Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Теория мотива и проблемы мотивного анализа
.pdf
ЧАСТЬ 2. Проблемы анализа мотива 241
встречи дома, значительно уступает предыдущему всвоей частотности— 12 % (8 случаев).
Впорядке сквозных наблюдений надсвязями мотивной семан-
тики исинтактики заметим следующее. Ксобытийным контекстам
пребывания дома непосредственно примыкают три синтагматически
связанных сними случая занятия героя делами (Ибрагим работает
сделовыми бумагами, когда его навещает Корсаков, гробовщик осваивается вновом доме, когда его посещает сосед-сапожник, Чарский
пишет стихи, когда приходит незнакомец-«импровизатор»). Поэтому
врезультате действия семантической диффузии препозиционный
комплекс пребывания дома частично— нонеизбежно— обогащается
семантическими представлениями, связанными сситуацией существенной занятости героя.
Примерно такоеже положение вчастотной картине препозиционных фабульных контекстов мотива встречи занимает комплекс, частично противопоставленный всвоей семантике какидее путешествия,
так иидее пребывания дома. Это представленный девятью случаями
(13,5 %) комплекс фабульных контекстов, связанных сидеей локаль-
ного пребывания актанта (актантов) встречи вне дома, т.е. вобществе
(3 случая, т.е. 4,5 %), вгостях (также 3 случая, т.е. 4,5 %), напрогулке
(2 случая, т.е. 3 %), наулице (1 случай, т.е. 1,5 %).
Рассмотренные выше препозиционные событийные контексты
являются достаточно нейтральными вплане прагматики самого мо-
тива встречи. Это значит, чтособытия, репрезентирующие данные
контексты, слабо прогнозируют самое содержание сюжетного смысла последующего события встречи. Отправка впуть, пребывание
впути, остановка вдороге, прибытие впункт назначения, появление
вактуальном пространстве действия, пребывание дома, пребывание
вне дома— все эти фабульные контексты практически нейтральны
поотношению ктемвстречам, которые они предваряют, поотношению ксмыслу исюжетной результативности этих встреч. Сдругой
стороны, теже самые фабульные контексты оказываются чрезвычайно важными собственно всемантическом плане, поскольку со-
держательно разворачивают подходящие длясобытия встречи фа-
бульные условия, обстоятельства иситуации вцелом. Это приводит
ктому, чтоподобные препозиционные контексты являются наиболее

242 ПОЭТИКА МОТИВА
подходящими дляпуантированных, т.е. неожиданных иповоротных
всвоем сюжетном смысле событий встречи. Сквозная новеллистичность пушкинской прозы находит свое отражение вэтой особенно-
сти синтактики мотива встречи.
Следующие три препозиционных синтаксических комплекса, напротив, маркированы более прагматически, нежели семантически. Это
значит, чтособытие встречи, развертывающееся вданных препозици-
онных контекстах, прагматически ориентировано, задано взначитель-
но большей степени. Оно предугадывается всвоем сюжетном смыс-
ле исвоих интенциях, поскольку входит вболее широкий смысловой
иинтенциональный контекст сюжета, заданный предыдущим разви-
тием фабулы, т.е. препозицией мотива.
Так, десятью случаями (15 %) представлен комплекс фабульных
контекстов, безотносительных кпредставлениям опути идоме, носвязанных спрагматически маркированными идеями характерного состо-
яния, ситуации, события илицепи характерных событий, врамках
которых оказался илискоторыми соприкоснулся актант (актанты)
встречи. Какправило, такие ситуации исобытия, будучи выраженными фабульно, сами опираются наустойчивый иширокий мотивный
потенциал повествовательной традиции. Внаших случаях это: участие
ввоенных действиях (1 случай— 1,5 %), заточение илизаключение
(2случая— 3 %), пленение (2 случая— 3 %), трудное положение (3случая— 4,5 %), неудача (1 случай— 1,5 %), смерть (1случай— 1,5 %).
Исключительный интерес вызывает следующий комплекс фабуль-
ных контекстов, связанных спредставлением обинформационном
сдвиге вфабульной ситуации, существенном дляактанта (актантов)
встречи (ср. [Руднев, 2000б. С.98–99]). Таких случаев впроанализированных нарративах оказалось 8 (12 %), втом числе получение важных
известий илиновых сведений (1 случай— 1,5 %), узнавание (1 случай—
1,5 %), обнаружение (1 случай— 1,5 %), переодевание (2 случая— 3 %),
герой выдает себя задругого (2 случая— 3 %), героя принимают задру-
гого (1 случай— 1,5 %).
Последний изпрепозиционных синтаксических комплексов мотива встречи связан сидеей определенных действий, существенных
дляактанта встречи иливпрямой форме инициированных им. Этот
комплекс представлен 6 случаями (9 %), вчисле которых оказание

ЧАСТЬ 2. Проблемы анализа мотива 243
помощи (2 случая— 3 %), назначение встречи (2 случая— 3 %), при-
глашение вгости (2 случая— 3 %).
Итолько одним событием представлен фабульный контекст, свя-
занный сидеей определенных отношений, существенных дляактанта
(актантов) встречи иливпрямой форме инициированных им. Внашем
случае это отношение антагонизма Гринева иШвабрина, предваря-
ющее ихвстречу-дуэль.
15.2.2. Постпозиция
Частотное распределение постпозиционных фабульных контекстов
мотива встречи представляет собой полную инверсию частотного рас-
пределения его препозиционных контекстов.
Так, 22 случаями (32 %) представлен комплекс фабульных контек-
стов, связанных сидеей развития илипрекращения определенных
отношений, существенных дляактанта встречи иливпрямой форме
инициированных им: знакомство (6 случаев— 9 %), развитие деловых
отношений героя (1 случай— 1,5 %), развитие дружеских (приятельских) отношений (2 случая— 3 %), развитие любовных отношений
(6случаев— 9 %), вступление вбрачные отношения (1 случай— 1,5 %),
отказ героини вступать вбрак сгероем (1 случай— 1,5 %), отказ
героини следовать загероем (1 случай— 1,5 %), примирение (1 слу-
чай— 1,5 %), осуждение (1 случай— 1,5 %), антагонизм (2 случая—
3 %). Напомним, чтовпрепозиции этот комплекс представлен только
одним случаем (1,5 %)— развитием антагонизма Гринева иШвабрина,
предваряющим ихвстречу-дуэль.
Комплекс фабульных контекстов, связанных сидеей определенных
действий, существенных дляактанта (актантов) встречи иливпрямой
форме инициированных им, представлен 18 случаями (26 %): приглаше-
ние вгости (1 случай— 1,5 %), предложение помощи (1 случай— 1,5 %),
предложение защиты (1 случай— 1,5 %), оказание помощи (3 случая—
4,5 %), поиски (1 случай— 1,5 %), освобождение (6 случаев— 9 %), помилование (1 случай— 1,5 %), вредительство (2 случая— 3 %), изгнание
(2 случая— 3 %). Впрепозиции данный комплекс представлен только
6 случаями (9 %).
Шестнадцатью случаями (24 %) представлен впостпозиции
комплекс фабульных контекстов, связанных спредставлением

244 ПОЭТИКА МОТИВА
обинформационном сдвиге вфабульной ситуации, существенном
дляактанта (актантов) встречи: получение важных известий или но-
вых сведений (6случаев— 9 %), узнавание (7 случаев— 10 %), неузна-
вание (1 случай— 1,5 %), герой раскрывает свое имя (1 случай— 1,5 %),
герой выдает себя задругого (1 случай— 1,5 %). Впрепозиции— 8слу-
чаев (12 %).
Шестью случаями (9 %) представлен комплекс фабульных кон-
текстов, связанных сидеей характерного состояния, ситуации, собы-
тия илицепи характерных событий, врамках которых оказался
илискоторыми соприкоснулся актант (актанты) встречи: неудача
(2случая— 3 %), болезнь (2 случая— 3 %), смерть (2 случая— 3 %).
Впрепозиции этот комплекс представлен 10 случаями (15 %).
Таким образом, вцелом прагматически маркированные синтаксические комплексы постпозиции представлены 62 случаями (91 %).
Впрепозиции такие комплексы представлены только 25 случаями
(37,5 %).
Подчеркнем приэтом, чтопрагматическая ориентация данных
комплексов вторична, вотличие отпервичной прагматичности препозиционных комплексов, изависит отинтенционально-смыслового
импульса самого события встречи. Иначе говоря, если прагматичность препозиции заключается втом, чтовполе сюжетного смысла
иинтенции препозиции предугадывается смысл события встречи,
тоздесь ситуация обратная: постпозиционные события вихпрагматике расположены вполе конкретных сюжетных смыслов иинтенций
событийных реализаций мотива встречи.
Наоборот, прагматически нейтральные синтаксические комплек-
сы, связанные сидеями пути идома, представлены достаточно слабо.
Так, комплекс фабульных контекстов, связанных спредставлениями оботправке актанта (актантов) встречи впуть иего пребывании
впути, выражен всего 8 случаями (12 %), вчисле которых расставание
(2 случая— 3 %), прощание (1 случай— 1,5 %), отправка (1 случай—
1,5 %), задержка (4 случая— 6 %). Длясравнения: впрепозиции мотива
этот комплекс представлен 34 случаями (50 %).
Комплекс фабульных контекстов, сосредоточенных насобытиях
прибытия (появления) актанта встречи на«арене» фабульного действия,
представлен всего 2 случаями (3 %). Впрепозиции— 13 случаев (19 %).

ЧАСТЬ 2. Проблемы анализа мотива 245
Событийный контекст, связанный спредставлениями опребывании актанта (актантов) встречи дома илиснепосредственным отношением актанта (актантов) встречи кдому, представлен только одним
случаем (1,5 %), достаточно периферийным всвоей семантике: речь
идет оГриневе, обосновывающемся нановом месте вБелогорской кре-
пости. Впрепозиции— 8 случаев (12 %).
Вцелом прагматически нейтральные синтаксические комплексы
постпозиции представлены только 11 случаями (16 %). Впрепозиции
такие комплексы представлены 55 случаями (81 %).
Суммарная частота препозиционных фабульных контекстов, реле-
вантных сточки зрения синтактики мотива встречи, составляет
80случаев (118,5 %); суммарная частота постпозиционных контекстов
составляет 73 случая (107 %). Избыточность синтаксического окруже-
ния мотива вызвана именно тем, чтоприанализе учитывались, повозможности, все релевантные фабульные контексты мотива. Например,
фабульный контекст пребывания героя впути может кактаковой пред-
варять встречу, аможет сочетаться сконтекстом остановки вдороге
(Минский останавливается вдоме Вырина; Гринев попути вОренбург
останавливается надорожной станции) илисконтекстом вынужденной
задержки (так, Гринева иМашу задерживают гусары изотряда Зурина),
ит.д. Такого рода сопряженные контексты исоздают частотную избыточность синтаксического окружения мотива, что конечноже непротиворечит, атолько подтверждает системно-языковой статус мотива
какполивалентной повествовательной единицы.
Вернемся квопросу обинверсии. Общее сравнение препозицион-
ных ипостпозиционных фабульных контекстов мотива встречи позволяет сделать следующий вывод: если впрепозиции ведущее положение
занимают аспекты пространственно-временной организации события
встречи (ивсвязи сэтим напервое место выходят хронотопически
ориентированные событийные контексты пути идома), товпостпозиции напервый план выходит аспект результативности события
встречи (ивсвязи сэтим напервом месте оказываются событийные
контексты, связанные сидеями развития, изменения, сдвига, происшествия ит.д.). Подчеркнем, чторечь идет нетолько инестолько
особытийной, илисобственно фабульной, результативности, сколько
осюжетных, т.е. смысловых, итогах события встречи.

246 ПОЭТИКА МОТИВА
15.3. Прагматика
15.3.1. Сюжетный смысл
Подобно тому какприанализе семантического исинтаксическо-
го уровней семиотической структуры мотива встречи мы выделяли
семантические исемантико-синтаксическое общности (комплексы)
признаков ихарактеристик, так ипоотношению кпрагматике мотива
мы может говорить отематико-смысловых комплексах, отражающих
основные смысловые вариации мотива всюжетных контекстах пуш-
кинских повествований.
Ведущий тематико-смысловой комплекс такого рода можно опре-
делить через достаточно универсальную формулировку: «мир вего
изменчивом исобытийно продуктивном состоянии».
Данный комплекс реализован в17 случаях (25 %) ираскрывается
через следующие формулы, последовательно связанные одна сдругой
весьма отчетливой «логикой смысла»:
Коренная ивездесущая переменность иамбивалентность бытия
(встречи Лизы иАлексея вроще награнице между имениями инаобе-
де уМуромских, где Лиза предстает притворщицей, «Барышня-крестьянка») инепосредственная связь жизни сее оборотными, втом
числе потусторонними сторонами, вмешивающимися вжизнь героя
(встреча гробовщика Адриана спокойниками, «Гробовщик»; встреча
графини играфа Сен-Жермена, Германна ипризрака графини, «Пико-
вая дама»; встреча Гринева имужика-оборотня всне-видении, «Капитанская дочка»).
Ближайшее, непосредственное соседство вжизни ее полярных начал
приводит ктому, чтогероя вего жизненном поиске может встретить
нетолько непорядочность иобман (первая встреча Гринева иЗурина,
«Капитанская дочка»), ноибескорыстная помощь иучастие, вплоть
доспасения героя отгибели (встреча Гринева имужика-вожатого,
встреча Гринева иПугачева взахваченной Белогорской крепости,
встреча Гринева иказачьего урядника, «Капитанская дочка»).
Очреватой событиями переменности жизни говорят красота
исовершенство, которые можно неожиданно обнаружить вобыденной
жизни (первая встреча повествователя сВыриными, «Станционный
смотритель»),— нообэтомже говорит ито, чтообретенную красоту

ЧАСТЬ 2. Проблемы анализа мотива 247
исовершенство можно также неожиданно утратить, ибезэтих начал
мир героя становится опустошенным ибессмысленным (вторая встреча повествователя сВыриным, «Станционный смотритель»). Вобщем
случае широта инезапланированность перемен иповоротов жизни
кактаковой, принципиально несводимой кличным намерениям идействиям героя, расширяет сущностные границы жизни героя допределов
его судьбы (встреча Берестова иМуромского награнице между имениями, последняя всоставе фабулы встреча Лизы иАлексея вее имении,
«Барышня-крестьянка»; встреча Гринева иВасилисы Егоровны после
прибытия вБелогорскую крепость, встреча Гринева иофицеров скапитаном Мироновым перед нашествием Пугачева, встреча Гринева иЗури-
на, когда последний объявляет герою оего аресте, «Капитанская дочка»).
Охарактеризованный тематико-смысловой комплекс задает после-
дующие линии развития смысловых аспектов прагматики мотива,
ипрежде всего актуализирует тему личной судьбы героя. Эту тему
вее различных смысловых актуализациях можно представить ввиде
следующей последовательности формул: предощущение поворота
всудьбе героя (встреча Ибрагима иНатальи Гавриловны наассамблее,
«Арап Петра Великого»; встреча Дубровского сумирающим отцом,
«Дубровский»; встреча Марии Шонинг инезнакомого молодого человека, «Мария Шонинг»; встреча молодого человека схозяевами име-
ния, «В179* году возвращался я…»); предощущение самим героем
своей непростой судьбы (встреча Ибрагима иПетра вКрасном Селе,
«Арап Петра Великого») иприобщение героя ксудьбам великой страны
(тамже). Общий частотный вес этого комплекса невелик— 6 случаев
(9 %), однако следует иметь ввиду, чтовнеявной форме смыслы пере-
мен всудьбе героя заложены ивпрагматике событий предыдущего
комплекса. Неменее важно ито, чтоданные смыслы раскрываются
вразличных конкретных формах впоследующих тематико-смысловых
комплексах, описываемых такими общими формулами, какиспытания
героя иличностные итоги испытаний, развитие иликачественная
перемена статуса героя, любовная история героя.
Комплекс испытаний героя иличностных итогов испытаний
раскрывается вследующих формулах: герой (героиня) претерпевает
испытания достойным образом (встреча Гринева иШвабрина надуэли, встреча Гринева иМаши взахваченной Белогорской крепости

248 ПОЭТИКА МОТИВА
иосвобождение героини из-подвласти Швабрина, «Капитанская доч-
ка»), испытание героя через превратности случая (встреча Гринева
иЗурина вовремя пугачевской войны, «Капитанская дочка»), героиня
оказывается вдушевном тупике, вситуации безысходности ираскаяния (встреча Германна иЛизы, «Пиковая дама»), герой обнаруживает
свое коварство (встреча Гринева иШвабрина надуэли, «Капитанская
дочка»), герой преступает нравственный закон (встреча Германна
играфини, «Пиковая дама»), героя настигает возмездие, герой терпит
жизненный крах (встреча Гринева иШвабрина вБелогорской крепости приосвобождении Маши, «Капитанская дочка»; встреча Герман-
на ипризрака графини, «Пиковая дама»), окончательное завершение
сюжетной перспективы исмыслового целого героя (встреча Гринева
иШвабрина вследственной тюрьме, «Капитанская дочка»). Общий
частотный вес этого комплекса— 9 случаев (13,5 %).
Тематико-смысловой комплекс развития илиперемены статуса
героя (персонажа) раскрывается вследующих формулах: переход персонажа вположение героя (героини) сюжета (встречи Полины сгоспожой де Сталь иСинекуром, «Рославлев»); герой (героиня) становится
модератором сюжета, т.е. сюжетно необходимым героем-посредником
всистеме фабульного действия (встреча Гринева иПугачева вразгра-
бленном комендантском доме вБелогорской крепости, встреча Маши
инезнакомой дамы всаду вЦарском Селе, «Капитанская дочка»);
герой (героиня) преодолевает свой сложившийся эстетический образ
ипредстает всущественно иных смысловых иценностных очертаниях
(встреча Дубровского иМарьи Кирилловны влесу: героиня преодо-
левает сюжетный образ авантюрной героини иявляется всмысловых
иценностных очертаниях, близких посвоему эстетическому существу кобразу Татьяны Лариной; «Дубровский»); герой (героиня) становится протагонистом (встреча Маши иимператрицы Екатерины,
«Капитанская дочка»); герой подтверждает свое нравственное право
исвой ценностно-смысловой статус протагониста (встреча Гринева
иШвабрина вследственной тюрьме, встреча Гринева иПугачева перед
его казнью, «Капитанская дочка»). Общий частотный вес этого ком-
плекса— 8 случаев (12 %).
Тематико-смысловой комплекс любовной истории героя осо-
бенно примечателен тем, чтоего смысловые формулировки, взятые

ЧАСТЬ 2. Проблемы анализа мотива 249
всовокупности, достаточно полно отвечают обобщенной схеме любов-
ного сюжета кактакового:
Появление героини каквозможной возлюбленной героя (первая
встреча Гринева иМаши наобеде уМироновых, «Капитанская дочка»). Развитие дружбы между героем игероиней— такой дружбы,
которая может перерасти влюбовные отношения (встреча Вольской иМинского насветском приеме, «Гости съезжались надачу»).
Развитие любовных отношений (встреча Лизы иВладимира наиме-
нинах вдеревне, «Роман вписьмах»; первая встреча Дубровского
иМарьи Кирилловны вусадьбе Троекурова, «Дубровский»). Куль-
минация любовных отношений— герой признается героине влюбви,
делает героине предложение (встреча Бурмина иМарьи Гавриловны
всаду, «Метель»; вторая встреча Дубровского иМарьи Кирилловны
вусадьбе Троекурова, «Дубровский»; встреча иобъяснение Гринева
иМаши после дуэли, «Капитанская дочка»). Появление соперника
(встреча Валериана иГустава Абрамыча, «Арап Петра Великого»;
встреча изнакомство Гринева иШвабрина, «Капитанская дочка»).
Возникновение препятствий браку героев (встреча Гринева иМаши
после получения Гриневым письма отродителей, «Капитанская дочка»). Герой выручает избеды героиню (встреча Буланина иМаши
взахваченном родительском имении Буланиных, «пропущенная глава» «Капитанской дочки»). Воссоединение влюбленных героев (встреча
Буланина иМаши взахваченном родительском имении, «пропущен-
ная глава» «Капитанской дочки»; неожиданная встреча Лизы иАлексея вусадьбе Муромских, «Барышня-крестьянка»). Врамках данной
темы звучат исмыслы сотрицательной оценкой: неизбежность неже-
ланного замужества (встреча Ибрагима иНатальи Гавриловны после
ее болезни, «Арап Петра Великого»); заключение случайного брака,
чтовпоследствии осознается героями какнелепая ижестокая жиз-
ненная ошибка (встреча Бурмина иМарьи Гавриловны вдеревенской
церкви, «Метель»). Общий частотный вес этого комплекса достаточно
велик— 14 случаев (21 %).
Рассмотренные тематико-смысловые комплексы, так илииначе
связанные сидеей переменности жизни какфактора судьбы героя,
всистеме прагматики мотива встречи сопровождены двумя смежными ивсвою очередь взаимосвязанными комплексами, которые можно

250 ПОЭТИКА МОТИВА
охватить формулировками «противопоставление героев» и«взаимодействие героев».
Тематико-смысловой комплекс «противопоставление героев» рас-
крывается вследующих формулах: герой-простак противопоставлен
пройдохе (первая встреча Гринева иЗурина, «Капитанская дочка»);
герой сопоставляет себя скумиром (встреча автора записок оселе
Горюхине ссочинителем Б., «История села Горюхина»); глубокий ивоз-
вышенный посвоей натуре герой противопоставлен поверхностному
илегкомысленному персонажу (встреча Ибрагима иКорсакова, «Арап
Петра Великого»); бедный италантливый герой противопоставлен
богатому итщеславному (встреча Чарского инезнакомца, «Египетские
ночи»); герои находятся вравных, партнерских отношениях (встреча
Гринева иПугачева вБердской слободе, «Капитанская дочка»); герои
находятся вотношениях соперничества (встреча Валериана иГуста-
ва Абрамыча, «Арап Петра Великого»; встреча Гринева иШвабрина
надуэли, «Капитанская дочка»); герои находятся вотношениях глу-
бокой смысловой иценностной несовместимости (встречи Вырина
сМинским иДуней вПетербурге, «Станционный смотритель»). Общий
частотный вес этого комплекса— 8 случаев (12 %).
Ипоследний тематико-смысловой комплекс, охватываемый фор-
мулой «взаимодействие героев», включает всебя следующие смыслы:
развитие глубоких исудьбоносных отношений героя свеликим человеком (встреча Ибрагима привозвращении сПетром, «Арап Петра
Великого»); актуальное противоречие героев— развитие конфлик
та между героями-антагонистами (встречи Дубровского скучером,
сумирающим отцом, сТроекуровым, «Дубровский»; встреча Гринева
иШвабрина надуэли, «Капитанская дочка»); герой развенчивает
антагониста вего смысловом иценностном целом (встреча Сильвио
играфа Б***, «Выстрел»); герой обнаруживает свое нравственное пре-
восходство перед антагонистом (встречи Гринева иПугачева, «Капитанская дочка»). Общий частотный вес этого комплекса такойже:
8случаев (12 %).
-
15.3.2. Сюжетные интенции
Напомним, чтоинтенция фабульного события— это перспектива
его сюжетного развития, перспектива эстетическая всвоей значимости,
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
