Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Цивилизация или варварство. Закарпатье 1918–1945. Монография
.pdf
щих ролей в реорганизованной раде,
ставшей Пряшевской народной радой.
Хотя оба лидера придерживались русофильских взглядов, по поводу дальнейшей судьбы родного края стояли на противоположных позициях. Невицкий продолжал настаивать на присоединении
Подкарпатья к Украине. Адвокат по образованию, Бескид один из первых встал
на сторону присоединения его к Чехословацкой республике и в январе 1919 года
оказался на Парижской мирной конференции как представитель этого края.
Для ясности необходимо подчеркнуть,
что к этому времени президент Т.Г. Масарик не только пообещал словакам комитаты западнее Ужгорода и часть комитата
Унг, в которых проживало около 90 тыс.
русинов, но и добился от союзников оккупации этой территории, включая город
Ужгород, чешскими войсками.
13 февраля на помощь Бескиду в Париж из США прибыли Григорий Жаткович и Юлий Гардош с документами: резолюцией Скрантонского съезда Американской рады угро-русинов и результатами плебисцита представителей эмигрантов из Подкарпатья. Эти материалы были
более чем кстати, если учесть, что в распоряжении чешской делегации были
только материалы Свалявской народной
рады, но они были составлены так, что их
можно было толковать двояко (присоединить к Украине или Чехословакии),
а также Пряшевской народной рады, территория которой уже фактически находилась под юрисдикцией Словакии.
Бескид, Гардош и Жаткович были
включены в состав Русинской комиссии
и не только начали переговоры с Крамаржем и Бенешем, но и заручились под-
держкой личного представителя Вильсона полковника Хауза. Кроме того, ставилась задача склонить на свою сторону поверенного Клемансо дипломата Андре
Тардье.
На Парижской мирной конференции
не было ни одного представителя с той
территории Подкарпатья (комитатов Унг,
Берег, Угоча и Мараморош), судьбу которой предстояло решать. Позиция этих комитатов, судя по решениям местных рад,
расходилась с теми предложениями, которые настойчиво проводила чехословацкая делегация.
Вопросы Подкарпатья рассматривались 5 февраля 1919 года Комиссией по
чехословацкому вопросу в составе представителей США, Франции, Великобритании и Италии под председательством
Жюля Камбона. Этот представитель
Франции особое внимание обращал на
создание барьера против проникновения
России на южные склоны Карпат. На заседании комиссии с докладом выступил
Эдуард Бенеш, который изложил проблему Подкарпатья в соответствии с меморандумом № 6, в котором объяснил причину, почему Чехословакия выносит этот
вопрос на обсуждение мирной конференции. Он признавал, что эта территория
никогда не входила в круг интересов Чехии, но международное положение, революции и гражданская война в России
и на Украине не дают возможности присоединить Подкарпатье к ним, поэтому
лучшего варианта для освобождающегося
из-под венгерского господства края, чем
присоединить его на правах широкой автономии к Чехословацкой республике,
нет. Хотя это, по его мнению, и будет
в тягость Чехословакии, но компенсиру-
у‡ТЪ¸ ФВ‚‡fl. б‡Н‡Ф‡Ъ¸В ‚ В‚УО˛ˆЛУММУИ ·ЫВ 1918–1919 „У‰У‚ 51

ется установлением ею общей границы с
Румынией, а через нее и с сербо-хорватословенским государством.
Английский эксперт лорд Артур Бальфур, усмотрев в этом предложении возможность усиления позиции Франции
в Юго-Восточной Европе, рекомендовал
превратить Угорскую Русь в подмандатную территорию стран Антанты. Председатель на заседании комиссии Камбон
промолчал. Оратор от Италии высказался
за раздел Подкарпатья между Польшей,
Чехословакией, Венгрией и Румынией,
что лишило бы русских возможности
оказаться на южных склонах Карпат и угрожать Адриатике
86
.
Как показали дебаты в комиссии по
чехословацкому вопросу, позиция ее членов, по крайней мере для представителей
чешского правительства, была отнюдь не
обнадеживающей. Не дожидаясь дальнейшего развития событий, Григорий
Жаткович и Юлий Гардош отправились
на бывшую родину с целью заручиться
более весомыми доказательствами желания местного населения добровольно
присоединиться к Чехословацкой республике.
