Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1328 вузов, 5501 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Цивилизация или варварство. Закарпатье 1918–1945. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
чить в составе правительства Чехослова­кии министра без портфеля по делам Под­карпатья, упразднить существование ад­министрации и директории как отдельных учреждений, назначить временного, но полновластного губернатора с правом на­значать служащих автономного края, с ти­тулом советника. После назначения пре­зидентом губернатора предлагалось уп­разднить военный режим
7
.
Пражские власти и на этот раз не спе­шили, и директория 19 февраля 1920 года подала в отставку.
Через 10 дней, 29 февраля 1920 года, была принята конституция Чехословац­кой республики. В ней были зафиксиро­ваны основные положения Сен-Жермен­ского мирного договора, касавшиеся Подкарпатья, с некоторыми редакцион­ными уточнениями в пользу центральной пражской власти. Но это особого значе­ния не имело, поскольку обещание авто­номии Подкарпатью осталось только на бумаге, осуществлять его на практике власти не собирались. В то же время кон­ституция Чехословакии по своим декла­ративным заявлениям в период между двумя мировыми войнами была самой де­мократичной в Средней Европе
8
. Уже ее общие положения обеспечивали населе­нию края, прежде всего в области поли­тической жизни, больше прав, чем у него было в прежние столетия.
В апреле 1920 года в Чехословакии прошли выборы в парламент. Закарпатье в них участия не принимало: не только центральное правительство, но и мест­ная власть в Ужгороде боялись, что недо­вольное политикой правительства насе­ление края может проголосовать против него. Основания для такого вывода безу-
словно были: обанкротившиеся советни­ки администратора, входившие ранее в директорию и Центральную руськую на­родную раду, знали настроения в народе и проводить выборы не рекомендовали. В условиях голода в горных районах, о чем писал властям Августин Волошин, и экономического кризиса это вообще было рискованно.
Чтобы не оттолкнуть от ориентации на Чехию всех тех, кто способствовал осу­ществлению чешских планов и замыслов в отношении Подкарпатья в дни решения проблемы на мирной конференции, пре­зидент республики решил частично удов­летворить требования посетившей его в январе делегации. Но сделал он это своеобразно. Сначала правительство 26 апреля 1920 года, ссылаясь на консти­туцию, отменило генеральный статут. На основе этого президент уволил админи­стратора Яна Брейха и вместо него, по предложению правительства, назначил 5 мая временным губернатором Подкар­патской Руси Григория Жатковича. Должность губернатора учреждалась вре­менно – до созыва государственного соб­рания Подкарпатской Руси. Но этого пришлось ждать не 90 дней после выбо­ров в парламент Чехословакии, как было обещано генеральным статутом, а почти целых два десятилетия.
Одновременно был учрежден пост ви­це-губернатора, на который был назна­чен чешский чиновник П. Эренфельд, становившийся непосредственным руко­водителем всех референций гражданско­го управления. Он замещал губернатора во всех необходимых случаях (болезни, отсутствия и так далее) и визировал его официальные документы. Споры между
ó‡ÒÚ¸ ‚ÚÓ‡fl. èӉ͇ԇڸ ‚ ÒÓÒÚ‡‚ óÂıÓÒÎÓ‚‡ÍËË 71
губернатором и его заместителем реша­лись правительством. При этом почта, железные дороги и таможня прямо под­чинялись Праге. При губернаторе созда­вался совет, состоявший частью из вы­борных, а частью из назначенных пред­ставителей, число которых менялось
9
.
Правители нового государства обеща­ли передать местным властям право рас­поряжаться ресурсами края, но не спе­шили с этим. На практике они преврати­ли его экономику в источник сырья для Чехии и выгодный рынок сбыта своих то­варов. Весной 1920 года особенно слож­ным было положение населения восточ­ных районов края, где еще сохранялась румынская оккупация. Жители села Гру­шово в своей жалобе писали: «Румыны грабят, воруют, где только могут… Они го­ворят нам: если будете принадлежать к Румынии, мы с вами будем вести себя лучше»
10
. В том же документе они сооб­щали, что оставаться в составе Румынии не хотят.
Обстановка в Подкарпатье обостря­лась еще и тем, что населению стало из­вестно решение пражских властей не проводить в крае выборы, хотя там уже проходил бурный процесс создания по­литических партий (об этом будет сказа­но ниже). Некоторые из уже существо­вавших партий считали оскорбительным для населения края надуманный тезис, что якобы оно не подготовлено к выбо­рам из-за своей отсталости. Но выборы в крае уже проходили в дни советской власти – в апреле 1919 года, проходили они и до того, даже в период правления Михая Каройи. Население разделяло мнение местных руководителей, сооб­щавших в Прагу о повсеместном росте
недовольства чешским правлением, по­служившем поводом для отказа в прове­дении выборов в крае. В марте – апреле 1919 года в Руськой Краине создавались массовые организации Объединенной со­циалистической партии, которые частич­но уцелели и после свержения советской власти, в нее входили все члены профсо­юзов. Эти организации послужили осно­вой создания Международной социали­стической партии Подкарпатской Руси.
Недовольные политикой правительст­ва республики народные массы края во всех городах и крупных населенных пунктах 1 мая 1920 года вышли на улицу и приняли участие в демонстрациях, ми­тингах, шествиях, протестуя против воен­ного режима. Обстановка усложнялась переброской в Подкарпатье дополни­тельных карательных частей. Среди вол­ны демонстраций, прокатившейся по всему краю от Ужгорода до Ясиня, выде­лялись митинги в Ужгороде, Мукачеве и Свалявском округе. В митинге в Ужго­роде участвовало около 10 тыс. человек, в том числе и крестьяне окрестных сел. Ораторами были местные лидеры – Иван Мондок и другие. На митинге в Мукачеве присутствовали представители Праги и Кошице. В Поляне собралось более 8 тыс. участников митинга из Свалявско­го округа. На этом митинге выступили лесоруб И. Коштура и венгерский по происхождению писатель из Подкарпа­тья Бела Иллеш. На этих и многих других митингах выдвигались требования поли­тического характера не только в отноше­нии чешских властей, но и в защиту Со­ветской России, с осуждением белого террора хортистов, бушевавшего в то вре­мя в Венгрии
11
.
72 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
Время для назначения Григория Жат­ковича губернатором в разгар бурных со­бытий никак нельзя было назвать благо­приятным. Протесты против пражского правительства не стихали, поэтому он не спешил из Праги на место назначения, тем более что противники чешского во­енного режима использовали в пропаган­де и сам факт назначения Жатковича гу­бернатором.
18 июня он выехал из Праги в Ужго­род. В тот же день в Подкарпатской Руси началась забастовка не только против чешских властей, но и против прибытия Жатковича, вскоре переросшая в первую в истории края всеобщую забастовку. На следующий день губернатор прибыл в Ужгород. Фабрики и заводы не работа­ли. Закрыты были все лавки. Город, как и вся область, выглядел вымершим. Но­вого губернатора встретили военный ди­ктатор, администратор и небольшая группа сторонников Августина Волоши­на и СДП. Жаткович был одним из ини­циаторов движения русинов в США за присоединение Подкарпатья к Чехосло­вакии. Это давало ему основание наде­яться на поддержку со стороны властей Праги, от которых он добивался обещан­ной для Подкарпатской Руси автономии. Она, по его представлению, должна была быть похожа по правам, которыми следо­вало наделить Подкарпатскую Русь, на штат в США, он надеялся использовать все хорошее, что было тогда в Америке, и перенести это на почву Русинии, как нравилось ему называть этот край. Но Григорию Жатковичу пришлось разоча­роваться – все это не входило в планы Томаша Масарика. К тому же ко времени назначения Жатковича на должность гу-
бернатора часть его сторонников в Под­карпатье (особенно из бывшей Пряшев­ской народной рады), в том числе Антал Бескид, с которым они вместе отстаивали чешские интересы в Париже, отошла от него. В оппозиции к новому губернатору оказался и другой сторонник русофиль­ского направления в Центральной русь­кой народной раде – Андрей Гагатко, эмигрант из Галиции.
Международная социалистическая партия Подкарпатской Руси, обсудив со­здавшуюся ситуацию, приняла решение 20 июня прекратить забастовку протеста. Однако борьба не прекратилась: в июле – августе она была направлена на поддерж­ку Красной армии Советской России, во­евавшей против Польши. Ее передовые части уже были под Львовом и Варшавой.
Обстановка в Чехословакии обостри­лась до предела в декабре 1920 года. Тогда правящая коалиция поддержала правых из социал-демократической партии, ко­торые вели спор внутри партии с «марк­систской левой» по вопросу раздела пар­тийного имущества. В городах Чехии пролилась кровь, в столкновениях с по­лицией и войсками погибли 13 человек. Власти, напуганные возможностью свер­жения существующего строя, прибегли к широкомасштабным репрессиям – было арестовано больше 3 тыс. человек. В Под­карпатской Руси вновь вспыхнула всеоб­щая забастовка в знак солидарности с чешскими рабочими. Она длилась с 16 по 21 декабря. Участники ее требовали от­ставки правительства Я. Черни, прика­завшего применить оружие против рабо­чих, и настаивали на уходе Жатковича с поста временного губернатора Подкар­патской Руси
12
.
ó‡ÒÚ¸ ‚ÚÓ‡fl. èӉ͇ԇڸ ‚ ÒÓÒÚ‡‚ óÂıÓÒÎÓ‚‡ÍËË 73
74 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
В этих условиях Жаткович, убедившись в том, что чехословацкие власти его просто обманули и не собираются предоставлять краю обещанную автономию и решать другие спорные вопросы, 16 марта 1921 го­да подал в отставку и после ее оформления 13 мая выехал в США
13
. В течение последу­ющих двух лет обязанности губернатора выполнял чех Петер Эренфельд. В августе
1923 года был назначен новый, уже посто­янный губернатор Антал Бескид, который занимал этот пост 10 лет, до конца своей жизни, «почти ничего не делая»
14
, как пи­сал о нем Магочий. Чешским властям та­кой губернатор и был нужен.
Обострение внутриполитической борь­бы в Чехии откликалось и в восточной ее провинции.
Т
олчком к восстановлению и расшире-
нию деятельности партий в Подкар­патье послужила подготовка к выборам в Национальное собрание Чехословакии в первой половине 1920 года. Начавший­ся процесс возрождения партийно-поли­тической деятельности был нелегким. Ре­волюционные события, потрясавшие республику в первые годы ее существова­ния, с одной стороны, способствовали этому процессу, а с другой – сохранивша­яся в крае военная диктатура тормозила ее. Как свидетельствуют факты, чехосло­вацкие власти боялись сохранявшихся в Подкарпатье провенгерских настрое­ний, открыто поддержанных извне хор­тистами – пришедшими к власти в Вен­грии сторонниками бывшего адмирала австро-венгерского флота Миклоша Хор­ти. Они открыто заявляли о намерении восстановить «Великую Венгрию» в дово­енных границах, то есть отторгнуть от Че­хии Словакию и Подкарпатскую Русь. Причем в Чехословакии они опирались не только на венгерскую ирреденту, но и на определенные местные слои полу­мадьяризованной интеллигенции. Сле-
довательно, у пражских властей было ос­нование для беспокойства.
Как упоминалось выше, в Подкарпат­ской Руси первыми начали возрождаться в конце 1919 года созданные при советской власти организации Объединенной соци­алистической партии. В марте 1920-го она была оформлена в новую партию под на­званием «Международная социалистиче­ская партия Подкарпатской Руси». Эта партия протестовала против срыва выбо­ров в Подкарпатье правителями Праги и деятелями из Центральной руськой на­родной рады, видя в этом проявление не­доверия населению края. Эта партия ста­ла самой влиятельной и многочисленной партией восточной провинции республи­ки. Способствовали этому и многие опытные деятели бывшей Социалистиче­ской партии Венгрии, спасавшиеся от хортистского белого террора в Подкарпа­тье, включившиеся в работу по созданию Международной социалистической пар­тии. Именно эта политическая организа­ция стала вдохновителем трех всеобщих забастовок в крае на протяжении одного 1920 года.
É·‚‡ ‚ÚÓ‡fl
ЗУТТЪ‡МУ‚ОВМЛВ Л ‡Т¯ЛВМЛВ
‰ВflЪВО¸МУТЪЛ Ф‡ЪЛИ
‚ иУ‰Н‡Ф‡ЪТНУИ кЫТЛ
В марте 1921-го Международная соци­алистическая партия Подкарпатской Ру­си объединилась с Коммунистической партией Чехословакии и образовала кра­евую организацию этой партии. С тех пор ее деятельности способствовал еще боль­ший успех.
Социал-демократическая партия в Че­хословакии с самого образования зани­мала важное место в партийной жизни страны. На выборах в Национальное со­брание в апреле 1920 года она получила 75 мандатов из 300 (собрав в Чехии и Словакии 1,5 млн. голосов). В Подкар­патской Руси социал-демократическая партия была образована 16 мая 1920 года путем слияния существовавших к этому времени на национальной основе русь­кой, венгерской и еврейской партий та­кого же названия. Возглавил ее бывший депутат австрийского райхсрата от Гали­ции Я. Остапчук. Среди членов руковод­ства были уже такие известные в полити­ческой жизни края деятели, как Е. Пуза, Степан Клочурак, Василий Климпуш и другие. Это была партия рабочего клас­са и части интеллигенции, руководители которой придерживались реформист­ских взглядов и линии II Интернациона­ла. Партия издавала газету «Народ», а позже – «Вперед», по-венгерски «Elо
˝re».
Лидеры распадавшейся Центральной руськой народной рады стали организа­торами других партий, часть из которых с самого начала носила характер оппози­ционных по отношению к центральной власти. Среди них выделялась Карпато­русская трудовая партия, созданная в ию­ле 1920 года деятелями Центральной руськой народной рады русофильского направления Андреем Гагатко и Иларио-
ном Цуркановичем при участии Кон­стантина Прокопа и Юлия Гаджеги. Пе­чатным органом партии был еженедель­ник «Русская земля».
Тогда же, в июле 1920-го, в Ужгороде Руськая народная партия была переиме­нована в Руськую хлеборобскую партию. Среди видных ее учредителей были Юлий Бращайко и Августин Волошин. Брат Юлия Михаил Бращайко редактировал ее газету «Руськая нива».
В апреле 1920 года была создана еще одна партия аналогичного названия – Подкарпатский земледельческий союз, – рассчитывавшая на поддержку зажиточ­ного и среднего крестьянства. В числе ее организаторов следует прежде всего на­звать Михаила Демко и Иосифа Камин­ского. Но тут же среди руководителей ок­ружных организаций уже встречаются бу­дущие ее руководители Иван Куртяк и Андрей Бродий. С политической пози­цией одного из них, Куртяка, читатель мог уже познакомиться по его выступле­нию на Хустском съезде 21 января 1919 года, где он выступал за сохранение Подкарпатья в составе Венгрии.
В это время в восточной части респуб­лики начали возникать филиалы чешских партий. Самым значительным из них был филиал аграрной партии, руководителем которого в Подкарпатской Руси стал Эд­мунд Бачинский.
Созданные в крае партии имели до­вольно подробные программы. Как пра­вило, все они в политической области выдвигали на первое место необходи­мость выполнения решений Сен-Жер­менского мирного договора – предостав­ления краю самой широкой автономии, установления справедливых границ со
76 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
Словакией, проведения выборов в мест­ный парламент.
Затем следовали проблемы, решение которых волновало большинство населе­ния края. Но здесь единства взглядов не было. Одни партии требовали раздела крупнопоместных, государственных и церковных земель среди безземельных и малоземельных крестьян безвозмездно (коммунисты), другие предлагали выку­пить земли у крупных владельцев (агра­рии), третьи упоминали о проблеме в об­щих фразах, не желая раскрывать своих истинных целей (Подкарпатский земле­дельческий союз, ПЗС).
