Консультирование и свобода

Консультирование относительно предельной заботы, связанной со свободой, сосредотачивается на повышении осознания клиентами их ответственности за свою жизнь и оказании им помощи в принятии этой ответственности. Ялом (Yalom, 1980) сообщает, что все данные исследований наводят на мысль, что успешно проконсультированные клиенты начинают отдавать больший отчет в личной ответственности за свою жизнь. Консультанты могут использовать широкое разнообразие методов, чтобы помочь в осознании и принятии на себя ответственности.

Определение видов защиты и методов уклонения от ответственности. Консультанты могут оказывать клиентам помощь в понимании функций определенных видов их поведения, например компульсивности, уклонения от ответственности за выбор. Кроме того, консультанты могут совместно исследовать и, если необходимо, ставить клиентов лицом к лицу с ответственностью за их собственное несчастье. Например, когда одинокие клиенты продолжают принижать других, консультант может сказать: “И вы одиноки”. Общая установка заключается в том, что, когда клиенты жалуются относительно своих ситуаций, консультанты спрашивают о том, как они их создавали. Кроме того, консультанты могут сосредотачиваться на том, как клиенты используют язык уклонения от ответственности: например, говоря “я не могу” вместо “я не буду”.

Идентификация уклонения от ответственности “здесь-и-теперь”. Уклонение клиентов от ответственности может проявлять себя в отношениях консультант-клиент. Консультанты нуждаются в осознании собственных чувств относительно клиентов, чтобы определить, как они могли бы выявлять подобные реакции у других. Например, женщина с историей, касающейся жестоких мужчин, может искажать восприятие своего консультанта-мужчины и вести себя по отношению к нему так, что в другом контексте могла бы добиться того самого жестокого обращения, которого она боится. Консультанты могут также поставить клиентов лицом к лицу с их попытками “здесь-и-теперь” переместить ответственность за то, что случается или в ходе или вне консультирования, на консультантов. Если это так, консультантам может понадобиться преодоление сопротивления клиентов типа того, что “Если бы я знал, что делать, мне не нужно было бы быть здесь”.

Столкновение с реалистическими ограничениями. У всех людей бывают реалистические неблагоприятные обстоятельства, с которыми необходимо иметь дело. Консультирование может помочь клиентам поменять их точку зрения или заново интерпретировать внешние обстоятельства, которые они не могут изменить. Кроме того, консультанты могут помогать клиентам в определении тех областей в их жизни, на которые они могут влиять. Например, консультанты, имеющие дело с больными раком пациентами, могут оказывать им помощь в том, чтобы брать на себя большую ответственность за отношения с докторами, типа чрезмерно настойчивых требований информации относительно их болезни.

Противостояние экзистенциальной вине. Экзистенциальные консультанты рассматривают одну из функций тревоги как призыв к совести. Один из источников тревоги — вина неудачи в реализации потенциала. Например, клиент, увлеченный компульсивным сексуальным поведением, в то же время испытывает трудности в том, чтобы быть напористым (ассертивным) в своей деловой жизни. Выявление того, как он переходил границы своего потенциала как человеческого существа, ограничивая жизнь компульсивным сексом, было трамплином к достижению уверенности, чтобы стать более напористым (ассертивным). Клиент больше не был внутренне испуганным разоблачениями всех позорных эпизодов его жизни. По мере того, как компульсивность идет на убыль, растет его ощущение себя как способного на выбор. Существует различие между виной за плохой выбор, сделанный в прошлом, и отказом делать новый выбор. Пока клиенты продолжают вести себя в настоящем так, как они это делали в прошлом, они не могут прощать себе прошлые варианты выбора.

Освобождение способности желать. Желание предшествует изъявлению воли (May, 1969). Однако чтобы клиенты могли желать, они должны быть в контакте со своими чувствами. Работа с клиентами, блокированными аффектами, может быть медленным и повторяющимся процессом. Следует избегать драматических методов крупных прорывов, поскольку их воздействие имеет свойство быть кратковременным. Вместо этого, в пределах контекста подлинных отношений, экзистенциальные консультанты исследуют источник и природу блоков клиентов и лежащие в их основе чувства, которые они стараются выразить. Кроме того, консультанты неоднократно задают заблокированным аффектами клиентам вопросы типа “Что вы чувствуете?” и “Что вы хотите?”

Фасилитация (создание благоприятных условий) принятия решений. Экзистенциальные консультанты поощряют клиентов видеть, что каждому действию предшествует решение. Решения трудны, потому что исключают альтернативы. В качестве таковых решения — это пограничные ситуации, в которых люди создают себя, несмотря на свою фундаментальную беспочвенность. Многие клиенты парализуют свою способность принимать решения посредством “что, если…”: например, “Что, если я потеряю мою работу и не смогу найти другую?”. Консультанты могут оказать клиентам содействие в исследовании разветвлений каждого “что, если…” и в анализе чувств, которые они порождают. Гарантируя, что ответственность за решения остается за клиентами, консультанты могут содействовать им в выработке и оценке вариантов выбора решения. Консультанты могут поощрять клиентов активно принимать решения таким образом, чтобы укреплять принятие собственной силы и ресурсов.

Там, где необходимо, экзистенциальные консультанты стараются облегчать (проявления) воли клиентов. Одобрение консультанта является решающим для того, чтобы клиенты учились доверять своей воле и добивались уверенности в том, что они имеют право действовать. Нижеследующее — это варианты “озарений”, которые экзистенциальные консультанты обычно предлагают клиентам с подавленной волей: “Только я могу изменять мир, который я создал”. “В перемене нет никакой опасности”, “Чтобы получить то, чего я действительно хочу, я должен измениться” и “У меня есть сила, чтобы измениться”. Решения об изменении могут занимать значительный период времени.