Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1329 вузов, 5502 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Цивилизация или варварство. Закарпатье 1918–1945. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
то есть только на четверть меньше, чем в промышленности и промыслах, причем более половины работавших в этих сфе­рах составляли евреи. Их было 35 тыс., русинов – 12 тыс., венгров – 8 тыс. и поч­ти 5 тыс. чехов и словаков. Евреи занима­лись торговлей не только в городах, но и почти повсеместно в селах. Среди горо­жан был велик удельный вес еврейского элемента, о чем сказано выше.
Большой бедой для населения Под­карпатской Руси являлась постоянная безработица или неполная занятость. Еще в начале 1936 года четверть всех ра­бочих оставалась безработной, а среди се­зонных рабочих и отходников до полови­ны не могли найти работу. Помощь со стороны государства безработным была обставлена так, что ее на короткий срок (до шести недель) могла получать при­мерно только 20-я часть безработных, да и то мизерные геллеры, которых семей­ным не хватало и на один хлеб.
В то же время предприниматели, поль­зуясь безработицей и тяжелым экономи­ческим положением в крае вообще, ухуд­шали условия труда тех, кому удалось со­хранить место работы. Особенно это про­являлось в нарушении провозглашенного в республике восьмичасового рабочего дня, который часто произвольно увели­чивали до 12 часов (а иногда местами и больше). Одновременно шел процесс со­кращения поденной оплаты на государ­ственных предприятиях. Так, по данным лесных дирекций, поденщина с 1929 по 1936 год сократилась на треть
8
.
Официальные правительственные круги не скрывали, что сохраняют Под­карпатский край как резервуар рабочей силы для других частей республики, осо-
бенно Чехии и Моравии. Существовав­шие в крае посреднические организации за десятилетие (с 1928 по 1938 год) завер­бовали на работу в Чехию более 100 тыс. человек
9
. Особенно были довольны в чешских семьях домработницами из Под­карпатья, поскольку они выполняли лю­бую работу за мизерную плату.
Такое положение населения края соз­давало благоприятную почву для деятель­ности политических партий: одним – для обмана населения различными обещани­ями, другим – для мобилизации трудовых масс на борьбу за улучшение жизни угне­тенного народа.
Приход к власти в Германии национал­социалистов во главе с Адольфом Гитле­ром, начавшим явочным порядком ло­мать предписания мирных договоров вер­сальской системы, нерешительность и попустительство ему со стороны Англии и Франции вдохновляли и другие страны на реванш за поражение в Первой мировой войне. В частности, Венгрия с нетерпени­ем ждала момента, когда и она сможет ре­ально вступить на путь постепенного тер­риториального приращения страны. А у Будапешта были претензии ко всем окружавшим страну государствам – Чехо­словакии, Румынии, Югославии, спло­ченным в Малой антанте, острием своим направленной против Венгрии. Тогда Венгрия не высказывала открыто свои требования к Австрии, находясь в дого­ворных отношениях с блоком стран Рим­ских протоколов – Италией и Австрией.
Будучи малой и слабо вооруженной страной, руководители которой понима­ли, что собственными силами страна не сможет одолеть своих противников, Вен­грия до поры до времени маскировала
ó‡ÒÚ¸ ‚ÚÓ‡fl. èӉ͇ԇڸ ‚ ÒÓÒÚ‡‚ óÂıÓÒÎÓ‚‡ÍËË 111
свои цели заявлениями о том, что доби­ваться изменения намерена мирными средствами. И в то же время Венгрия ис­кала союзников, при помощи которых, если подвернется случай, смогла бы при­общиться к силовым действиям. В сере­дине 30-х годов ее правители стали убеж­даться, что Германия безнаказанно совер­шает один шаг за другим, нарушая взятые на себя обязательства по Версальскому мирному договору. Гитлеровцы стали консультировать своих венгерских собе­седников, они рекомендовали избрать та­ктику поочередного решения территори­альных вопросов. Лично Гитлер, соизме­ряя свои планы, в беседах с венгерскими руководителями несколько раз рекомен­довал им сосредоточить свои усилия пре­жде всего против Чехословакии, в кото­рой Венгрию интересовала Словакия и, в первую очередь, Подкарпатская Русь. Поскольку хортисты с момента возник­новения их режима рассчитывали на Гер­манию как потенциального союзника, они клюнули на эти предложения, спо­собствовали сближению Италии с Герма­нией и довольно цинично пожертвовали Австрией
10
. Предложения германских ру­ководителей импонировали венгерским и потому, что они были облечены в фор­мулу «что вместе потеряли, то вместе и приобретем». Она позволяла хортистам надеяться на военный союз с гитлеров­ской Германией.
