Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1329 вузов, 5502 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Собрание сочинений. В 5 томах. Т. 4. Одноэтажная Америка

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
— Это жфакт!— кричал он нам.— От одной картины до другой такой маленький перерыв, что япочти не успеваю ознакомиться сролью. Честное слово.
Показав нам свой домик (хороший американский домик сэлектрическими приборами, газовым отоплением вполу исере­бряной елкой), автомобиль (хороший американский туринг-кар, сзажигалками ирадио) ижену (хорошая русская жена ссерыми глазами),— актер приступил ктому, что его, как видно, больше всего волновало.
— Ну, акак вСоюзе?
Получив самый обстоятельный ответ насчет того, как вСоюзе, он сеще большим интересом спросил:
— Ну, акак вМоскве?
Получив не менее обстоятельный ответ насчет иэтого, актер закричал:
— Ну, ав Художественном как? Как внашем театре?
Мы рассказали иэто.
— Мишка Яншин— заслуженный артист республики?— радост­но охал он.— Так Мишка же мальчик! Мы же вместе сним играли роли без слов. АХмелев? Неужели играет царя Федора? Чудесно прямо! Хмелев же вместе со мной... Мы же просто дети были вдвадцать втором году. Это жфакт, что были дети! Ну, апро Ильинского явсе знаю! Знаменитый артист стал, амы сним вме­сте встудии учились. Это жфакт, что учились! СИгорем!
Он никак не мог привыкнуть кмысли, что Яншины иХмелевы уже выросли, превратились вбольших актеров. Не мог привы­кнуть, потому что мерил по Голливуду. Сним ведь за эти тринад­цать лет ничего, собственно, не произошло. Ну, стал больше денег получать, собственный автомобиль завел, но известным актером не стал. Только недавно— буквально месяц назад— начали хоть фамилию ставить всписке действующих лиц. Араньше иэтого не было. Так просто— безымянный кинематографический гений смексиканскими бачками исверкающими глазами. Аведь очень талантливый актер.
Поздно ночью, провожая нас по затихшим голливудским ули­цам, он вдруг разъярился истал все проклинать.
— Голливуд— это деревня!— кричал он страстным голосом.— Это жфакт! Дикая деревня! Тут же дышать нечем!
311
И долго еще на всю Калифорнию слышался густой русский голос: — Деревня! Уверяю вас, деревня! Это жфакт!
Этот ночной вопль был последнее, что мы слышали вГолливу­де. Наутро мы выехали поездом вСан-Диэго по санта-фейской железной дороге.
Для этого мы сперва отправились вЛос-Анжелос, отстоящий от Голливуда... вобщем, ни на сколько не отстоящий от Голливуда, асливающийся сним так же, как сам Голливуд, незаметно пере­ходит вБеверн-Хилл, Беверн-Хилл переходит вСанта-Монику, аСанта-Моника— еще во что-то.
Лос-Анжелос впереводе значит— ангелы. Да, это город анге­лов, вымазавшихся внефти. Здесь, как ив Оклахома-сити, нефть нашлась всамом городе ицелые улицы заняты металлическими вышками— сосут, качают, зарабатывают деньги.
Лос-Анжелос— тяжелый город, сбольшими зданиями, грязны­ми иоживленными улицами, железными пожарными лестница­ми, торчащими на фасадах домов. Это калифорнийское Чикаго— кирпич, трущобы, самая настоящая нищета исамое возмутитель­ное богатство.
Перед самым отъездом мы увидели большую очередь людей, выстроившихся перед входом вресторан. Надетое на постоянную вывеску полотнище извещало, что здесь Армия спасения дает бес­платный рождественский обед для безработных. Двери ресторана были закрыты, до обеденного часа было еще далеко. Очередь де­монстрировала все виды итипы американских безработных— от бродяги, сдавно не бритыми щеками иподбородком, до смирного служащего, еще не отказавшегося от галстука ине потерявшего надежду когда-нибудь снова войти вобщество. Здесь стояли юно­ши,— они выросли уже вто время, когда работа исчезла, они еще никогда не работали, ничего не умеют делать, им негде научиться работать. Они не нужны никому, полные сил, способные молодые люди. Здесь стояли старики, работавшие всю жизнь, но которые уже никогда больше работать не будут, отцы семейств, честные ра­ботяги, обогатившие за свою рабочую жизнь не одного хозяина,— они тоже никому не нужны.
Эптон Синклер, скоторым мы встретились несколько дней на­зад вПассадене, маленьком икрасивом калифорнийском городке, сказал нам:
312
— Капитализм как строй, приносящий людям выгоду, зарабо­ток как строй, который дает возможность существовать, давно кончился. Но, ксожалению, люди этого еще не поняли. Они дума­ют, что это— временная заминка, какие бывали ираньше. Они не понимают того, что уже никогда капитализм не даст работы три­надцати миллионам американских безработных. Ведь кризис за время стридцатого года, когда он начался, заметно ослабел, дела идут гораздо лучше, абезработица не уменьшается. Людей заме­нили новые машины ирационализация производства. Самая бо­гатая вмире страна, «божья страна», как ее называют американ­цы, великая страна не всостоянии обеспечить своим людям ни работы, ни хлеба, ни жилища,
И этот большой, страстный человек, всю жизнь метавшийся впоисках правды, бывший илибералом, исоциалистом, иоснова­телем собственной социальной теории, под флагом которой он бал­лотировался вгубернаторы Калифорнии от демократической пар­тии идаже собрал девятьсот тысяч голосов,— устало опустил голо­ву.Мы сидели вего доме, темноватом, старомодном, пыльном икаком-то нежилом. Дом тоже был усталый истарый. Из попытки устроить вКалифорнии обособленный штат, где не будет безрабо­тицы, ничего не вышло. Вгубернаторы штата Синклер не прошел. Да ничего ине вышло бы, даже если бы он исделался губернатором.
— Сэтим кончено,— сказал на прощанье Синклер.— Явозвра­щаюсь клитературной работе.
У Синклера красивая серебряная голова. Он был всером флане­левом костюме илетних башмаках, сплетенных из узеньких ре­мешков. Вруке он держал суковатую иискривленную палку. Та­ким он остался внашей памяти— старый человек, стоящий вдве­рях своего скромного старого дома, освещенный калифорнийским закатом, улыбающийся иусталый.
Улицы праздничного Лос-Анжелоса были необычайно тихи.
На вокзале было пустовато. Вкиоске торговали газетами, цвет­ными открытками, пятицентовыми пакетиками следенцами. Эти круглые леденцы сдырочкой посредине похожи на мозольный пластырь. Вкус их подтверждает зрительное впечатление.
Какой-то железнодорожный чин храпел за своей перегородкой, надвинув на нос форменную фуражку слакированным козырь­ком. Мы вошли впульмановский вагон иуселись на вращающихся
313
бархатных креслах скружевными салфеточками на спинках. Проводник-негр неслышно внес наши чемоданы, неслышно по­местил их на багажную сетку ибезмолвно удалился.
Сейчас же за городом показались рощи апельсиновых деревьев. Их яркие плоды выглядывали из лохматой медвежьей зелени. Десят­ки тысяч деревьев стояли правильным строем. Почва между дере­вьями была идеально расчищена, ипод каждым из них стояла керо­синовая печка. Десять тысяч деревьев— десять тысяч печек. Ночи были довольно прохладны, иапельсины нуждались вподогретом воздухе. Как-никак, стояла зима. Печки производили еще большее впечатление, чем сами апельсиновые плантации. Снова мы увидели безупречную играндиозную американскую организацию.
Внезапно апельсиновые рощи сменились рощами нефтяными. Это были даже не рощи, агустые заросли нефтяных вышек.Они стояли на океанском пляже, иные из них уходили всамый океан.
Потом все перемешалось. Апельсиновые инефтяные планта­ции шли одна за другой, ив окно одновременно врывались аромат апельсинов итяжелый запах сырой нефти.
Наконец скрылись из виду все произведения рук человеческих иперед нами открылся океан, широкий, гордый испокойный. Был час отлива, иокеан далеко отступил от берегов. Мокрое морское дно отражало закатывающееся солнце. Оба солнца (настоящее иотра­женное) во весь дух бежали за поездом. Солнце быстро опускалось на горизонт, краснело все больше, приплюснулось, смялось, потеря­ло форму. Теперь это было вялое, потерявшее всякую торжествен­ность светило. Аокеан все шел рядом споездом, накатывая легкую зеленовато-голубую волну, не суетясь ине набиваясь на внимание.
Пассажиры шумели газетными листами, спали вкреслах, ходи­ли вкурительную комнату, где одновременно можно было выпить бокальчик какого-нибудь «Баккарди» или «Манхэттена», погово­рить ссоседом, покричать свое извечное «шурли» или просто под­ремать на бархатных диванах.
