Фрустрация и манипуляция

Маленький ребенок фактически полностью зависит от матери, но по мере того, как идет время, ребенок учится общаться, ползать и ходить, кусать и жевать, принимать и отклонять. Короче говоря, ребенок учится осознавать некоторую часть своего потенциала для существования. Рост идет через обучение тому, как преодолевать фрустрации, мобилизуя врожденные ресурсы для манипулирования окружающей средой с целью удовлетворения потребностей. Термин “манипуляция” относится к способам человека по мобилизации и использованию окружающей среды для удовлетворения потребностей. Как здоровые, так и нездоровые организмы манипулируют окружающей средой, причем здоровые организмы осуществляют манипулирование в основном на базисе самостоятельности, в то время как нездоровые организмы ищут скорее поддержку окружающей среды, а не самостоятельность.

Перлс писал: “Без фрустрации нет никакой потребности, никакой причины мобилизовать ваши ресурсы, обнаружить, что вы могли бы сделать кое-что самостоятельно, и чтобы не испытывать фрустрации, которые являются довольно болезненным опытом, ребенок учится манипулировать (управлять) окружающей средой” (Perls, 1969a, p. 35). Возможно, было бы точнее говорить, что при правильном виде фрустраций ребенок учится управлять окружающей средой таким образом, чтобы осуществить свои потребности и восстанавливать эффективный организмический баланс. Однако, при недостатке фрустраций (создающем испорченного ребенка) или при фрустрациях, которые блокируют или находятся за пределами способности ребенка с ними справиться, результат, вероятно, будет заключаться в том, что ребенок начинает мобилизовывать окружающую среду, играя фиктивные роли и игры: например, играя глупого, беспомощного, слабого и льстящего. Эти ложные манипуляции заставляют индивидуумов отчуждать часть себя, будь это их глаза, уши или гениталии.

Нарушения (прерывания) контакта

Люди вынуждены учиться гораздо больше через образование, чем используя свои биологически обоснованные инстинкты. Следовательно, многое из интуиции животного относительно того, что является “правильной” процедурой, или отсутствует, или блокируется у людей. Вместо этого имеется целый диапазон сложных фантазий, передаваемых и меняющихся от поколения к поколению, относительно того, что входит в понятие “правильные” процедуры. Эти процедуры исполняют, главным образом, функции поддержки для социальных контактов (т.е. манеры и этику) и имеют то неудобство, что не обязательно оказываются биологически обоснованными. Следовательно, часто имеются нарушения в контакте, обеспечиваемом идущими в данный момент организмическими процессами, которые, если их оставить в покое, вели бы к независимости. Примеры таких нарушений: “Не прикасайся к этому” или “Не делай этого”. Даже изъятия могут быть прерваны, как в таком случае: “Оставайся сейчас здесь, думай о своем домашнем задании и не спи”. Люди часто включают прерывания своих родителей в качестве интроекций в собственную жизнь, например “Взрослые мужчины не плачут”. Нездоровые организмы или невротики сами себя прерывают, и им следует знать как о самом том факте, что они прерывают себя, так и о том, что именно они прерывают.