В связи с этим положение в Чехосло­вакии усложнялось из-за международных отношений в Европе и мире. В то время (в середине 1930-х годов) в политической жизни республики намечалась перегруп­пировка сил. Предполагалось привлечь на свою сторону крайне правых вплоть до
фашиствующих и тем самым расширить базу сторонников, ориентированных на Берлин. Этот процесс происходил и вну­три партий правящей коалиции. Аграрии хотели упрочить свои позиции путем включения в правящую коалицию Суде­то-немецкой партии Генлейна и словац­кой партии глинковцев.
Тогдашнее руководство страны, видя опасность со стороны вырисовывавшего­ся фашистского блока, установило после 16-летней волокиты дипломатические отношения с Советским Союзом на принципе суверенитета и невмешатель­ства во внутренние дела друг друга.
Когда в марте 1935 года гитлеровская Германия в одностороннем порядке ввела всеобщую воинскую повинность и вместе с Польшей сорвала заключение Восточ­ноевропейского пакта, Чехословакия вслед за Францией подписала 16 мая 1935 года договор с СССР о взаимопомо­щи. Однако он отличался от соглашения с Францией оговоркой, на которой на­стаивала делегация Чехословакии, что он вступает в силу только в том случае, если Франция окажет помощь подвергшейся нападению стране.
Через три дня после этого, 19 мая, со­стоялись выборы в чехословацкий парла­мент. Вышеизложенные события оказали влияние на их исход. Вдохновленные по­литикой Германии судетские немцы – партия Генлейна вышли на первое место в чехословацком парламенте, получив 44 мандата. Глинковцы в Словакии в бло­ке с более мелкими автономистскими партиями собрали 489 641 голос (на 80 тыс. больше, чем в 1929 году) и полу­чили в палате представителей чехосло­вацкого парламента 22 мандата
11
.
112 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
Компартия собрала на 96 тыс. голосов больше, чем на предыдущих выборах, и сохранила 30 мест в палате депутатов. В целом расстановка политических сил в республике почти не изменилась. Новым председателем Республиканской (аграр­ной) партии стал лидер ее правого крыла Рудольф Беран, взявший курс на сближе­ние с Германией, надеясь достичь этого путем постепенной фашизации страны.
В ноябре 1935 года руководство аграр­ной партии без согласования с партнера­ми по правящей коалиции заменило пре­мьер-министра на представителя словац­кого крыла своей партии Милана Годжу. Старый больной президент республики Томаш Масарик известил нового пре­мьера о своем намерении подать в от­ставку и на этот пост рекомендовал сво­его сподвижника с периода эмиграции в годы Первой мировой войны и бессмен­ного министра иностранных дел Чехосло­вакии с момента ее образования Эдварда Бенеша. Но аграрная партия попыталась провести свою кандидатуру, однако без­успешно. 18 декабря 1935 года Бенеш был избран президентом уже в первом туре голосования.
