее, были потенциальными жертвами. Отсюда - изначально низкий уровень военных расходов, перманентно отвлекавших огромные средства в неспокойной Европе. В то же время отдалённость не была чрезмерной (в сравнении с Австралией и Новой Зеландией), не препятствовала регулярному торговому обмену со Старым Светом. С появлением же и усовершенствованием морского пароходства, вошедшая в число мировых экономических лидеров страна получила отличные возможности для самого широкого экспорта своих товаров и масштабного притока «лишнего населения» со всего мира.

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.