Некоторые партии поднимали языко­вой и национальный вопросы. Одни (партия Гагатко) требовали решить их однозначно: население Подкарпатья русское, и официальным языком обуче­ния в школах и в учреждениях должен быть русский. Партия Бращайко – Во­лошина отстаивала руський (малорусь­кий) язык, под которым подразумевался украинский
1
.
Картина партийной жизни была бы неполной, если не напомнить, что кроме этих партий создавались партии в отдель­ных селах и городах, скоро сходившие с политической сцены, а также целый спектр их был образован венгерским и еврейским национальными меньшинст­вами. Подкарпатье было многонацио­нальным краем: по чехословацкой пере­писи 1921 года в Подкарпатской Руси проживало русинов, русских и украинцев 372 500 человек, более 70% населения. В то же время там насчитывалось 103 690 венг­ров, 79 715 евреев, 19 755 чехов и слова-
ков, немногим более 10 тыс. немцев и столько же румын
2
.
Одной из первых венгерских партий в Подкарпатье чехословацкого периода была создана Партия венгерского права. Возглавил ее Эндре Корлат. Партия изда­вала ежедневную газету Ka
’
rpa’ti Magyar Hirlap. Почти одновременно возникла партия мелких сельских хозяев под руко­водством Кароя Хокки. Ее печатным ор­ганом был Hata
’
rosi U’jsa’g. Третья партия была создана бывшим венгерским офи­цером А. Арки под названием Автоном­ная партия автохтонов, она издавала газе­ту O
’
slakо’. Все эти партии на начальном этапе сотрудничали между собой, а затем объединились в одной венгерской партии во главе с Эндре Корлатом, которая про­должала издавать все три газеты. Лидер ее пока осторожничал и вел себя лояльно по отношению к пражскому правительству.
Самый высокий процент среди жите­лей Мукачева составляли евреи. Там была создана сионистская партия под руковод­ством доктора Шпигеля. Он издавал газе­ту на венгерском языке Zsidо
’Ne’
plap. Ор­тодоксальная еврейская партия действо­вала в Ужгороде и объединяла в основном работников торговли, руководили ею К. Вайс и Г. Райзман, тоже выходцы из этой среды. Еврейская гражданская пар­тия первоначально была создана в Сев­люше, во главе ее сначала стоял Гутман. Она действовала среди самых зажиточ­ных слоев этого национального мень­шинства
3
.
Так выглядела политическая карта Подкарпатья в годы чехословацкой воен­ной диктатуры.
ó‡ÒÚ¸ ‚ÚÓ‡fl. èӉ͇ԇڸ ‚ ÒÓÒÚ‡‚ óÂıÓÒÎÓ‚‡ÍËË 77
М
иклош Хорти еще только «обосо-
бился» в Шиофоке, провозгласив себя главнокомандующим венгерской на­циональной армии, не будучи регентом, а в его штабе «главного командования» уже разрабатывалась авантюристическая кон­цепция внешней политики хортистов. Это была «Памятная записка» от 23 октя­бря 1919 года для премьер-министра и министров иностранных и военных дел. В ней отражены планы, направленные на восстановление «Великой Венгрии»: вер­нуть потерянные в результате войны тер­ритории (в том числе и Подкарпатскую Русь) путем войны против соседних стран, и предпринята попытка опреде­лить круг возможных союзников
1
.
Хорти и позже, в том числе в 1920 году, вынашивал планы войны против Чехо­словакии. Его поддерживала Польша. Но если требования установления венгеро­польской границы в основном высказы­вались с польской стороны тогда еще только в печати, то венгерским прави­тельством они были изложены и в «Па­мятной записке» от 8 февраля 1920 года, которую венгерская делегация вручила
Парижской мирной конференции. В ней, ссылаясь на «большевистскую опас­ность», выдвигалось требование возвра­тить Венгрии Подкарпатье и восстано­вить венгеро-польскую границу, проведя в Подкарпатской Руси и Словакии пле­бисцит
2
. Эти открытые притязания со­провождались тайными дипломатиче­скими акциями. В частности, в диплома­тической переписке с Польшей Хорти обещал полякам не только оружие и бое­припасы для борьбы против Советской России, но и венгерские войска, в том числе 30 тыс. гусар. Однако в конце кон­цов Франция не дала свое добро, ссыла­ясь на позицию Чехословакии и Румы­нии, которые не согласились пропустить через свою территорию венгерские вой­ска. Несколько позже венгерский пре­мьер-министр Пал Телеки известил по­сланника в Варшаве о решении создать в составе польской армии неофициально военный отряд
3
. Переговоры по этому во­просу велись до октября 1920 года с це­лью заручиться поддержкой Польши в за­хвате Словакии и Подкарпатской Руси, но безрезультатно.
É·‚‡ ÚÂÚ¸fl
иО‡М˚ ıУЪЛТЪТНУИ ЗВМ„ЛЛ
‚ ÓÚÌÓ¯ÂÌËË èӉ͇Ô‡Ú¸fl
Ратификация венгерским правитель­ством мирного договора вызвала недо­вольство крайних правых националистов. Один из руководителей белых банд Пал Пронаи готовил военное нападение на Чехословакию с целью захвата Словакии и Подкарпатской Руси. Начало его было намечено на 24 декабря 1920 года
4
, но Ми­клош Хорти и Пал Телеки помешали ему – они склонялись к плану совместных дей­ствий с Польшей и надеялись вновь дого­вориться с Ю. Пилсудским. Хотя крайние националисты и в последующие годы не отказывались от планов насильственного захвата Словакии и Подкарпатской Руси, но к концу 1920 года стало ясно: осущест­вить эти планы в то время таким путем было невозможно.
Однако мысль реванша не покидала регента Хорти все время между двумя ми­ровыми войнами, менялась только такти­ка в достижении этой цели. В доверитель­ной беседе с временным поверенным в делах Польши в Венгрии Лазаревским Хорти откровенничал: «Я человек верую­щий, но как венгр, готов сегодня связать­ся с дьяволом, если он мне поможет дос­тичь моей цели»
5
. В качестве примера он привел слова, сказанные ему Бетленом после визита в Анкару: «Кемаль связался с большевиками. Представление у него о них то же самое, что и у нас с вами, – продолжал Хорти. – Но те большевики дали Кемалю все, когда был голым и ни­чего не имел (от ремня до орудий), и Тур­ция теперь им благодарна за свое сущест­вование и в дальнейшем обеспечит им надежный тыл».
Правители Венгрии развернули осо­бенно сильную агитацию и пропаганду за возвращение утерянных территорий вну-
три страны. Создавались различные ре­ваншистские организации, сочинили мо­литву для школьников «Верую», заканчи­вавшуюся словами: «Верую в Воскресение Великой Венгрии», которой начинались и заканчивались занятия, а в некоторых школах – и каждый урок. Выдвинули ло­зунг «Нет, нет, никогда!», отпечатали пла­каты и листовки и заполонили ими всю страну. Этот лозунг означал, что Венгрия никогда не согласится с территориальны­ми потерями.
Хортисты в своей пропаганде широко использовали выходцев из Подкарпатья, оставшихся в эмиграции в Венгрии, не­которых из них мы уже упоминали. Быв­ший начальник комитата Берег Миклош Куткафалви в августе 1919 года в Буда­пеште основал «угро-рутенскую партию» и от ее имени посылал петиции на Па­рижскую мирную конференцию, а затем и в Лигу Наций. В начале 1922-го в вен­герской печати сообщалось: эта партия «провела совещание под руководством Миклоша Куткафалви и хочет доказать Бенешу, что Подкарпатская Русь насиль­ственно оторвана от Венгрии и присоеди­нена к Чехословацкой республике»
6
.
В первой половине 20-х годов венгер­ское правительство широко не реклами­ровало за рубежом свои далекоидущие планы. В уже упоминавшейся беседе Хорти с польским представителем вен­герский правитель говорил: «Общая гра­ница с Польшей – это проблема для нас кардинальная. Над ней надо работать, а говорить о чем-то другом. Открытая по­становка ее могла бы создать преграды»
7
. После подписания договора о дружбе и арбитраже между Венгрией и Италией в 1927 году положение изменилось: Вен-
80 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности