Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Тенденции производительности в мире и России (эмпирический анализ). Монография
.pdf
Заключение 141
ного продвижения на все более высокие технологические уровни
производства.
Превосходство страны в показателях производительности проявляется и в параметрах социального эффекта, показателях уровня затрат
на конечное потребление. При этом преимущественная (относительно
производительности) динамика потребления далеко не всегда служит
гарантией высоких темпов роста душевого потребления на длительном
временно´ м интервале.
Межстрановое пространство
душевого потребления за последние
10 лет рассматриваемого периода в известной степени сужается. Одна-
ко процесс сближения не носит всеобъемлющего системного характера, преимущество в темпах, демонстрируемое развивающимися странами, а также странами с формирующимся рынком, пока не настолько
серьезное, чтобы принципиально сблизить мировых лидеров и аутсайдеров. Без учета Китая процесс
конвергенции вообще не виден или по-
чти не виден.
Производительность труда в РФ превышала в 1990 г. среднемировой показатель примерно в полтора раза (в текущих ценах). К 1998 году превышение сменилось уже заметным отставанием. В последующем наблюдается преимущественный рост производительности в России по отношению к мировому показателю до 2008
г. включительно.
В результате показатель производительности труда в РФ превысил мировой уровень в 2008 г. примерно на 50 %, в 2010 г. – на треть.
Ранг показателя производительности в России среди 107 стран мира (G-107) с совокупным ВВП около 95 % мирового уровня в течение
рассматриваемого двадцатилетнего периода (1991–2010 гг.) оставался
между 45 и 60 местом. К 2010 году не удалось вернуться
к позиции,
сформировавшейся в 1990 г. (45 место). Вместе с тем проделан большой путь, позволивший перейти с 60-го места в 1995 г. до 49-го места
в 2010 г.
Актуальные задачи, касающиеся производительности труда, оставаясь в рамках здравого смысла, состоят в том, чтобы «догнать и перегнать» ближайших соседей (соперников). Большинство из них
за постсоветский период до 2010 г. продемонстрировало преимущественный
рост производительности по отношению к России со всеми вытекающими отсюда последствиями.
В целом множество 74 стран (Q-74) за рассматриваемое двадцати-
летие характеризуется одним и тем же темпом роста производительно-
142
сти и душевых расходов на потребление. В большинстве стран динамика расходов на потребление выше динамики производительности.
Как правило, мера превышения роста потребления над ростом производительности на всем периоде достаточно умеренна.
В этом смысле Россия является абсолютным мировым лидером.
Здесь на 1 % роста производительности приходится 1,85 % роста потребления, индекс роста душевых
расходов на потребление в 2010 г. по
отношению к 1990 г. составил 217 %. Вместе с тем ряд стран в течение
рассматриваемого периода показал более высокие результаты, например, Китай, обеспечивающий фантастический рост расходов на потребление (395 %) как раз за счет преимущественного роста производительности.
По уровню душевых расходов на потребление Россия последова-
тельно
переместилась с 44 места в 1995 г. на 31 место в 2010 г. Это
очень сильная позитивная динамика. Душевые расходы на потребление в России еще в 2000 г. составляли менее 70 % среднего уровня, к
2010 г. превысили среднюю оценку почти в полтора раза. Правда, даже
не до мировых грандов, а скажем, до Португалии, еще далеко.
В
России годовой продукт одного работника был способен обеспечить расходы на потребления 5,68 чел. в 2000 г., 4,65 – в 2005 г. и
3,51 чел. – в 2010 г. Иначе говоря, динамика производительности труда
существенно отстает от роста расходов на душевое потребление, возможности накопления стремительно убывают. Столь резких структурных изменений в этот период не наблюдалось фактически
ни в одной
другой стране мира.
Российская Федерация с показателем производительности труда к
2010 г. примерно на треть выше среднемировой оценки, располагаясь
по этому показателю в конце списка ТОП-50 среди 107 стран мира,
имеет возможность за счет новых быстроразвивающихся регионов в
обозримой перспективе упрочить свое положение на мировом фоне.
В первой половине «
нулевых» годов драйверами роста выступали в
значительной степени Москва и Тюменская область, обладающие особыми конкурентными преимуществами, за счет которых их производительность сопоставима со странами из ТОП-15. Однако уже со
второй половины «нулевых» годов эти два региона-тяжеловеса, концентрирующие чуть менее трети российского ВРП, фактически не демонстрируют сколько
-нибудь заметного роста производительности.
Вместе с тем появились новые быстроразвивающиеся регионы
Заключение 143
(не менее 12–15), которые, существенно отставая от среднемирового
уровня еще в 2000 г., вплотную к нему приблизились или заметно превзошли к 2010 г. При некоторых реалистических предположениях уровень производительности труда в России может превзойти среднемировой показатель в 1,5 раза к 2025 г.
2. Ключевая идея подхода к измерению и оценке инновационного
фактора
на макро- и региональном уровне состоит в том, что он строится на соотношении инвестиционных усилий и обусловленных ими
показателей динамики производительности труда. На операциональном уровне измерение интенсивности инновационной деятельности
осуществляется за счет разложения прироста производительности труда на факторы, его порождающие – динамику фондоотдачи и фондовооруженности. Соответственно оценка интенсивности
инновационной
деятельности – это часть прироста производительности, обязанная динамике фондоотдачи. Чем в большей степени прирост производительности труда определяется динамикой фондоотдачи, тем выше роль и
значение инновационного фактора.
В зависимости от динамики удельных (на одного занятого) затрат
инвестиций на прирост производительности труда единичной интенсивности («инвестиционных издержек») можно также оценивать,
по
крайней мере, на качественном уровне свойства технологического прогресса, меру его инновационных характеристик.
Получены результаты измерения интенсивности инновационной
деятельности в США. Оказалось, что за последние примерно 50 лет
прирост производительности обеспечивается в решающей степени (на
3/4) за счет увеличения фондовооруженности. Не удается преодолеть
тенденцию к росту удельной капиталоемкости.
Инновационная составляющая технологического прогресса наиболее ярко проявилась в США в течение двух последних десятилетий
XX века. В этот период прирост производительности уже наполовину
обеспечивался принципиально новыми прорывными технологиями,
ростом фондоотдачи. Последние три пятилетия характеризуются тем,
что инновационного ядра технологического прогресса почти не видно.
Формулировать какие-либо содержательные суждения, касающиеся соотношения межстрановой инновационной активности на базе сопоставления удельных инвестиционных издержек и роста производительности не совсем корректно, скорее запрещено. Связано это с тем,
что измерения осуществляются применительно к объектам, фактически
144
находящимся в различных экономических условиях, характеризующимся разной степенью сложности (совершенства), соответственно
разным уровнем производительности.
Приведение объектов к сопоставимому виду позволяет в известной степени корректно сравнить интенсивность инновационной деятельности за определенный период времени уже между странами.
При устранении с помощью корректирующего параметра фактора
различий в связи с неодинаковым технолого
-экономическим уровнем
производственного аппарата, сформированным к базисному году, достигается определенное выравнивание стартовых условий в различных странах, тем самым возможность в известной степени объективно сопоставлять инвестиционные расходы, связанные с ростом производительности.
На эмпирическом материале по странам мира исследована зависимость между динамикой, с одной стороны, показателя производительность труда, с другой – нормы накопления в ВВП и инвестиционных
издержек, выявлено влияние каждого из этих факторов на динамику
производительности труда.
По результатам наблюдения за 40 лет 24 стран (доля в общемировом ВВП (ППС) в 2010 г. составляет 55,1 %) можно предварительно
сделать следующие выводы. Будучи сравнительно непопулярным в
принципе методом улучшения характеристик экономического роста,
увеличение нормы накопления основного капитала в ВВП, являясь
прерогативой преимущественно стран с развивающимся рынком, выступает инструментом «взбадривания»
экономики в двух случаях:
– интенсивность технологического прогресса недостаточна, и без
увеличения нормы накопления страна в лучшем случае сохранит достигнутые темпы роста производительности;
– для решения амбициозных макроэкономических задач.
Главное, пожалуй, состоит в следующем:
– улучшение динамики производительности труда без сокращения
инвестиционных издержек практически невозможно или связано (при
постоянстве инвестиционных издержек) с беспрецедентным ростом
нормы накопления;
– ухудшение динамики производительности труда, как правило,
сопровождается ростом инвестиционных издержек.
Заключение 145
CONCLUSION
1. Over 45 years (from 1966 to 2010) the GDP of 33 countries (Q-33)
which is up to 62,0 % of world GDP in 2010, has increased 5,6 times, the
average annual growth rate was 3,9 %. During this period an important feature of the development was the absence of the phenomenon of absolute
decline in aggregate GDP. Even the deep crisis of 2009 did not interrupt the
economic growth of 33 countries as a whole, although it was only 0,3 %.
None of the 33 countries under review has been able to increase or at
least prevent a decline in output each year over the 45-year period. Almost
every year (except for 2006–2007) at least one country “stumbled”, cutting
production output.
It would be wrong to say that modern globalization processes have the
ability to plunge an increasing number of countries into a crisis over time.
Nevertheless, for Q-33 it is clearly observed in the first half of the period
under review. o a crisis over time. Nevertheless, for Q-33 it is clearly observed in the first half of the period under review. However, approximately
from the mid-1980s to 2008, i.e. more than 20 years, the crisis phenomena
covered in the trend just an ever smaller number of countries. Although almost 2/3 of the countries from Q-33 were involved in the deep global crisis
of 2009.
Using the “from the top to the top” approach (from one historical maximum of the GDP to another), there are no signs of a cyclical economic development and no significant regularities concerning the increase or reduction of the distance between the vertices.
The dynamics of labor productivity over the same period is markedly
less impressive than GDP growth. The average annual growth rate for the
long period under consideration was 1,9 %. It is certain that the pace slowed
down from the early 1970s to the mid-1980s and accelerated over the last
15–20 years of the period under review.
Perhaps, economic restructuring and new geopolitical configuration
have led to the fact that a number of developed countries noticeably lose
their leading position in the productivity race. Pauses here become lengthy
and do not seem to be connected only with conjunctural factors.
For many countries in the world the time until the end of the 1980s is a
period of “turbulence”, a frequent change of trend. And only since the beginning of the 1990s most countries of the world demonstrate steady
growth.
146
The period from the mid-1970s to the mid-1980s can be called a historical fork in the sense that some countries (the majority) begin to significantly improve the previous trends, others (minority) to worsen. It seems
that at the end of the second half of the 1980s fundamentally new opportunities and sources of development emerged. Not all countries managed
to “jump into the train of new opportunities” and not all were equally receptive to them. Why – this is the main “intrigue” of the expanding innovation revolution.
By the mid-1960s there was a very big difference in the level of labor
productivity across the Q-33 countries. Since the beginning of the 1990s the
tendency towards their convergence is clearly seen. China plays a very special role in this process. Some countries, large or small, find opportunities to
overcome the historically conditioned standing behind; find and use some
powerful competitive advantages for accelerated advancement to the higher
technological levels of production.
The country's superiority in productivity is also evident in the social effect parameters, such as final consumption expenditure. At the same time
the predominant (compared to productivity) consumption dynamics does not
always guarantee a high growth rate of per capita consumption over a long
time.
The intercountry space of per capita consumption is narrowed to a certain extent over the last 10 years of the period under review. However, the
pace advantage demonstrated by developing countries is not yet so serious
as to bring together world leaders and outsiders. Without China, the convergence process is generally not visible or almost invisible.
In 1990 labor productivity in the Russian Federation exceeded the world
average by about one and a half times. By 1998 the excess was replaced by
a noticeable lag. Then until 2008 a predominant productivity growth in Russia is observed compared to the world average. As a result, the labor
productivity in the Russian Federation exceeded the world average in 2008
by approximately 50 %, in 2010 – by one third.
The rank of the Russia’s productivity among 107 countries (G-107) with
a total GDP of about 95 % of the world GDP remained between 45th and
60th place during the 20-year period (1991–2010). The position formed in
1990 (45th place) was not returned by 2010. But a long way has been made,
which made it possible to move from the 60th place in 1995 to the 49th
place in 2010.
Заключение 147
In most countries the consumption expenditure dynamics is higher than
the productivity dynamics. The excess of consumption growth over productivity growth is fairly moderate over the entire period.
Here Russia is the absolute world leader. 1 % productivity growth corresponds with 1,85 % consumption growth in 1991–2010, index of per capita
consumption expenditure was 217 % in 2010 compared to 1990. However,
during the period under review a number of countries showed higher results,
for example, China, which had a fantastic increase of consumption expenditure (395 %), due to a higher productivity growth.
In per capita consumption expenditure ranked list Russia consistently
moved from 44th place in 1995 to 31st in 2010. This is a very strong upward trend. Per capita consumption expenditure in Russia was less than
70 % of the world average in 2000, but exceeded it by almost one and a half
times by 2010. Nevertheless, not even the world leaders, but Portugal is still
far away.
The annual output of one employee in Russia was able to provide consumption expenditure of 5,68 people in 2000, 4,65 – in 2005 and 3,51 – in
2010. In other words, the dynamics of labor productivity lags far behind the
growth of per capita consumption expenditure, the accumulation potential is
rapidly decreasing. Such sharp structural changes were not observed in any
other country in the world in this period.
The Russian Federation with labor productivity about one-third higher
than the world average by 2010, is ranked at the end of the TOP-50 list
among 107 countries, has the opportunity to strengthen its position in the
foreseeable future due to new rapidly developing regions. Making some realistic assumptions, the labor productivity in Russia can exceed the world
average by 1,5 times by 2025.
2. The key idea of the approach to measuring and evaluating the innovation factor at the macro and regional level is that it is built on the ratio of
investment efforts and the dynamics indicators of labor productivity.
At the operational level, the intensity of innovation activity is measured
by the decomposition of the labor productivity growth into factors that generate it – the dynamics of output-capital ratio and capital-labor ratio. The
innovation activity intensity is a part of productivity growth, which is due to
output-capital ratio dynamics. The more the increase of labor productivity is
determined by the dynamics of output-capital ratio, the higher the role and
importance of the innovation factor.
148
Depending on the dynamics of investment expenditures (per person)
employed divided by the labor productivity increase (“investment expenditures”), the properties of technological progress, its innovation characteristics can be evaluated at least qualitatively.
The results measuring the innovation activity intensity in the United
States are obtained. It turned out that over the last 50 years or so, productivity growth has been achieved due to the capital-labor ratio increase to a considerable degree (3/4). The tendency of the capital-output ratio per unit to
increase is not overcome.
The innovative component of technological progress was most clearly
manifested in the USA during the last two decades of the 20th century. During this period productivity growth was already half achieved by fundamentally new breakthrough technologies, output-capital ratio growth. The
last fifteen years are characterized by the fact that the innovation core of
technological progress is almost not observed.
The opportunity to compare the innovation activity intensity across the
countries assumes the elimination of the difference factor due to the unequal
technological and economic level of the production apparatus generated by
the base year. This problem solution, in turn, allows to equalize the starting
conditions in different countries, to evaluate innovation ratings to a certain
extent objectively.
Based on the empirical material by countries across the world, the correlation between the dynamics of the labor productivity, on the one hand, and
the dynamics of gross fixed capital formation (% of GDP) and investment
expenditures, on the other hand, was studied, the influence of each of these
factors on the labor productivity dynamics was revealed.
According to the results of observation of 24 countries for 40 years
(55,1 % of the world GDP (PPP) in 2010), we can preliminarily draw the
following conclusions. As a relatively unpopular method of improving the
characteristics of economic growth, an increase of gross fixed capital formation (% of GDP), being mainly the prerogative of emerging market countries, is an instrument of “encouraging” the economy in two cases:
– the intensity of technological progress is not sufficient, and without
increasing of gross fixed capital formation (% of GDP), the country will, at
best, maintain the achieved productivity growth rates;
– to solve ambitious macroeconomic problems, only reducing investment expenditure per unit is not enough.
The main thing, perhaps, is that:
Заключение 149
– improving the dynamics of labor productivity without reducing or stabilizing investment expenditures per unit is almost impossible or connected
with an unprecedented increase of gross fixed capital formation (% of
GDP);
– the weakening of the labor productivity dynamics usually is accompanied by an increase of investment expenditure per unit.
.
НАУЧНОЕ ИЗДАНИЕ
Лавровский Борис Леонидович
ТЕНДЕНЦИИ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ В МИРЕ И РОССИИ
(ЭМПИРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ)
Монография
Под редакцией М.В. Хайруллиной
Редактор
А.Ю. Кроних
Выпускающий редактор И.П. Брованова
Художественный редактор
Корректор
А.В. Ладыжская
И.Е. Семенова
Компьютерная верстка С.И. Ткачева
Подписано в печать 21.08.2017
Формат 60 × 90 1/16. Бумага офсетная
Уч.-изд. л. 9,5. Печ. л. 9,5. Тираж 150 экз.
Изд. № 351/16. Заказ № 1030
Налоговая льгота – Общероссийский классификатор продукции
Издание соответствует коду 95 3000 ОК 005-93 (ОКП)
Издательство Новосибирского государственного
технического университета
630073, г. Новосибирск, пр. К. Маркса, 20
Тел. (383) 346-31-87
E-mail: office@publish.nstu.ru
Отпечатано в типографии
Новосибирского государственного технического университета
630073, г
. Новосибирск, пр. К. Маркса, 20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]