Уже стемнело, когда мы прибыли вСан-Диэго. На вокзале нас встретили радостными воплями супруги Адамс. Адамсов распира­ли мексиканские впечатления, исупругам не терпелось поделить­ся ими.
— Мистеры!— воскликнул Адамс, едва мы ступили на перрон.— Вы знаете, кто был первый человек, которого мы увидели на мек-
314
сиканской почве? Самый первый, который попался нам на пути! Да, да, сэры, это был терский казак! Самый настоящий терский ка­зак, сэры! Отлично говорит по-русски. Апо-испански— ни слова.
Адамсы повезли нас в«Калифорниа Отто Корт» (автомобиль­ный постоялый двор, он же кэмп), вкотором жили уже со вчераш­него дня и, подружившись сего хозяином, узнали все сан-диэгские новости: каков вэтом году урожай апельсинов, как обстоят нефтя­ные дела, увеличился ли приток туристов вКалифорнию иеще много других полезнейших сведений, необходимых каждому вдумчивому путешественнику.
Хозяин кэмпа встретил нас, как своих любимых родственни­ков. Надо полагать, что супруги представили нас ему внаивыгод­нейшем свете. После радостных идолгих излияний мы оставили свои вещи вотведенной нам комнате иотправились обедать.
Сан-Диэго ирасположенный поблизости город Сан-Педро яв­ляются базами тихоокеанского военного флота Соединенных Шта­тов. По улицам разгуливали матросы. Торжественные, долговязые имолчаливые, они вели под руку своих девочек. Веселые крошки цеплялись за кавалеров, болтая ихохоча.
Мы кружили вавтомобиле вокруг выбранного нами ресторана, никак не находя места, где могли бы «припарковаться». Все обо­чины были заняты, всюду стояли автомобили. Впоисках «паркин­га» мы отъезжали от своего ресторана все дальше идальше, пере­кочевывали сулицы на улицу. Но город был так переполнен авто­мобилями, что не находилось места еще только для одного, для одного маленького автомобиля благородного мышиного цвета. Черт знает что такое!
Мы заехали всамый конец Сан-Диэго, куда не доносился даже городской шум. Во мраке слышался лишь гул океана. Мы наконец «припарковались» ипошли вресторан. До него было полчаса пути пешком. Вот какие иногда бывают казусы встране, где двадцать пять миллионов автомобилей!
В ресторане, держа на вилке большой кусок бледной рожде­ственской индейки, мистер Адамс торжественно воскликнул:
— Теперь, сэры, мы попали на самый край Юнайтед Стейтс. Дальше двигаться некуда. Отныне, что бы мы ни делали, куда бы мы ни ехали,— мы едем домой, вНью-Йорк! Съедим, сэры, эту ин­дейку за наше здоровье! Мы проехали уже шесть тысяч миль! Ура!
Часть пятая
НАЗАД К АТЛАНТИКЕ
Глава сороковая
ПО СТАРОЙ ИСПАНСКОЙ ТРОПЕ
Щедрое декабрьское солнце изливало свой свет на веселый го-
род Сан-Диэго, на его ярко-желтые особнячки, построенные вис­панском стиле, сжелезными балконами иковаными решеточками на окнах, на остриженные лужайки перед домами ина декоратив­ные деревца сжирной темно-зеленой листвой— увходных дверей.
В сиянии прозрачного утра стоял на рейде военный флот. Ми­ноносцы расположились борт оборт, по четыре штуки вместе, тес­но, как патроны вобойме браунинга. Светло-серые линии старых крейсеров иброненосцев тянулись ксамому горизонту. Теплая зимняя дремота сковала бухту, ивысокие тонкие мачты военных судов недвижимо торчали вбледно-голубом небе. Дредноутов иновейших кораблей здесь не было. Может быть, они сейчас сто­яли вСан-Педро, аможет быть, ушли вокеан, на боевое ученье.
Мы выехали на глубоко уходящий вморе мыс. Это была уже территория военной гавани. Часовой вшершавом зеленом мунди­ре вышел из своей стеклянной будки ивежливо посмотрел на нас. Увидев фотоаппарат, он сказал:
— Прошу вас этим аппаратом ничего не снимать. Это запрещено.
316
Мыс был пустынен. Ни один человек не попался нам навстре­чу. Даже самый неквалифицированный японский разведчик мог бы без помехи сделать нужное ему количество снимков своенных построек, четко вырисовывавшихся внизу. Надо полагать, что снимки эти, конечно, давно сделаны, иморские базы американ­цев так же хорошо известны японцам, как свое собственное На­гасаки. Когда мы ехали назад, часовой даже не вышел из будки. Он только подмигнул нам, как старым знакомым, ипропустил не осматривая.
В самом Сан-Диэго есть большой авиационный завод. Он инте­ресен по двум причинам. Прежде всего— он построен за три ме­сяца. Второе— возле него толкутся посторонние люди, словно воз­ле популярного кафе. Кзаводу можно подойти вплотную, не нуж­ны ни разрешения, ни пропуска. Можно не сомневаться, что эта беззаботность доставляет японцам истинное удовольствие.
По дороге кокеану мы увидели великолепно нарезанные ули­цы сширокими асфальтированными мостовыми, стротуарами, сфонарями, выкрашенными алюминиевой краской. Мы увидели целый городок, сканализацией иводопроводом, сподведенным на все участки газом иэлектричеством, одним словом— город со всеми удобствами. Но без домов. Еще ни одного домика не было вэтом городке, где улицам были даны даже названия.
Так продаются вАмерике участки для постройки домов. Ка­кая-нибудь большая компания покупает землю, где, по ее сооб­ражениям, будет новый поселок или город, приводит его втолько что описанное состояние, азатем сприбылью распродает участ­ки. Другая компания, занимающаяся постройкой домов, возведет вам за два месяца чудесный испанский домик, сполосатыми мар­кизами, сванной впервом этаже, сванной во втором этаже, сбалконом, служайкой перед домом ифонтаном позади дома,— все сделает, отдайте только свои десять тысяч долларов, если они увас есть. Можно ине наличными, можно ив рассрочку. Но не дай вам великий американский боже потерять работу ипрекра­тить платежи!
— Мистеры,— торжественно говорил старый Адамс,— вы должны помнить, что вся растительность, которую вы здесь види­те— пальмы, сосны, апельсиновые илимонные деревья, каждая травинка,— посажены рукой человека. Калифорния вовсе не была
317
раем. Это была пустыня. Калифорнию сделали вода, дороги иэлектричество. Лишите Калифорнию искусственного орошения на одну неделю— иэтой беды нельзя будет поправить годами. Она снова превратится впустыню. Мы называем Калифорнию «Золотым штатом», но правильнее было бы назвать ее штатом за­мечательного человеческого труда. Вэтом раю надо беспрерывно трудиться, иначе он превратится вад. Помните, сэры! Вода, до­роги иэлектричество.
У самого океана стояла прехорошенькая вилла, на дверях кото-
рой почище калифорнийского солнца сияла медная дощечка:
«Главная контора международного общества теософов».
— Но, но, сэры!— кричал мистер Адамс.— Пусть это вас не удивляет. Там, где уже есть вода, дороги иэлектричество, там лег­ко жить. Как видите, теософы совсем не дураки.
Против многомильного прекрасного пляжа стояли длинней­шим рядом жилые кабины. Даже сейчас, зимой, некоторые из них были заселены. На их крылечках грелись девушки скакими-то не­зависимыми мордочками,— трогательные дикарки, бежавшие кприроде от чопорных ибогатых родителей, от безумия игрохота больших городов.
У старой испанской миссии мы повернули назад на восток, домой.
Высокий кирпичный крест стоит здесь на холме, вчесть испан­ского монаха по имени Жюниперо Серра. Когда-то он захватил эту землю— «во славу бога ииспанского короля». Схолма виден весь город изалив.
Мы выехали на «Олд спэниш трэйл»— старую испанскую тро­пу. Бетон, асфальт игравий сильно изменили старую дорогу. Конквистадоры, пожалуй, не узнали бы сейчас этих мест. Там, где свистела оперенная стрела индейца, теперь стоит «гэзолин­стейшен» ибыстро дышит компрессор, нагнетая воздух вавто­мобильную камеру. Итам, где испанцы, задыхаясь под тяжестью своего кожаного истального вооружения, тащились по еле за­метной тропинке, сейчас пролегает обычный американский «хай-вей», дорога высокого класса, иногда даже снаклонными виражами.
Хотя мы двигались теперь квостоку, но солнца скаждым днем становилось меньше. Опять мы увидели далекие горы, синеющие
318
илиловеющие на горизонте, опять спустился сумрак, настала ночь, засверкали фары. Было уже поздно, когда мы прибыли вЭль-Сентро.
Дрянной городишко Эль-Сентро лежит в«Импириэл-валли»— «Имперской долине». Вся долина— размером тридцать на трид­цать миль. Лимоны здесь снимают три раза вгоду, апельсины— два раза. Вдекабре иянваре здесь выращиваются овощи, которые вэто время нигде вСоединенных Штатах не произрастают. Сейчас начиналась уборка салата, затем пойдут дыни. Ивэтой райской долине, где зреют большие ибледные грейпфруты, вдолине, на­сквозь пропитанной одуряющим запахом лимонов иапельсинов, вэтой долине жестоко, как, может быть, нигде вмире, идет экс­плуатация мексиканцев ифилиппинцев. Иеще больше, чем сала­том иапельсинами, известна эта долина зверскими расправами сзабастовщиками, снесчастными— многодетными, нищими ивсегда голодными— мексиканцами-сезонниками. Отсюда до Мексики всего двенадцать миль.
«Лас-Пальмас», кэмп, вкотором мы остановились, представлял собой нечто среднее между кэмпом игостиницей. Здесь уже был холл сдекоративными растениями вкадушках, скачалками имяг­кими диванами, этим он походил на гостиницу идавал сердцу путника повод наполниться гордостью (помните? «Пусть ваше сердце наполнится гордостью, когда вы произносите имя отеля, вкотором остановились!»). Сдругой же стороны, цена комнаты была невелика иявственно давала понять, что «Лас-Пальмас»— все-таки кэмп. Вобщем, это было удобное пристанище. Хозяином его был австрийский немец, тридцать лет назад приехавший вАмерику вкаюте третьего класса. Сейчас, кроме кэмпа, ему при­надлежит еще «Калифорниа-отель», четырехэтажное здание, ска­фе итабльдотом. Поэтому сего лица не сходит оптимистическая американская улыбка, роднящая его смистером Максом Факто­ром ипрочими счастливчиками.
Эль-Сентро сего разбитыми тротуарами икирпичными арка­дами, Эль-Сентро, мрачный город эксплуатации ибольшого биз­неса, находился еще вКалифорнии. Бенсон, куда мы приехали на следующий день вечером, был уже вАризоне.
К Бенсону мы ехали через громадные поля кактусов. Это были «джайент-кэктус»— кактусы-гиганты. Они росли группами ив
319
одиночку ибыли похожи на увеличенные втысячу раз ипостав­ленные стоймя огурцы. Они покрыты ложбинками, как коринф­ские колонны, иволосками, как обезьяньи лапы. Уних есть корот­кие толстые ручки. Эти придатки делают гигантские кактусы не­обыкновенно выразительными. Одни кактусы молятся, воздев руки кнебу, другие обнимаются, третьи нянчат детей. Анекото­рые просто стоят вгорделивом спокойствии, свысока посматри­вая на проезжающих.
Кактусы живут, как жили когда-то индейские племена. Там, где
живет одно племя, другому нет места. Они не смешиваются.
Пустыня кактусов сменилась песчаной пустыней, настоящей Сахарой, сполосатыми от теней или рябыми дюнами, но Сахарой американской: ее пересекла блестящая дорога соазисами, где вместо верблюдов отдыхали автомобили, где не было пальм, авместо источников текли бензиновые ручьи.
В Бенсоне восемьсот пятьдесят жителей. Что им тут делать, впустыне? Зачем они собрались вэтой точке земного шара?
Оказывается, здесь есть пороховой завод Дюпона, одного из подлинных властителей Америки,— Дюпона, который так замеча­тельно делает кинопленку, гребешки ивзрывчатые вещества!
Что можно тут делать, вобыкновенном американском горо­дишке снесколькими газолиновыми станциями, сдвумя или тремя аптеками, спродуктовым магазином, где все продается уже готовое— хлеб нарезан, суп сварен, сухарики ксупу завер­нуты впрозрачную бумагу? Что тут люди могут делать, если не сходить сума?
В магазине, где мы покупали нарезанный хлеб, сваренный суп икакой-то уже съеденный сыр (во всяком случае унего был такой вид), нам сказали, что дела поправились, безработицы вгороде нет, потому что пороховой завод стал работать полным ходом.
Когда мистер Адамс, схватив хозяина лавки за лацкан пиджака, принялся выспрашивать унего, что делают люди вБенсоне, хозя­ин ответил:
— Известно, что делают. Курят «Честерфильд», пьют «Кока-ко­ла», сидят ваптеке. Завелись деньги. Кому-то нужен порох.
Кому-то нужен порох, кому-то нужна медь, военная промыш­ленность стала работать лучше.
320
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности