Литература к зачету Кириллова (часть 3) / Миронов Б.Н. - Благосостояние населения и революции в имперской России - 2012

2.Историческая антропометрия: задачи, теория и методология

45.Morgan St. L. Economic Growth and the Biological Standard of Living in China, 1880–1930//Economics and Human Biology. 2004. Vol. 2. No. 2. P. 197–218.

46.Година Е. З. и др. Московские дети: основные тенденции роста и развития на рубеже столетий// Вопросы антропологии. Вып. 91. М., 2005. С. 42–60. Вып. 92. М., 2005. С. 56–75.

47.Там же.

48.Миронов Б. Н. Экономическая биология человека.

49.Brennan L., McDonald J., Shlomowitz R. Infant Feeding Practices and Chronic Child Malnutrition in the Indian States of Karnataka and Uttar Pradesh//Economics and Human Biology. 2004. March. Vol. 2/1. P. 139–158.

50.Pak S. The Biological Standard of Living in the Two Koreas//Economics and Biology. 2004. December. Vol. 2/3. P. 511–530.

51.Tanner J. M. Foetus into Man. P. 19.

52.Cuff T. The Hidden Cost. P. 17.

53.Властовский В Г. Акцелерация роста и развития детей. С. 88–99.

54.Суть нейрогенной, по определению Бунака, или гипотезы урбанизации, по определению некоторых зарубежных авторов, автор формулирует так: «Нейрогуморы гипоталамической области стимулируют ускоренную продукцию гонадотропных гормонов придатка мозга и андрогенов надпочечников» (Бунак В. В. Об увеличении роста и ускорении полового созревания современной молодежи в свете советских соматологических исследований//Вопросы антропологии. 1968. Вып. 28. С. 53).

55.Гипотеза о гетерозисе как главной причине повышательной секулярной тенденции высказа-

на впервые, насколько нам известно, выдающимся российским антропологом В. В. Бунаком в 1932 г. и развита в работе 1968 г.: Бунак В. В. (1) Об изменении роста мужского населения СССР

за 50 лет//Антропологический журнал. 1932. № 1. С. 24–53; (2) Об увеличении роста и ускорении полового созревания. С. 53–57. Подробно об этой теории см.: Эфроимсон В. П. Введение в медицинскую генетику. 2-е изд. М., 1968; Рычков Ю. Г. Антропология и генетика изолированных популяций. М., 1969.

56.Властовский В. Г. Акцелерация роста и развития детей. С. 101.

57.Eveleth Ph. B., Tanner J. M. Worldwide Variation in Human Growth. P. 176, 205–207.

58.Cuff T. The Hidden Cost. P. 15–17: Eveleth Ph. B., Tanner J. M. Worldwide Variation in Human Growth. P. 176, 205–207.

59.Никитюк Б. А., Филиппов В. И. Влияние экзогамии разной степени на рост и развитие детей дошкольного возраста//Вопросы гигиены и состояния здоровья детей дошкольного возраста: Тезисы Всесоюзной научной конференции. М., 1973. Сам факт увеличения инолокальных брачных связей применительно к России не вызывает сомнения: Жомова В. К. Материалы по изучению брачных связей в русском населении//Вопросы антропологии. 1965. № 21.

60.Tanner G. M. Growth of Adolescence with a General Consideration of the Effects of Hereditary and Environmental Factors upon and Maturation from Birth to Maturity. 2nd ed. Oxford: Blackwell Scientific Publications, 1962. P. 150–151; Mueller W. H. The Genetics of Size and Shape. P. 159–160.

61.Харрисон Дж. и др. Биология человека. С. 427.

62.Eveleth P. B., Tanner G. M. Worldwide Variation in Human Growth. P. 190, 236–237.

63.Никитюк Б. А. Акселерация развития (причины, механизмы, проявления и последствия)//Рост и развитие детей и подростков. Итоги науки и техники. Сер. Антропология. Т. 3/А. И. Шнирельман (ред.). М., 1989. С. 54–58.

64.Tanner J. M. Growth of Adolescence. P. 151. См. также: Marshall W. A., Tanner J. M. Growth and Physiological Development during Adolescence//Ann. Rev. Med. 1968. No. 19; Tanner J. M. Foetus into Man. P. 153.

65.Харрисон Дж. и др. Биология человека. С. 204, 427; Cuff T. The Hidden Cost. P. 17; Eveleth P. B., Tann er G. M. Worldwide Variation in Human Growth. P. 176–223; Harrison G. A., Tanner J. M., Pilbeam D. R., Baker P. T. Human Biology. 3d ed. Oxford, 1992; Mueller W. H. The Genetics of Size and Shape in Children and Adults. P. 145–168; Tanner J. M. Foetus into Man; Wieringen, J. C. van. Secular Growth Changes//Human Growth. Vol. 3. P. 307–331; Wolanski N. Heterosis and Homosis in Man//Physical Anthropology of European Populations/U. Schwidetzky, B. Chiarelli, O. Necrasov (eds.). The Hague: Mouton Publishers, 1980. P. 213–233.

66.Грим Г. Основы конституционной биологии и антропометрии. М., 1967. С. 113; Харрисон Дж. и др. Биология человека. С. 386; Tanner J. M. Foetus into Man. P. 151–159.

67.Карасевич Т. В. Социальная и биологическая обусловленность изменений в физическом развитии человека. М., 1970. С. 116–124; Грим Г. Основы конституционной биологии. С. 71–93.

68.Козлов А. И. Пища людей. М., 2005. С. 217.

110

Примечания

69.Stein Z., Susser M., Saenger G., Marola F. Famine and Human Development: The Dutch Hunger Winter of 1944–1945. New York: Oxford University Press, 1975; Харрисон Дж. и др. Биология человека. С. 435.

70.Властовский В. Г. Акцелерация роста и развития детей. С. 83.

71. Левин В. М. Материалы для контроля и оценки физического состояния подростков. Л., 1966.

С. 8–15.

72.Цит. по: Харрисон Дж. и др. Биология человека. С. 421.

73.Харрисон Дж. и др. Биология человека. С. 367, 390–391.

74.Властовский В. Г. Акцелерация роста и развития детей. С. 28; Харрисон Дж., Уайнер Дж., Тэннер Дж. и др. Биология человека. С. 366–368, 382–383, 385–386.

75. Cuff T. The Hidden Cost of Economic Development. P. 14–15; Eveleth Ph. B., Tanner J. M. Worldwide Variation in Human Growth. P. 5–10; Tanner J. M. Foetus into Man. P. 117.

76.Новое Положение о военно-врачебной экспертизе: Постановление Правительства РФ от 25 февраля 2003. № 123. М., 2003. С. 122–123.

77.Общая и военная гигиена. С. 210–211.

Curves to A Historical Population//Historical Methods. 1993. Vol. 26. P. 171–183; Fogel R. W. The Conquest of High Mortality and Hunger in Europe and America: Timing and Mechanisms//Favorites of Fortune: Technology, Growth, and Economic Development Since the Industrial Revolution/P. Higonnet, D. S. Landes, H. Rosovsky (eds.). Cambridge: Harvard University Press, 1991. P. 33–71; Jordan Th. E. Linearity, Gender, and Social Class in Economic Influences on Heights of Victorian Youth// Historical Methods. 1991. Vol. 24. P. 116–123.

79.Суханова Л. П. Перинатальные проблемы воспроизводства населения России в переходный период. М., 2006. С. 122; Харрисон Дж. и др. Биология человека. С. 368; Ward P. W. Birth Weight and Economic Growth: Women’s Living Standards in the Industrializing West. Chicago and London: The University of Chicago Press, 1993. P. 12.

80.Ward P. W. Birth Weight and Economic Growth. P. 5.

81.Миронов Б. Н. Биологический статус женщин Санкт-Петербурга в 1946–2005 гг. (по антропометрическим данным о новорожденных и их матерях)//Мир России. 2007. № 1. С. 99–146; Tanner J. M. Foetus into Man. P. 43.

82.Янкаускас Р., Шакалите И. Рост у детей в XIV–XVII вв. по литовскому палеостеологическому

материалу//Современная молодежь и эпохальная тенденция развития: Тезисы респ. научн. конф., Вильнюс, 22–23 сентября 1988 г. /С. Павилонис (ред.). Вильнюс, 1988. С. 125–127.

83. Cuff T. The Hidden Cost. P. 16, 36; Eveleth Ph. B., Tanner J. M. Worldwide Variation in Human Growth. P. 217–219, 245.

84.Харрисон Дж. и др. Биология человека. С. 396.

85.Песков В. И. К вопросу о влиянии фабричного труда на здоровье рабочих//Труды VI съезда земских врачей Московской губернии. М., 1882. С. 198–213; Статистический справочник СССР

за 1928 год. М., 1929. С. 910–911; Зенкевич П. И., Алмазова Н. Я. Изменение размеров тела взрослого мужского населения Центральной части РСФСР за 100 лет//Куршакова Ю. С. и др. Проблемы

размерной антропологической стандартизации для конструирования одежды. М., 1978. С. 64–70; Дунаевская Т. Н. Об изменении размеров и формы тела у детей Центрального района РСФСР с 1957 по 1975 г. //Там же. С. 71–100; Зенкевич П. И. и др. Изменение процентного распределения типовых фигур во взрослом населении Москвы с 1967 по 1975 г. //Там же. С. 57–59; Куршакова Ю. С. Возрастные различия размеров тела у взрослых мужчин//Там же. С. 155–224.

86.Грим Г. Основы конституционной биологии. С. 113; Харрисон Дж. и др. Биология человека. С. 386.

87.В возрасте 51–60 лет мужчина на несколько миллиметров ниже сравнительно с тем, когда ему было 25 лет, поэтому реконструированный рост будет несколько меньше действительного.

88.Сведения о росте получены автором путем опроса.

89.Komlos J. Nutrition and Economic Development. P. 50.

90.Редигер А. Ф. Комплектование и устройство вооруженной силы. СПб., 1892. С. 88–95.

91.Komlos J., Kim J. H. Estimating Trends in Historical Heights//Historical Methods. 1990. Vol. 23. P. 116– 120; Komlos J. How to (and How Not to) Analyze Deficient Height Samples: An Introduction//Historical Methods. 2004. Fall. Vol. 37. No 4. P. 160–173.

92.Применение метода максимального правдоподобия подробно описано в серии статей американского экономического историка А’Херна: A’Hearn B. (1) Anthropometric Evidence on Living Standards in Northern Italy, 1730–1860//Journal of Economic History. 2003. Vol. 63. No. 2 (June). P. 351–381; (2) A Restricted Maximum Likelihood Estimator for Historical Height Samples//Economics

111

3

ИСТОРИЧЕСКАЯ АНТРОПОМЕТРИЯ В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ

3.1. СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ИСТОРИЧЕСКОЙ АНТРОПОМЕТРИИ

В течение сорока лет по исторической антропометрии во всех странах написаны десятки монографий и сотни статей. С 2003 г. в Мюнхене издается журнал «Economics and Human Biology» под редакцией Дж. Комлоса — одного из лидеров нового направления. С 2002 г. каждые два года проводится международная конференция, специально посвященная исторической антропометрии и широкому кругу смежных вопросов, объединенных понятием «экономика и биология человека». Основные исследовательские центры сосредоточены в США, Германии и Великобритании. В большинстве западных стран сложились национальные школы1; российские исследователи участвуют в новом направлении, но не слишком активно, хотя антропометрические показатели для оценки социально-экономических процессов в России используются отечественными учеными более ста лет2.

Коллективными усилиями ученых удалось получить картину изменения роста, или длины тела, в Европе и Северной Америке, в меньшей степени в Азии, Австралии и Южной Америке в XVIII–XX вв. и предложить гипотезы, объясняющие эту динамику социально-экономическими условиями, в которых происходило экономическое развитие в разных странах. Полученные результаты можно кратко резюмировать следующим образом3.

(1) В традиционных доиндустриальных аграрных обществах Европы, Азии, Австралии и Америки рост и, следовательно, биостатус населения был невысоким, колебался вокруг некоей средней величины, которую обеспечивал низкий уровень производства и потребления. В Европе он был выше, чем в Азии, Америке и Австралии до прихода туда европейских колонистов; в Японии — минимально возможным для выживания. Впрочем, предела выносливости человека, кажется, нет: взрослые пигмеи мужского пола Центральной Африки, Юго-Вос- точной Азии и Океании имеют такой же рост, какой был у японских женщин в XVII–XVIII вв., — 145–150 см. Россия по этому показателю находилась в одном ряду с южно-европейскими странами. Иерархия стран по величине среднего

113

3. Историческая антропометрия в России и за рубежом

роста своих граждан определялась следующей закономерностью: чем выше была плотность населения и неблагоприятнее природные условия в данной стране

ичем больше труда требовалось для поддержания биостатуса, тем люди были ниже, и наоборот.

(2)В индустриальную эпоху биостатус людей вырос везде, причем до 1980-х гг., как это ни парадоксально сегодня звучит, он рос равномерно (с небольшими различиями) в демократических странах с рыночной экономикой и в авторитарных странах с командной экономикой. Россия вновь замыкала список индустриальных стран, но разрыв между ней и западноевропейскими странами не увеличился, а, возможно, даже и сократился — этот вопрос в полной мере пока не изучен. Важная роль в улучшении биостатуса россиян принадлежала такой особенности российского общества, как нивелирование доходов на среднем для большинства прожиточном минимуме. Дело в том, что неравенство в распределении доходов между различными группами в обществе является вторым по значимости (после величины валового внутреннего продукта — далее ВВП — на человека) фактором, влияющим на средний рост всего населения. Уменьшение неравенства в доходах на 10% приводит к удлинению взрослых на 14 мм при том же ВВП.

(3)В традиционных аграрных обществах изменения среднего роста людей находились в тесной связи с колебаниями климата и урожаев. В индустриальных

иособенно в постиндустриальных обществах антропометрические показатели перестали зависеть от «настроения» природы и даже экономической конъюнктуры. Экономика приобрела огромный запас прочности, инфраструктура работает как часы, перебои с доставкой продовольствия в мирное время практически исключены. Только война может нарушить нормальный ритм жизни.

(4)Материальное неравенство в обществе, оцениваемое по степени дифференциации длины тела у различных социальных групп, то растет, то падает. Гендерная дискриминация в последние 100 лет во всех отношениях явно и сильно уменьшилась, однако аналогичного сокращения разницы в среднем росте мужчин и женщин пока не наблюдается. Впрочем, меньшая длина тела у женщин не всегда свидетельствует об их угнетении: она зависит также от идеала красоты, господствующего в обществе. Например, в Японии в отличие от России упитанная, крепкая, высокая, естественно румяная и пышущая здоровьем женщина, которая коня на скаку остановит, никогда не была идеалом. Миниатюрная японка сформировалась не только в результате гендерной дискриминации, но и под воздействием эстетических критериев. Между прочим, в дореволюционных российских институтах благородных девиц идеалом была бледная, хрупкая, эфирная девушка, и ради его достижения воспитанницы ели грифели4.

(5)Энергетический статус населения всегда находится в тесной связи с уровнем экономического развития (величиной ВВП), однако только в аграрных обществах он может служить почти синонимом его благосостояния, поскольку львиную часть дохода люди тратят на его поддержание. В индустриальных

ипостиндустриальных обществах существенная доля средств идет на удовлетворение небиологических потребностей, люди более гибко расходуют имеющиеся у них деньги, весомую их часть откладывают на старость, государство берет на себя заботу об удовлетворении их социальных потребностей, имеются большие различия в стиле жизни и значительное социальное неравенство. Вследствие этого статус питания перестает быть синонимом благосостояния. Возможен вариант,

114

3.2. Антропометрические исследования в России в XIX — начале XX в.

когда увеличение доходов на человека в стране сопровождается снижением средней длины тела.

Висторической антропометрии постепенно совершенствуются подход и методика, растет источниковая база, создаются обобщающие исследования5. Скептицизм со стороны поклонников традиционных классических методов уменьшился, но не исчез полностью. Для того чтобы скепсис окончательно побороть, необходимо подробно объяснять методологию, разъяснять смысл полученных результатов, создавать новые базы данных и, самое главное, преодолевать узкие места нового направления. В чем они состоят?

Большинство антропометрических сведений касаются новобранцев. Последние представляли все слои населения, но в неодинаковой степени, поэтому необходимо расширять круг источников. Ими могут быть медицинские обследования осужденных, учащихся учебных заведений, пациентов больниц, а также археологические раскопки. Следует изучать изменения антропометрических показателей во всех возрастных и социальных группах. Существует дефицит информации

овысшем классе и вообще о состоятельных людях, которые в армии, как правило, не служили и потому измерялись реже, чем представители низшего класса.

Серьезным пробелом в антропометрических исследованиях является недостаток данных по женской антропометрии. Во многих случаях колебания роста мужчин и женщин происходит синхронно. Однако из-за гендерного неравенства иногда согласованность нарушается, и это очень важный показатель изменения в положении женщин.

Кроме роста, следует изучать вес, становую силу, обхват груди и другие антропометрические показатели, в том числе детей, возраст наступления менархе и менопаузы. Вес в сочетании с длиной тела существенно расширяет нашу информацию о статусе потребления, а для людей в возрасте старше 25 лет, когда удлинение тела прекращается, он служит важным и часто единственным антропометрическим показателем для характеристики потребления.

Вантропометрических исследованиях следует смелее обращаться не только к биологии, но к экономическим, демографическим и социологическим теориям, позволяющим дать более адекватную интерпретацию результатов анализа антропометрических данных.

3.2. АНТРОПОМЕТРИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ В РОССИИ

ВXIX — НАЧАЛЕ XX В.

ВРоссии антропометрические исследования начались поздно, в 1860-х гг., их

проводили главным образом врачи по следующей тематике: (1) детская антропометрия с целью изучения физического развития детей в связи с возрастом и условиями жизни (питание, уход, быт), (2) профессиональная антропометрия для мониторинга за здоровьем рабочих и условиями фабричного быта, (3) этническая антропометрия с целью изучения антропологического типа многочисленных народов, населявших Россию; (4) военная антропометрия для оценки здоровья призывников и населения в целом; (5) женская антропометрия.

Первые измерения 1 034 детей в России были выполнены петербургским врачом Н. Н. Виллямовским в 1860-е гг.6 Всего до 1917 г. разными авторами было измерено более 100 детских коллективов обоих полов7. В довольно многочисленных

115

3. Историческая антропометрия в России и за рубежом

работах по детской антропометрии на российском материале устанавливались эмпирические закономерности физического развития детей: изменения роста, веса, обхвата груди и других показателей с возрастом, скорость физического созревания вплоть до его полного завершения, роль наследственных и социальных факторов (обучения, питания, условий быта и др.) для телесных характеристик, время наступления половой зрелости. Самым актуальным вопросом было влияние школы на здоровье и физическое развитие подрастающего поколения, ввиду чего и сбор материала производился преимущественно в этом ракурсе. Большинство исследователей пришли к следующему выводу: обучение в школе отрицательно сказывалось на детях, и это проявлялось в удлинении тела без параллельного увеличения других признаков физического развития, в частности обхвата груди (П. Ф. Лесгафт и др.)8. Некоторые с этим не соглашались по причине отсутствия продольных (динамических) исследований; другие возражали на том основании, что в школы отдавали самых высокорослых детей9, с изначально искаженными пропорциями тела10.

Ряд серьезных работ имел целью изучить воздействие фабричного труда на физическое развитие подростков11, поста12 и условий деревенской и городской жизни на рост и вес детей13. Много внимания уделялось социально-экономиче- ским факторам, влиявшим на здоровье и телесные признаки детей. В качестве примера приведу работу Н.В. Зака. Автор измерил рост, вес, обхват груди в 1889 г.

у4249 учащихся гимназий и реальных училищ Москвы и вторично, в 1890 г.,

у2600 человек. Он обнаружил две интересные закономерности: успешные ученики выше неуспешных и гимназисты (из более привилегированных социальных слоев) выше реалистов (из менее привилегированных). По сословиям самыми рослыми являлись купеческие дети, им немного уступали дети дворян и намного ниже их были дети крестьян и мещан. Поляки, евреи, чуваши, мордва, татары ниже русских, иностранцы, наоборот,— выше. Все это, по мнению Зака, свидетельствует о зависимости длины тела детей от материальной обеспеченности родителей14. Подобное исследование провел Р.Н. Рума, измерив 1706 учащихся Вятской и Пермской губернии в 1879–1881 гг. и получив аналогичные результаты15.

Новорожденные привлекали внимание исследователей существенно меньше. Харьковский доктор Фесенко считается пионером в этой области в России16. У него нашлись немногочисленные последователи, но выборки у них были небольшими — 20–100 младенцев17. Диссертация А. П. Бондырева, обследовавшего в 1902 г. лишь 100 новорожденных, вплоть до 1917 г. считалась эталонной18. Работа Г.Н. Сперанского, собравшего в 1910–1913 гг. большой материал о весе 10 тыс. новорожденных, была опубликована только в 1923 г., так же как и работы А.Н. Шкаратана и В.А. Трейтера19. По советскому периоду библиография работ более обширна, но ее обзор выходит за хронологические рамки моего исследования.

Лесгафт Петр Францевич При использовании материалов, получен- (1837–1909). Фото ных дореволюционными врачами, следует иметь

116

3.2.Антропометрические исследования в России в XIX — начале XX в.

ввиду: измерения детей нередко производились разными, иногда самодельными инструментами, упрощенными приемами (дети ставились у размеченной стены или косяка двери). Многие исследователи не описывали методику измерения. При таких условиях точность данных была относительной, соответственно сравнение среднего роста разных коллективов и обобщение собранного материала не могли быть вполне удовлетворительными20. Положение усугублялось тем, что исследования физического развития детей выполнялись по инициативе отдельных врачей и не координировались какой-либо организацией21.

Вобласти профессиональной антропометрии интерес российских ученых сконцентрировался на физическом развитии рабочих. Первое и самое скромное по числу измеренных рабочих (всего 22 человека) исследование выполнил в 1876 г. А. Радаков22, а самое масштабное было проведено в 1879–1885 гг. на фабриках Московской губернии четырьмя врачами — Ф.Ф. Эрисманом, Е.М. Дементьевым, В.И. Песковым и А.В. Погожевым под руководством первого. Было обследовано 1080 промышленных предприятий, на которых работало 65 041 мужчин и 36 200 женщин из 7 губерний (Владимирской, Калужской, Московской, Рязанской, Тульской, Смоленской и Тверской) в возрасте от 4 до 80 лет. Результаты были обобщены и опубликованы Эрисманом сначала в Германии23, а затем его коллегами в России24. Исследователей, прежде всего, интересовали профессиональные и социальные различия в росте, весе, обхвате груди и физической силе, порядок изменения этих показателей с возрастом, время достижения половой и полной физической зрелости, распределение людей по антропометрическим показателям в популяции. Исследователи выяснили: фабричная работа детей и подростков тормозила их биологическое развитие, накладывала неизгладимый отпечаток на их физический облик и развитие их организма, из-за чего средний рост, вес и обхват груди профессиональных фабричных был ниже, чем у ремесленников и поденных рабочих. Особенно вредно сказывалась на здоровье работа на предприятиях, обрабатывающих волокнистые вещества.

На массовом статистическом материале были установлены следующие закономерности физического развития. У мужчин удлинение тела продолжалось до 26 лет включительно, но в интервале от 20 до 27 лет оно составляло лишь 8 мм. В возрасте 27–49 лет наступала стагнация, затем рост уменьшался, особенно заметно с 70 лет: между 50 и 70 годами — на 2,4 мм, а между 70 и 80 годами — на 5,1 мм. У женщин удлинение тела в основном завершалось к 16 годам, к 23 годам рост увеличивался еще на 9 мм, после чего на 17 лет наступала стагнация, а затем происходило его снижение, достигавшее 20 мм к 60 годам. Гендерная разница в момент его апогея равнялась 11,9 см — 153,2 см у женщин против 165,1 см у мужчин.

Расширение объема груди у последних в основном завершалось к 27 годам, до 70 лет прибавка достигала 2 см и лишь в глубокой старости происходило

117

3. Историческая антропометрия в России и за рубежом

на 24-м году начиналось ее легкое сужение вследствие сокращения грудной железы, с 45 лет проходило прогрессирующее уменьшение обхвата груди. Повышение веса мужчин в основном завершалось к моменту полного физического развития

идостижения дефинитивного роста — к 27 годам, затем до 40 лет происходила незначительная прибавка, после чего вес начинал снижаться, сперва едва заметно, а с 50 лет — более существенно. Женщины, к сожалению, не взвешивались из-за отсутствия женского медицинского персонала. Максимальное развитие физической силы приходилось у мужчин на 24–35 лет, после 35 лет начиналось уменьшение, сначала медленно, а с 50 лет — быстрым темпом. Вес и сила изменялись синхронно25.

В.И. Песков, Е.М. Дементьев и А.В. Погожев опубликовали результаты своей части исследования индивидуально, подтвердив выводы Ф.Ф. Эрисмана26. Антропометрическая часть уникального исследования московских земских врачей для своего времени имела большое значение, дав материал для решения вопроса о воздействии фабричной работы на физическое состояние и развитие рабочих. Однако собранные антропометрические (рост, вес, обхват груди, кистевая и становая сила)

исоциально-демографические (возраст, семейное положение, сословие, место рождения и др.) сведения о рабочих были агрегированы по пятилетним возрастным группам без учета года рождения и года измерения. Из-за этого использовать их в моем исследовании было невозможно. Для их включения в единый банк информации пришлось заново переписать и обработать все индивидуальные измерения, к счастью, опубликованные в трудах Московского земства, субсидировавшего эту огромную работу27.

К сожалению, земства других губерний не поддержали это направление работы земской медицины, но в 1880–1900-х гг. некоторые врачи провели аналогичные исследования, хотя и меньшего масштаба. Д. Н. Жбанков обследовал 5 141 рабочих (1 518 женщин и 3 523 мужчин) Смоленской губернии28, Р. Н. Рума — 90 и 112 рудокопов Пермской губернии29, И. Муратов — 2 385 рабочих (2 000 женщин и 385 мужчин) табачных фабрик Петербурга и 165 мясников30, М. К. Валицкая — 800 рабочих (260 мужчин и 540 женщин) табачных фабрик на Юге России31, И. А. Спасский — 2800 рабочих Ижевского оружейного завода32. Судовой врач К. С. Моркотун провел антропометрическое изучение 75 ма-

шинистов и кочегаров во время плаванья одного из военных кораблей33, К. П. Сулима — более тысячи рабочих свеклосахарных заводов Подольской губернии34, А. Ф. Никитин — 200 волжских грузчиков35. Несколько исследований были посвящены крестьянам. П. И. Грязнов обследовал 475 крестьян Новгородской губернии36, М. Рубинский — несколько десятков отходников и хлебопашцев Костромской губернии (автор нашел, что физическое развитие вторых лучше, чем первых)37, И. Милотворский — 2 100 кустарей и хлебопашцев Нижегородской губернии38, В. А. Левицкий — 1 046 крестьян (446 мужчин и 600 женщин), изготовляющих фетровые шляпы

Дементьев Евстафий в Московской губернии39. В начале XX в. физическое Михайлович (1850–1918). Фото развитие отдельных профессиональных групп из-

118

3.2. Антропометрические исследования в России в XIX — начале XX в.

ний в несколько десятков. Требуются значительные Николаевич (1853—1932). Фото усилия, чтобы мобилизовать заключенную в них информацию. Например, Н. М. Малиев в 1876 г. опубликовал первую в России ан-

тропологическую работу о башкирах. На основе изучения 40 башкир (sic!) Уфимской губернии по 31 признаку он выделил два антропологических типа — лесной и степной, а также ряд переходных форм и типов 43. Кольский уездный врач И. Н. Шмаков в течение тринадцати лет, 1895–1907 гг., измерил 151 мужчину-ло- паря в возрасте 15–85 лет и подсчитал их средний рост по 5-летним возрастным группам и для всех вместе (154,74 см). Индивидуальные сведения в статье не приводятся, точный год рождения и измерения не указывается 44. Наибольшее число данных собрано по русским45, меньше по полякам 46, довольно много — по украинцам, белорусам и евреям, меньше — по другим народам, хотя в совокупности число работ о нерусских народах больше, чем о русских, в чем антропологов даже упрекали. Аналитический и библиографический обзор этих работ сделан А. А. Ивановским и М. Б. Могильнер 47.

Но наибольшее число антропометрических работ было посвящено новобранцам. Авторов больше всего интересовали такие вопросы, как воинский брак, здоровье, географическое распределение низких и высоких новобранцев, возраст достижения ими полной физической зрелости, семейный, вероисповедный, возрастной, образовательный и социальный профиль, физические признаки для заключения о пригодности к воинской службе. Самые ранние работы такого рода датируются 1858 г.48, в 1860–1870-е гг. их опубликовано около десятка49, а в конце XIX — начале XX в. они стали популярными и шли непрерывным потоком50.

С конца ХIХ в. под влиянием господствовавшей в общественном мнении парадигмы обнищания антропометрические исследования стали проводиться для ее иллюстрации51. Вероятно, не обошлось и без влияния европейской антропометрии.

Вконце XIX — начале ХХ в. в западноевропейских странах проблема «физического вырождения» в контексте индустриализации, урбанизации и детского труда в промышленности активно обсуждалась в научной литературе и прессе. Например, в Великобритании, по мнению некоторых военных экспертов, 60% юношей в стране по своим физическим кондициям не были пригодны к военной службе.

Вответ на озабоченность британской общественности правительство в 1904 г. учре-

119