10 марта 1919 года Жаткович появился
в оккупированном чешскими легионерами Ужгороде. Он был проинформирован
чешской стороной о переменах во взглядах части бывших членов Народной рады
русинов (рутенов) Венгрии, переименовавшейся в Ужгородскую народную раду,
и ее переориентации с Будапешта на
Прагу. Жаткович обратился к Августину
Волошину и его сторонникам с просьбой
поддержать присоединение края к Чехословацкой республике. Что касается Ужгородской рады, то сложностей там про-
изойти не могло. Еще в конце января эту
раду посетили два представителя пражского правительства, два капитана – Писецки и Ваки, и информировали ее о работе Масарика в интересах Подкарпатской Руси, особенно Американской народной рады русинов. Как свидетельствует Августин Волошин, Ужгородская рада
присоединилась к их решению включить
Закарпатье в состав Чехословакии
87
. Теперь возник замысел созвать представителей трех основных народных рад (Пряшевской, Ужгородской и Хустской) и их
решением подтвердить мнение Ужгородской рады.
Однако события развивались стремительно. 22–23 марта на не оккупированной чешскими и румынскими войсками
территории края с центром в Мукачеве
была установлена советская власть Руськой Краины в качестве федеративной части Венгерской советской республики.
Созыв народных рад и обсуждение
проблем Подкарпатья на мирной конференции в Париже отодвигалось до лучших времен.
Между прочим, падение либерального
венгерского правительства Михая Каройи и Ш. Беринкеи было спровоцировано руководителями мирной конференции. 21 февраля 1919 года специальная
комиссия во главе с французским представителем Андре Тардье докладывала на
мирной конференции в Париже «совету
десяти» о венгеро-румынском конфликте. Комиссия предложила отвести как румынские, так и венгерские войска по
всей линии их соприкосновения, образовав таким образом нейтральную зону.
В эту зону предполагалось ввести войска
Франции, Великобритании, Италии
52 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡Ô‡Ú¸Â 1918–1945

иСША88. Комиссия Андре Тардье продолжила работу и даже предложила расширить и удлинить нейтральную зону,
включив в нее Закарпатье
89
. К тому же
еще не был решен Верховным советом
Антанты спор между Чехословакией
и Румынией, претендовавшими на Руськую Краину.
26 февраля «совет десяти» принял про-
ект создания нейтральной зоны
90
. Однако
после возвращения в Париж Т.В. Вильсона и Д. Ллойд Джорджа выяснилось, что
план нейтральной зоны нереален из-за
отсутствия у Антанты и США «благонадежных» и свободных войск для ее оккупации. В связи с этим 16 марта Верховный военный совет Антанты принял решение об оккупации восточных частей
Венгрии и Подкарпатья румынскими
войсками, а западной части Руськой Краины – чехословацкими.
17 марта Т.В. Вильсон и Д. Ллойд
Джордж одобрили ноту венгерскому правительству с требованием отвода венгерских войск с названных территорий и создания нейтральной зоны. 20 марта ее
получил (с указанием вручить правительству Венгрии) руководитель военной
миссии Антанты и США в Будапеште
подполковник Викс
91
.
Венгерское правительство не могло
принять ноту из-за потери больших территорий и подало в отставку. Новое правительство социалистов провозгласило
Венгрию советской республикой и отклонило ноту Антанты и США
92
.
Советская власть в Венгрии продержалась 133 дня, а на территории Руськой
Краины – всего 40 дней и была свергнута
в результате скоординированного наступления чехословацких и румынских
войск, закулисным дирижером которого
выступали страны Антанты и США. С запада на восток наступали чешские легионеры, а с востока – румынские войска.
Они встретились в районе Мукачево –
Берегово в последний день апреля.
Утверждения, имеющиеся в исторической литературе, о том, что якобы чехи
ждали решения Парижской мирной конференции и только в начале августа
1919 года достигли Берегова (румынские
войска оккупировали Берегово еще
27 апреля 1919 года), не соответствуют
действительности. Эта версия выдвинута
Магочием и построена на недоразумении. Речь идет об арьергардных боях
гвардии Руськой Краины в районе Чопа,
отступавшей в глубь Венгрии. К сожалению, эта версия принята и в «Очерках истории Закарпатья», она призвана оправдать военную оккупацию Подкарпатья
чешскими войсками.
Во многих комиссиях Парижской
мирной конференции затрагивали проблему Подкарпатья. Кроме комиссии по
чехословацкому вопросу она обсуждалась
на Главной комиссии по территориальным проблемам, в комиссии по Украине,
но там ее представителей не признали
полномочными говорить от имени населения Подкарпатья.
В своих воспоминаниях Августин Волошин писал, что 8 мая 1919 года в Ужгороде собрались представители трех рад –
Пряшевской, Хустской и Ужгородской.
Они избрали Центральную руськую народную раду в составе 30 человек и решили выслать в Прагу делегацию в составе
ста человек, чтобы там торжественно
провозгласить присоединение Подкарпатской Руси к Чехословакии
93
.
у‡ТЪ¸ ФВ‚‡fl. б‡Н‡Ф‡Ъ¸В ‚ В‚УО˛ˆЛУММУИ ·ЫВ 1918–1919 „У‰У‚ 53

Сколько было этих «представителей»,
собравшихся в Ужгороде, точно неизвестно. В исторической литературе для
пущей важности приведены данные –
«почти 200 делегатов», а в «заседании
Центральной руськой народной рады
приняли участие почти 1200 человек».
В связи с этим следует обратить внимание еще на одно событие тех дней.
7 мая Станислав, тогдашнюю столицу
Западно-Украинской народной республики, посетила делегация участников
Хустского съезда (132 человека). В ее составе были: Михаил Бращайко, атаман
Евгений Пуза, Н. Нимчук (он же Немчук), Степан Клочурак, который в своих
воспоминаниях записал: «У нас, особенно на востоке Закарпатья, кроме Украины, другой ориентации не было».
С речью выступил Михаил Бращайко.
Принял их и президент Е. Петрушевич,
которому Бращайко передал одобренную Хустским съездом резолюцию
(с требованием к мирной конференции
присоединить населенную украинцами
территорию Венгрии к Украине). Брат
Михаила Юлий Бращайко выехал в Ужгород на совещание, посвященное будущему Угорской Руси. 8 мая в выступлении на заседании Центральной руськой
народной рады от ее имени он дал согласие на присоединение территории Венгрии, населенной украинцами, к Чехословакии, «пока на международном форуме окончательно не будет решено дело
Украины»
94
.
8 мая и в Париже Совет министров
иностранных дел великих держав обсуждал проблему Подкарпатья. На этот раз
основную роль играл Артур Бальфур. Обсуждали различные варианты, и остано-
вились на предложении присоединить
его к Чехословакии.
На этом заседании даже высказывались рекомендации, учитывая этническую близость словаков и русинов, присоединить Подкарпатье к Чехии даже без
автономии русинам. По предложению
Жюля Лароша решили не передавать эту
проблему на рассмотрение в комиссию
меньшинств, а прямо в комиссию по чехословацкому вопросу. С этим согласились С.Ж. Пишон и Роберт Лансинг
95
.
События тех дней освещены в изданиях Ужгорода по работам Борщака и Журавского, а меморандум Бенеша от 17 мая
на заседании комиссии по чехословацким вопросам – по монографии Ивана
Ваната.
В этом документе русинам уже предлагалась не широкая автономия на федеративной основе (как в Скрантонской резолюции) и не суверенно «независимый
штат в Чехо-словацко-руськой республике» (как требовал Григорий Жаткович), а
только «значительная» автономия. Эти
изменения были выдвинуты Бенешем
и сторонниками тех, кто стремился попрежнему сохранить свое господство над
русинами, считая народ чрезмерно отсталым, объясняя это отсутствием у него достаточно подготовленных кадров, которые могли бы справиться с управлением
краем. Эти взгляды нашли отражение
и в рапорте Гарольда Никольсона «совету
четырех», в котором содержалось предложение одобрить меморандум Бенеша.
23 мая Совет министров иностранных дел
великих держав рассмотрел рапорт комиссии. С.Ж. Пишон предложил принять
ее выводы. В рапорте констатировалось,
что, по словам Бенеша, Чехословакия
54 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡Ô‡Ú¸Â 1918–1945

стремится к федеративному устройству,
однако об этом рано говорить, поскольку
население республики находится на разных уровнях экономического, культурного развития и национального самосознания. В частности, указывалось, что к самостоятельности не подготовлены карпаторусины: они еще на протяжении нескольких лет не приобретут «достаточной
квалификации» и не смогут управлять
краем. В это время вместо них править
Подкарпатьем придется представителям
центрального чехословацкого правительства. Поняв хитрый ход по поводу автономии, Роберт Лансинг потребовал, чтобы «все же, по мере возможности, служащими в Подкарпатской Руси назначались
карпаторусины».
Зря беспокоились члены Совета министров иностранных дел. Меморандум Бенеша от 17 мая был составлен таким образом, чтобы можно было обойти любое его
положение и не предоставлять автономию русинам на протяжении следующих
двух десятилетий. В этом он преуспел.
В меморандуме на первом месте указывалось, что территория южнокарпатских русинов получит наименование, согласованное Чехословацкой республикой с
будущим парламентом края. В этом документе, состоявшем из шести пунктов,
указывалось, что парламент этого края
будет пользоваться законодательным правом в области языка, просвещения, религии и некоторых других, которые сможет
передать центральная власть республики
в его компетенцию. Но решения его подлежат ратификации президентом республики и утверждению губернатором края,
ответственным перед своим парламентом. По всем другим вопросам Руськая
Краина будет подчинена законодательной системе республики. Русины будут
избирать своих делегатов в парламент Чехословацкой республики, но они не будут
иметь права голоса по вопросам, переданным в ведение местного законодательного собрания. Служащих до седьмой категории назначать будет губернатор, а выше – президент, как и министра
без портфеля для русинов в пражском
правительстве
96
.
Эти положения Бенеша легли в основу
доклада Гарольда Никольсона, которому
было поручено подготовить для «совета
четырех» заключение по этому вопросу.
Английский дипломат поддержал чехословацкую позицию. В последней декаде
мая проект прошел несколько комиссий,
в том числе 23 мая – Комиссию министров иностранных дел. Уже на основе этого в Версальском договоре с Германией от
28 июня 1919 года в статье 81 сказано:
«Германия признает, как это уже сделали
союзные и объединившиеся державы,
полную независимость чехословацкого
государства, которое включит в себя автономную территорию русинов к югу от
Карпат. Она заявляет о согласии на границы этого государства, как они будут
определены главными союзными и объединившимися державами и другими заинтересованными государствами»
97
.
В июле – августе продолжалось обсуждение вопроса края проживания русинов
в Комиссии новых государств и высших
сферах мирной конференции, и в результате проект Бенеша претерпел некоторые
незначительные изменения и в четырех
пунктах был изложен в договоре с Чехословакией, подписанном 10 сентября
1919 года в Сен-Жермене. Пункты, ка-
у‡ТЪ¸ ФВ‚‡fl. б‡Н‡Ф‡Ъ¸В ‚ В‚УО˛ˆЛУММУИ ·ЫВ 1918–1919 „У‰У‚ 55

56 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡Ô‡Ú¸Â 1918–1945
савшиеся Подкарпатской Руси, были
следующими:
«Ст. 10. Чехословакия обязуется образовать из территории русинов к югу от
Карпат, в определенных главными союзными и объединившимися державами
границах, автономную единицу в составе
чехословацкого государства и предоставить ей наибольшую степень самоуправления, совместимую с единством чехословацкого государства.
Ст. 11. Территория русинов к югу от
Карпат будет иметь особый парламент.
Этот парламент будет обладать законодательными правами во всех вопросах, касающихся языка, школы и религии, области местного управления и в других вопросах, которые законы чехословацкого
государства могут отнести к его компетенции. Губернатор территории русинов
будет назначаться президентом Чехословацкой республики и будет ответствен
перед русинским парламентом.
Ст. 12. Чехословакия соглашается на
то, что должностные лица на территории
русинов будут выбираться, поскольку
[насколько] возможно, из числа жителей
этой земли.
Ст. 13. Чехословакия гарантирует территории русинов справедливое представительство в законодательном собрании
Чехословацкой республики, в каковое
собрание эта территория будет посылать
депутатов, избранных согласно конституции Чехословацкой республики. Депутаты эти не будут, однако, иметь права голосовать в чехословацком парламенте по
законодательным вопросам того же рода,
что и вопросы, отнесенные к компетенции русинского парламента»
98
.
Так творцами версальской системы
была решена судьба Подкарпатской Руси.
Это была единственная попытка из всех
договоров, подписанных в окрестностях
Парижа, решить проблему путем предоставления территориальной автономии,
но и она на практике оказалась пустым
обещанием, позволившим чехословацким властям затягивать ее осуществление
вплоть до конца 30-х годов. К тому же руководители мирной конференции «оплатили» участие румынских и чехословацких войск в свержении советской власти
в Подкарпатье и Венгрии. В результате
Румыния получила одобрение «миротворцев» на удержание за собой оккупированных ею в ходе боев 14 украинских
сел на левом берегу Тисы, а Чехословакия
включила в юрисдикцию Словакии около 90 тыс. человек украинской национальности, компактно проживавших на
территории от реки Попрад до Ужгорода.

В
ыше уже отмечалось, что в 1919 го-
ду в Подкарпатье советская власть
продержалась всего 40 дней. Вслед за отставкой правительства Беринкеи – Каройи, созданием Объединенной социалистической партии и провозглашением
Венгрии советской республикой 21 марта
1919 года в течение следующих трех дней
советская власть была распространена и в
Закарпатье. Эта бескровная революция,
ее результаты были поддержаны большинством населения края. Обнищавшее
в годы войны и революций, оно надеялось на быстрое улучшение своего положения.
Даже Магочий не смог обойти эту проблему, но писал о ней в основном в негативном плане. Утверждая, что советская
власть «не пустила глубоких корней»
в массах, что якобы она была установлена
только в Берегском округе около Мукачева и так далее, а Гуцульская республика,
по его мнению, контролировала большую
часть Мараморошского комитата
1
. Трудно сказать, чем вызвана такая необъективность – отсутствием у автора материалов, которые позволили бы применить
научный подход, или желанием преднамеренно исказить действительность. Ученые Ужгородского университета М. Троян и Б. Спивак основательно изучили эту
проблему и опубликовали совместную
книгу
2
. Причем Троян, автор монографии
по истории Венгерской коммуны, хорошо знал не только венгерские архивы.
Он, житель Мукачева, основательно изучил материалы Мукачевского филиала
ЗОГА, собрал и записал воспоминания
участников событий и сдал их на хранение в тот же филиал.
Между прочим, Магочий, упоминая
проект конституции Руськой Краины, не
счел нужным сказать, что первой конституцией в истории Венгрии была конституция, провозглашавшая ее Венгерской
федеративной республикой, в состав которой на правах члена федерации входила
и Руськая Краина.
Троян и Спивак в своей совместной
работе доказали, что в течение трех дней
(22–24 марта) советская власть была установлена почти на всей территории Закарпатья. В том числе во всех семи округах
Берегского комитата; на всей территории
É·‚‡ ÚÂÚ¸fl
ëÓ‚ÂÚÒ͇fl ‚·ÒÚ¸
‚ êÛÒ¸ÍÓÈ ä‡ËÌÂ

Угочанского комитата (в трех округах); на
большей части Ужанского комитата
(в Середнянском округе, частично на
территории Великоберезнянского и Перечинского округов – центр обоих временно находился в Турья Реметах); в 37 из
46 сел Великокапушанского округа и частично в Ужгородском округе с центром в
Чопе. (Остальная территория Ужанского
комитата была оккупирована чехословацкими войсками.) Кроме того, на территории Мараморошского комитата
в Хустском, Должанском, Воловском, Тячевском, Тересвянском округах и частично в Тисодолинянском, то есть в тех населенных пунктах, где еще не было румынских оккупационных войск
3
.
В исторической литературе подробно
изучен и описан процесс создания советских органов в Закарпатье. Определяя
роль советов, их исполкомов и директориумов (сельских, городских, комитатских), установлено, что в ходе выборов,
проведенных в апреле, окружные (в понятии районных) рады избирались представителями сельских рад, а они создавали свои исполкомы. В округах директориумов не было. Уполномоченные окружных рад избирали советы комитатов,
а те свой исполком и директориум. Избранные советы по социальному составу
не были однородными. Советы комитатов избирали делегатов и на Всевенгерский съезд советов. Членами Всевенгерского исполнительного комитета были
избраны семь выходцев из Закарпатья
4
.
Историки в своих трудах перечислили
поименно почти всех активных участников тех событий всех уровней.
Наименование края – Руськая Краи-
на – сохранилось и при советской власти,
как и личный состав служащих (кроме
одиозных фигур). Еще за несколько дней
до провозглашения советской власти
в Венгрии министр по делам Руськой
Краины Орест Сабо, убедившись в невозможности удержать Закарпатье в составе
Венгрии, подал в отставку. На его место
в должности народного комиссара по
руським делам 25 марта 1919 года Революционный правительственный совет
Венгрии назначил занимавшего при правительстве Каройи пост губернатора
Руськой Краины адвоката Августина
(Агоштона) Штефана
5
.
Судя по его публичным выступлениям,
в том числе и на заседаниях венгерского
правительства, он быстро переориентировался и выступал в духе «истинного» социалиста. (Но он еще долго оставался
мадьяроном и только в 1925 году возвратился из Польши, куда бежал, спасаясь от
чешских войск, в Чехословакию, где стал
депутатом чехословацкого парламента от
аграрной партии.) Находясь в Будапеште,
он пытался проводить в Закарпатье собственную политику: стремился лишить новые органы власти, избранные на местах в
апреле, их полномочий и реанимировать
избранное в начале марта, еще при старой
власти, собрание в качестве законодательного органа. Он предпринял две попытки собрать его заседание, но из-за
крайне правых позиций его членов они
закончились безуспешно.
Проявив настойчивость, Штефан на
одном из заседаний Революционного
правительственного совета Венгрии просил наркомов согласиться с его предложением превратить избранные советы из
административных органов в совещательные, которые могли бы только обсу-
58 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡Ô‡Ú¸Â 1918–1945

ждать вопросы, но не принимать решения
6
. Нашлись у него и сторонники.
Штефан просил также заменить окружных политических уполномоченных, назначавшихся Революционным правительственным советом. В результате этого
шага он добился назначения политическим уполномоченным по Мукачеву своего друга и единомышленника Йосифа
Каминского. В тот же день он делал доклад на заседании Революционного правительственного совета Венгрии о «всем
комплексе руського вопроса», начиная
с исторического экскурса о проживающем там народе, а также о его положении
и отношении к Венгрии. В докладе он информировал о новых назначениях в Руськой Краине после установления диктатуры пролетариата, поднимал вопрос
о конституции для Руськой Краины,
о необходимости создания руськой гвардии и революционного суда. Для решения территориального вопроса он просил
выслать на место комиссию в составе народных комиссаров. По этой проблеме
его поддержали ряд наркомов.
После обсуждения доклада Революционный правительственный совет постановил эти частные вопросы решать после
подготовки Всевенгерской конституции и
уполномочил наркомов по руським и немецким делам отстранить от должностей
не соответствующих им чиновников
7
.
На заседании Революционного правительственного совета Венгрии 26 апреля
1919 года (когда контрреволюционные
мятежи в Мукачеве и Берегове были уже в
разгаре) Августин Штефан просил, чтобы
народные комиссары не вступали в контакт с представителями автономного
края без его ведома
8
. Связано это было с
проходившими в этих городах арестами
мятежников, которых нарком по руським
делам стремился выгородить.
40 дней – это крайне короткий период
не только для решения таких масштабных задач, которые выдвигало новое правительство Венгрии (в составе которой
оставалось Закарпатье), – смены социально-экономического и политического
общественного строя. Революционный
правительственный совет в чрезмерном
темпе издавал декреты и постановления
о замене органов власти, национализации
банков и других финансовых учреждений, промышленных и торговых предприятий вплоть до мелких и кустарных.
Учитывая опасность, грозившую со стороны стран Антанты и их союзников –
Румынии и Чехословакии, он поспешно
создавал вооруженные силы на новой основе – красную гвардию и Красную армию, опираясь на уже существовавшую
рабочую охрану.
В ходе преобразований в Закарпатье
на первый план выдвигалось решение аграрно-крестьянского вопроса. Это было
вызвано тем, что в то время около 80%
населения края было занято в сельском
хозяйстве и лесоводстве. Правительство
хотело обойти в сельском хозяйстве демократический этап преобразований
и не разделило национализированные
и конфискованные помещичьи и церковные крупные и средние имения (свыше
100 хольдов) среди неимущих и бедных
крестьян, сельскохозяйственных рабочих, а превратило их в сельскохозяйственные кооперативы. Мотивировалось
это необходимостью обеспечения рабочих и армии продуктами питания. Оплата
труда работникам кооперативов была
у‡ТЪ¸ ФВ‚‡fl. б‡Н‡Ф‡Ъ¸В ‚ В‚УО˛ˆЛУММУИ ·ЫВ 1918–1919 „У‰У‚ 59

увеличена в несколько раз. Но она всех
рабочих не во всем удовлетворяла. Мелкие и средние крестьянские хозяйства оставались в пользовании прежних владельцев, но их хозяйственное положение,
подорванное четырехлетней войной,
привело к голоду в некоторых горных
районах. Обычно в летнее время домашний скот выпасали на полонинах. В собственно Венгрии этот вопрос не был
столь актуальным и в масштабе всей страны не решался. В связи с этим в Подкарпатье в некоторых местах, в том числе
и в районе Рахова, местные власти взяли
инициативу на себя и наделили отдельные села пастбищами.
Промышленных предприятий в крае
было немного. Это три химических предприятия по сухой перегонке дерева, несколько кирпичных заводов, табачная
фабрика в Мукачеве, мелкие литейные
и металлические предприятия, а также
предприятия по обработке дерева и шахты
по добыче соли. Некоторые из них частично уже находились на территории, захваченной румынскими и чехословацкими
войсками. На оставшихся в Руськой Краине фабриках и заводах делались попытки
наладить производство, повысить заработки рабочих, улучшить их положение.
Предпринимались меры для организации новой системы образования, печати,
культуры и целый ряд других, встречавших поддержку широких масс населения.
Однако в условиях угрозы интервенции армий соседних государств с целью
свержения существовавшей власти основные усилия были направлены на организацию отпора нашествию. В соседних
с Венгрией государствах было осуществлено несколько срочных военных меро-
приятий. Правительства Румынии и Чехословакии распорядились строго закрыть границу и пополнить войска, стоявшие на демаркационных линиях. В то
же время они обратились с просьбой
к странам Антанты помочь оружием
и продовольствием. «Для разгрома большевизма прошу поставок оружия, особенно пулеметов и револьверов и необходимых боеприпасов», – 22 марта телеграфировал чехословацкий министр обороны
В.И. Клофач в Париж. С аналогичной
просьбой обратился он и к итальянскому
правительству. Свои просьбы он подкреплял тем, что «Чехословакия чувствует себя
в опасности в результате венгерской большевистской революции и вынуждена будет вмешаться»
9
. Так же поступил и премьер-министр Румынии И. Брэтиану. Он
получил от Д. Ллойд Джорджа английское
военное снаряжение на 100 тыс. человек
10
.
В организации интервенции роль инициаторов взяли на себя генералитет
Франции, прежде всего командующий
Восточной армией французов Л. Франше
д'Эспере, а также руководители ее военных миссий в Румынии и Чехословакии.
«Франция просит Румынию и Чехословакию сделать все, чтобы связь венгров
с украинцами стала невозможной. Союзники уже предприняли нужные меры,
чтобы отделить Венгрию от остальной части Европы. Здесь занимаются идеей создания большой международной армии,
чтобы при помощи ее воздвигнуть могучий барьер от Балтийского до Черного
моря между российским и среднеевропейским большевизмом»
11
, – сообщал
в Бухарест 25 марта полковник Димитру,
румынский офицер связи при штабе
Л. Франше д'Эспере.
60 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡Ô‡Ú¸Â 1918–1945
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
