9.Варианты решения проблемы движения и развития в античной философии

Гераклит был первым крупным диа­лектиком античности, основателем диалектики в ее первоначальной форме. Ему принадлежит известный афоризм, выражающий общую идею материалистической диалектики - “все течет, все изменяется”. Излагая эту идею в образной форме, Гераклит утверждал, что “в одну и ту же реку нельзя войти дважды”: поскольку вода непрерывно те­чет, в другой раз мы входим в иную реку.

Гераклит высказал глубокую догадку о движении как борьбе противоположностей: “В одну и ту же реку мы входим и не входим, существуем и не существуем”¹. Гераклиту принадлежит следующая трактовка единого мирового процесса: “Мир, единый из всего, не со­здан ни кем из богов и ни кем из людей, а был, есть и будет вечно жи­вым огнем, закономерно воспламеняющимся и закономерно угасающим.

Разумеется, огонь Гераклита также не был буквально огнем. Диалектика Гераклита, первая блестящая форма античной материалис­тической диалектики, имела исторически ограниченный характер. Это была скорее диалектика движения, а не диалектика развития. Это диалектика круговорота, “беличьего колеса” (по глубокой оценке А.И. Герцена). Утверждение о том, что нельзя дважды войти в одну реку, наряду с замечательно глубокой диалектической идеей, содержало и элемент преувеличения, абсолютизации изменчивости вещей, их относительности, т.е. элемент релятивизма (концепции, абсолютизиру­ющей относительность вещей). Позднее ученик Гераклита Кратил (2-я пол. V в. -начало IV в. до н. э.), доводя этот элемент до логического за­вершения, утверждал, что нельзя и одного раза войти в одну и ту же реку. Он считал, что в силу непрерывного изменения вещей их невоз­можно правильно назвать и поэтому предпочитал указывать на вещь пальцем.

Элеаты - Ксенофан, Парменид, Зенон (конец VI - начало V в. до н.э.) рассматривали чувственно наглядный мир как мир “ложных мне­ний”, т.е. мир чувств, искажающий действительный мир. В сущности за изменчивым ложным миром внешних явлений скрывается абсолют­но неподвижное и неизменное бытие, имеющее духовную природу. Парменид полностью отвергал взгляд Гераклита на противоречивую природу бытия. Логика заключения элеатов об абсолютно неподвиж­ном бытии, которое оказывалось мыслью, явственно обнаруживается в связи с апориями (“затруднениями”), сформулированными Зеноном: “Дихотомия”, “Ахилл”, “Стрела”, “Стадий”. Смысл апории “Стрела” заключается в утверждении: “Летящая стрела покоится”. Ход рассу­ждений Зенона, несколько отойдя от буквального, можно изложить следующим образом: в каждый момент времени острие стрелы должно находиться в определенной точке пространства, но это означает, что движение есть сумма моментов покоя. Движение, следовательно, су­ществует лишь в ложном чувственном восприятии, истинное же бытие неподвижно. Заслуга Зенона Элейского (которого Аристотель назвал “изобретателем диалектики”) состоит в том, что он обнаружил дейс­твительное противоречие движения. Однако это противоречие было схвачено им в парадоксальной форме, было понято и истолковано в духе отрицания движения. Преодолеть “затруднения” Зенона - это зна­чит создать новый способ мышления, опирающийся на глубокий учет противоречивой природы бытия вещей и самого человека. В первона­чальной форме такой способ был создан еще Гераклитом. Его трактов­ка проблемы “войти в реку” содержала и решение апории “Стрела”.

“Форма форм” Аристотеля - это первый двигатель, существу­ющий вне материи, который, будучи неподвижным по своей природе, приводит в движение мир вещей. Позже понятие “перводвигателя” входит в первый аргумент богословия в пользу бытия бога. В попытке совмещения неподвижного первоначала и порождаемого им движения мира заложен разрушительный для философии Аристотеля, а позднее и христианского богословия, парадокс: каким образом неподвижное может порождать движение, которого в нем самом, первоначале, нет? Основной недостаток будущего христианского бога выявился уже в философии Аристотеля.