"Копченая сельдь"

"Копченая сельдь" -- это ложный ключ (отвлекающий маневр). В английской

псовой охоте копченую сельдь протаскивают через тропу, чтобы сбить гончих со

следа, отвлекая в ложном направлении. В детективных романах так называется

ложная улика, которую беглец нарочно оставляет своим преследователям,

направляя их по ложному следу.

Некоторые психотерапевты обыкновенно поощряют своих посетителей к

рассказам о своих матерях и своем детстве, но интересует их, как правило,

совсем иное. Таким образом, пациент приучается говорить: "Он пошел по "тому"

пути", -- в то время, как на самом деле он идет по "этому" пути. Это

напоминает дымовую завесу, поскольку представляет собой защиту той части,

которая не хочет быть обнаруженной.

Если вдуматься, многие люди стараются не обнаруживать в себе те

стороны, которые им не нравятся и от которых они могли бы таким образом

избавиться. Это еще один способ отгородиться от боли -- упрятать ее как

можно дальше.

В различных ситуациях на работе некоторые люди прибегают, как они сами

говорят, к "скрытой повестке", тщательно от всех скрывая, что на уме у них

совсем не то, что на языке. Они могут быть злы на вас, но при этом говорят

приятные вещи, желая заставить вас что-то сделать. В подобных случаях важно

распознать конгруэнтность.

Однако, справедливости ради, следует отметить, что человек, оставляющий

"копченую сельдь", не во всех случаях обманывает. Он даже может не отдавать

себе отчета в этом. Может быть даже так, что на одном уровне он

удовлетворен, а на другом -- нет. Или на одном уровне -- это верный ключ, а

на другом уровне -- нет.

В наши дни проблема "копченой сельди" -- одна из самых значительных для

специалистов в области психологии и медицины. Недавно я прочитал две научные

статьи, опубликованные в течение месяца. Авторы одной статьи утверждали, что

ими окончательно доказано влияние отношения больного к процессу

выздоровления. В другом же исследовании категорически утверждалось, что

позиция их пациентов никакой роли в выздоровлении не играла.

Меня это заинтриговало, и я постарался вникнуть в каждую из точек

зрения. Первая определяла отношение пациентов на основе их участия в группах

поддержки и тех изменений в поведении, которые у них произошли.

Вторая же основывала свое суждение о позиции пациентов на анкетных

самооценках.

Несложно предположить, что тяжело больной человек едва ли будет

способен оценить свою позицию. Так же, как человек в сильной степени

опьянения теряет адекватный контроль за автомобилем. Если в такой момент его

спросить, трудно ли ему управлять машиной, он непременно ответит:

"Нисколько". И будет при этом утверждать, что никогда так уверенно не

чувствовал себя за рулем.

То же самое происходит и с серьезно больным человеком. Если вы спросите

его, сумеет ли он поправиться, он ответит: "Непременно!" -- поскольку желает

своего выздоровления настолько, что уже не всегда бывает честен с самим

собой.

Копченая сельдь часто "выплывает " из неконгруэнтности.

Единственное решение -- наблюдать за всеми ключами, тоном голоса,

мимико-физиологическими проявлениями и за самыми мельчайшими знаками.