Что происходило к этому времени в Подкарпатской Руси? Тогда на выборах в чехословацкий парламент на первое мес­то вышла краевая организация Коммуни­стической партии Чехословакии, собрав 78 994 голоса
12
, она получила три места в палате представителей. Оба филиала Рес­публиканской аграрной партии Чехосло­вакии в Подкарпатской Руси, русский и украинский, набрали 60 774 голоса и по­лучили два мандата в палате представите­лей. Украинский филиал Социал-демо­кратической партии Чехословакии полу-
чил поддержку 29 717 избирателей и одно место в палате представителей. Эта пар­тия входила в состав правящей коалиции, потерпевшей в Подкарпатской Руси со­крушительное поражение – оппозиция к ней собрала 63% голосов. Среди других партий, участвовавших в выборах, боль­ше всех голосов собрал Автономный зем­ледельческий союз (партия Куртяка – Бродия) – 44 982 голоса и вошел в парла­мент с одним мандатом. На этих выборах у них появился конкурент, тоже высту­павший под лозунгом борьбы за автоно­мию края. Это была Русская националь­ная автономная партия, созданная Сте­паном Фенциком в марте 1935 года и с ходу вошедшая в парламент, получив на выборах вместе с Русской трудовой пар­тией немногим больше 28 тыс. голосов. Объединенная венгерская партия в блоке с немцами собрала 34 тыс. голосов, и ей также достался один парламентский ман­дат. Остальные партии в парламент не прошли. Народная христианская партия (Волошина и братьев Бращайко) вместе с Чешской народной партией в Подкар­патской Руси получили всего 7321 голос
13
.
Еще до выборов 1935 года чехословац­кое правительство начало менять свое от­ношение к Подкарпатской Руси. До при­хода Гитлера к власти в Германии эта вос­точная область его особенно не интересо­вала, и в печати мелькали сообщения, что даже правящая верхушка в Праге считает ее вхождение в состав Чехословакии вре­менным. Но теперь, когда венгерское правительство начало открыто предъяв­лять претензии на возвращение ей этого края и со стороны Германии нависла пря­мая угроза самому существованию Чехо­словакии, правительство ее призадума-
ó‡ÒÚ¸ ‚ÚÓ‡fl. èӉ͇ԇڸ ‚ ÒÓÒÚ‡‚ óÂıÓÒÎÓ‚‡ÍËË 113
лось. Прежде всего оно попыталось спло­тить все части республики, создать внут­реннее единство для ее защиты. Министр иностранных дел Эдвард Бенеш для этого развернул бурную деятельность и на меж­дународной арене. Участились встречи с союзниками по Малой антанте. В нояб­ре – декабре 1933 года Бенеш совершил турне по Словакии и в выступлении в Но­ве Замки 7 декабря заявил, высказываясь против венгерской ревизионистской аферы и рассчитывая на завоевание об­щественного мнения: «Без Словакии и Подкарпатской Руси не была бы возмож­ной Малая антанта и вся концепция Средней Европы». Далее Бенеш подчер­кивал: «Мы никогда не оставим Подкар­патскую Русь. Через Словакию и Подкар­патскую Русь мы строим свою политику, связанную с Малой антантой и всей Цен­тральной Европой. Мы сохраним терри­ториальную связь с Румынией»
14
.
В конце турне по Словакии Эдвард Бе­неш встретился в Кошице с министром иностранных дел Румынии Николае Ти­тулеску. Встреча проходила под знаком демонстрации силы Малой антанты про­тив венгерской пропаганды, направлен­ной на пересмотр, ревизию границ, уста­новленных мирными договорами, как от­мечал в своем донесении из Праги в Вар­шаву 11 декабря 1933 года польский по­сланник В. Гжибаньский. Они провели в городе митинг. «Их выступления с балко­на выглядели довольно театрально», – отметил посланник. Основным мотивом Титулеску было: «ревизия – это война», и он обещал, что Румыния будет защищать Словакию.
В том же донесении польский послан­ник считал, что, может быть, тезис Бене-
ша был бы более реальным, если сформу­лировать его наоборот: «без Малой ан­танты и цельной концепции Средней Ев­ропы невозможно было бы удержать Сло­вакию и Подкарпатскую Русь»
15
– имея в
виду в составе Чехословакии.
У Бенеша и Титулеску было основание бить тревогу. Пришедший к власти в Вен­грии Дюла Гёмбёш раньше Гитлера в Гер­мании произносил по всякому поводу много речей. Смысл их заключался в сле­дующем: сначала он продолжил бытовав­ший в общественных кругах венгерский тезис «мирная ревизия мирными средст­вами», и в отличие от прежнего периода, когда эта проблема по тактическим сооб­ражениям пропагандировалась общест­венными организациями, он уже в декаб­ре 1932 года как глава правительства зая­вил: «Мы официально представляем мир­ную ревизию». Он еще за два месяца до того в своей программе подчеркивал, что под «воскресением Венгрии» понимает «мирную ревизию»
16
. В интервью авст­рийской газете он вновь говорил о реви­зии «мирными средствами»
17
.
После прихода Гитлера к власти тон заявлений Гёмбёша меняется. В беседе с корреспондентом германской газеты Berliner B
örsen-Zeitung он сказал, что
«Венгрия и Германия в известной мере связаны единой судьбой». В другом месте венгерский премьер открыто заявил: «Ес­ли ищете результаты моей работы, то это то, что ревизия стала международной проблемой»
18
.
Когда в мае 1933 года Бенеш и Титуле­ску предложили Гёмбёшу обсудить проб­лемы ревизии за зеленым столом, то по­следовал ответ венгерского премьера: «Предпосылкой мира является: сгладить
114 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
те несправедливости, на которых постро­ена современная Европа»
19
.
В выступлении по радио, говоря о це­лях внешней политики Венгрии, премьер подчеркнул: «Упразднить несправедли­вости и ревизия»
20
. Так постепенно реви­зия становилась открытой официальной политикой венгерского правительства.
На ужине Союза общественных органи­заций итальянский посланник герцог Ас­канио Колонна в выступлении сказал, что венгерская и итальянская нации выполня­ют совместное творческое призвание, ко­гда требуют ускорить исправление неспра­ведливостей. В ответ Гёмбёш подчеркнул: «Если кто-то и понял историческое при­звание Венгрии, так это Муссолини». Вен­герский премьер повернулся в сторону портрета Бенито Муссолини, висевшего в зале, и продолжил: «Муссолини как в больших международных вопросах, так и в национальном занимает такую позицию, с которой мы полностью согласны». И доба­вил, что он готов следовать его примеру.
На выступления Бенеша и Титулеску в Кошице, о чем шла речь выше, Гёмбёш отреагировал следующим образом: он не поддерживает предложенное Бенешем Европейское единство вместо Дунайско­го, «пока в Европе не будут упразднены все несправедливости»
21
.
В период пребывания Гёмбёша в Риме в марте 1934 года Муссолини торжествен­но пообещал Венгрии, которую «изоли­ровали, ограбили и унизили», помочь ей осуществить пересмотр Трианонского мирного договора и вернуть ей утрачен­ные территории
22
.
Так ревизия из общественного мнения стала программой правительства, а оттуда и мировой проблемой
23
.
Продолжая свою политику единства внутри страны и на международной аре­не, Эдвард Бенеш посетил Ужгород и 3 мая 1934 года произнес там двухчасовую речь. Поскольку он был одним из иници­аторов идеи не предоставлять Подкарпат­ской Руси широкого самоуправления, а управлять краем из Праги при помощи чешской бюрократии, то ему нечего было сказать по интересовавшему население вопросу. Он начиная с 1919 года продол­жал периодически пропагандировать на­думанный тезис: якобы население края настолько отсталое не только из-за бед­ности, но и из-за отсутствия в его среде в достаточном количестве образованных людей, которые могли бы управлять кра­ем. Ему пришлось остановиться только на истории включения территории про­живания русинов к югу от Карпат в со­став Чехословакии, где он был не просто участником, а, можно сказать, режиссе­ром событий. Рассказывал он там об ус­пехах чехословацкого правительства за прошедшие годы, особенно в области просвещения и школьного образования, и предложил всем трем течениям, при­держивавшимся различных точек зрения по языковой проблеме – русофилам, ук­раинцам и сторонникам русинизма, – до­говориться между собой.
С тех пор чехословацкое правительст­во стало на позицию поддержки «русько­го течения», в отличие от первых лет, ко­гда поддерживало «малоруськое», то есть украинское, а затем целое десятилетие – прорусское. Эдвард Бенеш восхвалял проведенную в Чехословакии аграрную реформу, но ничего не сказал о том, что в Подкарпатье бедное крестьянство как не имело земли, так и осталось без нее и по-
ó‡ÒÚ¸ ‚ÚÓ‡fl. èӉ͇ԇڸ ‚ ÒÓÒÚ‡‚ óÂıÓÒÎÓ‚‡ÍËË 115
сле реформы. Он затрагивал и проблему автономии и обещал предоставить ее ру­синам, как было записано в решениях Сен-Жерменского мирного договора и зафиксировано в конституции Чехосло­вакии. Но когда? Этого он так и не сказал. Все перечисления Бенеша были направ­лены на то, чтобы убедить слушателей, да и тех, кто прочитает его выступление в га­зетах и отдельных брошюрах, опублико­ванных на французском, русском, чеш­ском и украинском языках, в том, какую заботу проявляла и какие усилия пред­принимала чешская администрация «в интересах руського народа»
24
.
Лейтмотивом выступления Бенеша были его заявления о том, что Подкарпат­ская Русь является неотъемлемой частью Чехословацкой республики, судьба кото­рой, таким образом, решена на столетия, и обещал совместно с приглашенными на лекцию слушателями защищать ее от вся­ких ревизионистских посягательств
25
. Последний пассаж был не только направ­лен на сохранение единства Чехословац­кой республики, но и прежде всего был адресован венгерским правителям.
В Венгрии отреагировали немедлен­но. На следующий день после выступле­ния Бенеша в Ужгороде в газете «Ма­дяршаг» была опубликована статья «Против ревизии». В ней содержался от­вет на выступление Георге Татареску в Клуже и Эдварда Бенеша в Ужгороде, в котором чехословацкий министр ино­странных дел вновь обещал дать руси­нам автономию, чтобы «не допустить ус­тановления общей венгеро-польской границы»
26
, то есть не дать возможности захвата Подкарпатской Руси хортист­ской Венгрией.
Проблемы ревизии мирных договоров затрагивал Дюла Гёмбёш и в выступле­нии в палате представителей венгерского парламента о внешней и внутренней по­литике
27
.
После встречи Муссолини с Гитлером в Венеции Гёмбёш заявил: «Я могу смело сказать, что оправдалась моя внешняя политика»
28
, направленная на содействие сближению фашистской Италии с наци­стской Германией в расчете на расшире­ние круга своих сторонников. И он уже на второй день после этого в выступле­нии в Шопроне ответил Бенешу и Титу­леску: «Дайте ревизию, тогда сядем за стол переговоров»
29
. Этот ответ звучал как ультиматум и означал: сначала верните требуемую от Чехословакии территорию, а после этого можно встретиться и за зе­леным столом.
После избрания Бенеша президентом Чехословакии министром иностранных дел был назначен его единомышленник Камиль Крофта, который продолжал от­стаивать установки Бенеша о необходи­мости защиты республики, в том числе и Подкарпатской Руси, от посягательств ревизионистов
30
.
Угрозу фашизма и войны, прежде всего в Европе, понимали в середине 1930-х го­дов правящие круги многих государств, стремившихся оградить свои страны при помощи создания правительств народно­го фронта, как это было во Франции. Но вскоре это правительство было оттеснено от власти сторонниками сговора с гитле­ровской Германией, перешедшими на по­зицию английских политиков, группиро­вавшихся вокруг Невилла Чемберлена, сторонников так называемой политики умиротворения, пытавшихся сначала
116 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
удовлетворить аппетиты гитлеровцев за счет стран Средней Европы.
В 1935 году VII конгресс Коминтерна обсудил возникшую проблему и вырабо­тал новую политическую линию, направ­ленную на создание единого народного фронта борьбы против фашизма и войны за спасение демократии. Таким образом он отодвинул на будущее стратегическую установку на социалистическую револю­цию и выдвинул в качестве первоочеред­ной задачи борьбу за сохранение мира против рвавшихся в бой фашистов и на­цистов, то есть задачу демократической революции. Между прочим, на этой базе в годы Второй мировой войны было соз­дано объединение демократических госу­дарств – антигитлеровская коалиция.
Чехословацкая компартия на основе решений VII конгресса Коминтерна раз­работала программу действий, принятую на VII съезде партии в 1936 году. Она включала в себя обеспечение прав всех наций и народностей республики, рас­ширение демократических прав и свобод населения, создание на базе единства ра­бочего класса широкого народного фрон­та борьбы против фашизма, за право че­хословацкого государства на существова­ние. Она ставила задачу упрочения союза Чехословацкой республики с Советским Союзом
31
.
Все, что сказано по этому поводу во втором томе «Очерков», свидетельствует о том, что авторы главы не разобрались в различии таких понятий, как политиче­ская линия, стратегия и тактика
32
. Иначе они не стали бы критиковать Алексея (Олекса) Борканюка за его труды, опуб­ликованные в свое время: «Всі до бою...» и «Чим є для нас Радянський Союз»
33
.
Один из авторов этой главы первым на­писал хвалебную брошюру, посвященную жизни и деятельности А.А. Борканюка, секретаря Закарпатского крайкома Ком­мунистической парти Чехословакии, Ге­роя Советского Союза, а другой – воевал в составе чехословацкого корпуса свобо­ды против гитлеровской коалиции в годы Второй мировой войны. Главный недос­таток в трудах Борканюка авторы главы увидели в показе достижений СССР и Советской Украины в области экономи­ки, просвещения, образования, науки. В вину ему ставят доброе отношение к Советскому Союзу, откуда вытекает од­носторонность, замалчивание «сплош­ной русификации на Украине» и другие недостатки, имевшие место в СССР. Учи­тывая положение и происхождение авто­ров этой главы, они вряд ли смогли бы получить высшее образование, а не то что стать учеными с научными степенями и званиями, если бы после Второй мировой войны Закарпатье не вошло в состав Ук­раинской ССР.
Далее авторы главы распространили эти взгляды на всех коммунистов Закар­патья: «Коммунисты не только безосно­вательно восхваляли СССР, чем вносили путаницу в общественно-политическую жизнь, но и подвергали анафеме всех борцов за дело украинской государствен­ности. Украина для крайкома возможна была только в союзе с СССР. Соборная ук­раинская держава отвергалась как враже­ская идея»
34
. Авторы приведенных строк забыли или сознательно умалчивают о том, что именно в период вхождения Ук­раины в состав СССР все земли Украины были собраны в единую державу, без СССР сегодняшней Украины не было бы.
ó‡ÒÚ¸ ‚ÚÓ‡fl. èӉ͇ԇڸ ‚ ÒÓÒÚ‡‚ óÂıÓÒÎÓ‚‡ÍËË 117
До этого соборная Украина была только мифом. Свидетельство этому – револю­ционные события и гражданская война на Украине 1917–1921 годов. Создание такой Украины не допустили тогда правившие бал творцы версальской системы.
Положение в Подкарпатской Руси по­сле выборов в чехословацкий парламент, расклад политических сил, смена прави­тельства в ноябре 1935 года (премьером стал правый лидер словацкого крыла аг­рарной партии Милан Годжа), неудачная попытка лидеров аграриев провести на пост президента свою кандидатуру, из­брание Эдварда Бенеша президентом рес­публики – все это завершило 1935 год.
В своей речи в Ужгороде Бенеш обе­щал, хотя и не конкретно, «в ближайшее время» предоставить Подкарпатью авто­номию. Новый премьер Милан Годжа сразу после прихода к власти решил оце­нить возможность решения этого вопро­са. В проектах всех партий, ставивших его в повестку дня в 1930-е годы, с само­го начала десятилетия содержались тре­бования предоставить самую широкую автономию не только краю проживания русинов на южных склонах Карпат (на восток от Ужгорода), но и на Пряшев­щине (от Попрада до Ужгорода). Учиты­вая это, Годжа решил посоветоваться прежде всего со своими земляками – словаками, в состав края которых с са­мого начала образования Чехословакии были включены земли того региона, в котором проживали русины. Естествен­но, словацкие власти не желали выпус­кать эту территорию из своих рук. После этого Годжа целый год уклонялся от раз­говора на эту тему с представителями Карпаторуського края.
Поскольку Бенеш и Годжа понимали нереальность их рекомендации трем тече­ниям в Подкарпатской Руси (прорусско­му, украинскому и сторонникам местного «руського» языка) договориться о единой политике, единстве действий на будущее, они решили, что на данном этапе для че­хословацкого правительства выгоднее всего опереться на «руськое» течение, хо­тя оно было самым слабым. Но среди чешских этнографов появились охотники теоретически поддержать свое правитель­ство. Так, один из них стал обосновывать старую венгерскую идею об обособленно­сти, самостоятельности «руськой» нации, которую легко будет слить с чешской и словацкой общностью
35
.
Первым шагом в этом направлении были перемены в управлении краем. Еще сразу после выступления Бенеша в Ужго­роде (май 1935 года) был снят с поста ис­полняющего обязанности губернатора (после смерти Антала Бескида в 1933 году) чех Антонин Розсипал, поддерживавший русофильское направление. Новым гу­бернатором был назначен Константин Грабарь, пользовавшийся репутацией сто­ронника русинизма и согласившийся проводить прочехословацкую политику. Власть его оставалась ограниченной. Фа­ктически он занимался в основном сгла­живанием споров между русо- и украино­филами. Такой губернатор устраивал пражских правителей.
Какое же было действительное соот­ношение сил в политической и культур­ной жизни в Подкарпатской Руси между этими тремя течениями? Ранее уже гово­рилось о партийно-политической струк­туре, складывавшейся в 1920-е годы, о кристаллизации взглядов их активистов,
118 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
о переходе политических деятелей из од­ной партии в другую.
В обзоре политического положения в Подкарпатской Руси от 15 февраля 1937 года указывалось, что там борются за свое влияние пять сил: украинская, русо­фильская, прочехословацкая централист­ская, коммунистическая и венгерская. В принципе с этим можно было бы согла­ситься, если абстрагироваться от того, ка­кие партии к какой силе отнесены авто­ром справки. Так, по его мнению, «чисто украинское движение представляют»: Народно-христианская партия Августина Волошина и братьев Бращайко (Юлия и Михаила), которая поддерживает связи с Чехословацкой народной партией, с ана­логичным движением в Восточной Гали­ции и общенациональной украинской эмиграцией как в Чехословакии, так и за рубежом. Эта партия издавала газеты «Українське Слово» и «Свобода».
К этому движению принадлежала и Ук­раинская социал-демократическая пар­тия. Ею руководил депутат чехословацко­го парламента Юлий Ревай. Она сотруд­ничала с Социал-демократической парти­ей Чехословакии, поддерживала постоян­ные связи с Украинской партией радика­лов в Восточной Галиции, с украинскими группами в эмиграции и главным образом с эсерами (Григорьев) в Праге. Ее печат­ным органом была газета «Вперед».
Украинского направления была и Се­лянская партия во главе с Ириной Не­вицкой, придерживавшейся исключи­тельно националистических взглядов, она поддерживала связи с крайне нацио­налистическими украинскими группами. Ее радикализм и шовинизм не способст­вовали росту авторитета. У этой партии
была своя газета «Народна Сила». Пред­седателем Селянской партии считался крестьянин из села Грушово Иван Бод­нар. Партия сотрудничала даже с чеш­скими фашистами группы Гайды.
Чешские партии в Подкарпатской Ру­си создавали свои филиалы. Так, Респуб­ликанская аграрная партия имела целых три, в том числе украинский. Возглавил ее перешедший из социал-демократиче­ской партии Степан Клочурак. Партия издавала газету на украинском языке «Зе­мля i Воля». Все эти четыре партии укра­инского направления были, по сути, лишь партиями салонного типа, актив­ность они проявляли в предвыборные пе­риоды, исключение составляли только социал-демократы, у которых была доста­точно развита партийная структура.
В эту группу партий составителем справки не была включена краевая орга­низация Коммунистической партии Чехо­словакии – самой влиятельной партии в Подкарпатской Руси: на довыборах в че­хословацкий парламент в 1924 году она со­брала более 100 тыс. голосов и стала самой крупной фракцией от Подкарпатья в выс­шем законодательном органе Чехословац­кой республики. Это была партия, которая первой после совещаний в Коминтерне и в чехословацкой компартии заняла пози­цию, что славяне Закарпатья по нацио­нальности являются украинцами. С тех пор, с 1926 года, газету «Карпатська Прав­да» и другую печатную литературу она из­давала на украинском языке. И в 1935 году компартия оставалась самой влиятельной политической силой края. Тогда она на выборах в чехословацкий парламент со­брала 79 405 голосов
36
и получила три ман-
дата в палате представителей – больше,
ó‡ÒÚ¸ ‚ÚÓ‡fl. èӉ͇ԇڸ ‚ ÒÓÒÚ‡‚ óÂıÓÒÎÓ‚‡ÍËË 119
чем любая другая партия, принимавшая участие в выборах.
Из общественных организаций укра­инской ориентации, на которые опира­лись партии, считавшиеся такими (наци­оналистического толка), было общество «Просвiта». Оно имело восемь филиалов, 223 читальни, 146 драматических круж­ков, 21 оркестр (250 музыкантов), 98 хо­ров с 3304 участниками, 47 спортивных кружков, в которых занимались 680 чело­век
37
. Председателем общества был Юлий Бращайко, адвокат из Ужгорода, а замес­тителем – Николай Долинай, главный врач ужгородской больницы.
По численности в Закарпатье сторон­ников между проукраинскими и прорус­скими партиями фактически сохранялся паритет. Прорусских партий было тоже пять, правда, если не принимать во вни­мание малочисленную партию Русское национальное объединение под руковод­ством директора гимназии Николая Дра­гулы, в которую входили в основном ме­стные интеллигенты, считавшие себя русскими.
Среди партий прорусской ориентации на первом месте следует упомянуть рус­ский филиал Республиканской аграрной партии Чехословакии, который фактиче­ски весь период существования республи­ки между двумя мировыми войнами дер­жал власть в своих руках. Печатный орган его назывался «Земледельческая полити­ка». В Подкарпатье он проводил чешскую централистскую политику. Руководителя­ми его были сенатор Эдмунд Бачинский, депутаты палаты представителей Павел Коссей и инженер Йозеф Заиц. Они ис­пользовали русофильское движение пре­жде всего против украинского движения.
К тому же чехи, создав в своей аграрной партии прорусский филиал, развалили единство действий других партий, высту­павших под ширмой русскости.
К этим партиям относились Автоном­ный земледельческий союз (партия Кур­тяка), который в рассматриваемый пери­од возглавлял Андрей Бродий. Союз рас­считывал на поддержку прежде всего за­житочного крестьянства. Союз издавал газету «Русскiй Вестникъ», работал в кон­такте с венграми. Русская трудовая пар­тия существовала с начала 1920-х годов под руководством Андрея Гагатко, а затем бывшего сенатора Илариона Цурканови­ча. С образованием в марте 1935 года пар­тии Степана Фенцика – Русской нацио­нальной автономной партии – обе они фактически составляли единое целое. Фенцик под такой эгидой вел борьбу против чехословацкого правительства, хотя к России, к русским не имел никако­го отношения и действовал, как было сказано выше, при финансовой поддерж­ке правительства Польши, на средства которого издавал газету «Нашъ Путь», а затем «Карпаторусскiй Голосъ». Русская трудовая партия сохранила за собой пе­чатный орган «Русская Земля». При Чеш­ской партии народных социалистов был русский отдел, которым руководил Васи­ленко, издававший газету «Карпато-рус­ское слово».
Кроме политических партий к русо­фильскому течению принадлежал и ряд общественных организаций. Среди них самым массовым было общество имени Духновича. Секретарем его был Степан Фенцик, который прилагал все усилия для сохранения его русофильского на­правления. Это общество в течение все-
120 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности