Фриц Перлс

Фридрих (Фредерик или Фриц) Соломан Перлс (1893-1970), создатель гештальт-консультирования, родился в Берлине, был сыном еврейского коммивояжера палестинских вин. Он рос с двумя сестрами в беспокойной семье, где у его родителей была масса ожесточенных столкновений, как словесных, так и физических. Мать Перлса применяла к нему прутья для выбивания ковров, но он утверждает, что она не сломила его дух; вместо этого он ломал выбивалки для ковров. Он видел в своем отце лицемера, который проповедовал одно, а жил другим, и который все больше изолировался от семьи. Перлс писал: “В основном я ненавидел его и его напыщенную справедливость, но он мог также быть любящим и сердечным. Насколько на мое отношение повлияла ненависть моей матери к нему, насколько она отравила нас, детей, этим, я не могу сказать” (Perls, 1969a, p. 250-1). В годы возмужания, периода, когда он ознакомился и с сексом, и с основами активной деятельности, Перлс был черной овцой своей семьи. В течение всей своей жизни Перлс был скорее мятежником, чем угодником, человеком с очень острым глазом на притворство других и на псевдоподлинность, и в некотором роде выставлял напоказ свою личность. Его ранние переживания неприятия и ненадежности, возможно, глубоко повлияли на его более позднюю жизнь.

Перлс был студентом университетов Фрейбурга и Берлина и получил степень доктора медицины в последнем учреждении в 1920 году. Его психологическая подготовка включала в себя пост ассистента Курта Гольдштейна во Франкфуртском Неврологическом Институте в 1926 году и в начале 1930-ых годов обслуживание сначала в Венском Институте Психоанализа и затем в Берлинском Институте Психоанализа. В 1933 году с возвышением Гитлера Перлс бежал из Германии в Голландию. Во время отъезда его специалистом по психоанализу был Вильгельм Райх, а его методистами были Отто Фенихель и Карен Хорни. Он писал: “От Фенихеля я получил потерю ориентации; от Райха — наглость; от Хорни — человеческую причастность без терминологии” (Perls, 1969b, p. 39). В 1934 году по рекомендации Эрнеста Джоунса, друга и биографа Фрейда, Перлс переехал в Иоганнесбург как обучающий специалист по психоанализу. В следующем году он основал Южноафриканский Институт Психоанализа. В 1942 году в Южной Африке была издана его первая книга, “Ego, Hunger and Aggression” (Эго, Голод и Агрессия), британское издание которой вышло из печати в 1947 году. Несколько глав в этой книге были написаны женой Перлса Лаурой, которую некоторые рассматривают как соучредительницу гештальт-консультирования (Yontef & Simkin, 1989).

В 1946 году Перлс эмигрировал в Соединенные Штаты и основал частную практику в Нью-Йорке. В 1951 году он опубликовал книгу “Gestalt Therapy” (Гештальт-терапия) в соавторстве с Ральфом Хефферлином и Полом Гудмэном. В 1952 году он создал Нью-йоркский Институт гештальт-терапии и в 1954 году — Кливлендский Институт гештальт-психотерапии. В 1960 году Перлс переехал на Западное Побережье Соединенных Штатов и в 1964 году вошел в штат Эсаленского Института в Биг Сур, штат Калифорния, в качестве ординатора, прикомандированного к клинике для специализации, помощника психиатра. В 1969 году он переехал в Ковичан на Ванкувер Айленд (остров Ванкувер) в Британской Колумбии, где основал гештальт-общину. В 1969 году Перлс также опубликовал “Gestalt Therapy Verbatim” (Гештальт-терапия в дословной передаче) и автобиографическую антологию прозы, поэзии и психологии, озаглавленную “In and Out of the Garbage Pail” (Внутри и вне помойного ведра). 14 марта 1970, после краткой болезни, Перлс умер в возрасте 76 лет. К моменту смерти Перлс работал над двумя книгами, “The Gestalt Approach” (Гештальт-подход) и “Eye Witness to Therapy” (Очевидец терапии). Они были изданы посмертно в 1973 году отдельной книгой, озаглавленной “The Gestalt Approach and Eye Witness to Therapy” (Гештальт-подход и Очевидец терапии).

Идеи Перлса в значительной степени были сформированы в австро-германском мире. Большое влияние имел фрейдистский психоанализ, хотя, в конечном счете, Перлс должен был идти собственным путем. На него также повлияла идея Райха относительно защитного панциря характера, посредством которого сопротивление становится общей организмической функцией. Главное влияние оказала работа гештальт-психологов, с которыми, по мнению Перлса, у него имелись специфические отношения, так как, восхищаясь многим в их работе, он был неспособен следовать за ними, когда они стали логическими позитивистами. Он не читал ни одного из их учебников, хотя он читал некоторые научные статьи Левина, Вертхаймера и Кохлера. Он отмечал: “Наиболее важной для меня был идея незаконченной ситуации, неполного гештальта”. (Perls, 1969b, p. 62). Академические гештальтисты никогда не принимали Перлса, и он не считал себя чистым гештальтистом. Дальнейшее влияние на Перлса оказал Морено с его идеями относительно терапии посредством психодрамы.

Перлс имел обширный опыт личных отношений, включая много “любовных историй”. Другие влияния на Перлса включали в себя американскую гуманистическую психологию, восточные религии, медитацию, психоделию и работу тела. В своей автобиографической книге “In and Out of the Garbage Pail” (Внутри и вне помойного ведра) Перлс признается во многих непреодолимых влечениях, включая курение и “распутство”. Он также писал стихи и рисовал. Хотя Перлс, возможно, не всегда обладал тем объемом ответственности (способности на реакцию или свободы выбора), к которому стремится его подход к консультированию, он, похоже, был чрезвычайно полной жизни и харизматической личностью. Гештальт-молитва этого беспокойного цыгана была такова:

Я делаю свое, и ты делаешь свое

Я в этом мире не для того, чтобы жить в соответствии с твоими ожиданиями

И ты в этом мире не для того, чтобы жить в соответствии с моими.

Ты — это ты, и я — это я,

И если случайно мы находим друг друга, это прекрасно.

Если нет, то этому нельзя помочь.

(Perls, 1969a, внутренняя передняя обложка)